Ocean Avenue

Джерард, благодаря непомерно загружённому графику, который состоял из попыток завершить три голубенькие обезьянки, получил возможность не выполнять обещание, данное им Майки. На следующий день после памятного разговора он проснулся ранее обычного, заварил кофе и ушел из дома, пока Майки еще спал. Дальше неделя шла таким же порядком. Но тем не менее, ничто в его жизни не может быть постоянно, что, в принципе, довольно справедливо, но, конечно, нежелательно. Наступил четверг, и Джерард сидит за одним из немногочисленных круглых столиков в Starbucks, расположив перед собой ноутбук. Он решил воспользоваться новой услугой кафе "бесплатный Wi-Fi", чтобы пролистать несколько страниц новостей и всякой подобной дряни. Обычно он занимается этим по четвергам, потому что в офисе во время обеда делать особо нечего, так что ничего необычного в его занятии нет. Джерард читает бестолковую статью о каком-то фермере из глухого уголка Англии, которому удалось отрастить невероятных размеров костный мозг, превысивший все мировые рекорды (серьезно, есть рекорд по размеру костного мозга?), как вдруг дверь кафе резко распахивается, и порыв морозного ноябрьского воздуха врывается внутрь. Он отрывается от экрана и глубоко вздыхает от неожиданности. При любой обстановке он узнал бы эту курчавую шевелюру. Секунду он подумывает о том, чтобы окликнуть пришедшего, но потом отказывается от этой мысли и вжимается в деревянную спинку стула. Но, безусловно, его попытка не увенчалась успехом. Вообще, когда последний раз что-то происходило в соответствии с его планом? — Джерард! Рэй смотрит в его сторону, улыбаясь с самым сумасшедшим видом во все тридцать два, а Джерард чувствует себя неблагодарнейшим существом на земле за нежелание общаться с ним. — Привет, Рэй! — откликается Джерард. Он приветливо машет рукой и пригласительным жестом предлагает присесть напротив него за столом. Рэй соглашается: — Да, сейчас, только закажу себе кофе. Еще будешь? Ну конечно, он даже любезно предложил купить Джерарду кофе. — Да, пожалуйста, я буду... — Просто кофе, без молока и сахара? — заканчивает за него Рэй, бросив взгляд на стакан Джера. — М-да, неужели помнишь? — неуверенно спрашивает Джерард. Ну конечно, Рэй помнил, что любит Джерард, ну конечно. — Чувак, серьезно? Все время, как я тебя знал, ты пил лишь это. Как только Рэй заказывает напитки и подсаживается к Джерарду, они начинают общаться, пропуская ту часть разговора, которая именуется "милая болтовня ни о чем". В общем, Рэй сейчас работает в том музыкальном магазинчике на углу, даже нет, он там менеджер. А еще временами он подыгрывает местным группкам в клубе, где он также работает. Честно говоря, Джерард чувствует себя слегка неловко, когда ему приходится говорить об обезьянках. — Вау, Джи, думаю, мы не виделись с самого колледжа. А, кстати, так ты встретился с тем парнем, в которого был по уши влюблен? Джерард неуверенно ерзает на стуле: ему совершенно не хочется говорить об этом, тем более, с его бывшим соседом по комнате. Рэй терпел воющего от безысходности Джерарда в первые месяцы после того, как он все испортил. Так что Рэй фактически попал на самый ужасный период жизни Джерарда, безусловно, вместе с Майки. — Нет, нет, вообще-то, — тихо пробормотал Джерард. — Что? Рэй выглядит так, будто готов ударить или сломать что-нибудь, или убить кого-нибудь, заржать или заплакать. — Ты четыре года убил на то, что рыдал из-за него, да так ничего и не сделал! Блять, чувак, ты десять лет назад обещал все выяснить!! — шипит он, негодуя, пытаясь не потревожить окружающих. — Знаю, знаю, но я не сделал, — бормочет Джи. — Тебе надо больше времени проводить с Майки. — Хм, может быть, так я и поступлю, — уверенно отвечает Рэй.

***

24 ноября 1994 Дорогой Джи, Уф, чувствую себя так подавленно. Не могу спокойно перейти даже из класса в класс, не услышав что-то вроде "пидор" в мою сторону от какого-нибудь недоноска. Не так фигово было бы, если бы не однообразие: одно и то же, одно и то же раз за разом. Бесит, Джи. Достало уже постоянно следить за спиной, оглядываться. Становлюсь реально параноиком, боясь, что мать найдет письма и запретит общаться с тобой. Так скучаю. Вспоминаю ту ночь, и это заставляет меня хотеть тебя еще больше, чем я могу стерпеть. Прости, я не должен загружать тебя таким образом. Не стоит мне жаловаться. Я прекращу, обещаю. Рождество через месяц, а значит, может, у нас получится видеться чаще? Надеюсь. Не уверен, что смогу долго терпеть это дерьмо. Фрэнки хо P.S. Я люблю тебя!

***

28 ноября 1994 Дорогой Фрэнки, Мне ужасно жаль, что я не могу быть с тобой рядом, чтобы прекратить все нападки, правда, так обидно. Очень хочется сделать что-то хорошее для тебя, но я не в состоянии, и от этого чувствую себя предателем. Я мог бы предложить тебе перестать мне писать, так чтобы ты не волновался бы по этому поводу, но я и не знаю, как буду жить без тебя, поэтому не прекращай, пожалуйста. Молю тебя. Знаешь, ты жалуйся мне, если хочешь, это что-то вроде части моей работы. Если не получается видеться с тобой, то я буду существовать, чтобы выслушать тебя. Я же твой парень, в конце концов. Джи хо хо P.S. Я люблю тебя!

***

Джерард помнит, как замирало у него сердце, когда он отправлял это письмо. Они никогда не говорили о том, что встречаются или о каком-либо статусе в отношениях. И также помнит, как ликовал при прочтении ответа.

***

30 ноября 1994 Дорогой Джи, Спасибо тебе! Не могу ничего больше добавить, я люблю тебя! Не хочу, чтобы ты подумал, что я ною, но все-таки как же приятно осознавать, что ты всегда будешь меня поддерживать. Я напишу тебе нормально через некоторое время: мать сейчас реально меня загружает. Прости, что так мало. Фрэнки хо P.S. И я никогда не устану слушать, как ты называешь меня своим парнем. Я невероятно рад тому, что ты именно так написал. Можно я тебя попрошу об одолжении, и ты как-нибудь еще раз произнесешь это слово? P.P.S. Я люблю тебя!

***

— Угадай, на кого я недавно наткнулся? — спрашивает Джерард с полным ртом спагетти. Майки продолжает запихивать в рот рис и, не поднимая глаз на брата, безучастно говорит: — И кого же? — На Рэя. — Ого, надо же. И как он? — теперь Майки явно стало интересно. Настолько, что он даже удосужился удивленно изогнуть бровь и сменить тон. — Хорошо. Он работает менеджером в музыкальном магазине, знаешь, тот, на углу? Майки угукает, а Джерард продолжает: — Вот, а еще он работает в баре, "The Shed", кажется. Короче, еще он там подыгрывает местным группкам. Джерард пытается скрыть нотки зависти в голосе, но скорее всего, у него это плохо вышло. — Вау, — восклицает Майки. Джерарду показалось, что его брат на самом деле впечатлен. — Еще Рэй сказал, что у них будет играть какая-то группа через пару недель. Говорит, что нам должно понравиться, предложил сходить туда. Думаю, он хочет с тобой увидеться. — Ну и конечно, — продолжает Майки, — ты сказал ему, что мы безумно заняты и все такое? Джерард стыдливо отводит взгляд. Он известен тем, что, порой, ведет себя как отшельник; даже в колледже он запирался в комнате в то время, как остальные тусили на вечеринке. — Джи, — расстроенно протянул Майки, — мы пойдем на это шоу. И мне пофиг, что ты по этому поводу скажешь, но тебе надо выбраться. Вообще, — Майки встает со стула и подходит к календарю, висящему на стене, — запишу-ка я прямо сейчас. Точную дату и время, пожалуйста! — Следующая суббота, восемь вечера. Майки обводит день и подписывает время. — Шикарно. Еще какие-нибудь события, на которые мы были приглашены и на которые я должен не забыть притащить тебя, помимо твоей работы и посещения мамы? — Я больше ни о каких не был осведомлен, — бормочет в ответ Джерард, возвращаясь к спагетти.

***

22 декабря 1994 Дорогой Джи, СКОРО РОЖДЕСТВО-О!! Боже, детка, ты и не представляешь, как сильно я скучаю по тебе! Думал об этом, когда ходил сегодня по магазинам. И еще что-то о твоих словах по поводу переезда в Нью-Йорк... правда, ты, наверняка, не помнишь. Знаешь, я тут еще какую-то рекламу увидел, вот и мечтал о том, как идеально было бы так сделать. Еще ты спрашивал о моих снах, так вот, наша с тобой жизни вместе возглавляет мой топ-лист. Хочу жить с тобой и готовить тебе кофе каждое утро, я же знаю, как ты любишь кофе. Мы могли бы ходить по магазинам в снег и в кино. Еще какой-то кровавый фильм шел по телевизору недавно, и это напомнило мне тебя, твои предпочтения. Если честно, то я просто не могу перестать думать о тебе. Ты любишь собак, Джи? Я тут понял, что никогда не задавал тебе этот вопрос, вот я очень, так что, может, мы могли бы и собачку купить? Я написал песню, и, может, ты придешь ко мне в пятницу, и я тебе ее сыграю? Может быть... Очень скучаю, Фрэнки хо P.S. Все, о чем я мечтаю под Рождество, это ты. P.P.S. Я пиздец как люблю тебя!

***

24 декабря 1994 Дорогой Фрэнки, С Рождеством, детка! Я тоже очень скучаю, и я все-все помню. Думаю, у тебя просто потрясающая мысль! Даже не представляешь, что я готов сделать, лишь бы только это было с тобой, Фрэнки. Это было бы идеально, ты идеален, малыш. Собака? Конечно, я люблю собак, было бы прекрасно завести нам собаку. Знаешь, мы могли бы быть той супер милой парой с собаками, а не детьми, хотя и дети не были бы так плохи... возможно? Буду представлять нас, живущих в Нью-Йорке с огромным количеством собак, музыки и книг... серьезно, или еще с комиксами, которые я показывал тебе на Хеллоуин? В общем, мы могли бы две комнаты выделить специально для них. Как бы я хотел осуществить все это! А еще у меня есть для тебя подарок, Фрэнки, так что увидимся 26, в пятницу? Счастливого Рождества! Надеюсь, ты получишь все, что тебе хочется! Джи хо P.S. Ха, угадай что? Я люблю тебя!!