Непобеждённая

Трис

      Я поговорила с отцом. Спросите меня, стало ли мне легче? Нет. Я понимаю или хочу понимать, что двигало моим отцом. Он спас меня, но вся ложь, в которой я жила после потери памяти — это тоже не просто переварить. Ради отца я постаралась сделать вид, что всё хорошо, но на душе тяжело. Значит, Тобиас говорил правду.       Где-то в глубине подсознания настойчиво пробивается противный голосок: «А если Глория солгала? Что, если она специально тебе сказала о свадьбе?» Я поступила глупо и по-детски, когда уехала, не выслушав Тобиаса, только потому, что поверила девице, которую видела только пару раз. Зик был прав, обвинив меня в трусости. Я открыла сумку и стала разбирать вещи. Господи, меня просто трясло от злости на себя. И зачем папа мучился столько, спасал такую дуру? И тут мои пальцы наткнулись на дневник Натали Приор. Я схватила его, не веря собственным глазам, похоже, в спешке прихватила его с собой. Для меня Натали и её дневник ничего не значили, но Калеб... Я видела, как осторожно он его держал, это всё, что осталось ему от матери, нашей матери. Как же его вернуть? Эрик!       Эрик сидел в беседке и пил кофе.       — Привет.       Он повернул голову и посмотрел на меня задумчиво. Чувствую, что у меня загораются щёки.       — Привет, — спокойно отвечает он.       — Ээээ, я пришла извиниться за резкость. Прости меня, пожалуйста.       — Хм, значит, я могу отложить упаковку вещичек?       — Ты сам знаешь, что это я сгоряча. Ты для нас как член семьи.       — Спасибо, а то я сидел и думал, где мне сегодня перекантоваться.       — Не смеши, ты же знаешь, что Ли всегда принял бы тебя.       — Я не могу пойти к Ли. О том, что мы дружим, нельзя пока доводить до сведения общественности. Ты мне лучше расскажи, что случилось в Чикаго?       Я рассказала. Эрик, пожалуй, единственный, кому я могла рассказать о том, что случилось. Доминик не решилась меня расспрашивать, а я была в таком состоянии, что меньше всего хотела с кем-то откровенничать. Он слушал меня внимательно, не перебивая. Когда я закончила, Эрик только посмотрел на меня, я почувствовала себя круглой дурой.       — И ты ей поверила? Девице, которую почти не знаешь, и которая просто мечтает заполучить твоего парня? Тобиасу — не захотела верить, а ей поверила сразу и без оговорок. Малышка, я не понимаю, как такая разумная девушка может поступать так глупо. Почему ты вместо того, чтобы потребовать объяснений, закатить грандиозный скандал, наконец, врезать по роже, сбежала?       — Не знаю. Мне стало так невыносимо больно, что единственное, чего я хотела — это уехать.       — Когда мне рассказывали о тебе, то все в один голос твердили, что ты самая храбрая девушка на земле, а ты сбежала, как самая настоящая трусиха.       — Ты говоришь, как Зик. Но вы не понимаете… Вы правы, я трусиха. Я трясусь от страха, что Тобиас любит не меня.       — Это что ещё за глупости?       — Эрик, он любит Трис, а я не она, я даже не могу вспомнить, какой она была! — у меня на глаза наворачиваются слёзы. — Но ты не думай, что страх заставит меня прятаться. Мне просто нужно немного времени, чтобы собраться с силами. Сейчас, если Тобиас подтвердит, что Глория сказала правду, моё сердце не выдержит. Немного времени — это всё, о чём я прошу. В последнее время на меня слишком много всего свалилось. Вся моя по крупицам выстроенная жизнь развалилась, как карточный домик.       — Ты поговорила с отцом?       — Да. Он подтвердил, что тайно вывез меня из Бюро по просьбе Дэвида. Он, кстати, его брат.       — Обалдеть! Только этого нам не хватало. Малышка, расскажи, пожалуйста, поподробнее. — Я рассказала. — М-да, история. Слушай, а почему он не сделал анализ на отцовство? Ему же даже в клинику обращаться не надо. Всё оборудование у него под рукой.       — Я думаю, он, как и я, струсил. Он верит, что я его дочь, а я от всей души надеюсь, что именно он мой отец, а не то чудовище.       — Наконец-то хоть что-то начинает проясняться.       — Эрик, я хотела тебя кое о чём попросить. Когда я начала разбирать сумку, то обнаружила, что случайно прихватила с собой дневник Натали. Не хочу, чтобы Калеб волновался. Ты же будешь связываться с Чикаго? Передай, пожалуйста, что при первой возможности я его верну.       — Не волнуйся, малышка, не думаю, что твой брат будет обвинять тебя в воровстве. Может, ты хочешь ещё что-нибудь передать, не брату? Так не стесняйся.       — Нет, не стоит, нам обоим нужно подумать.       — Ну, думайте — думать всегда полезно, — проворчал Эрик. — О, я тут кое-что вспомнил! Отец тебе рассказывал о наших интересных посетителях, пока ты путешествовала?       — Ему было о чём со мной поговорить. Давай, колись, я вижу, что тебя просто распирает.       — К нам приходил отец твоего бывшего.       — Ты о Рэе, что ли?       — Ну, да, об этой вонючке из семейства вонючек.       — Любопытно, и что он хотел? Ведь ты точно в курсе.       — Обязанность телохранителя с меня ещё никто не снимал. Одним словом, папуля отправил сыночка в очень крутой колледж. Но тамошние скунсы оказались повонючей нашего, и мальчик покатился по наклонной. Папуле доложили. Он вызвал отпрыска на ковёр и получил гениальное по простоте объяснение. Виновата ты!       — А я тут при чём?       — Ему, видите ли, вдохновения не хватает, то есть — тебя.       — М-да, и чего он хотел от отца?       — От Дэна — чтобы отправил тебя в тот же колледж. Благодетель наш согласен даже оплатить твою учёбу. От меня — получить в рожу. Мы с твоим отцом посоветовались и решили его послать. Ты знаешь, что Дэн потрясающе ругается? Я заслушался, но тоже не забыл добавить от своего имени пару адресов. Может, не таких далёких, но мест погрязнее тех, о которых упоминал твой отец.       — Я думала, что Рэй успокоился и забыл меня.       — Угу, как же. Таких, как он и его папаша, может успокоить только пуля.       — Ты преувеличиваешь. Я не знакома с отцом Рэя, но на его счёт ты несправедлив.       — Ой, да ладно тебе. Ты вечно его защищаешь.

Зик

      Я уже битых полчаса сижу, смотрю в окно и пытаюсь переварить, то, что мне сказал Эрик.       — Привет, шеф, — весело выкрикнула заскочившая на огонёк Крис.       — И тебе не кашлять.       — Чего мрачный, как демон, у которого разболелся зуб?       — Угу, в точку. Не успеваешь разгрести одни проблемы, как тут же всплывают новые и похлеще, — я почесал в затылке, типа там застряло решение всех проблем, но почёсывание не помогло. Вздохнул и всё рассказал Крис. — Кстати, Эрик думает, что отец бывшего дружка Трис — Рэя, один из тех, кто входит в кружок «по моделированию мира» Митча.       — Боже, умеет Трис выбирать друзей.       — Чтобы утешить тебя, могу сказать, что ты была права, насчёт Глории. Эта мерзавка сказала, будто у неё с Тобиасом свадьба, а потом попросила Трис помочь подписать пригласительные. — Кристина шумно втянула воздух.       — Так… ты её подержишь, пока буду её убивать, или наоборот?       — Посмотрим, я тут сижу и ломаю голову, как рассказать об этом Тобиасу.       — Это без меня. Я пыталась с ним поговорить, но, как ты помнишь, он просил дать время, чтобы остыть. Вот пусть себе и остывает. Я заскочила предупредить, что исчезну на пару дней. Калеб закончил работу, но он хочет показать всё отцу Трис.       — Ну, а ты тут причём?       — Я еду с ним и не возражай. Его работа сейчас жизненно важна для города. Нужно, чтобы в поездке его кто-то прикрывал.       — Нужно — дадим отряд Бесстрашных, ты-то чего засуетилась?       — Поездка Калеба с девушкой не будет привлекать ненужного внимания, — разозлилась Крис, — ты сам прекрасно это знаешь. Кроме того, разве ты не понимаешь, что сейчас назрела необходимость поговорить с Корменом не только о сыворотке. Гораздо важнее поговорить о его брате, не находишь?       — Ладно, убедила. Лети, птичка, лети. Да, радость моя, если что узнаешь...       — Не волнуйся, босс, я тут же свяжусь. — И исчезла.       Вечером срочно объявили Совет. Народ собирался очень быстро и рассаживался в зале почти в полном молчании, тихие переговоры между собой практически не разгоняли тревожную тишину. Все чувствовали угрозу, нависшую над городом. Перед началом Совета меня перехватила Лорен:       — Зик, на минутку.       — Я не против, хоть на час, но у нас сейчас мало времени.       — Это займёт секунду, — пробормотала она и как-то нерешительно замялась. Я с изумлением на неё смотрел. Вот никогда бы не подумал, что она умеет смущаться, а тем более, может быть нерешительной. — Я только хотела спросить об Эрике. Он в порядке?       — Почему ты сама с ним не свяжешься?       — Зик, просто ответь на вопрос!       О, узнаю нашу Бесстрашную: губы плотно сжаты, глаза сверкают, всё тело напряглось, будто перед атакой.       — Успокойся, с ним всё хорошо. Парень жутко переживает, чтобы ты в его отсутствие не завела кавалера, — я прямо ощущаю, как из неё уходит напряжение.       — Спасибо. Передай, чтобы он был осторожен. А впрочем, не надо.       Я изложил Лидерам фракций обо всех последних открытиях. В зале повисла тишина. Все переваривали то, что я сказал.       — Я бы хотела услышать, что сделали Эрудиты, чтобы спасти наш город, — прозвучал, как выстрел, резкий вопрос Эвелин.       — Мы разработали сыворотку, способную противостоять сыворотке стирания памяти и сыворотке смерти.       — Кто разработчик?       — Калеб Приор. Испытания были проведены как на дивергентах, так и на обычных людях. Сопротивляемость полная. Побочные эффекты минимальны.       — А почему на совете отсутствует разработчик?       — Приор поехал с образцами в Нью-Йорк. Там живёт профессор, который помогал нам в разработке. У него своя лаборатория. Калеб и Кормен хотят провести ряд дополнительных тестов, чтобы снизить до минимума риск.       Если бы я не наблюдал за Тобиасом так внимательно, то не заметил бы, как он напрягся, оставаясь внешне абсолютно спокойным. Его глаза метнулись ко мне. Мы давно знаем друг друга и способны понимать без лишних слов. Он явно спрашивал о Крис. Я пожал плечами и кивнул. Лицо Тобиаса на секунду исказилось, по щекам пошли желваки. Ясно, что меня ждут крутые разборки. Предчувствие меня не обмануло. Едва заседание закончилось, Тобиас вцепился в меня.       — Какого чёрта она туда попёрлась? Ей что, уже в Чикаго дел мало? Почему ты меня не предупредил? Я бы догрузил её.       Он выпаливал свои вопросы, как из пулемёта, и при этом метался, как взбесившийся кролик. Я ждал, пока он хоть немного приостановится.       — Чего молчишь?       — Жду.       — Погоды?       — Нет. Жду, пока ты остановишься. Я не разговариваю с поездами.       Тобиас рухнул в кресло. Устало потёр лицо. Он выглядел совершенно измученным, как человек, не спавший несколько дней. Впрочем, не удивлюсь, если так и есть. После отъезда Трис он работает день и ночь, как заведённый.       — Здорово. Давай, изнуряй себя. В результате, когда нам будешь очень нужен, ты просто вырубишься, потому что завод кончится.       — Зик, я бы попросил ответить сначала на мои вопросы. А потом, обсудим мои проблемы, идёт?       — Кристина поехала не в гости к подружке. Она хочет поговорить с Корменом о брате. Может, у него есть идеи, где мы могли бы выкопать этого крота. Кроме того, мне спокойней, если там будет ещё один из Бесстрашных. Эрик расковырял настоящее гадючье гнездо, кто знает, вдруг нападут. Да, кстати, где моё приглашение?       — Какое ещё приглашение?       — На свадьбу?       — На чью свадьбу?       — Шеф, тебе надо хоть иногда спать, а то ты вообще соображать скоро не будешь. На твою разумеется.       Тобиас оторопело уставился на меня:       — Это что ещё за в гостях у сказки?       — Никаких сказок. Глория сказала Трис, что у вас свадьба.       — Что, что ты сказал?       — Я не знал, что недостаток сна влияет ещё и на слух.       — Точно влияет, потому что у меня слуховая галлюцинация. Что за бред ты несёшь?       — Какой уж тут бред. Если Трис вернулась домой, как сказал Эрик, не в себе. После того, что мы ей тут рассказали и сообщения о твоей свадьбе — удивительно, как она вообще до дома добралась.       — Ты неправильно ставишь вопрос. Как она могла поверить такой глупости? Я столько раз твердил ей, что люблю её, а она верит во всякую чушь.       — Ну, девушек испокон веков обманывали всякие проходимцы. С какой стати она могла не поверить? Она столкнулась с Глорией у твоей двери. Мерзавка сказала, что ты позвонил и велел разослать пригласительные на вашу свадьбу.       — Мало ли, кто какой бред несёт? Трис видела Глорию всего пару раз, с чего она вздумала верить практически незнакомому человеку?       — С того, что она видела её каждый раз вместе с тобой. В клубе, у Корменов в гостях она присутствовала в качестве твоей подружки.