Как Эдип загадку разгадывал

— Гелиос. Быстро. Говори. Где. Гермес!— пылая алым цветом, процедила сквозь зубы Ирида. — Ты уже битый час ходишь вокруг до окола. Бог солнца укоризненно зацокал языком.— Но-но, это не я, а ты. Я за равноценный обмен! Ты мне свою информацию, а я тебе свою. — Да, что ты от меня хочешь услышать?! Я тебе всё сказала! Всё! Гелиос устало закатил глаза. — На кой мне знать сколько раз приняла ванну Гера, и сколько песен спел в караоке бухой Зевс под душераздирающие завывание Деметры. Мне нужна информация...кхм...деликатного свойства...кхм...даже скорее интимного, понимаешь? Богиня радуги стыдливо зарделась, и свела брови к переносице. Затем протестующе сложив руки на груди, она надула губки и прошипела.— Я не сплетница. И никогда впредь не проси меня о подобном. Да как вообще можно говорить в подобном смысле о божественной чете! Гелиос лишь презрительно фыркнул в ответ.— Ну, на нет и суда нет. Лети куда летела, вон моих лошадок как напугала, совсем обезумели крохи. Кыш, противная, кыш. Брезгливо махнув рукой, Бог солнца начал картинно хлыстать поводьями, подгоняя лошадей... но назойливая Ирида не как не хотела отставать. — Ну Гел... — Уйди. — Ну, Гелиосик... — Отвянь. И не копируй мою сестру, не поможет. — Гелиосуньчик...— богиня, легонько прикоснулась к колеснице, но ошпарившись быстро отдернула руку.— Ну, пожалуйста, помоги мне! Я тебе..я тебе скажу кто любовник Персефоны! Гелиос резко потянул поводья на себя. Послышалось оглушающее ржание разгоряченных коней, и столпы искр полетели от пылающей колесницы. На лице вечно юного бога, расползлась кривоватая, сладостная улыбка. К его глубочайшему сожалению, его всепроникающие лучи не достигают подземного мира, что его несказанно бесило, так как он просто не мог смирится с тем, что все последние сплетни о царстве Гадеса узнает в числе последних. — А вот это уже интересно.— потирая ладошки, сладкоголосо выдохнул бог, но затем резко встрепенулся и с подозрением уточнил. — Надеюсь ты не Адониса имеешь в виду, бабочка ты моя цветастая. Вестница богов как-то сконфузилась, посмотрела вверх и судорожно вздохнула:— Ну, конечно нет...это ж...эта новость стара как...— то краснея, то бледнея, богиня радуги с трудом выдавила:— да как твоя туника! Гелиос посмотрел на нее каменным взглядом, и его бровь вопросительно изогнулась. — Хе, я так понимаю мне лучше улететь, да?— натянуто улыбнувшись, Ирида соединила кончик указательных пальцев. Бог солнца, причмокнув посмотрел на нее, потом вдаль, потом снова на нее, и закатив глаза, небрежно отмахнулся.— Ох, как же я устал от тебя. Ладно, твой ненаглядный находиться на острове Ээе, что принадлежит моей дорогой дочурке. Ну что встала? Лети давай, я и так из-за тебя с курса сбился! Представляешь, что учудят смертные если солнце вместо востока на западе встанет... Всё давай-давай, не мозоль мои очи ясные! *** — Нет! Не покидай меня безумная мечтааа!— фальшивым фальцетом пел Гермес окольцевав руками голень Танатоса. — Готов с тобой лететь я прямо в небесаааа ( а лучше прямо к Олимпу подбрось, а) В свою очередь Бог смерти безразлично продолжал идти, волоча за собой назойливого вестника по земле, который ни за что не хотел его отпускать, и лишь крепче сжимал конечность. — Гермес, ты мне мешаешь, у меня и без тебя забот полный рот.— Танатос попытался стряхнуть докучливого бога, но безрезультатно, казалось, что тот был намертво приклеен. — Нет! Фиг тебе, лети куда тебе надо, мне это...с тобой по пути. Хоть на край земли, хоть за край. Главное подальше отсюда, понял! Подальше от этой ме-г-геры...— трясясь, взвывал сын Зевса. — Руку что ли оттяпать...— задумчиво проговорил Танатос, не замечая душераздирающих воплей, монотонно переводя взгляд то на свой меч, то на руки бога торговли. — Хм, рубить...,— бог смерти склонил голову набок,- или не рубить... Вот в чем вопрос... — Руби!— зычно прогремел нежный голосок где-то сверху.— Руби- руби эту падлу! Или я его сейчас сама на жаркое пущу! Танатос и Гермес посмотрели на пылающую под стать Гефесту Ириду, стремительно пикирующую к ним, и синхронно сглотнули. Лежащий в ногах Гермес моментально разжал руки, и рывком вскочив, героически спрятался за спину Бога смерти, вцепившись в его нежно-розовые крылья, которые были скрыты под черным плащом. — И-Ири-д-да, душенька, свет моих очей, бабочка моя ненаглядная, цветочек мой аленький...— нервно улыбаясь и передергиваясь, пропищал вестник богов, помахав пальчиками из-за спины Танатоса.— Какими судьбами? — Сейчас узнаешь, падла такая! Инфузориотуфеличный кретин, пьяница подзаборная, свинья ненасытная, козёл имбицильный...— с перекошенным лицом, орала богиня радуги все ближе приближаясь на шаг. Подобрав с земли камушки она принялась активно ими кидаться в вестника богов, правда часто промахивалась. — Я это...лучше пойду...— тихонько булькнул Танатос, получив пару раз камнями по голове, и попытался незаметно смыться, поплотнее запахнувшись в плащ Харона. Ему совершенно не хотелось, чтобы еще кто-то из олимпийцем узрел его в таком позорном виде. — Стоять!— в один голос взревели Гермес и Ирида, и Танатос неожиданно сам для себя послушно застыл. — А ты тоже хорош, пернатая задница! Всё на меня повесил, на хрупкую, нежную девушку! Гермес не сдержавшись гоготнул, за что получил булыжником прямо промеж глаз. *** А в это время Персей вместе с амазонкой беззвучно стояли и смотрели на сценку разворачивающуюся перед их глазами. Юноша растянув губы в глупой улыбке, чуть не расхохотался в голос, когда увидел как струсил его братец перед такой малюткой. А Ирида была хороша, и эта злость на нее милом личике еще больше красила её. Персей ухмыльнулся, но быстренько выкинул все непотребные мысли из головы. Всё таки она богиня, а он хоть и сын Зевса, но всё же смертный... пока... Чтоб отвлечься он перевел взгляд на Уреа, которая стояла с широко распахнутыми глазами, и глазела на богов, как баран на новые ворота. " Как ни посмотри она простовата, если не сказать, глупа. Неотесанная дурочка, привыкшая использовать только грубую силу. Хотя если присмотреться, то она тоже вроде ничего. Мордашка симпатичная, если от всей этой грязи отмыть." Персей прочистил горло, и налепив одну из своих фирменных улыбочек обворожительного мачо, потянулся, и как бы невзначай положил руку на плечи амазонки.— Так как ты говоришь тебя зовут? — Уреа, я едуинственней ребонок царица Крипсида.— чуть помедлив, хмуро, с явным раздражением, ответила амазонка, коверкая слова. Гермес аж поморщился. Он едва смог разобрать слова, произносимые этой варварской девицей на её гортанным наречии. Видно, что язык она знала плохо, да и не сильно желала его освоить. Где ж их угораздило её подцепить? — Красивое имя.— взяв себя в руки, сладко прощебетал юноша, притянув вплотную за плечи к себя амазонку.— А меня зовут Персей, моя малышка. И как ты поняла, наверное, этот голый мужик с ирокезом мой брат Гермес. Уреа понимающе кивнула, колющим взглядом смотря на юношу. Она попыталась стряхнуть с себя его руку, но он лишь крепче прижал её к себе. — Я думать, сначала, ты его жена. Но потом понять, что такая слабая девушка, не быть женой мастера.— задумчиво проговорила амазонка. Персей чуть не подавился слюной. Он уже успел позабыть свое недавнее фиаско, и что на нем все те же злополучные женские тряпки. — Да какая жена! Я мужчина! Я...я...я сын Зевса Громовержца! Великий герой посланный убить Горгону! Вот смотри,— разгорячено юноша, сорвал с себя напомаженный парик и потряс им перед лицом девушки. Она лишь скептически подняла бровь, и без слов было понятно, что она думает. — Ты мне, что не веришь! Я докажу...докажу, понятно.— и самоцветы в его серьгах подтвердительный вспыхнули.— Вот сейчас... Я сейчас разденусь и ты сама всё увидишь! Уреа закатила глаза, и сложив руки на груди, что-то не лестное пробормотала на своем языке в адрес юноши. Затем устав от бестолковой возни Персея, который силился справиться со всеми побрякушками коими был увешан, она просто подошла и бесцеремонно задрала подол его калазириса до пояса. Затем равнодушно опустила, и пожав плечами, бесцветным голосом проконстатировала:— Впервые видеть, такой слабый мужчина. Да еще столько цацок на себе одеть. Персей был до глубины возмущен таким поведением, и слова этой неотесанной медведицы, больно укололи его гордость, из-за чего он весь покрылся красными пятнами. Не силах придумать какой-то остроумный ответ, да и понимая что с амазонкой спорить бесполезно, юноша гордо поправил парик и одежду, а затем произнеся высокомерное "Ха!", важно задрав голову, развернулся спиной к девушке и сосредоточенно стал наблюдать за попугаями. *** — Ирида...— скорбным тоном начал Танатос — Что Ирида? Что Ирида? Я с начало времен Ирида!— резко прервала его богиня.— Думаешь это так легко на посылках у божественной четы быть, да? Работка ведь не пыльная, всего-то туда сюда гонять, выслушивать истерики Геры, не обращать внимания на заигрывания Зевса, мотаться за водичкой из Леты в подземное царство, близкий свет же, я не спорю...— бессвязно лепетала богиня, а в конце горько расплакалась.— А ведь у меня ни одного выходного не было, не одного...хнык-хнык... Личная жизнь ни к чёрту...— тихо всхлипывая, богиня стала утирать с румяных щек слезы, шмыгая краснеющим носом. — Садюга.— прошипел Гермес Танатосу в самое ухо.— Смотри, что ты натворил, негодник! Довел бедную девушку до слез, смотри как ревет. Танатос в ответ цыкнул языком и грозно посмотрел на Гермеса:— Чья бы корова мычала, это ты всю эту кашу заварил, вот и расхлебывай сам. Я с тобой не братался, так что шиш тебе, а не помощь. Скажи еще спасибо, что я тебя пополам не перерубил.— кинув еще раз презрительный взгляд на Гермеса, Бог Смерти уверенно подошел к Ириде. Достав небольшой лоскуток ткани, ( конечно же розового цвета, украшенного милыми рюшечками), Танатос стал аккуратно, со всей заботой на которую был способен, утирать заплаканное лицо богини, которая растерянно на него смотрела покрасневшими глазами, и попеременно шмыгала носом. — Тебе улыбка больше к лицу.— просто сказал Танатос, убирая с лица Ириды золотую прядь, заводя её за ухо. Богиня слабо улыбнулась и принялась тереть левый глаз.— Спасибо.— тихо добавила она. Танатос настойчиво убрал руку от глаза, и разжав маленькие пальчики вложил туда платочек. — Раз ты устала, я подменю тебя. Успокойся и больше не о чем не волнуйся, поняла. У Ирида снова задергалась нижняя губа, и она чуть опять не начала плакать, поэтому чтобы скрыть это богиня судорожно кивнула. — Хорошая девочка.— холодно отчеканил Бог Смерти.( правда ему казалось, что это было сказано более чем с заботой).— Скажи мне, что тебе надо сделать, и отдыхай. — Но... Я же не могу...— взахлеб начала Ирида, хлопая пушистыми ресницами. Танатос приложил указательный палец к её рту, тем самым расставляя замолчать.— Можешь. Сегодня у тебя выходной, так что подумай что бы ты хотела сделать. — Наверное...поспать. Ох, я так давно не спала.— Ирида легонько обхватила двумя руками, ладонь бога.— Да, я очень хотела бы поспать. Бог смерти, склонил голову набок и прикрыл глаза что-то обдумывая. После небольшой паузы он отрешённо достал из под плаща ярко красный мак и протянул его Ириде. — Держи. Вдохнешь его и ты уснешь с самыми сладкими снами. После того как Ирида передала свиток со всеми её заданиями на целый день, она робко поднесла цветок к носу. Замешкавшись, она растерянно посмотрела на Танатоса, и после того как тот одобрительно кивнул, вдохнула сладкий аромат. Богиня тотчас же закрыла глаза, и упала бы на землю если б её не подхватил, красивый, стройный юноша появившиеся из неоткуда. — Позаботься о ней, Морфей. Завтра она должна проснутся, но до этого пусть она хорошенько отдохнет. Относись к ней как к VIP клиенту, понял.— наставительным тоном проговорил Бог смерти все с тем же каменным лицом. — Конечно, дядя.— лениво ответил Морфей, смотря из под полуопущенных ресниц. Затем нежно обхватив Ириду руками, он склонил к ней голову и его мягкие, черные кудри легли ей на щеку.— Я буду нежен с этой малюткой, ей понравится у меня в гостях.—, и сложив пальцы правой руки в знак "Мира", с расслабленной улыбкой выдал.— Компания "Гипносонс", на страже вашего сна. Мы работает пока вы спите. Постоянным клиентам скидки! — Не забудь, 30% от выручки мои.— добавил устало бог смерти. После того как племянник растворился с Иридой, Танатос принялся изучать внушительных размеров свиток. Ну ничего, и не с таким справлялся. Как говорится от работы дохнут кони, ну, а он бессмертный... — Единорожек!—вдруг запищал Персей.— Смотрите это же единорог! — Дубина, это носорог! Глаза протри!— заорал на брата Гермес, затем быстро сострив слащавую мордашку мартовского кота, вплотную придвинулся к Танатосу.— Так- так, Танасочка, и что это сейчас было. Что за проявления нежности я только что наблюдал, а негодник?— игриво дотронувшись до кончика носа бога смерти, Гермес, картинно надул губки.— Тан-Тан, я ревную! Ты некогда не предлагал меня подменить, и никогда не утирал мне слезки. Признавайся ты её любишь, да? Ах, ты пернатый развратник! Неужели наша маленькая малышка, заставила тебя трепетать, и эта холодная, бесчувственная плоть готова...АААА!! В одну секунду Танатос схватил рукой лицо Гермеса, и с той же отрешенность, без какого бы намека на эмоцию, стал нещадно ломать его лицевые кости. Оторвав его от земли, и все также держа его одной рукой за голову, он с размаху впечатал его в близ стоящие дерево. — Траос, тф...есок.— плюясь выдал Гермес, и резко вставил свою челюсть в нужное положение.— Танасик, ты такой жестокий, я конечно предполагал, что в отношениях ты любишь по жестче, но думаю Ирида этого бы не одоб... Ладно-ладно, я понял, только не доставай свое могучие орудие из под плаща, оно пугает мою чувственную натуру. Аа, так ты меч достать хотел... Всё-всё я молчу! — Не понимать...— тихо прошептала Уреа, восседая на поваленном носороге и наблюдая за богами. — И не поймешь.— важно ответил Персей, не зная чему больше удивляться, тому как эта девушка без проблем повалила такое могучие животное, или поведению богов. Хотя может она девственница, а на сколько он знал, непорочные девы легко приручают единорожков. — Нет! Тан-Тан, не покидай меня!— полулежа на земле вскричал отчаянно Гермес, простирая уходящему к нему спиной Танатосу, руку.— Это же твой ребенок! Бог Смерти успокаивающе проскрежетал зубами и на ходу читая предоставленный Иридой список, поочередно загибал пальцы. Ничего, хуже чем четыре эпидемии на разных полушариях в один короткий срок, когда Арес еще затеял 2 войны, Танатос не видал. После этого теперь ему любая работка кажется такой мелочью. Распланировав в уме, очередность заданий и согласовав их с расписанием своих клиентов, Танатос нацепил крутые розовые очки в форме сердечек, и расправив могучие крылья, пафосно бросил через плече:— Асталлависта, Герм! Гермес презрительно цыкнул, наблюдая как Тан-Тан быстро взмывает в небо, и укусив себя за большой палец, яростно прошипел.— Все-таки смылся, кривая морда. Ну, нечего, я потом тебе это припомню, пернатая задница! — Люди! Где вы?— раздался из кустов до боли знакомый голос, и шатаясь с кокосом в руках, выплыл Эдип. — Какие люди?! Здесь только нелюди остались!— огрызнулся рассерженный вестник богов. — О, да это же розовый ёжик.— хихикнув, икнул юноша, по-наркомански смотря на Гермеса. — На себя бы посмотрел.— иронично подняв брови, кашлянул Гермес.— Не, я конечно понимаю закос под мачо конкретный, но на кой тебе, Эди, оно надо-то? — Любимый!— прогромыхавши низким голосом, Уреа спрыгнула с туши носорога, и в одно мгновение подлетев к Эдипу нежно сжала его хрупкое тельце в своих объятьях, от чего тот тут же чуть не отдал концы. Затем под изумленные взгляды Гермеса и Персея, взяла лицо не менее изумленного Эдипа в руки, и крепко поцеловала губы, после чего сладостно проворковала басом:— Муж мой, ты нашел меня! Эдип вмиг протрезвел. *** — Так-так, Танатос любит играть в ролевые игры, при этом весьма искусен в любовных пытках. У Ириды роман с Морфеем, и чтобы любовники побыли вдвоем, Танатос решает подменить Ириду, хотя сам тоже сгорает от желание к ней...— кропотливо записывал Гелиос в блокнот, держа поводья зубами.— В будущем можно ожидать ужасную бойню между родственниками. *зачеркнуто* Хотя... Ах, Ирида, а с виду такая скромняжка. Ха! Я раскусил тебя, ты встречаешься сразу с двумя, в вашем тайном логове! Так-так-так... — Ну, как дела Гелиос?— легконогий Зефир, незаметно подлетел к колеснице и с любопытством заглянул в блокнот. От неожиданности Гелиос аж подпрыгнул и чуть не уронил свою записную книжечку вместе со стилусом.— Чего так подкрадываешься? Не видишь, я занят!— быстро пряча блокнот под одежку проорал Бог солнца.— Я ж не прохлаждаюсь, тут, как некоторые! Чего привязался, своих что ли дел нет?! — Да пошел ты.— обидевшись, Зефир состроил гневную рожу и улетел. — Так на чем я остановился.— вновь вернулся к своим размышлениям Гелиос. — Гермес ждет ребенка... А Бог ветра Зефир, просто несносный грубиян!