Невеста напрокат

      Как оказалось, с утра на кухне я была уже не первым гостем, хотя раньше парни спускались только к завтраку. Неужто кто-то так проголодался? Покрепче вцепившись в свою маску безразличия и равнодушия, я сделала вид, что совершенно спокойна.       - Доброе утро! – холодно, но в тоже время довольно учтиво поприветствовала я своего «жениха».       - Мери? Доброе утро! Я… Эм… Мы можем поговорить? - извиняющимся тоном поинтересовался Джаред.       - По поводу? – все так же равнодушно осведомилась я, хотя внутри у меня разгоралось маленькое пламя. – Ты хотел что-то обсудить?       - Да. Знаешь, вчера… Ты все неправильно поняла, и мне бы хотелось…       - Джаред, кажется, я еще ночью объяснила тебе, что мне абсолютно все равно, где и с кем ты проводишь свое свободное время. Единственное, о чем я тебя попрошу – не ставить меня больше в неловкие ситуации, все остальное меня не касается.       Пункт двадцать первый нашего договора: «Заказчик имеет право вести свободную личную жизнь, не посягая на личную свободу исполнителя. При этом исполнитель обязуется в период действия установленного контракта не совершать никаких межличностных контактов интимного плана».       - Лично я договор хорошо изучила и запомнила, чего и тебе советую. А сейчас, если ты не возражаешь, я бы хотела спокойно позавтракать без твоих нелепых изъяснений и отправиться на работу. У меня сегодня встреча с одним очень важным клиентом, не хотелось бы на нее опаздывать.       Сказав это, я развернулась к мужчине спиной и принялась изучать «внутренний мир» холодильника, в поисках чего-нибудь съестного. При этом я старалась делать вид, что совершенно не замечаю яростных взглядов Джареда, способных испепелить на месте любого.       Интересно, что именно его разозлило, что я не дала ему оправдаться или что мне совершенно все равно? Хотя нет, наверняка, больше всего задето его мужское самолюбие, которое я самым наглым образом посмела растоптать.       Я мысленно ухмылялась, аплодируя своей маленькой, но все же победе. Нет, я не ставила своей целью унижение Джея, мне просто хотелось поставить его на место. Не стоит играть с чувствами других людей. Он ведь с самого начала знал, какое влияние оказывает на окружающих, он видел, что становиться мне симпатичным, и вместо того, чтобы вовремя меня остановить, он только подливал масло в огонь, рассказывая мне сказки о своих мнимых чувствах.       С другой стороны, я ему даже благодарна. Совсем чуть-чуть, но все же. Теперь я, скинув с себя розовые очки, могу нормально взирать на мир, полностью отринув от себя глупые надежды и мечтания.        - Надеюсь, - осведомилась я, обернувшись, - у тебя сегодня не запланировано никаких встреч или мероприятий, на которых я должна была бы присутствовать? Нет? Вот и отлично, а то я что-то в последнее время совсем запустила свою работу. Да и пообедать ты тоже без меня сможешь, правда?       Джаред еще больше нахмурился, но ничего мне не ответил, правда на ответ я, в общем-то, и не надеялась. Думаю, он не дурак и понимает, что сегодня меня лучше не трогать.        Включив кофеварку, я принялась сооружать себе бутерброд с ветчиной и сыром. Обычно по утрам я предпочитала фрукты и мюсли, а также зеленый чай, хотя в отличие от Джареда никогда не была вегетарианцем, просто по возможности старалась питаться здоровой пищей. Но сегодня мне почему-то захотелось именно мяса. Хм, к чему бы это?       Может быть в моем организме не хватало белков, или же мне попросту хотелось насолить одному голубоглазому обманщику? Может мне просто захотелось насладиться видом того, как Джей морщится при виде того, как я старательно нарезаю ветчину? Неужели я действительно такая мстительная?        Прервав мои мыслительные изыскания, на кухню, словно медведь после зимней спячки, ввалился Лето - старший.       - Привет, - улыбнулась я вошедшему мужчине, попутно наливая себе в чашку бодрящий напиток. – Пришел на запах кофе?       - Угу, - буркнул Шенн, и, кажется, больше ни на какие другие звуки он попросту не был способен. Ну, точно - косматый бурый мишка!       - Тебе налить? – заботливо поинтересовалась я. - Там еще осталось. Правда, не такой классный как у тебя получается, но пить вроде бы можно.       Шеннон вновь угукнул что-то нечленораздельное, видимо выражая свое согласие, в то время как Джаред едва ли не прожигал меня своим раздосадованным взглядом. Интересно, что на сей раз? Мне что, теперь даже кофе человеку предложить нельзя? Или он это из-за ветчины?       Сделав вид, что не замечаю этих взглядов, я вновь обратилась к Шеннону, предложив сделать ему сэндвич. «Медведь» в очередной раз что-то пробурчал, разместив-таки свою пятую точку на табурете.       Нда, я прекрасно помнила, что сегодня мне нужно было появиться на работе пораньше и завершить кое-какие дела до встречи с клиентом, но не могла же я бросить мужчину голодным. Мне этого совесть не простит, да и к тому же в последнее время Шеннон сделал для меня слишком много хорошего, так что стоило бы отплатить ему той же монетой.       - А может лучше яичницу с беконом, ммм? Или омлет? Как ты считаешь?       - Угум… - вот единственное, что я услышала от Ше, прихлебывающего ароматный кофе прямо из моей чашки. Причем прижимал чашку к губам он именно в том месте, где едва виднелись следы моей помады.        Нет, он издевается, что ли? Джаред, заметив мое недоумение и обратив внимание на выходку брата, стал злиться еще больше, но пока молчал. Воздух в помещении накалялся, словно в пекле, и только Шенн делал вид, что ничего не замечает, продолжая слегка морщиться, обжигая губы.       Решив, что прикинуться деревом было бы хорошей идеей, я отвернулась к плите, разбивая на сковороду пару яиц, в дополнение к уже поджаренному до хрустящей корочки бекону.        Налив себе новую порцию кофе, потянулась было за своим бутербродом, но обнаружила свою «драгоценность» в руках у наглого и ненасытного монстра.       - Шеннон, - медленно стала закипать я. - Это переходит все границы, неужели так сложно было подождать, когда приготовится твой завтрак? К тому же, я сотню раз говорила тебе, что есть всухомятку вредно! В конце концов, мог бы и другой бутерброд себе сделать, а не мой конфисковывать.        Поставив перед мужчиной тарелку с еще дымящейся яичницей, я укоризненно на него посмотрела, уперев руки в бока. Шеннон же дожевывая сэндвич, продолжал делать вид, что не слышит или не понимает меня.        Понимая, что спорить с этим Шевотным бесполезно, я плюхнулась на табурет, стоящий напротив мужчины, и, сделав глоток из новой чашки, мысленно попрощалась со своим завтраком.       Готовить что-то еще мне было лень, да и времени до работы оставалось не так уж и много. Что же, видимо с сегодняшнего дня придется садиться на диету.       Однако не успела я погоревать о несовершенствах собственной фигуры и методах борьбы с ними, как мои мысли потекли в совершенно другом русле, ведь я заметила, что Шеннон все же решил-таки проснуться.       Не знаю, то ли на него так моя возмущенная тирада подействовала, то ли мой грозный вид, или, быть может, он сжалился над моей голодной физиономией и решил поделиться со мной завтраком, причем мною же и приготовленным.       С совершенно спокойным видом мужчина отломил вилкой кусочек яичницы и направил его в мой приоткрытый от удивления рот. Не успев сообразить, в чем дело, я наспех прожевала кусочек и с трудом его проглотила, давясь под весьма недобрыми взглядами Джея.        Черт! Да меня же только что буквально с ложечки кормили, вот же пропасть! Я смотрела на Шеннона, совершенно ничего не понимая, а тот все так же спокойно отломил следующий кусочек и вновь протянул его мне.       - Ты издеваешься? – спросила я.       - Не задавай лишних вопросов и просто открывай рот, - заявил мне мужчина, не обращая внимания на то, как перекосилось лицо его младшего брата. – Ты ведь не хочешь, чтобы я усадил тебя на коленки и стал кормить насильно?       Согласившись с тем, что это не самая лучшая идея, я послушно открыла рот, проглатывая новый кусочек, недоумевая при этом, что за игру ведет Шенн.       Джею наше «представление» явно не понравилось, но и возражать открыто он не стал. Молча встав из-за стола с пылающим праведным огнем взглядом, он буквально вылетел с кухни, сшибая при этом все, что попадалось ему на пути.       Однако с уходом Джея закончился и весь балаган. Шеннон молча встал и, пододвинув тарелку с яичницей ко мне, принялся делать новый бутерброд.       - Вот скажи, зачем было доводить твоего брата? - спросила я у Шеннона, когда он вновь устроился напротив.       - Я просто решил тебя покормить. Ты ведь помнишь, что я обещал о тебе заботиться? – попытался увильнуть от темы вопроса этот плут.       - Да ладно тебе! По-твоему, я такая дурочка и не поняла, что это всего лишь игра? - усмехнулась я. – Ты ведь сделал все это только для того, чтобы его позлить.       - Ладно, ты права, мне просто захотелось тебе подыграть, – ответил Шеннон, подняв при этом руки вверх, будто бы сдаваясь. – Мне не нравится, когда он так ведет себя с тобой, так что впредь, пусть лишний раз головой подумает.       - Да нормально он себя ведет, - отчего-то вдруг принялась я защищать ушедшего парня. – Согласно контракту, он не обязан передо мною отчитываться, а я не должна лезть в его личную жизнь.       - Все равно это не правильно, - в голосе мужчины промелькнули нотки возмущения. - Ты ему уже не чужая, чтобы так с тобою обращаться, и уж тем более не вещь, чтобы в любом неудобном для него вопросе затыкать тебя за пояс.       - Ого, как ты заговорил! – ухмыльнулась я. - Да, я не вещь, с этим спорить не стану, но при всем при этом Джей вовсе не обязан возиться и сюсюкаться со мной. Он и так более чем заботливо ко мне относится.       - Заботливо? – взревел вдруг Шеннон, словно раненый зверь. – Доводить тебя до слез теперь считается проявлением заботы, так что ли получается?       - С чего ты взял, - потупилась я. - Я вовсе не…       - Вот только не нужно рассказывать мне сказки. Я видел твои глаза в тот момент, да и прекрасно слышал, как ты всхлипывала всю оставшуюся ночь, пытаясь приглушить плач подушкой.        Я удивленно посмотрела на мужчину, не веря собственным ушам. Он приходил ко мне? Он все слышал? А ведь мне и вправду слышались чьи-то шаги возле моей двери. Но я думала, что это Джей пытался убедить меня в своей правоте. Так значит, это был не он…       - Братец иногда забывается, - продолжил мужчина. - Иногда он перестает замечать, что вокруг него не актеры, а живые люди. Он привык рассчитывать все до мелочей, полностью вживаясь в новую роль, взваливая при этом на себя всю ответственность. Вот только чужую душу не восстановишь, как бы того не хотелось.       - Если ты говоришь о моей душе, - встрепенулась я, - то не стоит беспокоиться, с ней все в порядке. Вернее, ее уже до этого так разворотили, что уже не больно, и вообще… Кажется мне уже пора.       Я резко встала, отодвигая от себя тарелку, но Шеннон ухватил меня за руку и, вставая, приблизил к себе.        - Я обещал тебе заботиться, и буду делать это по мере своих возможностей. Но, если мой брат еще хоть раз причинит тебе боль, мне придется разобраться и с этим.       - Ты слишком много на себя взвалил, – выдохнула я, утопая в омуте его глаз. – Вдруг мне нравится чувствовать боль?       - Боль бывает разной, но та, что приносит слезы, никогда не будет в радость.       - Это угроза или предупреждение? – шутливым тоном поинтересовалась я, стараясь хоть немного разрядить и без того напряженную обстановку.       - Всего лишь констатация факта, которую тебе стоит принять на веру, – все так же серьезно ответил Шеннон.       - Тебе так часто делали больно? – поразилась я собственным догадкам.       - Боль бывает разной… - снова повторил он уже гораздо тише. - Но я научился с ней справляться, научился жить дальше… Вот только старых шрамов время не сотрет... Ты должна быть сильной, - выдохнул он, до боли сжимая мои запястья, - быть уверенной в себе… и своих желаниях.       Сказав это, мужчина еще раз взглянул в мои глаза и, отпустив меня, резко развернулся и вышел. Я стояла, словно громом пораженная, с трудом пытаясь понять, что же он имел в виду, и отчего в его словах было столько горечи.       Так и не придя к более или менее логичному выводу, я вспомнила о том, что чертовски опаздываю на работу, и выкинула из головы все мысли о Шенноне и его словах до более подходящего времени.       Однако смутное чувство недосказанности еще долго терзало мое сознание, словно маленький звоночек, засевший где-то глубоко внутри, твердя о том, что я упустила из виду что-то очень важное, что я что-то не так поняла. И, что от этого «что-то», вполне возможно, зависит мое дальнейшее существование.