Попка не дурак, Попка — дура

      — Славочка, пожалуйста, выручи! — голос в трубке принадлежал секретарше Лене и явно отдавал нотками истерики. — Там чёрт знает что с какими-то серверами случилось — вся фирма уже волком воет и не может к данным подключиться! — я только хотел сказать, что меня вроде как уволили, но девушка не дала и шанса вставить хоть слово. — Женька уже пол утра у себя там колдует, но ничего не получается! Я понимаю, что твой отпуск ещё не закончился, но будь человеком, а? — от удивления я подавился невысказанными словами. Как это? Отпуск? Может, она что напутала? Отпуск у меня уже давно закончился, и началось просто без-ра-боть-е. — Слав, ты ведь сейчас в городе? Ну скажи ты уже хоть что-нибудь, не молчи! — в конце фразы Лена чуть ли не взвизгнула, а я тяжко вздохнул. Сама ведь трещала без остановки, причём тут я? Ох уж эта причудливая женская логика… Я прокашлялся, скрывая неуместную усмешку.       — Прости, я приболел что-то и не успеваю за тобой, — снова кашлянул, пряча тихий смешок, и закинул ногу на ногу, развалившись в любимом кресле. Женька был новичком и действительно мог не понять поначалу, в чём заключался косяк. Я недовольно цокнул языком и наконец-то соизволил ответить: — Хорошо, я буду в течение часа.       Нажал на отбой, даже не став выслушивать вопли благодарности, — настроение стремительно портилось, потому как мне не хотелось возвращаться в место, где всё буквально кричало о Гри. Я скользнул взглядом по зеркалу и невольно застыл, а после рассмеялся уже в голос. Моя причёска! Я ведь покрасился буквально на днях в зелёный и тёмно-синий, впрочем, оставив полоски естественного цвета между ними, как бы чередуя. Что-то яркое и вправду немного поднимало мне настроение. Ха, я ведь напоминал теперь какого-то волнистого попугайчика, и если Григорий Викторович случайно меня увидит, то будет рвать и метать — во славу корпоративного дресс-кода, конечно же!       Но я ведь больше там не работаю, верно?..       Лениво натянул чёрные джинсы, тёмную футболку с ярким принтом и оценивающе прошёлся глазами по волосам — нет, обойдусь без кепки или банданы. Пусть пялятся — мне не жалко. Восхищенные взгляды порой даже льстят.       По дороге в офис не услышал ни единого смешка в свой адрес по поводу внешнего вида, и это меня значительно приободрило. На входе охранник Вовка поднял турникет даже без пропуска, лишь присвистнув и сказав, что шеф за смену имиджа непременно уволит. А я чуть было не проговорился, что он, в общем-то, уже это сделал, хотя и по другой причине. Я на замечание Вовки лишь криво усмехнулся и махнул рукой. Уныло брёл по знакомым коридорам и надеялся, что никаких личностей, чьё-имя-нельзя-упоминать-всуе, я тут не встречу.       В серверной было как всегда пусто, и судя по всему Женьки не наблюдалось в этом месте непозволительно долго. Что раздражало, ведь парень должен учиться на своих ошибках, особенно когда есть, кому их исправить и объяснить, что было не так. Пальцы на автомате набрали номер Лены, и я надеялся (не без оснований), что удастся выцепить Женю именно там. Пара секунд, и девушка тихо, но быстро протараторила в трубку, что незадачливый ремонтник сейчас у неё пьёт чай и успокаивается. А после раздались короткие гудки. Отлично.       Внутреннее возмущение понемногу утихало — чёрт с ними. Сделаю то, что попросили, и незаметно слиняю, как будто меня здесь никогда и не было. В чём проблема? Да нет проблемы. Я отстранённо кивнул самому себе и принялся устранять неполадки в системе.       Где-то на середине процесса дверь с треском распахнулась и громогласный голос босса заставил от испуга сесть прямо на пол задницей в любимых чёрных джинсах.       — Евгений! Когда уже всё заработает? За что я тебе пла... чу, — в конце Григорий Викторович запнулся, наткнувшись глазами на меня, а не на Женьку. Я развернулся (всё так же на полу) и поднял на него взгляд снизу вверх, наблюдая, как от злости расширились его зрачки. — Что. Ты. Здесь. Делаешь? — он процедил сквозь зубы, а я судорожно сглотнул, ощущая, как внутри всё скручивает от страха. Он ведь не ударит меня? Он ведь не... — Что за вид? — Гри презрительно прошёлся по мне взглядом и криво усмехнулся. — Неужто шлюхам с вычурной внешностью так много доплачивают? — мои губы дрогнули, и внутри что-то словно оборвалось. Я потрясённо смотрел на мужчину, не в силах выдавить из себя ничего в защиту. Но ведь он безумно ошибался...       За что, Гри?       Я безмолвно шепнул, и мне показалось, что взгляд начальника стал немного растерянным, но я не успел вглядеться — дверь громко хлопнула, и я остался один. Снова.       Оглушающая тишина не настала лишь потому, что вокруг мерно гудела техника. И я окунулся в этот звук с головой. Работа, работа, работа... десять минут, двадцать, полчаса — это не имеет значения. Кажется, я отзвонился Лене и сообщил, что закончил. Кажется, охранник пошутил ещё раз по поводу моей новой внешности, когда я проходил мимо. Кажется, меня окатила машина водой из лужи. Кажется, я как-то добрался до дома... разве это так важно? Чёрт побери, разве сейчас хоть что-нибудь вообще важно?!       Перед глазами застыл его презрительный взгляд, выжигая мне душу.       Мыльные пузыри закончились непозволительно быстро. Баночки с красками тоже застыли на полках непривычно пустыми. И моя жизнь вместе с этим стала бесцветной. Кажется, прошло несколько дней, как я плавал в этой серой мути и внезапно понял, что не ел уже очень долго. Живот жалобно простонал, и я сжалился над ним и заказал пиццу с салатами. Что я делаю с собой, а? Гри ведь того не стоит... горькая усмешка, и я кутаюсь в плед. Посреди лета. Но мне действительно холодно, и я всё никак не могу согреться. Потому что он того стоит. И от понимания этого хочется жалобно заскулить.       Дверной звонок выдрал меня из полудрёмы, и я поспешно схватил карточку, чтобы расплатиться, и взъерошенный, вместе с пледом, потащился в коридор. На автомате открыл, не глядя в глазок, ведь мне больше некого ждать. И отшатнулся в сторону — Гри. С пиццей. Моя персональная галлюцинация. Я устало протёр глаза, надеясь, что помешательство окажется временным, но ничего не изменилось ни через минуту, ни через пять.       Я не верю. Но теперь уже не тому, что передо мной стоит именно Гри, а тому, что в его взгляде мелькает не презрение, а... сожаление.       Мужчина уверенно прошёл в коридор, а я попятился назад, неловко уперевшись в комод — я всё никак не могу отвести от него глаз.       — Это тебе. Я встретил курьера у двери, — он протянул всё, что я заказывал, и едва нахмурился. — Ты голоден? — я заторможено кивнул, а начальник, скинув обувь, забрал у меня пакеты. — Где кухня? — голова неопределённо качнулась, и я вяло двинулся вперёд.       Чёрт, я ничего не понимаю.