Приёмный брат

Экипаж медленно покачивался, проезжая мимо пыльных зданий Лондона и живых изгородей близлежащих поместий. Пейзажи постояннно сменяли друг друга, радуя глаз то золотом пшеничных полей, то зеленью лесов, лугов и степей, то синевой неба и ручьев с реками. Но Сухо было не до этого. И его легко можно понять. Ведь каждый Человек - да, именно с большой буквы, не удивляйтесь, дорогой читатель, с большой буквы соответствующей глубине чувств сердца и полноте переживаний души - так вот, Каждый имеет множество слабостей, как продолжение своих достоинств, и одна из них, пожалуй, самая сладкая - это любовь. Нет, не влюбленность, которая так свойственна подросткам, зеленым юнцам, а именно Любовь. И Сухо сейчас уже очень хорошо понимал, постоянно поглаживая эту брюнетовую макушку, слыша эти довольные постанывания в ответ и чувствуя тепло Чонина. - И все-таки я был чертовски прав, отправив Себастьяна вперед, - чуть улыбнулся Граф. Будь он сейчас в другом положении, воображение не замедлило бы нарисовать огромное разнообразие газетных заголовков, кричащих в один голос: "Граф Фантомхайв улыбнулся! Цепной пес Королевы способен и на это! Неулыбающийся мальчик снова с нами, сияя улыбкой!" - Почему? - удивился Кай. - Ну а зачем еще кому-то кроме нас знать наши секреты? - А где секреты? Мне от тебя все равно скрывать нечего. А твои "секреты" пусть уж лучше останутся с тобой, чем об этом будет знать еще кто-то. - Пожалуй, ты прав, - кивнул Сухо, одновременно поцеловав Кая в самую вершину макушки, от чего тот отдернул голову с плеча Графа. - Ну ты чего? - искренне изумился последний. - Больно же! - пожаловался Кай, потирая макушку. - Что? Почему? - произвольно вырвалось у Сухо, от чего голос задрожал. - Тебя никогда электричеством не било? - Нет. - Значит, ты сам им стреляешь! - Кай насупился и отсел к другому окну, а потом и вообще сел напротив Графа. В экипаже повисла тишина, прерываемая лишь поскрипыванием колес и шорохом гравия под ними. Сухо резко стало холодно, от чего он начал кутаться в пальто, но теплее не становилось. Экипаж остановился. - Господин? - услышал Сухо в своей голове. - Сейчас-сейчас, - пронеслась недовольная мысль через все сознание Сухо. - Кай-я? - Граф протянул руку, положив ладонь на колено юноши. - М? - недовольное бурчание-ответ. - Пойдем? Тебя ждет теплая постель и свежий чай, - Сухо очень хотелось сейчас просто обнять Кая, ни о чем не думая, но что-то подсказывало: "Сейчас так нельзя", и сам он не мог с этим ничего поделать, потому что понимал, что это и правда так. Но Кай упорно молчал, уставившись куда-то вглубь парка. Наконец, дверь экипажа открылась, Сухо встал, легко поправив костюм, и чинно вышел из экипажа. - Господин, - с легкой улыбкой произнес Себастьян. - Дворецкий, комната для Чонина готова, а чай заварен? - осведомился Сухо. - Да, милорд, - отпустив руку Кая, которому Себастьян помог выйти из экипажа, последний преклонил колено. - Хорошо. Проводи гостя в его покои. Только закончив фразу, Граф быстрым шагом удалился вглубь дома. А Чонин остался с Себастьяном, разглядывая внешний вид поместья. - Ну, здравствуй, мой новый дом! - сказал Кай с каплей усмешки через минуту, налюбовавшись видом замка. И уже занеся одну ногу для шага, Кай вдруг резко почувствовал, что в него кто-то врезался, и от того упал. - Очень прошу прощения! - привычным щебетом затараторила Мейлин, кланяясь и подавая Каю руку помощи. - Да ничего, - легко улыбнулся юноша. - Себестьян, это же Он? - спросила вдруг Мейлин. Ответом был лишь легкий кивок. - О... - на лице девушки проявилось сразу несколько эмоций, включая расстройство, чувство вины и что-то еще, Кай толком не понял и уже хотел было задать вопрос Мейлин, но не решился перебить девушку, а потому просто захлопнул рот, что со стороны выглядело несколько забавно. - Разрешите Вас проводить в Ваши покои? - однако, голос Мейлин ничего не выдал об его владелице. Кай лишь улыбнулся. Но тут же улыбка испарилась с его губ. Он почувствовал вкус... Но чего? Ответ пришел быстро вместе с руками, что обняли его за плечи. Несомненно, это были Его руки. Тишину и завывание ветра в лесу, на вершине ближайшего холма прервал как всегда холодный голос Графа: - Мейлин! Почему наш гость все еще на улице? Так сложно проводить его до его покоев? Себастьян, а ты-то почему прохлаждаешься? - Прошу меня простить, - в один голос сказали слуги, и Себастьян тут же исчез, а Мейлин ловко подхватила поклажу Кая и быстрым шагом направилась в замок. - Сегодня холодно, - на самое ухо шепнули мягкие губы. - Не простудись. Кай лишь снова улыбнулся, словно бы кутаясь в руках Сухо. Но ветер все крепчал, будто прогоняя юношей с улицы, запугивая их темными тучами на небе. И юноши послушались его, уйдя в замок, вслед за слугами. Не сказать, что Кай был поражен до глубины души, нет, ни убранство комнат и залов, ни блеск ваз и люстр, ни даже такое обычно приятное потрескивание дров в каминах не привлекало внимания юноши. Но и не сказать, что в сердце юноши ничего радостно не отозвалось, тоже нет, ведь каждый изгиб перил парадной лестницы, каждый завиток в резьбе, коей здесь было предостаточно, и даже скрип дверей - все Каю казалось знакомым, даже родным, словно он вернулся домой после многих лет странствий. - Как тебе твоя комната? - вопрос Сухо хоть и был произнесен на самое ухо шепотом, но показался равным по силе звука разрывающегося пушечного ядра, выдрав юношу из дум. - Ничего, - еле выдавил из себя Кай, в чьем горле снова была Великая Сушь, - Точно такая же, как и тогда, еще в приюте, - пронеслась мысль в голове, от чего на лице появилась гримаса боли, ведь приют стал для Кая едва ли не самым ненавистным местом в мире. Комната и правда заслуживала внимания, выглядела она очень хорошо, можно даже сказать богато. - Сухо,.. нет, Граф?.. Как же мне обращаться к тебе? - спрашивает Кай, прокашлявшись. - Сухо, - немного с улыбкой ответил Граф. - Сухо... - тяжелый вздох. - Прошу тебя, не пойми меня неправильно, но прошу тебя, прикажи слугам убрать все это золото. - Но почему, Кай-я? Разве оно неприятно тебе? - Сухо, ... оно не радует меня, моим глазам не за что зацепиться. Сухо, ты понимаешь меня? - Все будет так, как ты хочешь. Кай-я... - Сухо крепче обнял Кая, целуя в шею. - Сухо... - эхом откликнулся юноша, падая вслед за Графом на белые простыни под пологом.