Откровения I: Рассвет

Суббота, 06:00 Утро для Даны наступило меньше чем через час после того, как она легла спать. Ей пришлось буквально заставлять себя направиться в душ, потом одеться и наконец выйти на улицу. В итоге она появилась в их приходской церкви и проскользнула на скамейку рядом с родителями всего с пятиминутным опозданием. Бог миловал: ее ни разу не остановили за превышение скорости. Улыбнувшись в ответ на облегченные и приветливые улыбки родителей, Дана поняла, что, несмотря на то, что ей пришлось здорово потрудиться, чтобы успеть вовремя, ее приезд был не напрасен. Когда она прошлой ночью рассказала Малдеру о встрече с родителями за завтраком, то не упомянула, что ему предшествует утренняя католическая месса, и вот сейчас, хотя она искренне пыталась следить за службой, ее разум постоянно отвлекался на не имевшие к ней никакого отношения вопросы. Почему она опустила это обстоятельство в разговоре с ним? Да, она не знала взглядов Малдера на религию. Неужели ее беспокоило, что его откровенно позабавит тот факт, что она, с ее скептичным отношением ко всему и вся, придерживается вероисповедания, открыто проповедующего веру в Воскрешение, Вознесение, Успение, Преображение и сонм святых-чудотворцев, не говоря уже о непорочном зачатии? Скрыла ли она это от него потому, что не хотела, чтобы он злорадствовал, или потому, что не знала, как сможет поддерживать свое недоверчивое отношение к его убеждениям перед лицом своих собственных? Поднявшись с места, чтобы увидеть «превращение» хлеба и вина в тело и кровь Христовы, Дана задвинула все мысли о Фоксе Малдере в дальний уголок сознания. Эти вопросы следует обдумать в более подходящее для этого время, когда она не будет чувствовать себя такой уставшей. После мессы она вместе с родителями отправилась пешком к их любимому ресторану. - Ты кажешься рассеянной, - заметил капитан Скалли, - и уставшей. Проблемы с мужчиной? Скалли ощутила, как вспыхнули щеки, и бросила матери предупреждающий взгляд, красноречиво дававший понять, что она не желает развивать эту старую как мир тему. - С работой, - поправила она. – У нас новое дело. Это утверждение было недалеким от истины. Впрочем, тот факт, что Малдер также был мужчиной, не ускользнул от ее внимания. И с каких это пор дело Малдера стало их делом? Определенно после ночного разговора за остатками китайской еды, причем даже без официального подтверждения со стороны Блевинса или Скиннера. Малдер безо всяких колебаний признал ее напарником в этом расследовании - Дана ощущала это так же отчетливо, как вес ключа от его квартиры, который Малдер ей доверил. Теперь он не сделает следующего шага, не посоветовавшись с ней. В конце концов, они снова стали командой и на этот раз не только номинально, но и по существу. Передав меню официантке, капитан Скалли продолжил: - Этот Фокс Малдер, с которым ты работаешь… мне известно, что вы с ним несколько раз выезжали на расследования за пределы Вашингтона. – Билл Скалли, бравый моряк и профессионал до носков своих до блеска отполированных белых ботинок, окинул ее суровым взглядом. Если он не мог поднять тему ее карьерного выбора, то по крайней мере считал себя вправе исполнять обязанности отца, беспокоящегося о добродетели своей дочери. – Он ведь не позволял себе ничего лишнего, верно? - Ничего такого, пап. Малдер профессионал. – И она от всей души понадеялась, что сегодня ее мать окажется не столь проницательной, как обычно, потому что иначе ей станет известно, что этот самый «профессионал» провел ночь на кушетке ее дочери. Тот факт, что Дана не раз видела его полуголым, да и он имел шанс лицезреть ее в одном нижнем белье, явно тоже не стоило упоминать. - Ты намерена снова встретиться с… хм, не помню его имени, с тем дизайнером по интерьеру? – спросила Маргарет. – Судя по твоему описанию, он довольно приятный мужчина. «Просто отлично, мама. Спасибо за попытку сменить неудобную тему, но только не таким образом». Сейчас Дана уже жалела о том, что рассказала матери о свидании с симпатичным отцом-одиночкой, с которым она познакомилась на дне рождения своего крестника. Тогда она еще не знала, что Роб столь же скучен, сколь хорош собой. Нет, это нечестно по отношению к нему. Он был нормальным, но, возможно, Дана просто больше не считала «нормальное» привлекательным. - Сомневаюсь, что я пойду с ним на повторное свидание, мам. Мы друг другу не подходим. Дана притворилась, что не услышала разочарованного вздоха матери, и некоторое время они ели в полной тишине. - Нам надо как-нибудь встретиться с ним, - вдруг заявила Маргарет, перча яичницу. «Еще одна столь резкая смена темы, - пришло на ум Дане, - и у меня будет вывих шейных позвонков». - Я так понимаю, ты подразумеваешь Малдера. - Ты не называешь его Фоксом? - Нет, никогда. И он называет меня Скалли. Не отрываясь от чашки с кофе, ее отец хмыкнул в ответ на это заявление – как показалось Дане, скорее одобрительно. Неловкий во многих отношениях завтрак все никак не желал заканчиваться. Дана уставилась на лежавшие перед ней на тарелке малоаппетитные французские тосты, часть которых уже камнем осела у нее в желудке. Она никогда не ела, не будучи полностью проснувшейся, и, кроме того, мысленно пребывала далеко оттуда, размышляя над тем, удалось ли уже Малдеру добиться ее переназначения? - Ты не голодна, милая? - Не особо. Извините, мне надо проверить, как продвигается наше расследование, а потом мне придется вас покинуть. Маргарет проводила дочь обеспокоенным взглядом, когда та направилась к телефону у входа в ресторан. Даже если бы она не забыла в спешке взять с собой мобильный из машины, то наверняка нашла бы повод, чтобы сделать этот звонок наедине. - Это так опасно, Билл. - У тебя не получится вечно нянчиться с ней, Маргарет. Это ее выбор, - по-военному отрывисто бросил ее муж. - Но она может пострадать. Надеюсь, этот ее новый напарник хорош в своем деле. Надеюсь, он ее защитит. Когда муж ничего не ответил, Маргарет впилась в него взглядом с проницательностью, выработанной сорокалетним браком. - В чем дело, Билл? Ты его проверял, так ведь? – И вновь молчание. – Что ты выяснил? Я не отпущу тебя в плавание, пока ты мне не расскажешь. Он снова хмыкнул. - Знаю, что не отпустишь. – Во взгляде капитана ясно читалось неодобрение. – Просто репутация этого Малдера не такая, как я ожидал. - Почему нет? – спросила Маргарет, уже предчувствуя, что ей вряд ли понравится услышанное. - О, он и вправду хорош в своем деле. У него впечатляющий IQ, он невероятно предан работе, усерден и напорист. Молод, чуть за тридцать, хорош собой, но при этом не замечен в беспорядочных связях с женщинами-коллегами. - Но… - Маргарет уже поняла, что эта радужная картина окажется чем-то подпорченной. - Но он несколько безрассуден. Индивидуалист-одиночка, да и дела выбирает соответствующие – нестандартные. И начальство смотрит на это сквозь пальцы. Услышанное вызвало у Маргарет противоречивые эмоции. - Но ему ведь не предоставили бы столько самостоятельности, если бы его работа не была обоснованной. И ты сказал, он хорош в своем деле. Дана же никогда не действовала безрассудно. Она очень уравновешена и уж точно не из тех, кто бездумно следует туда, куда ее ведут. Возможно, поэтому ее и назначили ему в напарники: она опустит его с небес на землю. Билл чуть не подавился куском тоста. В его глазах появилось почти веселое выражение, когда он ответил жене: - Если на это кто-то и способен, то только она. Дана тем временем остановилась у телефона-автомата рядом с кухней, задумчиво прокручивая в руке четвертак. Она хотела позвонить Малдеру, но опасалась разбудить его, какой бы незначительной ни была вероятность того, что он все же лег спать. В сне он в любом случае нуждался гораздо больше, чем в ее звонке, а потому она в итоге решила проверить свою голосовую почту. - Агент Скалли, - донесся до нее ставший уже хорошо знакомым голос Скиннера, - начиная с семи утра сегодняшнего дня вы переназначаетесь на работу в команду Бенчли по делу Охотника – вместе с агентом Малдером, разумеется. Надеюсь, для вас это хорошая новость. О своем классе в Квантико можете не волноваться, вам уже подыскали замену. Вот оно – коротко, по существу и именно то, что она хотела услышать. Да! Малдер, Бенчли или они оба сдержали свое слово. Бодрым, пружинистым шагом, столь отличным от ее походки с тех пор, как она узнала от Малдера о своем назначении в Квантико, Дана направилась обратно к занимаемому ее родителями столику. Уже приближаясь к залу, она краем глаза заметила маленького мальчика лет трех, вырвавшегося из рук матери, когда она пыталась усадить его на высокий детский стульчик. Малыш заковылял в ее сторону, опустив голову подобно маленькому бодливому козленку. Улыбнувшись при виде этого зрелища, Дана отошла с его пути - так же, как и официантка, двигавшаяся ей наперерез из кухни с доверху нагруженным подносом для большой компании. И так уж случилось, что вместо того, чтобы разойтись, они столкнулись. Дана слишком поздно почувствовала, что задела плечом край тарелки, и заказанная кем-то еда под аккомпанемент грохота посуды и испуганные возгласы сидевших поблизости посетителей перекочевала с подноса на ее новый бежевый костюм, оставив на нем пятна от яичницы «Бенедикт» и мазки подтаявшего масла, бесформенной кучей упавшего ей под ноги. С плеча закапала какая-то темная густая жидкость – судя по запаху, наверняка кленовый сироп. Но, в общем, Дане еще повезло: ошарашенная официантка все же сумела выровнять поднос с остатками блюд почти одновременно с матерью малыша, резко схватившей его за руку. Содержимое только трех тарелок, стоявших с краю, пролилось. Внезапно вокруг Даны все пришло в движение: рядом крутились три официантки, рассерженная посетительница, на чье плечо упала часть голландского соуса, и подоспевшие к месту происшествия менеджер ресторана и мать Даны. Все они суетились и громко сокрушались из-за возникшего беспорядка. - Дана, тебе что-нибудь попало на волосы? – вопрошала ее Маргарет Скалли. - Кажется, нет, мама. - Кто-нибудь пострадал? - О, мэм, примите наши глубочайшие извинения. - И какого черта мне теперь прикажете делать? Вы только посмотрите на мое пальто! У меня сегодня встреча с важным клиентом. Да я на вас в суд подам! - Нам теперь дольше придется ждать нашу еду, да? Заверив ресторанных работников в том, что она не пострадала, Дана позволила матери увести себя от всей этой кутерьмы в сторону туалетных кабинок. Все оказалось даже хуже, чем ей поначалу представлялось. Она могла бы отправиться на работу, пахнув черт знает чем, ведь такое и прежде случалось, но только не полусырыми яйцами и кленовым сиропом. Ни водой, ни моющими средствами, имевшимися в распоряжении ресторана, с этой проблемой точно не справиться. - Мам, все нормально, правда. У меня есть запасной костюм в офисе… о, вообще-то, нет. Я воспользовалась им, когда мы вернулись из Нью-Джерси, и до сих пор не принесла замену. - Тогда тебе надо съездить домой и переодеться. Волна разочарования окатила Дану, словно холодный душ. Она не хотела тратить на это время: ее квартира находилась слишком далеко, особенно принимая во внимание ремонтные работы на мосту Легион, через который проходила вашингтонская кольцевая дорога. Даже в субботнее утро там наверняка возникнут пробки, а ожидание для Даны сейчас было смерти подобно: ее переполняла энергия, жажда деятельности. Она горела от нетерпения узнать, чем занимался Малдер, причем как можно скорее. Тот факт, что он до сих пор не позвонил, начинал ее немного беспокоить. Маргарет Скалли не нужно было уметь читать мысли, чтобы угадать, что происходит, по опрокинутому выражению лица дочери. - У меня в машине есть комплект одежды, купленный на распродаже для твоей тети Бет. У вас с ней почти одинаковый размер, и потом, ей этот костюм не к спеху. Возьми его, переоденься и сдай свою запачканную одежду в одну из этих быстрых чисток. Может, тебе и не понадобится возвращаться домой. Дана встретила взгляд матери в зеркале. - Одежда, купленная для тети Бет? – Тетя Бет была немного склонной к жеманству младшей сестрой ее отца. – О, ну не знаю, мам. Тихонько посмеиваясь над ее реакцией, Маргарет Скалли открыла сумку и принялась копаться в ней в поисках ключей от машины. - Знаю, что цвет не твой, но в качестве временной меры вполне сойдет. *** Суббота, 09:00 Выходя из химчистки, Дана спросила себя, а не предоставляют ли они скидку правительственным служащим? В непосредственной близости от Конгресса, вероятно, нет. Может, они сделали бы исключение для гонявшихся за пришельцами агентов ФБР? Надо будет спросить Малдера, не заключил ли он такой договоренности с каким-нибудь из подобных заведений? При желании, пустив в ход весь свой шарм, (что, впрочем, нечасто случалось) он смог бы и монашку соблазнить. С тех пор, как Дана стала напарником агента Малдера, счет за чистку вырос больше чем в четыре раза. По крайней мере, ей, вероятно, удастся списать часть суммы на производственные расходы. Следующей остановкой Даны стало ее рабочее место в отделе судебной медицины, откуда она набрала номер Малдера, попутно разгребая накопившуюся за время ее отсутствия корреспонденцию. Как она и ожидала, напарника на месте не оказалось. Тогда Дана попробовала его домашний телефон, однако наткнулась лишь на невыразительную запись с его автоответчика. На ее же голосовую почту поступил звонок от Быка, в тоне которого она уловила нечто сродни грубоватой отеческой тревоги. Пожилой агент интересовался у нее, как дела у Малдера? Хороший вопрос. Беспокойство Даны за напарника с каждой минутой все усиливалось. Спустившись в малдеровскую берлогу, она обнаружила, что в ней горит свет, а на столе стоит чашка с холодным кофе, которой не было там вчера. Его костюм - тот чистый, который она оставила тут, когда заходила за его дорожной сумкой - пропал. Приняв во внимание вчерашнее состояние Малдера, Дана тогда решила, что костюм ему в ближайшее время вряд ли понадобится. Спортивные штаны, в которых он спал и в которых ушел от нее менее пяти часов назад, бесформенной кучей валялись рядом с кладовкой, как если бы Малдер переодевался в спешке. Черт бы его побрал! Он даже не заходил домой! Сразу заявился на работу! Малдер, да ты просто лживый упрямый идиот с самоубийственными наклонностями! И как ей теперь позвонить Бенчли и признаться, что она и понятия не имеет, где он? Дана прекрасно понимала, что забрав Малдера с собой, она в некотором роде приняла на себя ответственность за него. Она чувствовала себя так же неловко, как если бы согласилась присмотреть за чужим домашним питомцем, а он сбежал через неосмотрительно оставленное открытым окно. Дана окинула взглядом знакомый беспорядок. В конце концов, она же агент ФБР, а значит, ей надо искать оставленный им след. Если ей удастся найти Малдера до того, как Бенчли и Скиннер обнаружат, что он пропал, для него же будет лучше… и для нее тоже. «Дана, остановись и подумай». Судя по отсутствию костюма, ее своенравный напарник рассуждал достаточно здраво, раз решил привести себя в порядок. Да и его стол, если уж на то пошло, выглядел куда аккуратнее, чем обычно. Брошенную одежду покрывали пятна пота, но вот крови на ней не наблюдалось. Это просто смешно… Малдер был вполне искренен, когда собирался вернуться к себе. Должно быть, случилось что-то, побудившее его свернуть с намеченного пути – что-то, очевидно имевшее отношение к делу, ведь Малдер был практически одержим им. Похоже, у него появилась какая-то идея, и ему понадобились ресурсы ФБР, чтобы проверить ее. А к кому Малдер чаще всего обращался за информацией? Дана отправилась в дата-центр, где без труда отыскала агента «Дэнни» Дэниелса, чьи темно-карие глаза за стеклами очков пристально изучали что-то на мониторе компьютера. - Агент Скалли, отличный наряд, - не поднимая на нее взгляд и продолжая безостановочно печатать, заметил он. – Вы с агентом Малдером слишком буквально воспринимаете разрешение носить на работе повседневную одежду. Дана внимательно осмотрела себя. Она была так обеспокоена тем, чтобы найти Малдера, что забыла потуже затянуть пояс пальто перед тем, как подняться сюда. Спортивный атласный костюм ярко-розовой расцветки в сочетании с туфлями на низком каблуке вряд ли мог сделать ее законодательницей моды Бюро. И тут она осознала, что, судя по замечанию аналитика, Дэнни, должно быть, видел преследуемого ею агента-потеряшку, также в неформальной одежде, следовательно произошло это еще до того, как Малдер переоделся в подвальном офисе. - Вы видели сегодня агента Малдера? – поспешно спросила она. Дэнни широко зевнул. - Еще до восхода солнца. Он хотел, чтобы я немного поработал диггером. - Так он здесь… - Был, да весь вышел. – Дэнни сверился с громоздким хронометром на запястье, казавшимся достаточно большим, чтобы на нем имелся собственный встроенный монитор. – Вы хотите знать, когда он ушел? Два, два с половиной часа назад. - Куда он направился? Дэнни пожал плечами. - Насколько я понял, раскручивать одну из нескольких новых ниточек расследования. Ни одна из них не ведет очень уж далеко. - Что вы для него нашли? - Мелочевку всякую. – Дэнни впервые оторвал взгляд от экрана. Должно быть, он заметил то, как она одета, в отражении или боковым зрением. – На мой взгляд, по крайней мере, но Малдер был впечатлен. Больше всего его взволновала информация, которую пришлось здорово поискать. – Дэнни казался несказанно довольным собой. - О подозреваемом? – уточнила Дана, надеясь про себя, что он ответит отрицательно. Если Малдер ринется в заведомо опасную ситуацию без должного прикрытия, это может грозить ему отстранением. Но разве это бы его остановило? - Вы имеете в виду что-то опасное? Вряд ли. Нет, просто старые документы. Мы нашли два убийства и несколько нападений, некоторые из которых могут быть делом рук вашего парня. Хотите пончик? – предложил он, протягивая ей мятую коробку. Дана отказалась. Достаточно с нее еды для одного утра. - Нет, спасибо, но я бы хотела получить копию всего, что вы обнаружили для агента Малдера. Неторопливо откинувшись в кресле, молодой аналитик потянулся, подхватил с находившегося у него за спиной стола конверт без всяких опознавательных знаков и протянул его Дане. - Он сказал, что вы попросите. Стараясь не выказать своего смущения, Дана поспешно схватила конверт. - Помяни мое слово, Малдер, недалёк тот день, когда… - прошипела она себе под нос. Ну, радовало уже и то, что он не стал снова погружаться в свои жуткие воспоминания. Уже в дверях она развернулась к Дэнни и прежде, чем он успел уткнуться обратно в свои любимые гаджеты, спросила: - Дэнни, а что насчет состояния агента Малдера… я имею в виду его состояние его здоровья? На этот раз он отреагировал на ее вопрос совершенно серьезно, очевидно прекрасно понимая, что агент не стал бы задавать такой вопрос о своем напарнике без достаточно веской причины. Задумчиво нахмурившись, он несколько помедлил с ответом: - Он выглядел уставшим. Слишком худым, но мне раньше не доводилось видеть его в мешковатой повседневной одежде, так что судить трудно. В остальном он вел себя в типичной для него манере гончей, напавшей на след добычи: чуть ли не землю носом рыл. Прижимая конверт с бумагами к груди, Дана позволила себе слегка улыбнуться в ответ на подобную характеристику напарника. Хорошим новостям сегодня просто нет конца. Похоже, этот день окажется не таким уж плохим или, по крайней мере, он значительно улучшится, когда она доберется до Малдера и как следует надерет ему задницу. *** Дана успела прочитать почти все довольно скудные распечатки еще до того, как добралась до подвального офиса. «Мелочевка», - назвал их Дэнни и, безусловно, был прав: в основном они представляли собой скудные полицейские отчеты. Дане доводилось видеть больше заполненных форм по краже из магазина, чем по одному из этих убийств, что само по себе уже было подозрительным обстоятельством. Усевшись в свое кресло перед своим столом, Дана перечитала все имеющиеся в конверте материалы, на этот раз значительно медленнее. Все преступления произошли за пределами кольцевой дороги, в далекой от урбанизации местности - некоторые из названий указанных в документах населенных пунктов она даже не узнала. Один, по ее предположению, находился неподалеку от Аннаполиса, если судить по почтовому индексу; еще два - на восточном побережье Мэриленда за пределами Оушен-Сити; одно из убийств – с весьма ограниченной информацией по нему – было совершено в северной части округа Фредерик; два инцидента – одно с летальным исходом – имели место в самом Фредериксберге, штат Вирджиния, и его окрестностях; еще одно нападение случилось – кто бы мог подумать – вообще рядом с Квантико. Не отрываясь от чтения, Дана включила старенький компьютер, который Малдер где-то откопал для нее. Другой, более продвинутый, остался наверху на ее другом столе, так что у нее вряд ли имелись причины жаловаться, но, может, ей просто следует окончательно обосноваться здесь? Однако не успел компьютер загрузиться, как Дана уже отмела эту идею. Когда Малдер вел себя особенно отвлекающе, ей нужна была тихая гавань, чтобы спрятаться и подождать, когда реальный мир вернется в нормальное русло. В этот момент на мониторе наконец возникла примитивная экранная графика, словно бы проступавшая сквозь зеленый фосфоресцирующий туман. Первоначально Дана запустила древнюю машину для поиска карты местности в базе данных ФБР, но передумала, когда ее взгляд наткнулся на сообщение о наличии нового письма. «От кого оно?» - недоумевала Дана, запрещая себе надеяться. Но ее опасения были напрасными: в графе отправитель значилось «ФМалдер», а само письмо датировалось шестью часами утра. Он и вправду испытывает ее терпение – даже не позволил ей злиться на него дольше пары часов. «Для Скалли: Как и обещал, я позвонил Скиннеру и очень вежливо попросил его назначить тебя на это расследование. Никогда прежде мне не доводилось слышать столь явной передачи фразы «я же говорил» без слов, одним лишь дыханием. Может, конечно, все дело в том, что я нарушил его сладкий сон, но я в этом сомневаюсь. Как ты, должно быть, уже поняла к настоящему времени, я не пошел домой отдыхать и не мог не думать о работе. Никто не совершенен. По пути на меня снизошло озарение, так что я как следует припугнул Дэнни, чтобы он подъехал на работу и нашел для меня кое-какие полицейские отчеты. Я пытаюсь понять, чем занимался наш парень до того, как разделался с первой известной нам жертвой. Как мы с тобой выяснили, должно было быть какое-то спровоцировавшее его событие, и я уверен, что мы его еще не установили. В уже обнаруженных нами слишком сильна ритуальная составляющая. Тот факт, что спусковым механизмом могло быть и необязательно убийство, лишь усложняет дело». Дана кивнула, безоговорочно соглашаясь с доводами напарника. Убийственная ярость, не выплеснутая на вызвавшего эту самую ярость субъекта, могла побудить психически неустойчивую личность продолжать компенсировать его неудачу за счет кого угодно и где угодно. Дана вновь принялась за чтение. «Но что мне действительно удалось установить, так это то, как наш борец вписывается в общую картину. Дело в том, что он не сопротивлялся, потому что был начинающим квакером или, по крайней мере, у него было много друзей-квакеров. Да, я знаю, что мне следовало позвонить тебе, но ты либо спала, либо проводила время с семьей, а я не хотел мешать ни тому, ни другому». Дана раздраженно фыркнула. Трудно подобрать аргументы против подобного проявления такта, но если бы он сейчас был рядом с ней, она бы нашла, что сказать. «Да, я вел себя примерно, как хороший мальчик: переоделся, почистил зубы, причесался (не то чтобы это помогало в долгосрочной перспективе), съел три пончика и даже не грыз мебель. И пока Дэнни работал, я прикорнул на двадцать минут. Да, я знаю, что вы со Скиннером и Бенчли посадите меня на цепь за эту самоволку, но постарайся взглянуть на это с моей точки зрения. Если не принимать во внимание мою утреннюю пробежку в одиночестве, я целую неделю был окружен людьми, заглядывающими мне через плечо и следящими за каждым моим движением. Для такого отшельника, как я, это настоящая пытка. Мне просто нужно было немного свободного времени. Осматривая одно из этих старых мест преступления, я также займусь полезной для дела работой. Обещаю, что просто проверю одно из них и вернусь еще до полудня - может, у нас даже появится новое направление в расследовании. В настоящий момент я сравниваю полицейские отчеты, которые для меня нарыл Дэнни, с недавними вынужденными продажами земельных участков, связанными со строительством дорог непосредственно перед возведением новых жилых комплексов. Это должна быть пока еще сельская местность недалеко от Вашингтона. Увидимся в двенадцать. С меня ланч… Малдер». Дана откинулась в кресле, задумчиво покручивая в руке карандаш. Что и говорить, с Малдером не соскучишься. Надо признать, она понимала его чувства, однако знала, насколько непрофессионально с его стороны вечно идти на поводу у подобных импульсов. Дана обвела взглядом сумрачный офис. А чего она ожидала? Малдер обзавелся этими шикарными апартаментами отнюдь не благодаря следованию правилам. Впрочем, она почувствовала облегчение, была даже тронута тем, что он оставил ей столь обширный синопсис того, что творилось у него в голове. И все же Дану обижало его нежелание дождаться ее. Она сверилась с журналом автопарка, хотя заранее знала, что обнаружит – выдача Малдеру очередного черного Тауруса подтверждалась его характерной корявой подписью. Скиннер или Бенчли могли бы оставить распоряжение не выдавать агенту Малдеру транспорт – учитывая состояние вышеупомянутого агента еще вчера, это было бы вполне разумно – но, по негласному правилу, такого не допускалось по отношению к старшим агентам во избежание возможного истолкования подобного запрета как профессионального оскорбления. Дана задумалась об имевшихся у нее вариантах действий. Дэнни не дал ей никаких намеков на то, куда именно Малдер мог направиться. На самом деле, в то время, когда Малдер писал ей электронное письмо, он и сам этого еще не знал. Он упомянул, что сравнивал обнаруженные Дэнни места преступлений с планируемым использованием земельных участков, вынужденной продажей земель, дорожным строительством и разрешениями на застройку. Проследить его логику дальше оказалось делом нехитрым. Ему ведь нужно было где-то получить эту информацию. У Даны ушло пять минут на то, чтобы войти в журнал транзакций в базе данных публично-правовых документов Бюро и установить, что пользователь ФМалдер уже искал эти сведения. Тогда Дана ввела запрос на повторный запуск поиска по журналу за тот же временной промежуток. Улыбнувшись про себя, Дана сделала глоток свежесваренного кофе, этим утром приготовленного по ее вкусу. Через полчаса у нее будет та же самая информация, что и у Малдера. Как ей убить это время? Ее костюм еще не будет готов. Можно съездить домой – отсюда до ее квартиры было гораздо ближе, чем из Балтимора. Или она могла направиться… Где Малдер работал, когда послал ей письмо? Удивительно внушительный объем информации, которым он смог ее снабдить – и о деле, и о ходе своих мыслей – указывал на то, что он работал где-то, где чувствовал себя комфортно, расслабленно, в безопасности. Там она могла бы найти больше улик. Было только одно такое место. *** Чувствуя себя почти виноватой, Дана повернула ключ в замке на двери квартиры №42. Ей приходилось повторять себе, что она имеет полное право тут находиться. Он ведь дал ей ключ как раз на такой случай – когда она беспокоилась за него. Но он не имел в виду нечто подобное - Дана сомневалась, что он предоставил ей доступ к своему жилищу, чтобы она могла рыскать по нему в попытке установить его местонахождение. Маленькая квартирка оказалась на удивление светлой, даже при том, что окна выходили на север и потому сюда никогда не проникал прямой солнечный свет. Дана огляделась по сторонам. Какое унылое место, такое безжизненное. Он привносил в него жизнь, но оно все равно было слишком маленьким, ограниченным для столь неугомонного человека. Словно клетка. Дана повела плечами, мысленно возвращаясь к цели своего визита. «Вспомни, зачем ты здесь». Ее внимание привлекли пестрые рыбки, беззаботно плавающие в, как ни странно, чистом аквариуме. Дана вынуждена была внести коррективы в свое первоначальное впечатление от этого места – некоторые формы жизни в нем все же имелись. Она заметила крошечный листок клейкой бумаги, прикрепленный к правому нижнему углу аквариума. На нем был написан набор дат и часов, причем все, кроме самой последней записи, оказались вычеркнутыми. «Дни, по которым он кормил рыбок?» - недоумевала Дана. Она пришла сюда, потому что рассудила, что Малдеру нужно было бы насыпать им корма перед отъездом. У нее сложилось впечатление, что Малдер не показывался дома вот уже несколько дней, но его памяти можно было позавидовать, а потому она не представляла, с чего вдруг ему понадобилось бы подобное напоминание о том, когда он уже кормил своих водяных питомцев. Может, Малдер договорился с каким-нибудь соседом, что, когда кипа газет снаружи будет по щиколотку, тот занесет их внутрь и заодно покормит рыбок? Необычное, но довольно эффективное соглашение для человека, чей график работы был столь далек от фиксированного, как у Малдера. Записка могла представлять собой нечто вроде журнала, позволявшего обоим участникам сделки знать, когда бедные создания в последний раз получали толику внимания. Дана мимоходом заглянула в крошечную спальню, которая оказалась едва ли достаточно просторной для двуспальной кровати и комода. Судя по состоянию кровати, на ней уже давно не спали: вся ее поверхность была завалена одеждой – как чистой, так и грязной – книгами, бумагами, счетами, квитанциями, журналами, причем вперемешку. Все это походило на свалку, а потому вряд ли подходило под определение места для аналитической, продуктивной работы. Где он тогда спал? Вернувшись обратно в гостиную, которая, по сравнению со спальней, была относительно аккуратной, Дана заметила кроватную подушку и бережно сложенное одеяло на краю кушетки. По крайней мере, он хоть иногда спал. На столе рядом с окном, куда ей стоило бы заглянуть в первую очередь, Дана нашла то, что искала: большой конверт внутренней почты вроде тех, которыми пользуется Бюро, открытый и пустой, был небрежно отброшен в сторону, а всю столешницу занимали дорожные и топографические карты Средне-Атлантического региона. Там же имелись и копии статей из «Вашингтон Пост» и некоторых других местных газет. Дана подозревала, что когда вернется в Бюро, то найдет идентичные распечатки в результате повтора малдеровского запроса. Хм… не совсем идентичные. Там наверняка будет парочка отсутствующих в этой группе – те, которые Малдер забрал с собой, и Дана не сомневалась в том, что они-то и подскажут ей, куда напарник направился. Основы теории множеств. Неужели отыскать его окажется настолько просто? Убрав бумаги обратно в конверт, Дана помедлила на пороге, чтобы вновь осмотреться по сторонам. Она была здесь лишь однажды прежде, но могла без труда представить его, просыпающимся поутру или склонившимся над столом за работой поздним вечером. В памяти возник его взъерошенный, усталый, мальчишеский образ; изящные руки, державшие палочки для еды; длинные ноги, растянувшиеся на ее кушетке; его рассеянная улыбка. Эта мысль отозвалась болью в ее сердце, хотя и не неприятной, и Дана вдруг осознала, что скучает по нему. Конверт скрипнул, когда она с силой стиснула его. Как же ей нравилось оказываться правой. Он вернулся сюда, чтобы поработать, и оставил для нее дразнящие зацепки. Ее нервные окончания покалывало от едва сдерживаемого стремления последовать за ним. Почти забавно будет выследить его хотя бы просто ради того, чтобы продемонстрировать ему, что ей это по силам. Дайте ей полчаса на то, чтобы вернуться в офис за ее собственным набором документов из исследовательского отдела и сравнить полученные результаты с забранными ею отсюда, и она сможет отправиться на поиски уже в половину одиннадцатого - задолго до того, как некоторые высокопоставленные члены команды начнут всерьез беспокоиться. Она на это надеялась.