Я стану счастливой.

Обнимая свою маму и чувствуя её руку у себя на голове, Люси молчала, ровно как и Лейла. Женщина мялась и не знала как лучше начать. Информацию, что она собиралась преподнести дочери разрушит ее мировозрение. А Люси продолжала молча перебирать рой мыслей. Они крутятся и накапливаются у нее месяцами, а ответов нет. Но может пришло время получить хотя бы на некоторые? Что вызвало ряд странных снов, точнее чужих воспоминаний в ее голове? Что происходит сейчас и как это возможно? Что за странности происходят с ее магией? Чем черт возьми она вообще занимается последние месяцы? И почему она так себя вела? Чем бы это наваждение не было вызвано оно открыло девушке в глаза. И возможно пока она по настоящему распахнула глаза взглянув в лицо реальности пора бы разобраться в себе? «Я сделаю, разберусь и в себе, и в своей жизни. Только…» — девушка блаженно прикрыла глаза, запах маминых духов ударил в нос, оставляя приятное тепло в груди. — Сначала я поговорю с мамой.» Пока ей не хотелось абсолютно ничего, в этой самый момент она была счастлива. А Лейла в свою очередь начала рассказ. POV Люси. — Я ведь тоже была подростком, и была очень своенравной. — женщина лукаво улыбнулась. — Как и одна упрямая девочка я сбежала из дома. — Ты? — заклинательница в удивлении распахнула глаза. Лейла тихо посмеялась, как подобает леди. «Я давно упустила все основы этикета из своей жизни.» — нет, конечно в девушку были вбиты все правила, и искоренить это было невозможно. Но изящество истинной леди как у матери у Люси никогда не было. — Я как и ты не выдержала давления со стороны отца, — женщина глубоко вдохнула, готовясь к длинному диалогу. — Я сбежала. Правда случаи были немного отличны.  — Ты тоже сбегала? — Люси не удерживая любопытства, слегка подскочила на месте. Она узнавала очень много нового о собственной матери. — А из-за чего ты сбежала? И что сделал твой отец? Кто он и какой? — только сейчас заклинательница поняла, что с детства не задумывала об этом вопросе. «Дедушку и бабушку я никогда не видела, а на все мои детские вопросы мама всегда лишь отмахивалась.» — и кажется девушка была близка к тому чтобы узнать о семье побольше. Женщина улыбается уголками губ, а ласковый взгляд внимательно всматривается в черты лица дочери. — Твой дедушка был очень… суровым и местами даже деспотичным. — с рассказом матери Люси осознавала насколько их судьбы схожи. — А потом ты нашла семью и они бросили тебя? — иронично прошептала Хартфилия, не сумев себя сдержать. Простодушное с легкой улыбкой выражение сменилось на сочувствующее. «Это печаль в твоем взгляде не поддерживает.» — Люси, я понимаю, тебе очень больно. Расставаться с любимыми людьми всегда тяжело. — женщина обняла дочь, сжимая плечи той. — Жизнь сложная игра. С собой, с миром, с самой судьбой. — Хочешь сказать мне не хватает азарта? — блондинка усмехнулась, выбираясь из стальных объятий заглянула матери в глаза, в карих очах читалось полное понимание. «Тебе тоже тяжело?» — ей хотелось спросить вслух, добавив «было», воворемя осекаясь и останавливая себя. — Я тебя кажется перебила. — Люси скривила губы в подобии улыбки. Получилось так себе. Разучилась она наигранно улыбаться. — Я хочу услышать твою историю. — Если говорить откровенно, я не хотела вмешивать тебя. — Лейла опустив глаза, теребила руками платье. И Люси все сильнее понимала, что не только воспитание, но и привычки ей достались от матери. — Неужели это так опасно? — девушка не злилась, как боялась ее мать. Она все прекрасно понимала. Люди не возвращаются с того света проведать дочь для повседневной беседы. В любимых рассказах Хартфилии такое бывало при проблемах огромных маштабов. — Надеюсь мне мир спасть не надо? — надулась Люси совсем как в детстве, хитро блеснув глазами. — Мне не пойдет костюм супермена. Лейла широко улыбнулась, и девушки рассмеялись. Заклинательница ощутила странное чувство. От чего-то смех ей казался таким далеким. Сколько времени она провела в своем бреду? — Я действительно надеялась, что никогда не скажу тебе этого. Не придется. — грусть читалась в глазах женщины, и улыбка была какой-то потерявшей оттенки. «Что такого страшно ты мне можешь сказать?» — златоволосая волшебница даже представить нем могла, что ее мать может хранить лгать, лукавить или обманывать. Сам этот факт удивлял, а то нервозное поведении матери заражало волнением и саму Люси.  — Мне нужно кое в чем признаться. Речь о темноволосом человеке из моих воспоминаний. — она догадывалась. Блондинка поняла насколько ее мать любила этого человека, ей казалось странным, что в итоге Лейла оказалась замужем не за тем человеком. «Хотя людям так присуща двойственность чувств.» — теперь ей это мог подсказать и опыт, а не только рассказы посторонних и горничных их бывшей резиденции. Предал? Обманул? Бросил? Погиб? Разлюбил? Или это сделала ее мать? Хартфилия младшая перебирала множество вариантов, уставшая засыпая после тренировок. Она просто не могла не думать о том как получилась, что была разрушенная настоящая сильная любовь ее матери. — Того человека как ты поняла зовут Калип. Как я и говорила, наши ситуации немного отличаются. — женщина пристально посмотрела на дочь, неуверенно продолжая. Ей все равно придется это сказать. — Я сбежала с другом детства. Он понимал меня и разделял мои взгляды, — на секунду женщина запнулась, видимо что-то вспоминая поджала губы. — Почти. Во всяком случае поддерживал он меня. «Как-то сложно. Может от неизвестности остальных деталей.» — А из-за чего вы сбежали? Что сделал твой…мой дедушка? — запнувшись, девушка исправилась, понимая оплошность. Что бы ни рассказывала Лейла ей не стоило делать поспешных выводов. Тем более будь он жестоким тираном помешанном на деньгах или властным упрямым ослом она не может отталкивать хотя бы память об этом человеке. Дедушка… Звучало непривычно и неудобно. Но ей нравилось это слово. И если есть жизнь после смерти, и люди могут наблюдать за землей то возможно ему бы было приятно быть признаваемым своей семьей. Лейла довольно улыбалась, зная о чем думала дочь. Она разделала ее мнение. Женщина не смогла понять не решений, ни взглядов отца, и не могла их принять. Особенно последнее. Однако так же и не смогла возненавидеть этого человека. — Ответ на твой вопрос шокирует тебя. Возможно ты даже посчитаешь это глупой шуткой или полным бредом, но прошу поверь мне, Люси. «Мне не нравилась эта ситуация и все меньше хотелось знать ответы на свои вопросы. Возможно они дорого мне обойдутся.» — однако не смотря свои сомнение девушка уверенно кивнула, готовая принять и проглотить любую правду. — Твой дедушка дракон. — произнесла Лейла, в воздухе образовалась гробовая тишина. Атмосфера вокруг них накалилась. — Чт-что? — выдавила из себя заклинательница. Ее мать оказалась права. «Это же полный бред! Дракон? Мой дедушка?» — мысли не укладывались в голове, казалось бы что-то сейчас кто-то выпрыгнет из кустов и крикнет: «Шу-у-утка-а!». Собственно именно это ощущение уже несколько месяцев ее не покидало. — Ты шутишь? — тихо пробормотала Люси, не зная когда следует рассмеяться, однако один взгляд в мамин понимающе-снисходительный взгляд наполненный грусть и сожалением одновременно слегка опущенный из-под густых ресниц заставлял ей верить. Женщина не врала. И это словно молнией поразило Хатфилию, от чего та резко дернувшись словно от пощечины, подскочила. все с тем же шоком в глазах смотря в пустоту. «Либо брежу я, либо она.» — Ты не сходишь с ума, Люси — тонкие длинные пальцы нежно провели по щеке, заставляя посмотреть их обладательнице в глазах. В ее глазах застыло обыкновенное «прости», они были наполнены сожалением, а губы едва заметно подрагивали. «Ясно. Она извиняется за ложь, пока я не могу поверить родной матери.» — девушка почувствовала укол вины, а после кинжал и длинный меч, пронзающий тело насквозь. — «Я просто боюсь, что это лишь иллюзия. Но если допустить реальность этой ситуации, то я должна дослушать.» — Я слушаю. — во рту девушки пересохло, ей тяжело дались эти слова и вера в сказанное. Ее мать присела обратно, облокотившись корпусом о дерево протянув дочери руку, призывая вернутся в обратное положение.  — Просто послушай и все поймешь. — с лаской произнесла Лейла, голос был пропитан неуверенность, ятжесть воспоминаний неприятно давила на плечи старшей Хартфилии. — Мой отец был не обычным рядовым драконом. «Так их еще и целое королевство было?» — девушка чуть не задохнулась от удивление. — «Смерть от шокового состояния мне кажется предначертана.»  — Твой дед был королем драконов, он был Звездным драконом. — и поймав очередной вопрос, предугадывая его, добавила. — Я тоже дракон, бывшая наследная принцесса этого королевства. У тебя между прочим и дядя есть, мой брат, Талос. «Как оказывается я много не знаю. Чем больше я слышу от матери тем меньше мне верится, что это имеет хоть долю правды.» — Люси все больше казалось, что это лишь сон, и убеждается, что фантазия ее работает прекрасно для бывшего писателя в особенности. — Мой брат должен был унаследовать место предыдущего короля, он разделял его взгляды, при этом имея поддержку знати и любовь остальных рас, никто не сомневался, что перед ними будущий король Драконов. Однако выяснилось, что в нем не было ни капли звездной магии, он полностью унаследовал как кровь так и силы твоей бабушки. — А почему именно звездный? — Люси лежала на плече матери, внимательно вслушиваясь и представляя все эти картины дворцовых интриг. «Какой бы не был мир или измерение, знать везде одна.» — наученная неплохим опытом общения с людьми из высшего общества Хартфилия, как младшая, так и старшая их не переваривали. — Звездная раса была сильнейшей и древнейшей, первой среди драконов, нет более сильной магии, чем та, что питается от звезд, вечного источника магии. Вот почему только имеющие силу звезд в крови считались достойными титула короля. — А как же тогда Акнология? — припомнила заклинательница дракона смерти, что величал себя королем драконов, на что Лейла только загадочно улыбнулась. «Секретов у нее видимо еще много.» — предупредило девушку собственное сознание. Страшая Хартфилия не переставляла удивлять дочь. — В итоге оказалось магия отца передалась мне, что означало, я должна стать следующей правительницей. Однако моему отцу не нравились мои взгляды на мир, и он старался навязать мне свои. Он, и его подчиненные считали людей не более чем надоедливых мошек, способных быть только куклами, обязанными их развлечь и утолить их голод. — девушку передернуло, за всем рассказом с головы Люси и вылетели все мысли о том какие на сама деле драконы. «Это уже не сказки Драгнила об Игниле.» — нет в огненного дракона девушка верила, только вот в его доброте и мудрости немного сомневалась. И Лейла подтверждала ее мнение об этих существах. — Люси не все драконы подобны этим. — женщина поймала взгляд дочери, уверенно смотря в карие очи своей наследницы. — Так же как и люди, нет идеальных, нет ни хороших, ни плохих. В мире вовсе очень размытое понятие добра и зла. У всех свои взгляды на жизнь, у драконов в том числе, есть такие, что относятся к людям и другим существам с отвращение, некоторое с опасением или безразличием, у кого-то совершенно другие считают людей союзниками и готовы их защищать. «Как ни странно ее слова меня немного успокоили. Однако относится к драконам как к разумным существам тяжело. Будь я например драконослеером думаю мне было бы легче поверить.» — в голову девушки вновь заглянули бывшие друзья, от чего та яростно замотала головой. — Прости, отвлекалась. — заметив у Люси внимательный, готовый слушать взгляд женщина продолжила рассказ. — Я не молчала по поводы силой навязываемых мне взглядов и решений. Меня это злило, его раздражало мое непослушание, на этой почве с отцом у нас было много ссор и конфликтов. Я была по его мнению, как и словам слишком «мягкая и добрая», чтобы править такими существами как драконы. — взгляд Лейлы потемнел, на глазах появилась пелена слезы, мгновенно забираемых организмом назад, и этот момент остался незамеченным. — Он надеялся, что следующим правителем будет Талос, брат был моей противоположностью… «До сих пор не верится. Дядя… Дедушка дракон, мама принцесса. Теперь рассказы Нацу уже и не кажутся бредом. Даже верится в них побольше.» — вертелось в мыслях, пока мать собиралась в духом. Казалось женщине тяжело и неприятно было это вспоминать, и тем более рассказывать. — «Наверно она давно это не вспоминала.» — размеренно дыша, девушка подавилась кислородом, откашливаясь, сознание зацепилось за одно интересное в данной ситуации слово. — Постой! — Лейла приоткрыв рот в продолжении повествование закрыла, с немым вопросом в глазах. — Это ведь было о-о-очень давно! — воскликнула блондинка, а женщина понимая, к чему клонит дочь елейное улыбнулась. — Драконы живут очень долго, милая. Мы растем до восемнадцати, а потом просто останавливается взросление, даже будучи на пороге смерти ты можешь выглядеть юной девушкой. — блондинка скептичесски оглядела Лейлу. «А теперь вечная молодость? Интересно, что еще моя фантазия мне подкинет?» — Но если определенны условия, их нельзя обойти, особый ритуал.  — А если не пройти? — поинтересовалась Люси.  — В восемнадцать проходит этот ритуал, это можно сделать и позже, это зависит от оценки сил и желания самого дракона. В этом возрасте мы впервые превращаемся в драконов, и до проведения ритуала остаемся драконами, и если сделать все правильно, то веками сможешь оставаться в том возрасте, что пожелаешь и по своему желанию принимать облик дракона, или человека.  — А сколько ты была драконом? — последов следующий вопрос, любопытный взгляд заклинательницы метался по фигуре матери. Хрупкая женщина дракон? — Я прошла ритуал в тот же момент, когда стукнул срок, даже при рождении драконом жить в облике человека мне было удобней, с самого появления на свет меня больше привлекала человеческая натура. «Никогда б не подумала, что драконы могут расхаживать среди людей. Зато объяснятся где может прятаться годами дракон смерти.» — от чего Хартфилии самолй хотелось разумные мысли, подтвердят весь тот бред, который она услышала. От чего-то хотелось поверить. — Есть драконы, что хотят в шкуре дракона прожить всю жизнь, презирая второе обличье, есть такие как я, и есть те кто живет то так, то так. — женщина усмехнулась вспоминая близкого ей человека. «Наверно того человека.» — Люси была все ближе к правде разорванной истерии любви. — Но если ты прошла ритуал сразу, то почему…  — Я выгляжу не на восемнадцать? — предвкушая вопрос она опередила Люси, растягивая губы в довольной улыбке. Все вопросы дочери были как на ладони. Один взмах рукой и в золотой вспышке можно было разглядеть зеркальное отражение самой Люси. «Я…я просто не представляла, что такое возможно. На против меня сейчас сидела не мама, а молодая восемнадцатилетния девушка, очень похожая на меня.» — приоткрыв ротик в удивлении, глупо хлопала глазами. — «Я бы даже сказала зеркальная копия.»  — А? Э?  — Ну во первых: Не я на тебя, а ты похожа на меня. — произнесла она, повторно сделав то движение рукой. — А во вторых: я оставляла видимость старения, в конце концов не многие люди поклонники драконов. И не думаю, что Джудо был бы рад этому, ведь он ничего не знал. «Да уж, не знала, что мама такая интригантка, она нас всех за нос водила. Столько секретов она хранила годами.» — а ведь никто бы и не подумал о хрупкой женщине как о принцессе включая и дочь, что до сих пор металась в своей вере от абсолютного бреда к дикому желания поверить. Девушка понимала, что в какой-то мере злится, и должна, за все зарытые в шкафу скелеты, понимая, ничего подобного она не ощущает. Только лишь покалывающую в груди обиду за озвученную правду, и возвращается к мыслям о том каким она была ребенком. «Какая правда пятилетней мне?» — Люси самой смешно от этих мыслей, но сильней хотелось узнать все, намного больше, всю историю матери. Она чувствовала накалившийся до предела интерес и жуткое любопытство. Красивый сон хочется до смотреть до конца, верно? — Менять возраст по желанию, это как-то… даже для дракона… — все это было слишком, Люси в самих то драконов верит едва ли, а их способности и стиль жизни удивляет еще больше.  — Эти способности открываются после прохождения ритуала, до него половина сил запечатана. — женщина поднялась попутно отряхивая платье, призрачно улыбнулась.  — А что будет если провалить его? — с энтузиазмом и вопросом в глазах произнесла Хартфилия, принимая мамину руку поднялась следом.  — Если провалить, эту же вечность проведешь драконом, а можешь и умереть. — на взгляде на дочь глаза накрыла пленка слез, словами она не могла передать как ей жаль, что любимому ребенку придется проходить через множество трудностей. Сердце младшей Хартфилии пропустило удар, замечая застывшие в глазах женщины слезы, сквозь силу Лейла заставляла себя вымученно улыбаться. Улыбка была ее сопровождающим спутником в памяти дочери. И безумно не хотелось испортить их горьким потоком слез.  — Люси, драконы до неприличия сильны. Местами слишком. — Лейла потерла переносицу носа, стараясь не заплакать. Рассказав правду назад не свернешь. — Зачастую в древности, в самом начале нашего зарождения мы теряли контроль над собой, убивая свою же расу, и умирали либо от их рук, либо вместе с ними от огромной отдачи. «Я знала, что человеческое тело слишком слабо как проводник магии, от чего и случается магическое истощение, обмороки, а иногда магов это приводит к инвалидности или смерти.» — девушка припоминала себе же свои тренировки. В те дни, может даже до сих пор она ненавидела свое слабое тело. — «Но даже тела драконов вы выдерживают всей силы магии.» — Вот поэтому я и рассказываю тебе обо всем этом, Люси. — его голос дрогнул, полный неуверенности, что так не сочеталось с образом запечетлившимся в памяти заклинательницы. «Что происходит? При чем здесь я?» — Люси совершенно окончательно и бесповоротно запуталась. Рассказ матери и без того имел огромное количество секретов и факто, что недавно девушка считала нереальными, несуществующими, невозможными. — Я ведь человек, — слабо улыбнулась заклинательница, слишком наигранно, слишком заметно. — Видимо в папу. В глазах матери именно в эту минуту девушка прочитала сумасшедший коктейль эмоций. Особенно вину. Из всей этой беседы Люси впервые так отчетливо читала мольбу о прощении. — И ты и Джудо не должны были узнать. «Я кажется понимала к чему она клонила, но не верила. Невозможно. Я человек!» — вопреки выводам, что старались склеится в единую картину, вопило сознание, не делая признавать их верными. — В тот день, что я смогла сбежать, как я и упоминала я была с тем человеком. Я не желала править драконами, всячески отгораживаясь от этого, однако сила, что я унаследовала решила иначе. Я стала единственной возможной наследницей. — женщина не торопилась подтверждать или опровергать догадки дочери, скорее старалась объяснить как так вышло и зачем ей это знать. — Оставался один способ избежать этого, так я думала тогда. Думала, что это мне поможет. Избавит от необходимости. «Избавит… Насколько же она не хотела этого? Можно ли это сравнить с насильно навязанным замужеством, или это во сто крат хуже?» — Люси пыталась сопоставить, понять, однако получалось не так хорошо как хотелось бы. Речь больше не шла о делах одного богатого магната, что желала еще больше власти. Шла о ответственности, наследии, королевской семьей, борьбе сил и амбиций. О королевстве сильнейших существ. — Однако побег из дворца Короля драконов, где на каждом шагу была расставлена охрана было трудной задачей, фактически невыполнимой. С чем мне и помог Калип. И они вернулись к изначальной сути разговора. Долго подводя и виляя извилистыми тропинками, Лейла судорожно хватая воздух, через силу выдавила улыбку. — Он узнал о моем желании. Посмеявшись с моей глупости, он задал мне один вопрос.

— Это твое истинное желание? — глаза горели голубым огнем, прожигающим насквозь. — Да. — тихий шепот был заглушен взмахом крыльев. Довольный оскал, обнажая клыки блеснул в темноте луны. Дракон похитил принцессу. По ее собственному желанию.

— Калип знавший многое, будучи одним из сильнейших, обладающий редкими дарами магии и ее же огромным запасом помог мне исполнить мечту. — по мере воспоминаний глаза женщины наполнялись любовью, а губы дрогнув, растянулись на лице настоящей улыбкой. «Она до сих пор любит его. Этого…дракона.» — Люси было обидно за отца, и жаль его, но еще даже не дослушав ее повествование поняла на чьей она стороне. Поэтому взгляд молящий о прощении стал невыносим, она мечтала его больше не видеть. Он не шел Лейле. Не вязался не с ее образом, отчасти потерявшим свое право называться своим, рассыпавшимся осколками, ни характером. Дочери всегда на стороне своих матерей. И всегда желают видеть их улыбки. — Мы оказались на земле, путешествую оказались в том месте. И оно стало нашим домом. Мы были счастливы и влюбленны… — взгляд матери вновь стал тухнуть. Рассказ подходил к финалу. Печальному не свершившемуся Happy Endy. — Ровно до того момента как он исчез. — мать и дочь подошли к краю сада. Земля обрывалась, место запеленали облака, кружившие около них, обернувшись Люси поняла, что и место по которому они только что прошли, та тропинка и все что ыло позади просто рассыпалось. Огромных размеров покрытые позолотой врата с витеиватыми узорами встретили их впереди. Свет залил все округу, ослепляя заклинательницу. Она больше не видела ничего перед собой. Только вспышку света и тихий шепот матери. — Я показала тебе все свои воспоминания, надеясь, что ты поймешь этого человека. Он жестокий и самоуверенный баран, — Люси знала, ее мать широко улыбалась, со слезами на глазах, что больше не было необходимости сдерживать. — Калип похож на этот свет. Сначала ослепляет, жгет и режет взгляд, но привыкая к нему, принимая его, ты чувствуешь его тепло и свет, что проведет по самым темным туннелям, выводя навстречу солнцу. «Именно это я чувствовала, Люси. Ты мое солнце, что он мне подарил.» — Не бойся этого человека, Люси. Прими и пойми его. — ее шепот становился тише. Она исчезала в это свете. «Ты действительно мертва?» — давно не появлявшиеся гости навернулись на глаза, оставляя на щеках мокрые дорожки. — Мама! Мама! — захлебываясь в слезах, закричала девушка, страясь найти, схватит за руку. Но как? Куда бежать? Это история не могла закончится так. Ей нужна надежда, и она не может найдя ее вот так потерять. «Я не смогу пережить твою смерть опять! Только не снова!» сердце выло и болело при одной только мысли, одном только воспоминание о часах проведенной у могилы матери.  — Калип твой настоящий отец. — эхом отдавалось в голове заклинательницы. Лейла полностью игнорируя крики дочери сообщила то ради чего пришла. Ради спасения дочери она нарушила правила и границы. И истощила себя. Мир, созданный женщиной рушился. Крики дочери, звавшей мать неприятно резали по ушам, и как бы не хотелось обнять и успокоить свою малышку она не всесильна. Более границы миров сдерживать она не могла. Люси чувствовала, что способность двигаться вернулась к ней, сорвавшись на голос матери, почувствовала новое падение в темноту. «НЕТ! Нет! Нет! Пожалуйста, мама!» — Люси хотелось кричать в голос, что пропал. Открывая рот в бессильных криках девушка не могла произнести ни звука. — Я вверяю тебя в его руки. Найди своего отца, свое спасение. — отголоски голоса Лейлы отдавались в голове блондинки. Не в силах не говорить, не двигаться девушка беззвучно плакала проваливаясь в пустоту. — И я должна закончить свой рассказ. — глаза девушки красные от слез широко распахнулись в удивлении и надежде. — Я стала правительницей драконов. «Ты жива? Правда жива?» — в это было поверить даже труднее чем в саму суть всей этой сказки. Но это в разы усиливало веру в этот сон, надежду на настоящее видение, а не иллюзорное наваждение. — Твой дедушка скончался, и когда это произошло, пользуясь отсутствием наследницы, брат попытался знать престол, однако его ждал провал. Ему не хватил сил править ими, лишний раз доказав, что возглавить драконов мог только Звездный дракон. Развязалась война, Тайло пропал. А у меня не оказалось выбора, под грузом ответственности даровой мне вместе с силой мне пришлось вернутся. «Вот почему она пропала. Необходимость, ответственность.» — Люси все понимала, однако от одного осознания этого факта было неприятно, грудь тесно сжималась, а ком подкатывал к горлу. — «Потерять мать из-за королевской ответственность могу только я.» — Люси, прошу прости меня и обещай мне найти его. — Обещаю. «Но где мне его искать зная одно лишь имя?» — Не беспокойся, дорогая, ты найдешь его. — словно прочитав мысли девушки, добавила женщина вдыхая полной грудью из последний сил выкрикнла. — В вашем мире его зовут Акнология. «Не может этого быть!» — Люси эхом повторялось его имя, подкидывая случай на острове волка. Величественное и пугающее существо. Лимит времени был исчерпан. Врата закрылись. Свет и тьма смешались воедино, поглощая последний вопль девушки. — МАМА! Сознание окончательно пропало, услышав странный щелчок. «Я люблю тебя, Люси. Я буду следить за вами и оберегать ваше счастье.» — Лейла не сомневалась, девочка найдет своего отца, а он выведет их дочь к ее собственному свету. Девушка резко вскочила, жадно вдыхая воздух, хваталась за горло. Жгло. Словно без остановки кричала, срывая голос. «Кошмар?» — Люси помнила все мельчайшие детали своего собственного наваждения, стараясь найти зацепку, что могла бы подтвердить весь тот бред, что ей приснился. И зацепилась. Рукой девушка нащупала тонкую серебряную цепочку, понимая, что это был кулон. В голове перемкнуло, напоминая о странном щелчке во время падения. «Быть того не может!» — вновь и вновь мелькало в голове. Она может позволить себя поверить в это? — «Мне это не приснилось?» В руках девушка вертела небольшой кулон из серебра в виде дракона обвившего своим тело остроконечный меч, расправив крылья с маленькими черными бриллиантами вместо глаз. «Красиво.» — призрачная полуулыбка появилась на губах. Лейла оставила ей доказательство своих слов. — «Она жива.» — одна эта мысль разливала по телу тепло, согревая сердце. Люси задумалась о ее словах. Мама оказалась не человеком, как и отец девушки. «Отец вовсе не отец. А настоящий это съехавший с катушек дракон?» — несмотря на вдохновляющую речь матери и данное ей обещание, подрываться с места в поисках оного Люси не торопилась. Если это лишь наваждение то она умрет раньше чем скажет хоть слово. «Да даже если это правда, и огромный и злой дракон мой отец то он сожрет меня раньше чем узнает об этом.» — она помнила острые огромные клики этого существа, магический рев, способный стереть с лица земли остров. — «Повезло же с отцами. Один замуж насильно выдать пытался, другой чуть не убил полгода назад, удружил папаша.» Но не смотря на все негативные мысли и метания, сомнения, терзающие душу, улыбка так же играла на губах, становясь насколько была способна сейчас улыбнутся Люси ярче и шире или грозила пропасть вовсе по мере воспоминаний о странном сне. — Может тебе кулон надеть пока не сломала? — от слов духа Хартфилия вздрогнула, поворачиваясь в его сторону ее встретила ласково-счастливая улыбка царя зверей. — Застегнешь? — девушка протянула духу дорогое сердцу наследство матери, убирая волосы, услышала уже знакомый щелчок. И вновь кулон красовался на тонкой шеи волшебницы. — Спасибо. — Я так рад. — нарушая затянувшуюся паузу прошептал дух, и Люси услышала. Глупо спрашивать чему наверно, и неправильно, ни тогда когда на глаза сильнейшего духа наворачиваются слезы. Девушка подорвавшись приняла сидячее положение, обняв его. Всего несколько часов назад он нервно перебирая пальцами сидел подле нее, наблюдая за метающейся девушкой в беспокойном сне в страхе, что она не проснется. POV Локи. Я не знал, что мне делать. Не хотел верить в слова целительницы. Кровная магия убивала мою хозяйку, а мне было нечем помочь. Я был совершенно бессилен перед глазами смерти для нее. Я бы мог умереть без страха, навсегда проваливаясь во тьму, даже зная, что меня ждал бы ад. Бесчисленное количество раз если бы только ей это помогло. Сжимая руки в кулаки до побелевших костяшек продолжал панически перебирать мысли. «Настоящий отец Люси не Джудо Харфилий. Предположим верю, но что дальше?» — это знание мне ничего не давало. Даже пустой надежды это не вселяло пока я не знаю хотя бы имя. — «Я верю, что Люси очнется, эта магия убивает постепенно и сейчас еще не время.» Одна эта мысль убивала. Было прочно засевшее ощущение, что я признал факт ее будущей смерти, что даже когда девушка откроет глаза надежда не появится. Едва ли Хартфилия сможет называть мне хотя бы имя. Элина обещала замедлить процесс, собрав нужные травы и изготовив зелье. Но лишь замедлить. «Что делать мне?» — звучал вопрос в голове. Моя дорогая хозяйка, мой лучший друг, спасший мою никчемную жизнь, поддерживающий меня, моя любимая заклинательница умирает. Девушка, что была дороже жизни умирает на моих руках. Я не могу ей ничем помочь. Не знаю как и мне не у кого спросить. Я часто подводил ее, за что неделями не мог себя простить, она была в смертельной опасности из-за моих ошибок и слабостей. Я не смогу помочь этой сломленной девушке вернуть веры, в самый трудный период в ее жизни я оказался бесполезен. И теперь она просто умирает на моих руках, и я все так бесполезен. Никчемное существо. Что мне сделать, чтобы спасти тебя? Я могу попросить Короля звездных духов спасти тебя, сделать звездным духом. Я смог бы провести с тобой целую вечность, не страшась за твою жизнь, но ты ведь не обрадуешься, возможно и не простишь меня до самого конца? Целую вечность терпеть твою ненависть будет невыносимо. И твою смерть я принять не смогу. Мое солнце, та, что дарила мне тепло и свет, чья улыбка могла всколыхнуть фонтан чувств внутри. Та, что я поклялся защищать.Сотый, тысячный раз я задаю себе один и тот же вопрос. Как мне спасти тебя? Если ты умрешь я не прощу себя, Фейри Тейл, Короля и всех остальных звездных духов, даже тебя саму, буду готов проклясть весь этот мир. Избежать этого ведь так просто. Живи и будь счастлива, от тебя ведь больше ничего не требуется. Хартфилия черт возьми, не умирай! Черт! Черт! Че-е-ерт! — Мама! Золотистые волосы всколыхнулись, девушка резко вскочила, задыхаясь и ловя ртом воздух. Ее дыхание сбилось, а глаза в панике бегали по сторонам. Люси вцепилась в странную цепочку в форме дракона. «Готов поклясться у нее не было ничего такого. Тем более она выкинула все свои побрякушки.» — пока я задавался вопросом откуда взялся этот кулон, девушка ушла в себя, полностью погрузившись в свои мысли. Она абсолютно не видела ничего вокруг себя, включая меня. — Лю… — шепотом хотел произнести ее имя, не испугав, привлечь ее внимание, как завис в шоке забыв закрыть рот. Непонимание, удивление, радость мелькали на лице в купе с другими проскальзываемыми, с трудом читаемыми эмоциями. Девушка, что забыла значение улыбки растянула губы в ней. Ее глаза наполненные слезами и эмоциями, сменяющееся в эмоциональных перепадах личико было прекрасными. Перед мной сидела не кукла, что я видел последний месяц в ней. Передо мной была Люси, настоящая. Что-то вернуло ее к жизни, дало разгореться надежде. Только одна мысль теперь гасила ее для нас. Теперь отпустить ее к ангелам невозможно. Король звездных духов, Зереф, даже сам дьявол неважно, я пойду куда угодно, чтобы спасти ее. Люси крепко обняла меня, наверно считая, что я собираюсь заплакать. Глупая, мне некогда реветь. Но в этом жесте я все сильнее узнавал свою Люси, мою прелестную хозяйку. — Локи, мне надо теперь кое-что рассказать. — ее взгляд наполнила решимость, а голос стал серьезным. Глаза и голос были с примесью льда, надетой маской. Думаю теперь ей будет трудновато будет стать собой, избавится от масок, но время поможет. Главное кукольное обличье треснуло. Осталось только спасти твою жизнь. — Только не считай меня сумасшедшей. — я лишь посмеялся с этих слов, не понимая, что стоило взять это на заметку как предупреждение. По мере ее рассказа мое лицо вытягивалось, а глаза наверно напоминала блюдца. Хотелось не раз выкрикнуть: Бред! Но и ее кулон, и вера в ее слова, и информация о фальшивом родстве с Джудо, сопоставляя все это начинал верить. Мое сердце пропустило удар, забившись с удвоенной силой. Она знала имя. И имя было одно на миллион. Или на всех жителей земли существовал только один дракон Акнология. Люси сжав до боли зубы предприняла попытку подняться, что ей с блеском не удалось, ноги подкосились, девушка потеряла равновесия, летя на встречу полу. Едва успевая спасти хозяйку от страстного поцелуя с палаткой подхватил, помогая сесть. — Не волнуйся, я сам смогу найти его, чего бы мне это не стоило. Обещаю. — мои глаза горели уверенность. Имени мне достаточно. Теперь у меня есть шанс на спасение любимой подруги. Улыбнувшись потрепал по волосам, вызвав недовольное бормотание, губы девушка поднялись в ответной легкой улыбке. Мне так ее не хватало. Я ее не потеряю. Ты веришь в меня, остальное не важно. — Локи, — прохрипела блондинка, лицо перекосило от вспышки боли когда попыталась встать. — Лежи. Я слушаю, — я старалась улыбаться, так как раньше она улыбалась мне. С надеждой, с уверенностью. — Вершина этих гор, там есть хребет с уходящим вглубь гродом. — я не понимал откуда столько подробностей, в ее рассказе Лейла не упоминала место нахождения. — Просто поверь мне. Я чувствую его. Люси прочитала по глазам мои сомнения. — Все хорошо, я верю. — в ее глазах промелькнуло удивление сменившееся полным доверием. Я должен оправдать ее веру и доверие, оказанное мне. Я поклялся защищать эту девушку подобную ангелу, чтоб вернуть сломленные крылья и ее небесную улыбку. Времени катастрофически мало, поэтому дождавшись Элину мгновенно подорвался на поиски. Первой моей целью стали близ лежащие вершины гор. Интуиция Люси редко подводила, да и начинать с чего-то надо. «Черт, это займет больше времени чем я думал.» — перемещение использовать нельзя, врата я открыл своими силами, и лучше бы мне их не тратить попусту. Если исчезну то кто знает когда вернусь. Потратил час на подъем, достигнув цели попал в место, что описывала мне Люси. О котором рассказывала не раз, она видела его почти каждую ночь. Эта цветнистая поляна насыщенно-зеленого цвета травы с золотистыми бликами усеянная яркими разновидными видами цветов. «Действительно красиво.» — однако любоваться у меня времени не было, сразу начал осматриваться. Если Люси права то мне не обязательно искать дракона, нужно присматриваться и к людям. Мой взгляд привлекла большая пещера в пяти метрах от меня, тихим шагом пошел туда, надеясь не выдать свое местоположение и нахождение. Мне нельзя исчезнуть, и для этого нужно всеми силами остаться живым. Но с драконом смерти остаться таковым шанс на миллион, что подтвердил глухой рык. «Все таки дракон.» — не знаю права ли Люси, но вид человека явно не привлекал Акнологию. Перед моими глазами пролетел черный пластинчатый хвост намереваясь избавится от незваного гостя жалом на конце. Едва увернувшись упал на колени наблюдая за огрмоных размером крылатым ящером черное тело которого покрыто голубыми узорами и те же пронзительные глаза уничтожающе смотрящие на меня. Шея выгнулась, округлая голова, имеющая четыре большие удлиненные пластины простирающиеся назад приблизилась ко мне. — Что понадобилось мусору вроде тебя настолько, что ты пришел к своей смерти? — дракон прорычал от чего по пещере, как и по округе отдало эхом. Перед глазами я видел лишь полный рот острых клыков.  — Мне нужно попросить тебя. — мой голос дрожал, я бессмертный дух до дрожи боялся это существо. — Жалкий дух пришел ко мне с просьбой? — я слышал гоготание отдаленно напоминающее смех. — Не смеши. — он вновь замахнулся хвостом, я отлетел, чувствуя, что один удар лишил меня половины сил. Еще один и я исчезну. «Я не могу так. Я должен спасти Люси!» — но не смотря на свои порывы и желания мог лишь бессильно уворачиваться от скучающего дракон, лениво махавшего хвостом. — «Послушай же меня нетерпеливое эгоистичное животное!» — Лейла! — я из всех возможностей своих легких прокричал имя, жало дракона замерзло в сантиметре от лица. Он услышал меня и даже проявил ко мне интерес. — У нее есть дочь, и ты должен ей помочь.  — С чего бы мне волноваться о какой-то девчонке? — и он замахнулся для удара. — Меня не волнуют человеческие мошки. «Ложь. По глазам вижу ложь. Я видел мелькнувшую там человечность при упоминании Лейлы. У меня еще есть шанс.» — Твое истинное имя Калип, — он только громче зарычал на мои слова жало проткнуло мое тело насквозь. — Его мне сообщила Лейла с просьбой. Она просит тебя спасти вашу дочь. «Умоляю. Прошу задень его. Лейла прошу пусть ты будешь права на его счет.»  — Калип? — единственное что я услышал, исчезая в золотой вспышке. Мое время кончилось. «И ты моя единственная надежда, что может продлить ее. Прошу тебя, если все это правда, спаси Люси! Ты наша последняя надежда.» Конец POV Локи.