Победа при Остагаре, том I, Девчонка-Страж

      Внутренние земли склонились перед мощью «Щитов Мэрика». Ноги в армейских сапогах и подкованные копыта боевых коней вытаптывали налысо заросшие было тропы среди холмов. Свежий резкий запах раздавленной травы сопровождал отряд от самых Диких земель и до берегов озера Каленхад.       Всю долгую дорогу до Рэдклиффа Логэйн ловил себя на том, что то и дело возвращается мыслями к пьяным откровениям Брайланда. Конечно, его слова были полной ерундой. Он и не знал, что Брайланд такой глупец.       И всё-таки это прояснило некоторые вещи, которые он понимал в ином свете. То, что девушка не влюблена в короля, было определённо хорошей новостью. Для красавицы-Стража Кайлан стал бы лёгкой добычей. А уж когда она дочь тэйрна Хайевера, это могло стать источником бесконечных политических неприятностей, особенно роди она ребёнка…       Но румянец на её щеках был вызван не Кайланом, а им. Логэйн ощутил, что его губы расплываются в улыбке при одной лишь мысли, что эта привлекательная молодая девушка желает его.       И Брайс на это согласился? Логэйну это казалось невероятным, но после нескольких лет она действительно могла заставить Брайса смириться. Он мог не одобрять выбор дочери, но по какой-то причине девушка выбрала именно Логэйна.       Жениться на Кусланд! Если породниться с древним и знатным родом Кусландов, то можно не только получить прелестную Бронвин, но и значительно укрепить своё влияние на беспокойное и взбалмошное Собрание земель. С невестой Кусланд мало что в Ферелдене окажется вне его власти.       И если Кайлан умрёт, не оставив наследника…       Логэйн старался не думать об этом, но правда была в том, что, женись он на Кусланд, он мог бы стать королём. Так или иначе, Кусланды были в числе претендентов, но Логэйн не видел в Фергюсе желания поучаствовать в борьбе за трон. Но при родственном альянсе он куда с большей вероятностью бросит свои силы на поддержку своей более деятельной сестры.       Она молода, да, и возможно ему стоит держаться в стороне, чтобы она нашла кого-то помоложе и получше, но кого, если уж на то пошло?       Логэйн не слишком хорошо относился к ферелденской знати. Сыновья Хоу были сейчас вне игры, разумеется. Вульф нахваливал ей своего старшего, но Бронвин была слишком хороша для этого парня. Ещё был Теган, и Теган имел все шансы вскоре стать эрлом, но с какой стати делать ему такой подарок?       Когда-то давно он поступил именно так, ради блага королевства. Его жертва обрекла его на несколько лет горя и, конечно же, не сделала Роуэн счастливой. Её недолгий брак с Мэриком заключал в себе только груз обязательства и служения стране и принёс ей мало радости, если не считать Кайлана. Но если бы Роуэн смогла увидеть, во что вырос Кайлан…       Он едва не вздохнул, но вместо этого нахмурился. У Ферелдена есть сильная королева: его дочь Анора. У Бронвин нет необходимости выходить замуж вопреки своему желанию.       Она стала Серым Стражем, и это осложняло ситуацию. По древним законам Ферелдена она не могла наследовать титул, но, как и во всех законах, тут были лазейки. Если она станет его женой, то она не будет наследовать титул тэйрны Гварена. Этот титул принадлежит ему, и его жена будет именоваться тэйрной, потому что он тэйрн, но не потому, что владеет тэйрниром, а в качестве номинального обращения. И эта правовая тонкость могла бы успокоить Собрание земель.       Если это удастся, если Бронвин согласится заключить этот союз, если он отбросит назад порождений и если закончится Мор…       Это вилами по воде писано, но если предположить, что они победят, то Серые Стражи снова окажутся в безвестности на ближайшую пару сотен лет. Почему девушка должна посвятить всю оставшуюся жизнь Стражам, если она уже выполнила свой долг? Она сможет уйти в отставку, выйти замуж, заняться чем-нибудь полезным.       Он подумал, что если её немного подучить, то у неё прекрасно получится управлять тэйрниром, и это избавит его от многих забот. И найдя применение своим талантам, она будет жить той жизнью, которой желали бы её родители… И к которой её готовили.       Она стала бы ему превосходной женой…       Он попытался не думать об этом, но это оказалось сложно. Логэйн ощутил знакомый прилив щемящей тоски по подобной близости. Бронвин была не скучным, хныкающим тепличным цветочком, а сильной и красивой молодой женщиной. Она могла бы стать и другом, и женой, и любовницей одновременно. Брак с ней мог бы доставить ему радость во многих аспектах…       Кайлан, что было на него непохоже, хранил молчание, но сейчас заговорил:       — Кажется, я два года не был в Рэдклиффе. С трудом верится. Я всегда занят, конечно же, но мне стоило уделять больше внимания Коннору. Он мой единственный кузен, в конце концов…       — Сейчас он достаточно взрослый для участия в Собрании Земель, — уклончиво сказал Логэйн. — Если уж на то пошло, ему придётся участвовать. И я хочу напомнить, что ты нашёл Рэдклифф весьма скучным.       Кайлан смутился.       — Верно. Это не самое оживлённое место в Ферелдене. И эрлесса слишком благочестива! Она заставляла нас ходить на службу в церкви дважды в день. Навещать Тегана в Рейнсфире и то веселее.       Логэйн посещал Рэдклифф редко и без удовольствия. Конечно, там прошло детство Роуэн, но её семья была изгнана оттуда задолго до их с Логэйном встречи. Он однажды высмеял гордую дочь эрла Рэдклиффа, назвав её нищенкой-попрошайкой, живущей за счёт милостыни от тех, на кого она в лучшие годы посмотрела бы с презрением.       Это было бесчестно, да и неправда. Он так сказал, чтобы задеть её, завладеть её вниманием, чтобы она не думала о пропасти между ними. Логэйн с юности недолюбливал знатных людей, с тех самых пор, когда его отец был вынужден принести клятву верности орлесианскому лорду. Тому самому лорду, что поднял налоги и согнал их с земли, который послал своих людей, изнасиловавших и убивших его мать. У благородных, даже у лучших их представителей, были свои, иные интересы, и доверять им не следовало. Иногда Логэйн и сам забывал, что он теперь один из них, что он получил титул после окончания восстания.       После того, как орлесианцы были изгнаны, и Роуэн стала королевой Мэрика, она редко навещала Рэдклифф. Возможно, она больше не воспринимала его как родной дом. Эамон вернулся из Вольной Марки и принял владение эрлингом, Теган, ещё совсем юный, относился к ней, как к уважаемой незнакомке. Логэйн не смог обнаружить в Рэдклиффе ничего от Роуэн.       Откровенно говоря, не лучший город для того, чтобы называться столицей эрлинга. Рэдклифф был ещё более тихой заводью, нежели Гварен. Там, по крайней мере, процветала торговля лесом и рыбой, были большие доки и верный признак богатого города: приличный бордель.       К полудню их отряд пересёк границу эрлинга. Проехав немного дальше, они обнаружили опустевшие дома и брошенные фермы. Эти земли и раньше никогда не были густо заселены, но теперь они выглядели опустевшими. С вершины травянистой гряды стал виден дым, стелющийся над холмами, окружавшими Рэдклифф. Теган пришпорил коня; лицо его было напряжённым и встревоженным.       — Думаю, мне следует поехать вперёд, — сказал он Логэйну после минутного раздумья. — Позвольте мне взять небольшой отряд всадников и разведать обстановку в деревне. В любом случае, она лежит между нами и замком.       Логэйн нахмурился. Если сделать так, то они достигнут деревни как раз перед закатом. Судя по рассказу Томаса, монстры в это время ещё не нападают. Он мог бы приказать разбить лагерь и войти в деревню утром.       Но ему это не нравилось. Он кивнул Тегану.       — Возьми с собой Меррилиса и Партона. Они отличные наездники, и лошади у них хорошие. Если потребуется помощь, посылайте за нами, не раздумывая.       И тут Кайлан понял, что планирует Теган, и захотел отправиться с ним. Логэйн было поднял руку, протестуя, но решил, что спорить с королём — это терять драгоценное время. Он никак не мог помешать желанию Кайлана побродить по деревне с ходящими мертвецами, поэтому ему придётся поехать с ним.       — Коутрен! — позвал он и порадовался, что она сразу же откликнулась, стоило ему только произнести слово. Он быстро изложил ей план.       — Я поеду впереди с королём и банном Теганом. Нам нужно узнать, что происходит, пока солнце ещё высоко. Пусть солдаты идут в том же темпе, и держи мальчишку возле себя. Как только войдёте в деревню, займите площадь возле Церкви. Мы должны сделать все приготовления до того, как встретимся в Рэдклиффе.       Он бросил холодный взгляд на Кайлана.       — Ну? Если хочешь пойти, то идём. Он пришпорил коня и поехал по старой тропе через травянистый холм, чтобы узнать, что же приключилось в Рэдклиффе. Через несколько мгновений, как и ожидалось, позади раздался топот копыт.       Кайлан был очень доволен. В очередной раз он достиг желаемого. Конечно, Логэйн вёл себя так, словно не доверял Кайлану командования, но зато они едут в аванганде, а не дожидаются невыносимо медлительных пеших солдат.       Рэдклифф пропах сожжёнными телами и разлагающимися трупами. Поначалу, пока отряд не приблизился, ветерок доносил до них лишь слабый запах. Наверху, над деревней, дышалось ещё терпимо. Но как только они спустились, смрад стал невыносимым. Прямо напротив собора горел костёр. Ничто иное не могло бы так явно указать, что положение плачевное.       — Милорд!       Из собора вышел храмовник, без шлема, с широко распахнутыми глазами. Беспокойство на его лице медленно сменилось облегчением, и он улыбнулся.       — Тэйрн Логэйн! Вы пришли! Хвала Создателю!       Он увидел, кто ехал позади и улыбнулся ещё шире.       — Банн Теган! Как я рад встрече, милорд! И… — Он выдохнул и опустился на одно колено. — Ваше величество! На вашу помощь мы и не смели надеяться!       Из собора вышло ещё несколько человек. Зазвучали тревожные вопросы, возгласы, пронзительные вскрики женщин.       — Сэр Хенрик, верно? — припомнил храмовника Теган.       — Да, милорд! Даже не передать, как мы счастливы увидеть вас здесь! Значит, Томас добрался, несмотря ни на что. Мы боялись — Он с тревогой посмотрел на полудюжину всадников. — Ведь с вами есть ещё солдаты?       — Две роты. Они подойдут через полчаса, — ответил ему Логэйн. — Сейчас нам надо узнать, что здесь творится. У вас есть какие-либо сведения из замка?       — Никаких! — отрапортовал сэр Хенрик. — Мы не решались приблизиться к нему в течение последних двух дней. Решётка ворот опущена, по двору бродят мертвецы. Всё, что мы могли делать — подбирать своих павших и сжигать их, там, в деревне.       Под строгим взглядом Логэйна мужчина взял себя в руки и позволил подойти преподобной матери, которая присоединилась к выжившим жителям, стоящим на пороге собора.       — Добрый день! — тепло поприветствовала она всех. — Создатель сегодня улыбается нам!       Логэйн мрачно кивнул ей, ожидая продолжения доклада. Он с некоторым недовольством выслушал благословение — солнце уже клонилось к горизонту.       — За церковью есть конюшня, — сказал Теган.       — Хорошо, — коротко ответил Логэйн. — Позаботьтесь о лошадях.       Они все спешились. Лошади в этой холмистой местности не давали никакого преимущества. Двое отрядных грумов приняли у них лошадей, и Теган показал им, куда нужно отвести животных. Король и его свита в это время обсуждали ситуацию.       На погребальном костре было полно обуглившихся тел. Изо дня в день сюда сносили трупы, и теперь полуобгоревшие ноги и руки самым неподобающим образом свешивались по краям костра. Мёртвых было слишком много для того, чтобы уложить их всех так, как того требовали приличия.       Из церкви вышли ещё несколько выживших селян: пожилая женщина, дети и хорошенькая девушка, которая смотрела на вооружённых людей так, будто они были её последней надеждой.       Она воскликнула:       — Пожалуйста, прошу вас, найдите моего маленького брата! Он убежал и теперь совсем один! Пожалуйста, милорды, он — все, что у меня осталось…       Логэйн нахмурился и предоставил утешать испуганных людей Тегану и Кайлану. А ему и без того было чем заняться.       Он кивком подозвал сэра Хенрика и склонился к нему, чтобы спросить:       — В деревне есть ещё воины?       — Я последний из храмовников, милорд, — тревожно глядя на него, ответил сэр Хенрик и отвёл взгляд. — В замке были рыцари, но они… Прошлой ночью я видел Тристана, но он больше не был одним из нас.       Взгляд храмовника, полный боли, обратился на Логэйна.       — Это было прошлой ночью, милорд. Я собрал всех, кого только было можно, и мы решили подпереть дверь церкви, чтобы не дать мертвецам проникнуть внутрь. Если дать им попасть внутрь, всё будет кончено.       — Откуда они приходят? — спросил Логэйн.       Хенрик махнул рукой в сторону холмов над деревней, где всё ещё крутились лопасти полуразрушенной мельницы.       — Некоторые приходят из-за холма, скрывающего ворота в замок. Там такой узкий проход между холмами, что мы без труда сдерживали этих тварей. И мы думали, что справляемся с этой напастью, когда один из мужчин прибежал с криками о том, что твари каким-то образом перебрались через озеро и теперь лезут из доков. Они окружили и убили ополченцев, а после взяли в клещи нас. У них нет оружия, но они очень сильны. Вы можете проткнуть их мечом насквозь, но они будут продолжать сражаться. Чтобы остановить их, приходится разрубать их буквально на кусочки. Поэтому мы и заперлись в церкви.       На миг от стыда он опустил взгляд.       — Я единственный спасся. Я забрался на крышу дома и дожидался рассвета, пока твари толпились внизу и визжали. Время от времени кто-нибудь из наших павших воинов поднимался и присоединялся к ним, дёргаясь и спотыкаясь. На рассвете они уходят, но с каждым разом они всё меньше и меньше боятся дневного света. А наверху, у замка, они и вовсе не обращают на него внимания.       Логэйн изучал местность, строя планы. Лучший тактический ход — выставить против этих существ, кем бы они ни были, лучников с огненными стрелами и стену щитов. Сегодня он укрепит деревню, а завтра, с рассветом, взглянет на рэдклиффский замок.       — Там на холме таверна, не так ли? — спросил он Хенрика. — Там кто-нибудь есть?       Сер Хенрик понизил голос, взглянув на плачущую у церковного порога девушку.       — Насколько я знаю, все выжившие укрылись в церкви. Этой ночью нас было двадцать два человека.       Логэйн поморщился от количества людей, оставшихся от нескольких сотен. Конечно, могут быть и другие выжившие, попрятавшиеся по подвалам и чердакам.       Неожиданный крик заставил его вскинуть голову.       — Монстры! — вопила женщина. — Они идут!       Дети закричали от ужаса, бессмысленно заметавшись, как перепуганные цыплята. Крики, молитвы и ругань превратились в мешанину из голосов.       Логэйн повысил голос, перекрикивая их всех:       — Тихо! Это «Щиты Мэрика». Ты — возьми этого ребёнка, сейчас же! Если не собираешься драться, то возвращайся в церковь!       Преподобная Мать, нахмурившись, повела безоружных селян обратно к дверям церкви, шикая на их вопросы.       Кайлан коротко усмехнулся Логэйну, забавляясь мрачным выражением лица своего тестя. Без сомнений, он умел привести в чувство молодых женщин.       — Ну что ж, Логэйн? Двинемся к замку?       Он сошёл с ума? Логэйн надеялся, что его лицо не выдало его мысли.       — Нет, Кайлан. Скоро закат, а мы слабо представляем, с чем предстоит столкнуться. Как мне кажется, место короля в центре города, напротив церкви. Большая часть тех, кого мы можем спасти, находятся здесь. Если что-то случится, ты сможешь оказать нам свою поддержку.       Кайлан кивнул. Это была центральная позиция, позиция, с которой люди будут видеть, что их король защищает их. И он надеялся, что где бы Логэйн не оказался, это будет далеко и тесть не станет смотреть на него коршуном.       Колонна спускалась по пологому склону холма к центру деревни, поднимая пыль. К радости Логэйна, маги, Ульдред и Винн, не стали путешествовать в повозках, а шли рядом с солдатами в сопровождении пары учеников, чьих имён Логэйн не знал.       И возглавляла колонну Коутрен. Она встретилась взглядом с Логэйном, и хмурая линия между тёмных бровей разгладилась, а в глазах появилось облегчение. Король, знать и офицеры удалились на совещание. Логэйн быстро отдавал приказы.       — Мы должны подготовиться к обороне до заката, — сказал он. — Пусть отряд из пяти человек тщательно обыщет дома в поисках людей. Если найдутся трупы, их нужно будет принести сюда и сжечь до темноты. Коутрен, ты и первый взвод «Медведей» подниметесь к мельнице и устроите засаду из лучников. Там среди холмов есть узкое место, через которое и проходят твари, нападающие из замка. Там их можно будет задержать. Зажгите на их пути костёр и сжигайте их трупы сразу же. С вами пойдёт Ульдред, раз уж ему хорошо удаются огненные заклинания.       — Я со вторым взводом буду в доках. Твари каким-то образом смогли переплыть через озеро, так что мы должны будем высматривать любые плавучие средства. «Волки» останутся в деревне и составят стену щитов напротив церкви. Король тоже останется здесь, защищать жителей. Банн Теган и его рыцари будут ему помогать. Винн будет лечить раненых.       Магам сообщили о том, кого из них куда распределили. Молоденькая волшебница казалась расстроенной и зашепталась с Винн, явно прося о замене.       Винн предложила:       — Тэйрн Логэйн, вам и вашим людям в доках не помешала бы помощь мага. Кейли довольно неплохой целитель, а будет ли человек жить или умрёт — иной раз решается за несколько минут.       Ученица смотрела на Логэйна с немой мольбой во взгляде. Ему она показалась слишком юной, но целители всегда высоко ценятся.       — Ей придётся самой позаботиться о своей безопасности, — сказал он.       Восприняв это как разрешение присоединиться к нему, девушка упала на колени, благодаря его.       — Спасибо, милорд, спасибо! — всхлипывала она. — Вы не пожалеете! Я лучший целитель, которого вы когда-либо видели! Я…       Возмущённая Винн тряхнула её за плечо.       — Немедленно поднимись, Кейли! Нечего тут представления разыгрывать!       Кайлана эта сценка позабавила, да и всех вокруг тоже. Логэйн в ответ на нелепую выходку девушки лишь закатил глаза.       — Выдвигаемся, — приказал сержант Дэрроу поисковым отрядам. — На прочёсывание деревни у нас время только до заката. Вы все знаете, что делать. И помните, что дети могут прятаться в таких крошечных укрытиях, что вы даже не сможете себе это представить.       Они рассыпались по деревне, ища люки и потайные комнаты, открывая шкафы и сундуки, заглядывая под кровати и кучи одеял.       Трупов находили больше, чем живых. Одна поисковая группа отправилась в кузню и обнаружила внутри мёртвого мужчину, разорванного почти пополам, смердящего спиртом и желчью. В кухне нашли ведущий в подвал люк и оружие, но не людей. Мёртвого кузнеца вытащили наружу и положили в общий погребальный костёр.       Таверна на холме была разгромлена. Дверь расколота, пол покрыт листьями, приставшими к липким пятнам на полу. Тёмная полоса привела следопытов к другой выломанной двери и к подполу, где виднелись следы борьбы. Рядом валялся приоткрытый мешок с монетами, слабо блестевшими в полумраке. Дэрроу подобрал серебряный кругляш и внимательно осмотрел. Кровь на монете запеклась совсем недавно.       — Похоже, тут была драка, — заметил один из солдат.       — Похоже на то.       Дэрроу присел на корточки возле тёмного пятна у подножия лестницы.       — Кого-то убили. И, судя по пятнам крови на ступенях, вытащили прочь. А может, убили в дверном проёме, кровь натекла вниз, а труп потом нашли и сожгли.       — Может так, а может и нет, — проворчал другой солдат. — Может, пошарим в тех бочонках, а, сержант?       — Не сегодня. Вы мне нужны трезвыми, успеете ещё вернуться сюда после рассвета. И оставьте монеты здесь. Мы же не знаем точно, что те, кому это всё здесь принадлежит, умерли. Может, женщины успели укрыться в церкви. Танна и Басс, поднимитесь наверх и осмотрите комнаты, а мы с Глэри сходим на кухню.       Они обыскали заодно пристройку возле кухни и барную стойку. Там было кольцо с ключами, Дэрроу не стал его трогать. Кружки и чашки стояли аккуратно, похоже, у бродячих мертвецов жажды не было.       Последними они нашли гнома и двух дебоширов, которых он вроде бы нанял. Им приказали оставить дом и идти на пристань. Гном не прекращал жаловаться до тех пор, пока не увидел короля в золочёных доспехах, стоящего посреди площади. Лишь тогда он угрюмо согласился присоединиться к солдатам на пристани — и то лишь из опасения, как бы глупые люди не спалили его дом.       Винн тоже нашла выжившего — маленького мальчика, прячущегося в шкафу. Солдаты, что её сопровождали, были впечатлены её лидерскими качествами. Что, безусловно, говорило в пользу пребывания магов в армии…       Первой о болезненном зелёном свечении предупредила Коутрен. Люди загалдели и, тыча пальцами в это явление, бросились по своим местам. Ульдред стоял рядом с ней, рассматривая узкую и длинную тропу, спускавшуюся с холма к ним.       — Когда туда набьётся достаточно этих тварей, — сказал он Коутрен, — я могу на какое-то время создать там огненную бурю. Это должно им нанести какой-то урон, по крайней мере.       Коутрен кивнула. Магия — это замечательно, но у неё имелись и другие методы, на которые можно было положиться.       — Лучники! — крикнула она. — Приготовиться!       Твари были быстрее, чем она предполагала. Утыканные ярдовыми стрелами, охваченные пламенем, они продолжали спускаться, не чувствуя ни боли, ни страха. Часть мертвецов упала и огонь поглотил их. Другая бросилась вперёд и была отброшена щитами роты «Медведей». И пока стена щитов крепка, ни одна рука мертвеца не сможет дотянуться до них…       Логэйн ждал на пристани, вглядываясь в туман над озером. Могут ли эти существа использовать вёсла? Он предположил, что раз здесь замешана магия, то почему бы и нет. Ею можно объяснить всё что угодно. Ну, солдаты к этому готовы.       Он услышал крики с расположенной выше части деревни и увидел зелёный отсвет на низких тучах. Монстры были там, всё верно. Но где же остальные?       Солдаты зашептались и притихли, когда офицеры на них шикнули.       Что-то ударило в опору пристани, прямо под их ногами. Логэйн нахмурился и наклонился вперёд, чтобы уловить признаки приближения врага.       Внезапно из воды взметнулась рука и схватила его за лодыжку. Солдат рядом закричал, поднимая тревогу, и ходячие мертвецы тут же полезли на пристань, хватая живых и, сжав их в своих мёртвых руках, опрокидывали в воду.       «Пресвятой Создатель! — Логэйн оттолкнул ногой подбирающегося к нему монстра. — Эти твари пересекли озеро по дну! Почему бы и нет, они ведь не могут утонуть».       — Они под пристанью! — крикнул он. — Бейте их поодиночке, пока они поднимаются! Лучники, заберитесь на крыши и перестреляйте их!       Там была бойня, там были кровь и крики. Мёртвые глаза, уставившиеся в его глаза, руки, цепляющиеся за его плечи, зубы, оскаленные для укуса… Логэйн оглушил одного из мертвецов щитом и снёс ему голову, тот упал и продолжил дёргаться, и другой солдат отрубил твари руку.       Кровь затекала под броню. Мертвец успел оцарапать горло Логэйна. Шею тут же окутало сияние и рана затянулась. Логэйн оглянулся и увидел ту девчушку-мага, Кейли, кажется, пятящуюся назад, словно она совершила преступление. Логэйн кивком поблагодарил её, и она какое-то время смотрела на него молча, затем опомнилась и стала искать взглядом тех, кому ещё могло понадобиться исцеление.       — Четверых солдат сюда! — крикнул Логэйн. — Хватайте любой труп, что подвернётся, и тащите на костёр! Сожгите этих ублюдков!       Четверо солдат, рубя мертвецов мечами и круша топорами их черепа, откликнулись на его призыв. Несколько бойцов из «Волчьей» роты подбежали прикрыть их, отвлекая на себя пробирающихся по извилистым пристаням мертвецов, и вынуждая тварей бросаться на закованных в сталь воинов.       Атака захлебнулась. Логэйн перевёл дух. Неужели это всё?       В этот момент новые твари вскарабкались на пристани. Это была уже четвёртая волна.       А затем всё кончилось.       Мёртвые больше не спускались вниз с холма и не поднимались из воды. Тела, брошенные в расползшийся погребальный костёр, занялись, и костёр уже не нуждался в дровах. Солдаты, вынужденные следить за ним, были черны от копоти и боролись с тошнотой. Кайлан пообещал себе как-нибудь вознаградить их — наверное, подарить каждому по золотому соверену. Это была грязная и неприятная работа, но она была необходима. Но Кайлан почти никогда не имел при себе денег. Возможно, они найдутся у Логэйна…       Коутрен послала гонца вниз, к Логэйну, с донесением об окончании атаки. Было далеко за полночь, и тучи стало относить прочь, оставляя лишь лёгкую дымку, сквозь которую мерцали звёзды. Она выставила стражу и отправила две трети солдат спать. Она и сама заснула, отогнав от себя воспоминания об иссохшей плоти, ломающейся под её мечом.       Логэйн тоже поставил своих гвардейцев в охранение и отвёл большую часть отряда подальше от берега, позволив им разместиться на ночлег в опустевших домах. Доки были в руинах, но это была наиболее пострадавшая от разрушений часть Рэдклиффа. Мелкая девчушка-маг семенила поодаль, посматривая на Логэйна так, словно хотела ещё раз применить свою целебную магию. Почитание его как героя давило и утомляло, но Логэйн не считал возможным осаживать девчушку за это. Должно быть, он понемногу становится снисходительным…       Кайлан крепко спал на своей аккуратно разложенной походной койке, в часовне, примыкающей к боковому нефу собора. Его охрана держала подальше любопытствующих, доброжелателей и важных жриц…       Теган спал рядом, урывками, постоянно просыпаясь от снящихся безобразных тел и бессмысленных лиц. Что случилось с Коннором? Вдруг они завтра войдут в замок и обнаружат мальчика, превратившегося в бездушного монстра? Что с Изольдой? Его мутило от воспоминаний о том, что среди напавших на них тварей были женщины, чьи одежды превратились в непристойные лохмотья. Изольда всегда гордилась тем, как безупречно она выглядит…       Сержант Дэрроу проснулся от тихого предупреждения Танна:       — Сюда идёт кто-то из местных.       После битвы тэйрн приказал ему и его людям охранять таверну. Некоторым глупцам был дан прямой приказ, чтобы они не вздумали вломиться в таверну и напиться. Несколько пытались проскочить задами, но всё равно были остановлены.       Дэрроу с трудом поднялся, оберегая руку, разодранную одной из тварей. Боли не было, что его удивляло. Ему должны были наложить повязку, но та мелкая волшебница исцелила его. Он потёр глаза, а затем потёр их ещё раз.       Широкими и уверенными шагами на холм поднималась красавица с волосами словно пламень. Она игриво улыбалась Дэрроу.       — Неужто эль охраняете? — спросила она.       — А твоё какое дело? — с вызовом спросил Танна.       — Я тут живу. Считай сам, моё ли это дело.       Дэрроу и Танна обменялись усталыми взглядами. Он поднял руку, чтобы остановить девушку.       — Э-э. Ну, прежде чем ты туда войдёшь, знай, что там надо… прибраться. Похоже, туда ворвались монстры. Там оставался… кто-нибудь из твоих близких?       Она бросила взгляд на разбитую дверь и глаза, обрамлённые длинными ресницами, широко распахнулись.       — Там оставался Ллойд. Он бы не ушёл, ни за что на свете.       — Он был… твоим мужем?       Девушка засмеялась.       — Не надо жалеть меня, мой бравый солдат! Нет, он мне не муж. Он был дрянным ублюдком и относился ко мне, как к рабыне. Я бы сбежала отсюда, если бы было куда сбежать. Он там?       Дэрроу покачал головой.       — Слишком много крови. Похоже, он был в погребе… — Девушка кивнула, подбадривая его, и он продолжил: — Они поняли, что он там, и выволокли его наверх.       Не слишком расстроившись, девушка обдумала это и заявила:       — Думаю, мне нужно открыть таверну, раз он теперь не сможет. Кстати, меня зовут Белла. Я очень благодарна вам, солдаты, за всё, что вы сделали, чтобы спасти нас. Да ещё и король с Героем реки Дейн! Будет что рассказывать путешественникам, на долгие годы хватит.       Танна ухмыльнулась, когда Дэрроу последовал за девушкой в таверну.       — Может, тебе понадобится помощь.       Она пошла, огибая обломки двери, прямо к бару, потянулась за ключами, висевшими там и будто бы поискала что-то взглядом.       Дэрроу кашлянул, прочищая горло.       — Там, в подвале, были какие-то монеты. В разорванном кошеле. Мы оставили их там.       Она лучезарно улыбнулась.       — Вы настоящий джентльмен.       В мгновение ока она пробежала по ступенькам вниз и принялась рыться в грязи. Дэрроу нашёл свечу, запалил её и спустился вниз, чтобы посветить ей.       — Судя по тому, что я вижу, — сказала Белла, опуская монеты в карман, — эта таверна теперь моя. Так что хоть для чего-то Ллойд сгодился. У меня есть планы на это заведение. Теперь буду варить правильный эль, а не разбавлять водой то, что и так не лучше собачьей мочи…       Там оказалось больше денег, чем он думал — довольно много серебра, золотых поменьше. Белла искала под бочонками, стараясь подобрать всё до последней монетки.       Она поднялась через какое-то время, снова улыбнувшись.       — Последняя того стоила! Соверен! Тут всё в кровавом месиве, но нет ничего, с чем бы ни справились доброе мыло и хороший скребок! Хочешь пинту?       — Не откажусь.

* * *

      К тому времени, как Логэйн поднялся к мельнице, эта презренная орлесианка уже убегала. Он несколько секунд раздумывал, не отдать ли приказ лучникам подстрелить её. Приятная, но непрактичная мысль.       И хотя Коутрен послала за ним, урон уже был нанесён. Теган преисполнился решимости отправиться в замок в одиночку.       — Но что я могу? — протестовал он. — Это моя семья. Коннор мой племянник!       — Ты собираешься себя убить, — рыкнул Логэйн. — Это ловушка, и я никогда не видел более очевидной ловушки.       Теган в раздражении запустил руку в волосы.       — У меня есть план: именно поэтому я отослал Изольду обратно. Я пойду туда и отвлеку то, что внутри. И пока я это делаю, небольшой отряд проберётся в замок через проход под озером.       Логэйн пристально на него посмотрел.       — Проход под озером? Разве эрлесса о нём не знает?       Теган мрачно улыбнулся.       — Уверен, что не знает. Проход начинается там, — он показал на мельницу, — и ведёт к подземельям замка. О подземельях Изольда, конечно, знает, но не о проходе. Эамон давным-давно решил не рассказывать ей, — Теган снял тяжёлое золотое кольцо и протянул его Логэйну. — Это кольцо открывает замок скрытой двери, ведущей к проходу. Твои люди смогут пройти к подземелью, а оттуда к подвалам, где есть проход во внутренний двор. Оттуда можно поднять решётку и открыть вход в замок. Я нарисую план.       Пока он рисовал, к ним подошёл Кайлан. Выглядел он отвратительно бодрым и полным сил.       Его не обрадовало то, что его дядя уходит в замок, но план ему понравился, как и то, что он будет командовать основной группой солдат у ворот замка.       Потому что Логэйн решил, что разведчиков возглавит он сам.       В пользу этого решения говорило многое. Конечно же, необходимо, чтобы всё было сделано как следует, тихо и тщательно, но более важным было то, что Логэйн первым хотел увидеть доказательства, свидетельствующие в пользу того, кто был ответственным за случившееся. Теган сказал, что маг ушёл из замка, но не оставил ли он что-нибудь, что можно будет связать с Логэйном?       И, откровенно говоря, он чувствовал себя виноватым. Что бы ни случилось здесь, он частично приложил к этому руку. Эрл Эамон был колючкой в боку, но деревенские жители ничего ему не сделали и не заслуживали ужасной смерти от рук оживших мертвецов. Он задолжал им за это.       — Отлично, — передёрнул он плечами, усмехнувшись Тегану. — Если ты так стремишься быть убитым, вперёд!       Кайлан улыбнулся и хлопнул Тегана по плечу.       — Постарайся не умереть, — сказал он. — У меня не так уж много дядьёв!       Логэйн тщательно выбирал тех, кто пойдёт с ним. Коутрен, потому что она пришла в ярость, узнав о вылазке, и потому что рядом с ним ей будет лучше всего. А ему будет лучше всего рядом с такой мечницей. Логэйн задумался. Да, Ульдред. Там магия, и им понадобится её знаток.       Также он решил взять с собой Винн. Пожилая женщина была на удивление спокойна посреди всей этой нервотрёпки, к тому же имелась возможность того, что кузен короля находится в ужасном состоянии…       Кольцо открыло дверь, и вскоре они уже шли по узкому каменному проходу. Здесь оказалось не так уж плохо: почти не мокро, а своды были достаточно высоки для того, чтобы даже Логэйн шёл, не нагибаясь. Они почти не разговаривали, потому что каждый производимый ими звук усиливался, отражаясь от камня над их головами. В конце тоннеля их ждала дверь, легко отъехавшая в сторону. И вот они уже в подземельях замка.       Камеры были пусты. Это немного озадачило Логэйна: он с трудом мог представить себе, чтобы в замке, где правила женщина столь переменчивого нрава, какой была Изольда, не было заключённых. Но, может, здесь были узники, а потом их убили?.. Чуть позже они столкнулись с ещё двумя ходячими мертвецами.       С этими двумя не возникло никаких проблем. Ульдред их заморозил, одного расколола Коутрен, обрушив на него свой Летний меч. Тварь так неожиданно рассыпалась на мелкие куски, что Коутрен попятилась, с видом недоверчивым и поражённым. Логэйн тоже обнаружил, что его привычный настрой сбился. К сражению в одном строю с магами надо было ещё привыкнуть. Казалось неправильным, что противник разбивается, как сосулька.       Но, конечно, это удобно.       Коутрен украдкой на него взглянула. Она, как всегда, задалась вопросом, о чём он думает? В камерах обнаружилось ещё несколько мертвецов, они побрели, спотыкаясь, к ним навстречу, издавая вой и вопли, в которых не было ничего человеческого. Но, тем не менее, раньше они были людьми. Среди них была даже женщина.       Винн знала несколько полезных заклинаний. Она что-то делала, и тварей раскидывало в стороны, роняя плашмя и на время оглушая. Это выглядело впечатляюще, и вскоре они научились этим пользоваться и разрубать трупы, пока они беспомощно лежали.       Они нашли лестницу, ведущую в замок, и принялись прочёсывать залы, то и дело наталкиваясь на мертвецов, бродящих по одному-двое или иногда даже группой в полудюжину. В часовне обнаружились демоны. Логэйн крайне редко имел дело с демонами, Коутрен так вообще их не встречала. Это заставило его задуматься о Бронвин и её демоне из башни Круга. То, что и сам Логэйн сейчас делал то же самое, что и она совсем недавно, странным образом сближало их. И она тоже сражалась бок о бок с магами.       Они сделали передышку после часовни.       — В подземельях мы встретили двадцать три ходячих трупа, не считая демонов, — сказала Коутрен. — Интересно, сколько людей было в замке, когда всё это началось?       В другом зале они нашли тело совсем юной девушки, погибшей недавно и ужасной смертью. Винн посмотрела на неё с жалостью.       — Бедное дитя. Она, должно быть, пыталась сбежать. Как же напугана она была. — Винн подошла ближе. — Постойте, милорд! Думаю, она может быть жива! Возможно, я могу…       Девушка села, ужасно застонав, её взгляд был пустым. С неестественной быстротой она вскочила на ноги и побежала к ним.       Ульдред заморозил её.       — Не совсем жива, моя дорогая Винн.       Логэйн со всей силы ударил её щитом, и она рассыпалась на множество красных кристаллов льда.       — Вообще не жива, — заметила Коутрен. — Я надеюсь.       У Логэйна не было времени шутить на тему мёртвых.       — Идём дальше.       Ему не нравилось убивать мабари, которые выскакивали на них, — животные были обезумевшими и околдованными, — но Ульдред явно не был заинтересован в том, чтобы сделать хоть что-то, кроме как убить их. Казалось, маги не слишком любят животных, но это было следствием отделения их от мира. Логэйн подумал о письме Бронвин к брату, и как она гневалась на то, что маленьким ученикам запрещено даже играть на свежем воздухе. В том, что она говорила, что-то есть. То, как обращаются с магами в башне, не способствует полноценному развитию личности. Ульдред и Винн были исключением, которые подтверждали правило.       После того, как они уничтожили тварей в кухне, Винн вздохнула:       — Боюсь, у нас мало шансов обнаружить бедного ребёнка живым.       Логэйн нахмурился. Было неприятно даже думать о том, что он убил ребёнка — а может, и не одного, — своим невмешательством. После этого происшествия эрлинг Рэдклиффа будет восстанавливаться несколько лет, и его долгом будет поддержать Кайлана в любых начинаниях, которые король предпримет, чтобы помочь пострадавшим. Из-за войны с порождениями тьмы королевская казна сейчас не так уж и полна. Надо было нанимать Воронов для убийства Эамона.       Его окровавленные латные рукавицы оставили пятна на карте Тегана. Логэйн выругался. Большая, окованная железом дверь вела в коридор через большую залу, но она была закрыта, а выломать эту громадину так, чтобы не привлечь внимания всех монстров в замке, было невозможно. Но был и другой путь…       Да. Так будет лучше, в любом случае. Нужно пройти через кухню, а потом спуститься в погреб, из которого потом через маленькую дверцу можно выйти в замковый двор. И они пошли по коридорам. Коутрен предоставила им последнюю сводку убитых тварей:       — Уже сорок одна. Сколько же их ещё там может быть? Мы же ночью целую кучу поубивали!       Логэйн пожал плечами, толкая дверь погреба. И сощурился от неожиданно яркого дневного света. Двор казался пустым. Может, Коутрен права, может, они уже убили большую часть тварей. Он осторожно вышел наружу. Опущенная решётка и поднимающий её рычаг были всего в пятидесяти ярдах. Им нужно всего лишь…       Мир скользнул в сторону. Логэйн упал на спину, с грохотом проехавшись по каменистой земле, не в силах совладать с собственным телом. Но вот он остановился, дезориентированный. В ушах звенело. Ульдред кричал что-то, Коутрен издала боевой клич. Они шли…       Всё было очень медленно. Густой воздух прижимал его к земле. Стиснув зубы, Логэйн покосился на нависшее над ним существо. Оно было в доспехах, но это был не человек. Меч существа начал медленно двигаться вниз…       Логэйн перекатился в сторону, рубанув по лодыжкам существа. Оно споткнулось, но не издало ни звука, словно боль была для него чем-то неизвестным, и окуталось синим всполохом — это Ульдред ударил по чудовищу замедляющим заклинанием. Коутрен замахнулась, рыкнув от усилия. Создание повернулось к ней, клинок описал дугу с невообразимой скоростью и силой. Раздался звон, брызнула кровь, и Коутрен закричала.       Балансируя на одном колене, Логэйн направил свой меч в пах существа. Такой удар разорвал бы бедренную артерию любого и убил бы его в считанные секунды, но это создание продолжало размахивать мечом, безмолвно и беспощадно. Винн окутала Коутрен синим исцеляющим свечением, и кровотечение почти прекратилось.       Существо продолжило наносить рубящие удары и один из них пришёлся на бок Логэйна: скользящий удар проскрежетал по металлу, оставляя на нём вмятину. Такое ощущение, словно это был удар кувалдой. Логэйн использовал силу удара, чтобы усилить ответный удар, который он обрушил сверху вниз на бронированную руку существа. Она сломалась. В полной тишине существо взяло меч другой, неповреждённой рукой.       Было много заклинаний, замедляющих, раскалывающих, рубящих, исцеляющих, Коутрен снова смогла держать меч, опустив его так, чтобы попасть врагу куда-нибудь в область между подбородком и грудиной. Существо пригнулось, и Логэйн с разворота ударил по массивной шее. Устойчивость существа к магии почти иссякла, Ульдред последним заклинанием вытягивал из него жизнь, и Логэйну оставалось только оглушить создание щитом, так, чтобы подломились колени, и затем прикончить его, делая окончательно мёртвым.       Они стояли, тяжело дыша. На оливковой коже Ульдреда была заметна нездоровая бледность. Он полез в сумку за небольшой фляжкой и выпил её содержимое, рука его заметно дрожала.       — Хорошая идея, — вздохнула Винн, отпивая из своей фляжки. Что бы они там ни принимали, этот запах был незнаком. Коутрен одними губами спросила: «лириум?», и Логэйн кивнул. Наверняка это оно.       — Что, во имя Создателя, это было? — спросил он.       Ульдред выдохнул.       — Восставший из мёртвых. Могущественный оживлённый мертвец. Я никогда не сталкивался с ним раньше. — Казалось, он был искренне поражён.       — Я тоже, — призналась Винн. — Это было страшно. Надеюсь, ничего хуже этого тут не будет.       — Вы думаете, может быть хуже? Я имею в виду, конечно, что это было сосредоточие зла, — сказала Коутрен. — Создатель, я на это надеюсь. Что может быть хуже, чем этот ублюдок?       — Не уверен, что хочу это знать, — сказал Логэйн. — Давайте дадим королю войти. Возможно, теперь мы можем войти в замок, не подвергаясь нападению каждые две минуты.       Кайлан видел часть сражения и был очень впечатлён. Он поспешил к останкам восставшего из мёртвых, потыкав в него носком полированного латного сапога.       — Что за кошмарное создание! Послушай, Логэйн, я не хочу, чтобы ты забрал всю славу себе. Дай и другим возможность поубивать кошмарных нелюдей! Сэр Коутрен, — сказал он восторженно, — вы были великолепны.       — Благодарю вас, ваше величество, — мягко отозвалась она. — Я была близка к гибели. И погибла бы, если бы не маги.       — Да! — восхитился Кайлан. — Чудесно, воистину чудесно, как вы все вместе сражались. Это именно то, в чём нуждается армия!       Логэйн позвал его жестом, и они стали вместе подниматься по лестнице. Охраны рядом не было, и огромные двери распахнулись, повинуясь толчку.       У Ульдреда перехватило дыхание, и он, нахмурившись, вдруг резко замахал руками Логэйну.       — Я справлюсь, — проворчал Логэйн, — если мы что-то пропустили.       — Там что-то есть, — прошептал Ульдред. — Что-то большое.       В стороне от Логэйна что-то блеснуло, королевская стража сомкнулась вокруг них. Слева был главный зал…       И там была семья Герринов. Все члены семьи Герринов.       Мальчик смеялся и хлопал в ладоши, увлечённый и довольный. Эрлесса Изольда безмолвно стояла рядом с ним. Внушительных размеров огонь окрашивал эту сцену всполохами болезненного жёлтого и кроваво-красного света.       Банн Теган показывал какое-то представление. Наверное, он не совсем это имел в виду, когда говорил, что устроит какую-нибудь диверсию. Мужчина скакал, выделывал залихватские коленца, как орлесианский менестрель, а ребёнок приказывал продолжать.       И наблюдал за всем этим Эамон Геррин.       Кайлан выдохнул и что-то пробормотал себе под нос. Все замолкли, уставившись на того, кто сидел на высоком троне эрла.       Этот кто-то был одновременно и похож и непохож на того эрла Эамона, которого знал Логэйн. Он был крупнее, черты лица мягче и слегка расплывались. Лёгкая дымка окутывала тело этого создания, словно его очертания ещё не до конца оформилось. Создание уставилось на них ничего не выражающим взглядом.       Логэйн спросил шёпотом у Ульдреда:       — Это иллюзия?       — Не совсем, — ответил маг, не отводя глаз от представшего пред ними зрелища. — Это материальное существо, но созданное при помощи магии. Своего рода голем, но созданный не так, как это делали гномы. Подозреваю, что был использован прах эрла.       — Это ничто иное, как ничтожная кукла, оскорбляющая людскую память, — яростно прошептала Винн, крепче стискивая посох.       Ребёнок заметил их и вскрикнул. От его неестественного голоса по спине Логэйна пробежала дрожь.       — Кто этот человек в золотых доспехах, матушка? Я не могу его разглядеть.       — Это король, Коннор, твой двоюродный брат. — Эрлесса Изольда едва подняла на них взгляд, полный ужаса и стыда.       — Король? Нет здесь никакого короля, кроме меня! Не так ли, дядя?       — Мармелад! — заорал Теган и изогнулся с безумной гримасой.       Рассерженный Кайлан попытался растолкать стоящих перед ним гвардейцев.       — Что ты с ним сделал?       Демон в обличье ребёнка усмехнулся.       — Таким он мне нравится больше. Он меня забавляет. Я предупреждал его, что произойдёт, если он закричит. Никто не смеет мне указывать, что делать!       Теган с готовностью закивал.       — Никто не смеет указывать ему, что делать! Никто-никто!       Изольда всхлипнула.       — Умоляю вас, ваше величество! Пожалуйста, не причиняйте зла моему сыну! Он только хотел, чтобы его отец вернулся!       Ульдред и Винн удивлённо переглянулись.       — Он маг! — воскликнул Ульдред. — Неужели никто об этом не знал?       Тревожный шепоток пробежал по шеренге солдат. Кейли шёпотом молилась.       — Приди, стремительный меч милосердия…       Логэйн молчал. Кайлан выглядел поражённым.       — Я не знал. Поэтому ты не привозила его в Денерим, Изольда?       — Ему нужно было научиться контролировать себя! — разрыдалась женщина. — Я наняла отступника, чтобы он обучал Коннора! Я думала, что если он узнает, как скрывать свою силу, то никто и не узнает. Но маг предал нас и сбежал. Это все его рук дело!       — Леди Изольда, — с упрёком произнесла Винн. — Этот ребёнок одержим. Вы скрывали его магию, и это закончилось только бедами.       — О, Изольда! — опечалился Кайлан. — Зачем?       — Они бы забрали его! — Изольда схватилась за демона, но он сбросил её руки.       — Глупая женщина! — пророкотал он. — Ты начинаешь утомлять меня!       — Ульдред, — начал Логэйн, — есть ли способ…       Ульдред медленно покачал головой, поднимая посох. Кайлан едва не заплакал. Коутрен потянулась за оружием.       — Отец! — закричал Коннор. — Защити меня!       Он отскочил за мать, спрятавшись за ней.       Сидящий на троне поднялся, становясь с каждым мгновением всё больше. Он светился угрожающей магией и извлёк чудовищного размера меч. Если восставший мертвец был опасен, то это создание было в десять раз хуже.       Ульдред выбросил волну льда, замедляя лже-Эамона. Теган с пустым взглядом бросился вперёд. Логэйн подтолкнул его, и челюсть банна встретилась с кулаком Кайлана.       — Прости, дядя, — прошептал Кайлан и крикнул трём солдатам слева от него. — Эй, вы! Держите его! Уберите его отсюда! И держите подальше, но не вздумайте причинить вреда!       Бессознательного Тегана оттащили, и началась настоящая битва.       Они окружили лже-Эамона, который набросился на них с мечом и магией. Стрелы отскакивали от него, мечи прорезали светящуюся плоть, но раны сразу же закрывались. Ульдред ненадолго обездвижил его, поймав в светящуюся колонну из света. Они его рубили, но безрезультатно. То, что никогда не было живым, не могло умереть.       Кайлан взмахнул своим двуручным мечом, и удар должен был бы снести лже-Эамону голову, но клинок прошёл через создание, вообще не причинив ему вреда. Один из рыцарей, отправленный пинком в полёт, врезался в Логэйна.       — Создатель милосердный! — крикнула Коутрен Логэйну в ухо. — Мальчик ударил ножом собственную мать!       Логэйн оглянулся. Изольда стояла на коленях, с остекленевшими глазами. По пальцам прижатой ко рту руки стекала кровь.       — Магия крови! — закричала Винн. — Остановите его!       Ульдред опорожнил ещё одно резко пахнувшее зелье.       — Я задержу эту тварь, — крикнул он Логэйну. — Убейте мальчишку! Убейте его!       Видя, как Логэйн колеблется, маг пояснил:       — Убейте мальчишку, и тварь будет уничтожена. Это наш единственный шанс.       Лже-Эамон взмахнул мечом, и один из рыцарей закричал, когда лезвие пронзило его сквозь броню, едва не разрубив на две части. Кровь хлынула изо рта, и человек безобразной кучей осел на каменный пол.       — Создатель! — взревел Кайлан. — Прочь с дороги, Логэйн! Я сам сделаю это! Он увернулся от близко просвистевшего клинка и в два прыжка достиг помоста. Изольда, умирая, вцепилась в него, слова с бульканьем сорвались с её губ.       — Не… причиняй… ему…       Она упала лицом вниз. Стоящий позади неё демон с детским бледным лицом поднял взгляд, сжимая в руках окровавленный кинжал.       — Нет! Нет! Ты не можешь причинить вреда маленькому мальчику! Ты не сможешь! Ты…       Кайлан с рычанием вонзил свой меч в тело ребёнка. Коннор извивался и визжал, потом затих. Кайлан смотрел на своего младшего брата, тяжело дыша, а затем он упал на колени и его бурно вырвало.       Призрак в облике Эамона истончался, уменьшаясь, и когда солдаты отступили прочь, рассыпался пылью. Меч и пустые доспехи попадали на пол.       Кейли до сих пор молилась, по её лицу бежали слёзы. Винн подняла её с колен, и велела заняться исцелением.       — Помолиться сможешь после битвы, девочка моя.       Собрали убитых и раненых. Коутрен раздавала приказы, но Логэйн их не слышал. Он убил Эамона, и теперь стало ясно, что это сойдёт ему с рук. Он чувствовал себя грязным и подавленным. Возможно, это было самой большой ошибкой в его жизни. Логэйн глубоко вздохнул и подошёл к Кайлану.       Его зять, бледный и покрытый потом, всё ещё стоял на коленях, вытирая рот. Логэйн постоял над ним, потом присел на корточки, чтобы сказать молодому человеку на ухо:       — Кайлан…       — Я убил ребёнка. Я убил собственную плоть и кровь…       — Он уже не был ребёнком. Ты убил одержимого. Ты выполнил свой долг и спас множество жизней.       — Я чувствую себя ужасно… — Кайлан взглянул на маленькое тельце. — Он выглядит таким беспомощным.       — Он не был беспомощным, и ты это знаешь. Это нормально, что ты чувствуешь себя ужасно. Если бы ты этого не чувствовал, то был бы чудовищем.       — Если бы только…       — Не надо. Сожалеть бессмысленно. Никто из нас не мог знать этого заранее. Если кто-то виноват, то это его мать, скрывавшая его магию, и пытавшаяся сохранить происходящее в секрете. Она могла бы предупредить деревню, но не сделала этого. Она знала, что ведёт Тегана в ловушку, которая в итоге стоила бы ему жизни.       Кайлан покачал головой, несчастно и виновато.       Логэйн хмуро посмотрел на него.       — Ты всегда говорил, что хотел быть похожим на отца, быть героем. Ну, Кайлан, могу сказать, что твой отец большую часть своего царствования чувствовал себя так, как ты сейчас. Это последствия принимаемых трудных решений. Ты все правильно сделал сегодня, и твой отец тобой бы гордился.       Логэйн нерешительно протянул руку и похлопал Кайлана по плечу. Сочленения доспеха заскрипели, когда тэйрн поднялся. Он резко сказал:       — На сегодня хватит самобичевания. У нас есть, чем заняться. Твой дядя, когда очнётся, избавится от наваждения, и ему потребуется твоя помощь. Теперь он будет эрлом Рэдклиффа, разумеется. Для него это будет нелегко. Пойдём.       Девчушка-маг на его пути хотела наложить на него исцеляющее заклинание. Логэйн пробормотал слова благодарности и указал ей на короля.       Если Логэйн и испытывал какую-то боль, то знал, что заслуживает её. Сожалеть было бессмысленно, но он всё же сожалел.