С запахом пионов.

А следующее утро началось с громкой новости: пропала еще одна ученица школы волшебства, пятикурсница Минни Тайлер, когтевранка. Это снова переполошило школу. Некоторые были в серьез испуганы, а кто-то был только рад новым сплетням. Все произошло также, как и в предыдущий раз: девушка легла спать, а наутро как будто растворилась в воздухе. Просто пропала. Малфой копался в собственном завтраке и старательно пытался не замечать людей вокруг. Их было слишком много и сегодня они говорили неприлично громко. Событие, произошедшее ночью, его совсем не задевало. Может быть, это и эгоистично, но ему было абсолютно плевать на неизвестную когтевранку. Единственное, что его беспокоило в этой истории – как к этому отнесется Фрида, ведь она и за слизеринку безумно расстроилась, а Минни была еще и с ее факультета. Словом, все было довольно удручающе. Парень пытался высмотреть знакомую голову в Большом Зале за столом серебряно-синих, но успехов явно не было. Гринграсс не появлялась на завтраке. - Малфой, - рядом кто-то шумно упал на скамью, пытаясь привлечь внимание парня. Блондин не отреагировал, даже не повернув головы. - Малфой, - этот кто-то склонился к самому его уху, прибавил звуку голосу и затронул его за плечо. Последнее особенно не понравилось парню, он жутко ненавидел, когда его трогали. Это раздражало. Слизеринец лениво, очень медленно повернул голову к нарушавшему его одиночество объекту с выражением лица, говорившем за своего хозяина все, что он думает. Обратившимся оказался паренек с его факультета, черноволосый и кареглазый. Ни имени, ни фамилии Скорпиус, конечно, не помнил. Малфой вопросительно вскинул брови, взглядом давая понять собеседнику, что ему лучше как можно быстрее и четче назвать причину своего поведения. - Тебя к директору требуют, - насмешливо сообщил паренек, все же немного отодвигаясь от блондина. Скорпиус вскинул брови. Этого только не хватало на его голову. Утро становилось все паршивей. Директору разве не положено в такой ситуации заботиться об учениках, искать пропавших и заглаживать скандал? Слизеринец только кивнул доносчику, не удостоив того ответом. Парень отвернулся и принялся за еду. Аппетит у Скорпиуса пропал окончательно. Решив не тянуть со всем этим, он покинул Большой Зал и направился в кабинет МакГонагалл. Не приведи Мерлин, это какая-то глупость. Поднявшись вверх по спиралевидной колее, он проклянул отвратительное устройство. Он бывал в кабинете директора не так часто, но его всегда мутило на этой горгулье. Вестибулярный был ни к черту. Наконец он остановился возле тяжелой двери нужного кабинета. Приготовившись к какой-нибудь скучнейшей нотации или еще чего-нибудь по скучнее, он постучал. Изнутри ему предложили войти, и парень толкнул дверь. Но стоило ему войти в кабинет, как он застыл на пороге, непонимающим взглядом сверля гостью школы. Увидеть здесь свою мать он ожидал меньше всего. Астория Малфой сидела на стуле возле директорского стола. На лице привычное вежливое выражение лица, однако, он с первого взгляда углядел под этой маской беспокойство. Волнение матери передалось ему, словно какой-то вирус. Скорпиус не мог отвести от нее взгляда. - Мистер Малфой, проходите, - как всегда сухо предложила директор. Блондин кинул на нее мимолетный взгляд и снова посмотрел на мать, которая нежно улыбнулась ему. - Не стоит, профессор. Думаю, мы со Скорпиусом могли бы сразу удалиться, если вы не возражаете. Удалиться? Что? Спросить он ничего не успел. МакГонагалл кивнула, и Астория поднялась на ноги, грациозно подходя к сыну. - Прогуляемся, милый? – учтиво-вежливо поинтересовалась она, явно не собираясь слушать его ответа. Женщина взяла мальчика под руку и вывела из кабинета. Как только дверь за ними закрылась, Скорпиус снова смог говорить. - Что, черт, происходит? - зашипел он. - Тише, сынок. Мы с тобой обо всем поговорим, - тихо, но властно ответила женщина, ведя парня за собой вниз по лестницам. Астория никогда раньше не приезжала к сыну в школу. Никогда. Они обменивались письмами раз в месяц, но не более. Скорпиус всегда смотрел на свою мать и не понимал. Она была так не похожа на них, на Малфоев, если смотреть на нее настоящую. Но так редко случалось видеть ее без этой маски. Она умела выглядеть под стать своей семье. Сдержанная, холодная, высокомерная. На самом деле очень чувственная и сентиментальная. Иногда ему становилось жаль ее. Он всегда думал, что если бы она не вышла замуж за его отца, то наверно была бы более счастлива. Ему было легче представлять ее в маленьком теплом уютном доме, чем огромной холодном каменном родовом поместье. Но она любила Драко Малфоя. Других вариантов быть не могло. Поэтому думать об этом всем было глупо, наверно. Пока слизеринец был погружен в свои мысли, они вдвоем выбрались из замка и медленно пошли к озеру. Женщина так и молчала, а Скорпиус решил не торопить ее. - Наверно, ты удивлён? Тебя можно понять, - наконец тихонько промолвила она. Малфой пожал плечами. Конечно, он был удивлен. Но не говорить же ей об этом. Это может обидеть ее. - Скорее уж напуган, - попытался пошутить он, только атмосфера совсем не располагала к смеху. Да и не такая уж это была и неправда. Женщина остановилась, развернулась к сыну лицом и быстро и уверенно заявила: - Ты не должен бояться, Скорпиус. Тебе нечего опасаться, - прозвучало так, что сразу думалось об обратном. Но самым неприятным было то, что она снова приказывала. Говорила, что он должен, а чего не должен. Мерлин, это так коробило его. - Я не совсем понимаю, - заглядывая ей в глаза, пробормотал он. Астория снова отвернулась, возобновляя медленный шаг. Прошло несколько минут, прежде чем она снова заговорила. - Я имею в виду то, что происходит в Хогвартсе. Тебе нечего бояться. С тобой ничего не случится, можешь быть уверен. Несколько секунд слизеринцу понадобилось, чтобы сообразить, что мать имеет в виду пропавших девушек. А потом словно молния ударила у его ног, по коже пробежал неприятный холодок. Миссис Малфой заметила, что сын приостановился и последовала его примеру, замерев на месте, но головы так и не повернула. Молчала. - Почему ты считаешь, что я в безопасности? – вкрадчиво поинтересовался он, стараясь сохранять спокойствие и надеясь, что это не то, о чем он подумал. - Просто поверь мне, - холодно отозвалась Астория. Ее ледяной тон в его сторону всегда значил то, что она просто защищается. В других случаях она себе такого не позволяла. Нехорошее опасение только усилилось, покалывая между ребер. Не сегодня. Сегодня он не будет молчать. Быстро подойдя к матери, он развернул ее лицом к себе и требовательно заявил: - Тебе что-то известно об этих пропажах? Что ты знаешь? – он сжал пальцы на ее плечах, не выдержав, чуть тряхнув ее. Впрочем, тут же опомнился и отпустил женщину, однако, по-прежнему вглядываясь в ее глаза. И так не нравилось ему то, что он видел. - Ничего, - также холодно ответила женщина. А в глазах столько крика. Впору оглохнуть. - Ничего не знаю, - лжет. Скорпиус точно знает, что она лжет. – Но ты мне должен поверить. Просто поверить. - Как я могу доверять тебе, если ты даже не можешь сказать мне правды? – парень знал, что ему не позволено в таком тоне говорить с матерью, но слова вырвались как-то сами по себе. Поздно было ловить их. - Наконец мисс Малфой проявила хоть какие-то эмоции. Брови сошлись у нее на переносице. Казалось, она готова напомнить ему, с кем он разговаривает. Но в последний момент, складка разгладилась, и губы растянулись в нежной улыбке. Женщина положила свою тонкую ладонь ему на плечо. - Прошу, не сердись. Мне нужно кое-о чем попросить тебя. Я приехала не только предупредить тебя. И было что-то безгранично мягкое и запуганное в ее глазах, что Малфой просто не мог не оттаять. Это же, блин, его мать. - Просто выслушай меня, Скорпиус, пожалуйста, - спокойно повторила Астория. – Ты не должен ни с кем говорить о том, что происходит. Вообще. Просто не касайся этой темы, не обсуждай, не комментируй. Игнорируй, - она говорила вкрадчиво, настойчиво, словно желая, чтобы каждое слово отпечаталось в его памяти. – Это очень, очень важно. И снова повисло тяжелое молчание между ними. Все происходящее все меньше и меньше нравилось парню. Он так ненавидел, когда от него что-то скрывали, а сейчас происходило именно это. - Мама, - он сам почти вздрогнул, когда произнес это слово. Так редко оно звучало у него из уст. – Что ты замалчиваешь? - Пообещай мне, пообещай сынок, что ты сделаешь все как сказала я! – Астория неожиданно резко схватилась за рубашку на груди сына, и он отчетливо увидел на ее глазах слезы. Это здорово подбило. Он впервые в жизни видел глаза этой женщины влажными. Словно обухом по голове. Внутри все опустилось, и он абсолютно не понимал, что делать. - Обещаю, - единственное, что нашел сказать он. - Я тороплюсь, дорогой. У меня не так много времени. Думаю, в скором времени я снова посещу тебя или пришлю письмо, - мгновение и она снова холодная бездушная женщина - мисс Малфой - которая добилась своей цели. Остается только поражаться ее способности так быстро меняться. И пока парень соображал, что происходит, под что он подписался, мать быстро пошла по направлению замка, как всегда прямо держа спину и подбородок. - Пап, я думаю, ты зря беспокоишься, правда. Если две девчонки пропали, это не значит, что это же случится со мной. Ну что ты прямо хуже мамы? - Лили всплеснула руками, чуть не задев огня в камине. Мистер Поттер только нахмурился, ничего не ответив. Девушка бросила взгляд SOS Хьюго, сидевшему рядом. Тот только пожал плечами, типа, ничем помочь не могу. Твой отец – ты и разбирайся. Ну спасибо. - Знаешь, я тороплюсь, вообще-то, у меня репетиция, так что может поговорим в другой раз… - сделала отчаянный шаг девушка, но отец только еще сильнее нахмурил брови. - Лили, я серьезно. Это не смешно. Девушка без сил спустила голову. - Ладно, что я по-твоему могу сделать? Думаю, что предыдущие девушки не стремились испариться… - Перестань паясничать, - резко оборвал ее мужчина. - Просто береги себя и не вмешивайся ни в какие истории, - добавил он уже мягче, и девушка заметила в его голосе заботливые нотки. - Да, папа, - покорно ответила она, понимая, что нужно сделать все, чтобы успокоить его. – Я обещаю. - Я присмотрю за ней, не беспокойтесь, - подал наконец-то голос Хьюго, поднимая руку вверх. – Похитителям придется тащить еще и меня, если они хотят украсть мою сестру, - он, конечно, шутил, но прозвучало, наверно, слишком горько. Гарри печально улыбнулся племяннику. - Да, Хьюго, теперь я спокоен. Спасибо. Уизли развел руки, как бы говоря, ну естественно. Мистер Поттер кинул последний взгляд на дочь и прервал связь. Его лицо в камине пропало. Лили выдохнула. Ей не нравилось, что отец так сильно беспокоится. Обычно он предельно спокоен. А сейчас даже сам связался с ней. Неужели эти пропажи – что-то серьезное? - Эй, Луна! Связь на месте? – девушка вздрогнула, парень махал перед ее лицом ладонью. - Что? – запоздало опомнилась она. - Репетиция. Мы ведь и правда опаздываем, - медленно пояснил он. Вместо ответа девушка подскочила с места, и они вдвоем покинули гостиную. Но странные беспокойные мысли так и не шли у нее из головы. Поттер и Уизли ворвались в помещение, обращая на себя всеобщее внимание. Их пронзили десятки взглядов. - Простите, извините, - на ходу извинялась девушка, занимая место у своей группы. Профессор была явно недовольна, но замечания не сделала. Сказав пару слов, она удалилась, как обычно оставляя всю работу на Главных Делегатов. Чтобы отвлечься, девушка решила сосредоточиться на танцах. Помогая парам из Гриффиндора, Лили на какое-то время забылась. Но спустя всего полчаса неожиданно почувствовала небывалую усталость. До перерыва оставалось целых тридцать минут. Но сил осталось так мало. Набравшись смелости, девушка направилась на противоположный конец зала, туда, где переговариваясь, стояли Главные из Пуффендуя и Когтеврана. Девушка подошла к ним и улыбнулась. - Привет, - поздоровался когтевранец, расплываясь в довольной улыбке. - Привет. Я хотела спросить, вы не против устроить перерыв чуть раньше? Например, сейчас? Мне кажется, ребята устали… - Ребята или ты? – послышался холодный голос сзади. Лили резко обернулась, натыкаясь на Малфой, стоявшего, сложив руки на груди. Вид у него был какой-то отстраненный. Он смотрел на нее, но словно не видел. - И я тоже, - стойко решив не терять самообладания, заявила девушка. - Тогда перерыв! – хлопнула в ладоши пуффендуйка, и группы медленно стали расходиться по залу. Благодарно улыбнувшись коллеге за понимание, Поттер выбралась в коридор и уселась на широкий подоконник. Холодный воздух здорово помогал охладиться. Она чувствовала, как тело изнутри подрагивает, и ноет голова. Кажется, она заболевает. Лили вздохнула глубже, надеясь, что все пройдет. Но вдобавок ко всему голова начала кружиться, а ноги стали словно ватные. Перед глазами медленно поплыл пейзаж за окном. Девушка пыталась сосредоточиться, но получалось отвратительно. Ей было плохо. Первой мыслью было вернуться в зал и найти Хьюго, попросить его проводить ее в больничное крыло. Но сделав пару шагов, поняла, что лучше сразу направиться к мадам Помфри. Девушка медленно развернулась и направилась прямо по коридору, из последних сил надеясь, что дойдет до места назначения. Стоило ей достичь поворота, голова начала кружиться сильнее, ее начало тошнить. Лили прислонилась к стенке, собирая последние силы. Перед глазами поплыли темные круги. Происходящее пугало ее все больше. - Пожалуйста, - прошептала она, почти не разжимая губ и делая несколько мелких шагов вдоль стены. Затем еще несколько. Коридоры были предательски пусты, а она почти не чувствовала ног. Да что же с ней происходит? Она старалась дышать глубже, ровнее, но это, очевидно, не помогало. Лили остановилась и прижалась щекой к ледяной стене. Блаженное чувство. Закрыла глаза. В темноте под веками все кружилось и гудело. Она чувствовала, как окончательно теряет ощущение окружающего ее мира. Ей оставалось только молиться, чтобы все это кончилось. Но думать было больно. Внезапно, когда она уже лавировала на краю сознания, всеми силами стараясь все-таки удержаться в реальности, где-то далёко грохнул голос. Настоящий человеческий голос. Лили попыталась пошевелиться, но это было слишком рискованно. Голос все приближался, и она смогла понять, что он мужской. - Поттер, ты вообще слышишь меня? - грянуло прямо перед ее ухом, и кто-то резко развернул ее назад. Лили не выдержала, ноги у нее подкосились и она, наверняка, должна была рухнуть прямо на каменный пол. Но почему-то не рухнула. Сильные руки подхватили ее, не дав удариться о каменный пол замка. Девушка, не открывая глаз, потому что боялась, что ее сразу вырвет, попыталась встать на ноги, у нее почти получилось, но ноги тут же подогнулись, и она снова повалилась незнакомца. Парень прижал ее к стенке, так что теперь она могла держаться на ногах зажатая между камнем и человеческим телом. - Поттер! – снова грянул громкий голос. Лили рискнула открыть глаза. Правда, мало что смогла разглядеть. Ее спаситель взял ее лицо в руки, она чувствовала ледяные пальцы на коже. Холод приносил удовольствие. От этого стало чуть легче, и Лили смогла сфокусировать взгляд. Она узнала его, Малфоя, беспокойно смотрящего на нее. Его глаза почти горели в сантиметрах. И он, кажется, что-то говорил. Она не слышала. - Кажется, мне надо в больничное крыло, - еле шевеля языком и совершенно не чувствуя ног, промямлила она. Слизеринец тут же перестал шевелить губами и что-то быстро спросил. Сосредоточившись, девушка разобрала его слова: - Сможешь идти? Отважно кивнув, она тут же поползла вниз по стенке, стоило парню отодвинуться на шаг. И снова он успел подхватить ее. Внезапно она подумала, что если сейчас он уйдет, то она так и останется вечно лежать в коридоре. Откуда и почему пришла эта мысль - было непонятно. Она снова могла думать, и ей вновь стало страшно. Что с ней происходит? Почему она не чувствует ног? Почему так тошнит? Голова закружилась с новой силой, она даже не чувствовала больше прикосновений парня. Последнее, что она запомнила – как весь мир перевернулся, и она ощутила ощущение невесомости, заметила лицо Малфоя над собой. А потом резкая вспышка боли, и она потеряла сознание.