Выживут лишь программисты

Время для Клары из некогда энергично текущего шумного потока реки превратилось в тягучий, противный кисель: ей казалось, что прошел уже год, может, даже два, но на деле минуло не больше десяти дней. Возможно, две недели - максимум. Это не мешало сотруднице ощущать, будто она разваливается от переутомления и напряжения в связи с бесконечной рутинной работой. Порой программист чувствовала, что прирастает руками и ногами к своему рабочему месту в офисе, пальцы то и дело липли к кнопкам на клавиатуре, а ноги отекали буквально с самого утра, не давая ей спокойно сидеть на своем месте. Ко всем неприятным физическим ощущениям прибавлялось зудящее чувство паранойи: девушке бесконечно казалось, что к ней теперь приковано в два раза больше внимания, нежели раньше, словно за ней отныне не просто наблюдают - за ней следят. Все нутро хакера шипело и брыкалось в попытках призвать ее поскорее покинуть это место. С нее было достаточно. - Привет, Клара. Голос Фрэнсиса казался таким чужим и непривычным, что Клара не сразу сообразила, кто говорит. Время было вечернее, рабочий день закончился, и девушка уже сидела на своей кровати с ноутбуком на коленях. Их способы коммуникации с Фрэнсисом и Реймондом с каждым днем становились все более смелыми и опасными. Сегодня они перешли на новый уровень дерзости: устроили видео-конференцию. - Привет. Ее голос имел совсем легкий оттенок обиды, адресованной брату, но на деле девушка так давно его не слышала, что, кажется, была готова простить парню все, что тот с ней сделал, лишь бы слышать его голос рядом, пусть даже и по сети. Фрэнсис смотрел на нее, предпринимая безрезультатные попытки скрыть жалость, на которую, как сестра считала до этого момента, он не был способен. Возможно, лицо брата и не выражало никаких угрызений совести, но в его глазах, которые тот постоянно прятал, девушка отчетливо видела съедавшую его изнутри вину. Невзирая на то, что картинка была нечеткая, Клара видела, что Фрэнсис был уставшим и дерганным: он сидел за компьютером в капюшоне и при любой возможности прятал руки в рукава, то и дело откидываясь на стул и скрючиваясь до такой позы, что его конечностей и лица в темно-синей ткани толстовки было практически не видно. - Детки, оставьте свои разборки на потом. Нам сейчас абсолютно не до этого. Реймонд, что было удивительно, был таким же уставшим, нервным и изрядно потрепанным. Было заметно, что ему не терпелось закончить дела и прилечь хоть на мгновение. Он постоянно тер лицо ладонями в попытках смахнуть с себя утомленность. Клара могла лишь с ужасом предполагать, что они вдвоем увидели и услышали за это время, сколько документов прочитали и разобрали и как долго и усердно кодили. И все это ради того, чтобы оказать ей помощь. - Что там у тебя? Клара уселась поудобнее, организовывая своими движениями импровизированное гнездо из смявшейся простыни. Она тоже неимоверно устала, но этот разговор был важнее желаний откинуться на подушку и забыться сном до следующего, до боли похожего на предыдущие, утра. - В общем....- Рей потер переносицу и тяжело вздохнул,- слушай, давай только сейчас обсудим все без лишних нервов, лады? Нам дорогого стоило подключиться к тебе. И времени на терки у нас нет. - Да говори уже. Клара наблюдала за тем, что делает ее брат. Он неподвижно сидел перед монитором и смотрел куда-то в нижний угол своего экрана, избегая контакта с сестрой. Сотрудница снова посмотрела на старшего товарища. - Короче, слушай. Система "Меркоф" - это один сплошной план-схема, по которому они ведут все дела. Люди, которые работают над проектом "Волрайдер"- это, по сути, мертвые души. Договорная система построена так, что любой, подписавший бумаги, становится бессрочником, а потом таинственным образом либо исчезает, либо становится серьезно болен, и тогда семье отправляют весточку о том, что их родственник больше не при делах и никогда к ним не вернется. Тут внезапно бодро активизировался Фрэнсис. - Твоей "сестре", то есть мне, уже пришло письмо. Согласно ему, ты заболела невыговариваемым психическим заболеванием, так что теперь ты, видите ли, опасна для общества, и больше мир тебя не увидит. Как ты можешь понять, чистой воды наебка. Вот же ты, цветешь и пахнешь. Обещанных денег за твою годовую работу не пришло, зато пришла скромная компенсация и записка от некоего мистера Блэра, который в самой что ни на есть элитарной форме объяснил мне, что если я попытаюсь копнуть это дело, меня уебут об стенку тут же. Девушка неодобрительно поджала губы и открыла поверх окна конференции недочитанные сегодня документы, предполагая, что мужчины еще какое-то время ничего дельного ей не скажут. - А что-нибудь более актуальное есть? - Да. Мы разгребли тонну той инфы, которую ты слила на днях. Заколебались страшно. Кодить Меркоф безусловно умеют, с этим у них все нормально. Но все же мы нашли кое-что интересное. - Дела больных. Клара тут же переключилась обратно в диалоги, оставив свой текст. Почему-то эти два слова вызвали у нее с трудом скрываемое волнение. Интуиция подсказывала, что программисту не стоило этого видеть. То, что она там обнаружит, может подлить масла в черное пламя ее паранойи, которая с каждым днем и так делалась все ощутимее. - И, это...- Фрэнсис на момент замолчал, подбирая правильные слова. - Посмотри, короче. Парень скинул сестре файл с названием, состоявшим лишь из серии чисел. Девушка, не раздумывая, открыла его. То, что сотрудница увидела на экране, повергло ее в смятение и замешательство. Перед ней был скан дела пациента номер 234750-1. "Дело № 136. Пациент: К.Л.У., "Уокер"" Хакер судорожно сглотнула и медленно прокрутила ползунок ниже. - Это дружбан твой, начальник охраны. - Бывший начальник. "Первичное обращение: 28.01.2011 Возраст: 35 Дата рождения: 20.02.1977 Пол: М Лечащий врач: Рудольф Вернике Диагноз при поступлении: ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство), "Афганский синдром" Дата начала лечения: 12.02.2011 Вид оплаты: ОМС "Меркоф корп" (номер полиса 129457646850034) Результат обращения: случай закончен; динамическое наблюдение Форма лечения: медикаментозное, психотерапевтическое; В терапии использованы группы психотропных средств: транквилизаторы, антидепрессанты, нейролептики. ОБН. от 14.08.12.: к средствам лечения добавлены антиконвульсанты и психостимуляторы. ОБН. от 03.10.12: рекомендована заместительная гормональная терапия для направления в ПИТ (палаты интенсивной терапии) отделения № 15 (общепсихиатрическое мужское отделение для лечения острых форм психических расстройств) Начало терапевтической подготовки пациента к ИБП "Волрайдер": 01.08.12" Клара закрыла вкладку и опустила лицо в ладони, склонив голову над столом. Все, что она сейчас прочла, казалось какой-то грандиозной и совершенно неуместной шуткой. Девушка впилась пальцами в голову и пропустила их сквозь всю линию роста волос, затем снова посмотрела на экран. - Что за... Голос ее охрип и внезапно задрожал, но собеседники прекрасно поняли состояние сотрудницы и поспешили остановить подступившую к ее горлу горькость. - Меркоф не жалеет ни психов без рода и племени, ни своих собственных сотрудников. Вы все - расходный материал. С самого начала. Клара тяжело вздохнула, и хотя до слез дело не успело дойти, ее дыхание было похоже на дыхание рыдающего человека. - Блять. Я просто... - Не можешь в это поверить? Тогда посмотри вот на это. Фрэнсис кинул еще один файл, но хакер открыла его уже без какого-либо энтузиазма. Увиденное ранее повергло ее в такое уныние и шок, что программист, казалось, была готова вот-вот бросить все и, уткнувшись в подушку, тихо заплакать от собственной беспомощности и отчаяния. Однако брат действительно смог переключить ее внимание: - Еще один потраченный начальник. Стоял в сто раз выше Уокера. И по-прежнему разницы никакой. Клара не могла поверить, что за имя только что прочитала с листа. - Трагер! "Поверить не могу!" - Но тут написано, что он переведен. Хакер вглядывалась в лицо своего шефа, который, кажется, даже для фото на документы не удосужился снять эту дурацкую ухмылку со своего лица. На том снимке, однако, он выглядел так, будто был моложе лет на десять, хотя фото датировалось 2010 годом. Это был совершенно другой человек, ничем не связанный с мужчиной, которого девушка знала лично: ясные, живые, с хитринкой серые глаза не могли скрыть даже бликовавшие от вспышки стекла очков, кожа лица была здоровой и гладкой так, что буквально светилась. И, что самое удивительное, всего каких-то три года назад у этого человека не было практически ни одного седого волоса. Клара никак не могла поверить, что такие изменения произошли с ним всего за столь короткое время. А главное, ее по-настоящему пугало то, что она, кажется, знала, что эти изменения вызвало. - Да. На работу в лечебницу в качестве главврача. Человека без медицинского образования, да на такую должность...тебя это не напрягает? - Кажется, кто -то говорил мне, что Трагер постоянно загонялся этой идеей. - Да он просто больной мудак. Меркоф решили, что он упоролся в край, и слили его жрать помои в отстойники этого прекрасного комплекса, то бишь в лечебку. Фрэнсис буквально прокричал эти слова, да так злобно и желчно, что девушка на мгновение задумалась, откуда у ее брата столько негатива к человеку, которого он никогда не видел. Но, посмотрев на Реймонда и заметив, что тот, вместо того, чтобы усмирить кричащего мальчишку, отвел глаза, напряженно глядя в сторону и делая вид, что не слышит его слов, Клара внезапно начала понимать: они что-то видели. Что-то, о чем не хотят ей рассказывать, и, судя по их настрою, девушка не вытрясет из них ни слова. Оно и к лучшему: сотрудница даже не собиралась этого делать. Ей было по горло достаточно того, что она уже знала. - Он им больше не нужен. Все становятся им рано или поздно не нужны,- старший компьютерщик поднял голову, но посмотрел куда-то сквозь Клару. Очевидно, упоминание Трагера выбило его из колеи. - Это просто какое-то днище. Реймонд устало вздохнул, потерев глаза. - Я, конечно, не биолог, не химик и вообще как-то далек от всего этого, но этот твой проект, "Волрайдер"...Вот это точно днище. Ты же в курсе уже, что они пытаются сделать? - Да, каких-то нанороботов создать. Клара вспомнила свой разговор с доктором Сноу и задумалась, что же он тогда не сумел договорить… - Не просто нанороботов, а целый рой, миллиард нанороботов, которым должен управлять один человек. Но все с приставкой «нано» не так просто, здесь тоже есть свои закидоны. Мужик, который этот проект разработал, Рудольф Вернике... -...бывший нацик, который эту говнокомпанию основал.... "И лечащий врач Уокера". -...Создал концепцию, согласно которой только прошедший через все круги ада, обдолбаный в край человек, которого для достижения такого эффекта пиздят всем, что под руку попадается, держат в темных подвалах и так далее, может управлять этим так называемым роем. Девушка щелкнула пальцами. - Поэтому они и используют для этой цели психов. - Точно. Немного поразмыслив, Клара непонимающе развела руками: - А им не кажется, что это самая бредовая идея на свете? Заставлять психа управлять чудом техники? Прикиньте, сколько он может дров наломать, если у них вдруг получится. Как ему потом объяснишь, что надо лечить людей там, все дела? Или для чего они делают этих роботов... - Да плевать, для чего. Главное дальше. Когда псих достигает нужного результата после пыток и остальных милостей-приятностей, его помещают в двигатель морфогенического кондиционирования. Фрэнсис выпутал руки из длинных рукавов и сел за клавиатуру, придвинувшись ближе к экрану. - Огромная машина, сжирающая столько электроэнергии, сколько тратит половина Чикаго за год. Она и должна дать жизнь этим наноебинам. Недовольный постоянными ремарками парня в своём рассказе, Реймонд, бросив на того неодобрительный взгляд, призывая заткнуться и дать ему договорить, продолжил: - И от нее идет своеобразное излучение. Я так и не понял толком, что это за хрень, но, послушай, Клара...сколько женщин-работников ты видела в комплексе? Клара потерла шею, размышляя. - Эээ... - Ни одной? - Кажется. Только сейчас к ней пришло ошеломительное понимание: вот почему к девушке здесь было столько внимания со стороны без исключения всех сотрудников. Она была единственной женщиной на базе. Вопрос "почему" в этот момент стал слишком очевиден и не нуждался в озвучивании. - Проблема в том, что это "излучение" особенно проявлялось на женском персонале и пациентках, поэтому их убрали из комплекса. Совсем. "Излучение. Отлично. Просто прекрасно. Этого еще не хватало". Не отрываясь от печатания, Фрэнсис вставил свои пять копеек: - Они ждали меня, а не тебя, поэтому сразу не пырнули. И именно поэтому сначала не давали работать. Они думали, что вскоре на тебя подействует этот двигатель, после чего ты сама оттуда уйдешь, так ни фига толком и не узнав. На этот раз Реймонд подхватил его тему, при этом просматривая на своем мониторе какие-то файлы: - Но ты продержалась дольше, чем они планировали. И я не могу понять, как...Судя по судебным искам, тяжбам, медкартам и заключениям врачей по делам пострадавших работниц, если ты не глухая или слепая, то с тобой должно было это произойти. - Что "это"? Вопрос, волновавший ее больше всего на данный момент. Хакер до безумия боялась услышать ответ, но судя по достаточно спокойным (насколько это было возможно в тот момент) лицам своих собеседников, она сделала вывод, что самого страшного, пожалуй, не услышит. Реймонд снова обратил свой взор на Клару: - Все тетки с этой базы были убеждены, что залетели. От кого, когда, им было пофиг. Вот беременные, и все. На деле - брехня. Так называемая "психосоматическая беременность". "Мнимая", иными словами. Но это, тем не менее, не остановило добрую половину из них сделать аборты. И затем кончиться. "Охереть. Просто охереть!" Клара развела руками, не зная, что на это ответить. - Круть. Фрэнсис хихикнул, и этот смешок прозвучал с лёгкой натяжкой, но Рей остался серьезен. - Клара, ты делаешь что-то ежедневно, что-то необычное, может, ешь что-то на завтрак каждый день? - Да ничего, чай пью, может, йогурт какой перехвачу. Я их стряпню стараюсь не есть. - Может, это компьютерное излучение? Старший хакер посмотрел на парня так, что тот вжался в свой стул и откатился на нем назад. - Какое на хрен компьютерное излучение, Фрэн?- он снова обратился к Кларе. - Ладно, слушай, а какие-нибудь странные звуки тебя не беспокоят? Ну, ночью там, или когда ты работаешь? Сотрудница индифферентно пожала плечами, хотя внутри ее колотило. Она спрятала руки под одеяло, пытаясь унять дрожь и не выдать своего беспокойства. - Да хрен знает, я ж не слышу ни фига, в наушниках сижу все время. Мужчина щелкнул пальцами и облегченно откинулся на свой стул. - Наушники! Вот оно что! Ты ничего не слышишь, наверное, это тебя и спасает. Фрэнсису очень хотелось хоть немного разрядить обстановку. Ему, как и его сестре, совсем не импонировало жуткое напряжение, которое сейчас было вполне логичным и очевидным, но вгоняло молодых людей в состояние полной безнадеги. Он с любопытством поинтересовался: - Хардстайл какой-нибудь включаешь, небось? Клара легко улыбнулась. - Последнее, что ты мне качнул перед отъездом. Трансовый голландец этот. Голова улетает вообще. Удовлетворенный, с выражением крайнего облегчения Реймонд покачал пальцем, будто давал наказ: - Не снимай наушники, Клара, спи в них, если придется. Как хорошо, что мы разъяснили ситуацию. Никому не рассказывай про свой лайф-хак. - Без проблем. - Теперь совсем по делу. Как обстоят дела с вирусом? Клара открыла окно, в котором до их разговора кодила. - Нормально, получается очень неприятная штука. Я боюсь, как бы не было перегруза всей электросети, раз здесь какая-то огромная байда, на которую заточены все хреновины на цифре. Девушка скопировала файл и кинула его в конференцию. Наставник тут же открыл его и, не отрываясь от просмотра, произнес: - Если безобразничать, Клара, то по полной программе. Работай дальше. Еще совсем немного, потерпи. Сотрудница чуть заметно кивнула, и, подперев подбородок рукой, тем временем открывала файлы, который ей втихаря слал брат, пряча улыбку за воротом своей толстовки. Таким образом он искал у сестры прощения, хотя в самом деле она его уже давно простила. Спустя минуту весь экран Клары был усеян картинками котов, которых она любила, мышей и крыс, которых любил он, и кучей всякого хлама с просторов сети. Кларе очень хотелось расслабиться, но она просто не могла. Смотря на картинки, она смотрела сквозь монитор и видела перед глазами документы, которые читала пару минут назад. - Киньте мне все документы, которые накопали. Я почитаю. Вопросов задавать никто не стал, и оба собеседника почти одновременно скинули ей два одинаковых архива. - Спасибо, ребят. Пару минут они втроем молчали: каждый смотрел в свой монитор и занимался своими делами. Клара копалась в делах больных, пытаясь найти полное дело Эдди Глускина, чтобы быть готовой к следующему разговору, Реймонд исправлял баги в ее вирусе, а Фрэнсис занимался фигней, посматривая изображения с камер, следя за тем, чтобы к Кларе никто неожиданно не пришел. Наконец, первым заговорил молодой хакер, резко дернувшись на своем кресле: - А это что еще за херня? Оба собеседника тут же обратили на него внимание. - Что там? Кинь. - Смотри, Клар. Это не твой друг там? Что они... Девушка в темпе открыла изображения с камер. На одной из них, в месте, в котором она никогда не была, в блоке С, в одной из комнат за столом напротив мужчины в халате сидел здоровый человек, зафиксированный точно так же, как тогда Глускин, даже более основательно. Да, точно, он был по рукам и ногам фиксирован не ремнями, а настоящими металлическими цепями. И Фрэнсис был прав, несмотря на зернистое изображение, было очевидно: этим человеком был Уокер. Хакер бессознательно вскочила с кровати, как только до ее мозга долетела мысль, что это был начальник охраны. Схватив телефон, девушка, кинув ноутбук и не потрудившись даже закрыть его, поспешила к двери. - Клара, погоди, стой! - На связи! - крикнула она уже будучи у двери и стремительно покинула свои покои. - Клара!

***

Девушка широким, быстрым шагом шла по коридорам без единого понятия, куда надо идти. Ноги сами несли ее, задавая направление на поворотах и самостоятельно выбирая путь. Ее сознание было настолько далеко от тела, что сотрудница, кажется, рисковала в один момент забыть, как дышать. Она думала о Уокере. Вспоминая все его слова, поступки и решения, сотрудница пыталась понять, чем он мог не угодить корпорации, на которую же сам и работал. Знал ли он, что его посадили на гормональную терапию и готовили к эксперименту, хотя это не имело никакого отношения к лечению его заболевания? Или это было по принуждению? Крис абсолютно точно знал об опасности, которую таит в себе Меркоф. Тогда, когда девушка отказалась сообщать мужчине свое имя, он напрямую озвучил, что здесь никто не в безопасности. Он знал. И был удивлен, что она тоже знала... Надо было сказать ему свое имя. Он единственный заслуживал знать. Он единственный заслуживал доверия. Больше шансов у программиста не было. Клара дошла до поста охраны, и ей хватило лишь краем глаза увидеть букву "С" на стене, чтобы понять: она пришла в нужное место. В начале коридора девушка вытащила из кармана телефон и заблокировала камеры, затем отправив на компьютер охранника разрешение пропустить ее по бейджу. Она делала все на автомате, не задумываясь о последствиях. Хакеру нужно было попасть в этот блок. На посту сотрудницу без пререканий пропустили, когда сверили ее данные со списком авторизованных в этой зоне сотрудников. Оказавшись в блоке С, ничем не отличавшемся от остального комплекса, девушка проследовала вперед, глазами разыскивая комнату, которая могла быть похожа на ту, что она видела на экране. Единственным отличием этого коридора было то, что к каждой комнате прилагался визуальный доступ через стекло, подобное зеркалам Гезелла в допросных. Кабинет, который был ей нужен, оказался в самом конце коридора. Возле входа находились два охранника, а возле стекла стоял врач, который постоянно что-то записывал в свой планшет. Секьюрити проводили девушку взглядом, но не сказали ни слова. Словно одурманенная, Клара подошла к стене и встала на мысочки, чтобы лучше видеть происходящее. То, что девушка увидела, было за гранью ее разума, и хакер застыла, как вкопанная, вглядываясь в сложившуюся перед ней картину: за столом сидел врач, повернутый к ней спиной. А лицом к ней, на месте пациента, весь в средствах жесткой фиксации, сидел Уокер. Его белая роба была украшена пыльными серыми разводами, руки были перетянуты рукавами смирительной рубахи, а лицо, некогда суровое и сосредоточенное, сейчас было обозленным, потерянным и совершенно жутким. Мужчина был обрит наголо, синева под глазами начала приобретать черный оттенок, кожа стала жирной и отчетливо блестела при свете комнатных ламп так, что, кажется, в нее можно было смотреться, как в зеркало, а на лбу сочилась недавно полученная, еще не успевшая затянуться рана размером с мяч для тенниса. Похоже, она была поспешно обработана перед тем, как его привели сюда, но забинтовать повреждение не успели. Сотрудница видела, как пациент что-то говорил, видимо, отвечая врачу на вопросы. Его губы шевелились медленно и без желания, будто слова давались ему с большим трудом или причиняли боль. Глаза застыли на одной точке, где-то на лбу сотрудника, сидевшего напротив него, и больше никуда не двигались. Ошеломленная девушка не слышала, что тот говорил. Она на секунду оттаяла, осмотревшись по сторонам, и, найдя на стене динамик, похожий на спикерфон, включила его. Тут же раздался голос психиатра, лица которого Клара не могла видеть. - Что ж...ваши результаты весьма впечатляющие, мистер Уокер, но меня сильно беспокоит тот факт, что в последнее время вы регулярно начали наносить себе увечья. Скажите, вы понимаете, что именно это стало причиной повышения мер безопасности сегодня, на время нашего с вами разговора? Когда Уокер снова открыл рот, Клара на секунду подумала, что не знает этого человека. Голос был совершенно дикий для ее уха, глухой, сбитый, перемежающийся с тяжелым дыханием, а слова, которые лились из его рта, были еще более безумными. - Никто из вас, никто не сможет мне помешать. Оно постоянно зудит! Я должен освободить его...и я пытаюсь это сделать. Вы мешаете мне! Уокер предпринял попытку двинуться, и вся охрана, находившаяся в комнате, тут же дернулась в его сторону. Смысла, однако, в этом не было: лишь звук тяжелых бряцающих цепей нарушил покой допросной, а бывший начальник просто обратил тем самым на себя внимание. - Что именно вы освобождаете? Голос доктора был настолько приторно-спокойным и индифферентным, что Кларе тут же захотелось его ударить. - Зрение. Вы не поймете, никогда, ведь вы не можете видеть, как я. Я вижу все! Я чувствую вас глазами! Я слышу вас... - Так, значит, особое зрение...вроде третьего глаза? Как в индуизме. Вы ощущаете нечто подобное? - Вы не поймете! Не поймете! Но вам и не надо. Вы сделали это со мной специально. Это будет только мое...нужно точно следовать военному протоколу безопасности. Все должно быть защищено, и я защищу...- Уокер дернул цепями еще раз, заставляя динамик надорваться при воспроизведении жутких звенящих звуков, и затем его глаза внезапно сместились с доктора на стекло. И встретились с шокированными глазами девушки. Не отрывая от нее взгляда, пустого, озлобленного и дикого, он внезапно громко закончил: -...теперь я готов защищать! Хакер было открыла рот, чтобы окликнуть его, но в тот же момент чья-то тяжелая рука внезапно легла ей на плечо и сжала так сильно, что сотрудница согнулась, морщась от боли. Она повернула голову и поняла, что обречена: мертвая хватка принадлежала Джереми Блэру. Его тонкие губы были плотно сжаты, а строгие голубые глаза светились яростью тысячи солнц, и девушке стало так страшно, как не было до этого, кажется, никогда. Мужчина отдернул ее от стекла на глазах у охраны и врача и повел прочь, продолжая причинять ей боль. - Попалась, пакостница. Пойдем, перекинемся парой слов...- процедил сквозь зубы мужчина. - Я могу сама идти, отпустите мою руку, пожалуйста! - Клара поспевала за его шагом с трудом, пытаясь оторвать цепкие пальцы от своего плеча, но безуспешно. Дойдя до ближайшего поворота, Блэр толкнул девушку в проход какой-то комнаты и зашел следом, захлопнув за собой дверь. От толчка сотрудница влетела внутрь с такой скоростью, что врезалась в противоположную стену. - Мне больно, блин! Вы офигели что ли?- она повернулась к своему начальнику, но оправиться не успела: Блэр тут же прижал свою жертву к стенке, коленом упершись в ее ноги и схватив за подбородок так, что сотрудница вскрикнула от неожиданности. - Слушай меня внимательно, девочка, и наматывай на ус. Смотри на меня! Мужчина дернул ее лицо, которое девушка отвела в сторону, чтобы не чувствовать на своей коже его дыхания, так, чтобы их глаза встретились. От начальника чрезвычайно сильно пахло мужским одеколоном, и запах, ровным счетом как и такая близость его лица к ее, были хакеру противны до тошноты. - Вот так. Скажи-ка мне, ты сейчас что-то видела там? Клара нагло смотрела ему в глаза и молчала. Начиная терять терпение, Блэр встряхнул ее так, что девушка больно ударилась затылком о поверхность стены, издав при этом мучительный скулеж. - Видела или нет!? - раздраженно зарычал начальник. - Ни хера я не видела! Не видела! - выпалила сотрудница, схватившись за его руку, которая еще сильнее сжала подбородок. - Отлично. А слышала? - Нет! - А что ты тогда здесь делаешь? Не ответив ему в то же мгновение, Клара тем самым навлекла на себя еще больший гнев. Джереми сильнее прижал ноги сотрудницы к стене, выдавив из нее очередной болезненный стон. - Что ты здесь делаешь, я спрашиваю? - Я заблудилась! Запуталась! Не туда повернула! Простите меня, это больше не повторится, мистер Блэр! - Не убедительно. Начальник биометрической безопасности приблизился непозволительно близко и опустился к ее уху, продолжая рукой фиксировать лицо девушки. - Послушай меня очень внимательно: халява для тебя с сегодняшнего дня закончена. Трагер больше не будет прикрывать твой симпатичный зад, игнорируя и даже не читая тот бред, который ты пишешь в отчетах и делаешь, сидя за рабочим местом. С этого момента ты отчитываешься лично мне. Приносишь бумаги ко мне в кабинет и пересказываешь их мне устно. Понятно тебе? - Да. Клара держалась за пиджак мужчины, пытаясь заставить его опустить руку, которая причиняла ей мучения. Но Блэр еще не закончил. Девушка чувствовала на своем ухе его теплое дыхание и была готова заорать, лишь бы кто-то пришел и оторвал от нее этого ненормального. - Ты что-то задумала. Крысятничаешь то тут, то там, создала себе прокси-узел с защитой помех, думая, что я, видимо, совсем дурак и не замечу, что кто-то постоянно надрывает файервол своими вылазками в сеть через удаленный доступ...Помни, со мной трюки, которые ты проворачивала с Трагером, не пройдут. Я выведу тебя на чистую воду очень скоро и выкурю всех твоих дружков, если таковые есть. И если я обнаружу, что ты лезешь в сеть не для того, чтобы поиграть в "Веселую ферму", то ты об этом очень сильно пожалеешь. Мужчина наконец отпустил сотрудницу, и она тут же машинально схватилась собственной рукой за место, до которого дотрагивался начальник, будто проверяла, не сломал ли он ей челюсть. Затем, немного придя в себя, девушка снова подняла на Джереми глаза, посмотрев настолько нахально, насколько смогла. - Знаете, компании очень повезло, что они нашли вас. С вами они никогда не пойдут ко дну. Она обошла его, легко, но намеренно задев плечом, а у двери напоследок повернулась, прежде чем стремительно исчезнуть с его глаз. - Ведь дерьмо не тонет.