Подгорный Король

Открывать глаза было не самым приятным решением. Низкие своды камеры темнели надо мной, огонь факела слабо освещал помещение, отбрасывая странные тени. Пахло сыростью и чем-то ещё, солоноватым и не очень приятным. Я повернула голову и едва сдержала крик. На меня всё так же смотрели безжизненные глаза, в которых потускнела привычная синева... Трофей Тёмного. Нет. Это всего лишь кошмар. Сейчас я проснусь и всё будет как прежде. Он тёплый, лежит рядом, гладит по волосам, зарывается в них носом и довольно шепчет мне на ухо о том, что любит. Живой. Мой Торин. Это не может быть, он специально пытается свести меня с ума. Это всю иллюзия, игра отравленного воображения. Он придёт ко мне, я знаю. Это неправда. Всё неправда. Это ложь... Это не он... Слёзы катятся по щекам, всё становится размытым, теряя резкость. Очертания камеры, решетки, эти глаза... всё поблекло, выцвело, потеряло ясность и чёткость. Волны тьмы накатывают одна за одной, смывая свет. Нет. Невозможно. Трандуил говорил, что эта связь навсегда и снять её нельзя. Что это больше дар, чем проклятье и в этом я была с ним согласна. Потому что если это было правдой, то мне больше незачем жить... Нет, Мириэль. Мой лучик света, моя радость, моё маленькое солнышко с синими глазами, как у него. Моя любовь... Где ты? Торин. Не оставляй меня здесь, мне так страшно. Прошу не бросай меня. Не так. Не сейчас... Забери с собой. Я так не хочу, не могу. Нет... Эхо гулко разошлось по темнице. Только теперь я поняла, что кричу на самом деле. Боль и отчаяние переполняли душу, разрывали сердце на части и не хотелось жить так. Я знала, что он вернётся. Служитель Саурона, лживое подобие Первородного... На мои крики пришел мой мучитель. Глаза полыхнули алым и он уставился на меня. Теперь его лицо не закрывал капюшон и я могла разглядеть его как следует. Чёрные волосы спадали по его плечам, струясь тёмными ручьями до поясницы, правильные черты лица, непривычно алые сияющие глаза. Он был соблазнительно красив, как всякая тьма, что так и норовит пробраться в сердце. Высок и хорошо сложен. Если не знать, на что способна эта мразь... В целом он был так же прекрасен, как и Трандуил. Практически один в один. Наверно, он бы так выглядел, если бы его сердце и душу полностью поглотила тьма. Он подошел ближе к решетке и остановился, словно не решался войти в камеру. На шелковых одеждах поблескивал огонь факела. — От чего ты кричишь? — почти ласково спросил он, слегка приподняв бровь. Я молча смотрела в пространство какое-то время, потом вздохнула и посмотрела на тёмного тюремщика. Зная, что вести себя нужно осторожно и не бросаться словами, вроде "Убей и меня тоже, тёмная ты сволочь!". Его просить дважды не придётся. — От безысходности. — бесцветным голосом ответила я. — Ну же милая. Он ведь шел к тебе, проделал такой нелёгкий путь. А ты даже не смотришь на него. — иронично проговорил он. Я плотнее сжала губы, подавляя очередной крик отчаяния и боли. Он очутился в камере рядом со мной. Поднял меня за горло и прижал к холодной влажной стене. — Прояви же уважение, дрянь такая! — прошипел он мне на ухо, резко ударив меня спиной о выступающий камень. Я вскрикнула и отлетела от стены, упав в паре дюймов от головы любимого. Нет. Не сон. Эру... За что мне это...

***

— Это не та крепость, о которой я думал... — медленно протянул Дубощит, когда они подобрались к вратам. — Разумеется. Ты думал за ней пришёл Некромант? — вскинул бровь Трандуил. — Ну... — замялся Торин, бросая тревожные взгляды на тёмную крепость. — Она меньше Дол Гулдура. В разы. — добавил он, рассматривая возвышающуюся над их головами махину. — Элхаел ведёт уединённый образ жизни. Посему охраны у него нет. Они там одни. — рассуждал Трандуил, составляя план в голове. Торин рыкнул и хотел рвануться к вратам, но синдарец поймал его за локоть и едва ли удержал на месте. — Ты хочешь забрать её живой? — зашипел Трандуил, прижимая гнома к тёмному камню крепостной стены. Дубощит яростно сверкнул глазами, но с тяжелым вздохом кивнул. — Молодец. Я знал его ещё когда он не опустился до Тьмы. Он был славным и верным эльфом... когда-то. Они с её отцом были дружны, пока Элхаел не исчез на двести с лишним лет. Вернулся он другим. Рассказывал о новой силе, которую ему даровал один из Айнур. Его изгнали из селения, но он вернулся за ней, прознав о неком даре девушки, рождённой в их семье. В тот день погиб Маэтор, хоть его тело и не нашли. Он пал, защищая свою семью. Второй раз ему тоже не удалось забрать девочку, её мать взяла на себя удар. Эдлетиэль защитила её от прислужника Саурона. И вот теперь она всё же попала в его руки. Но нужна ему не она. — Трандуил измученно прикрыл глаза. — А кто? — в ужасе спросил Торин, догадываясь о ком идёт речь. — Мириэль. У неё дар, не у Родвен. Она угодила в его лапы, защищая свою дочь, как и Эдлетиэль тогда. — эльф с болью посмотрел на Торина. Тот ошарашено смотрел на короля Лихолесья. — Его можно убить? — тихо спросил Дубощит, помолчав несколько минут. — Всех можно убить. — усмехнулся Трандуил. — Но здесь придётся постараться... — почти шепотом добавил он, глядя на острые башни крепости. — Пойдём.

***

Перед глазами стояла картина, как Элхаел обезглавил сначала одного короля, затем второго... Всё это открылось моему взору настолько ясно, что даже сомнений не возникало. Бедная Дис, ведь он собирался сделать ей предложение. Едва ли он сказал ей об этом... Она так радовалась, когда рассказывала мне о его признании. Она ведь полюбила всем сердцем, надеялась, что это навсегда. Как она скажет ей... Внезапная боль сковала грудную клетку, парализуя, обезоруживая, отбирая всякую надежду. Торин. Без того тусклый свет померк, слёзы заструились из глаз. Крик. Душераздирающий вой, который вряд ли мог вообще принадлежать живому существу. Но через какое-то время я с трудом узнаю свой голос, сорванный и осипший. Как они узнают где они? Их тела не найдут, уж Элхаел позаботился об этом. Их не смогут даже похоронить... Нет, не смей даже думать об этом. Они живы. Это всё иллюзия, кошмар... Нет, не может... нет.. Мой разум отказывался принимать этот факт. Душа не собиралась мириться с этим. Нет, это не правда. Не может так быть... — Ну почему же нет, прекрасная Родвен? — ядовито прошептал Тёмный. — Тебе доставляет радость мучить меня, ведь так? — не менее ядовитым голосом прошипела я в ответ, на что мой палач хрипло рассмеялся. — Как ты сама думаешь, королева? — теперь его голос прозвучал совсем как голос Торина. Дыхание оборвалось и я задохнулась, понимая одно. Живой я отсюда не выберусь. ... Потихоньку иллюзия стала казаться мне всё более и более реальной, хотя сердце отказывалось это принимать, отторгая такую реальность. Оставаясь в одиночестве я пела, чтобы как-то отвлечь себя от ужаса и боли. Видимо, происходящее сильно отразилось на моём разуме и восприятии окружающего мира. Колдун медленно провёл пальцами по решетке камеры. Я сидела с закрытыми глазами и не могла видеть, когда он вошел. Да и пришел он бесшумно, так что я вздрогнула от неожиданности и резко открыла глаза. — Красиво. Твой голос... Споешь для мне ещё что-нибудь? — он сел рядом с камерой прямо на каменный пол. — Не думаю, что я сегодня выступлю ещё раз. На сегодня концерт окончен. — резко ответила я. — Ну как знаешь... — на удивление мягко отозвался Элхаел и посмотрел мне в глаза, преображаясь. Дыхание сперло, я онемела. Передо мной стоял Торин, хитро ухмыляясь. Это был он, но... Этот был точной копией моего короля. Его выдавали лишь глаза — почерневшие с красными искорками. — Но как... Торин... ты не он. — прохрипела я и меня пронзила острая боль. Я едва могла дышать. — Почему ты не узнаешь? Родвен... Спой для меня. — тихо звал его голос, но я отворачивалась и пыталась не слушать Тёмного. — Уйди... — зло прошипела я. — Ну уж нет... Родвен, без тебя я не уйду. Пойдём со мной. Вернёмся в Эребор. Дис волнуется... и Мириэль. — проговорил он с кривой ухмылкой. — Нет. Не смей. — вскрикнула я, вскакивая на ноги, но пошатнулась и тут же рухнула на каменный пол. Он с интересом смотрел на меня, пытаясь понять каким будет моё следующее действие. Его забавляла вся эта игра. Он знал, что сил сопротивляться у меня практически не осталось. Я бессильно поджала под себя колени, закрывая лицо руками. Скрывать слабость не было нужды. Он сломил меня, подчинил себе мою волю.

***

Король Лихолесья и король Эребора шли бок о бок по тёмным коридорам крепости. В отличие от Дол Гулдура, эта была не заброшенной и выглядела вполне жилым местом. Сразу видно, что тёмный эльф любил уют и комфорт. Изнутри крепость напоминала дворец Трандуила, только несколько проще и практичней. Ему не нужно было здесь скрываться, в эти края редко кто заходил и прятаться не было никакого смысла. Шли вдоль галереи и вскоре упёрлись в массивную дверь. Полутёмный зал, освещение которого состояло из двух пар факелов да камина. — Скорее всего, он держит её в темнице. — прошептал Торин, оглядываясь по сторонам. — Внутри она меньше, чем кажется снаружи. — Это нам на руку. — шепотом ответил Трандуил, осматриваясь. — Это где-то там, в том крыле. Пойдём. Они свернули в маленький проход сразу за залом, стараясь идти как можно тише. Эльфу было легче передвигаться бесшумно, но Торин тоже мог быть тихим в нужный момент. Это был как раз один из таких моментов. Через пару поворотов Трандуил замер с мечом в руке и в полной боевой готовности. Слух эльфов намного острее гномьего. — Голоса. — одними губами сказал он, кивая в сторону прохода. Торин кивнул и они двинулись дальше, ступая ещё осторожнее. Проход заканчивался массивной дубовой дверью с коваными витыми узорами в виде цветов и листьев, выдавая бывшую натуру хозяина. Тёмный или светлый, а всё-таки эльф. Дверь была не заперта. Трандуил осторожно толкнул её, та поддалась и бесшумно открылась. Далее вниз вела широкая винтовая лестница. Короли помедлили, переглянулись и начали спускаться. Через какое-то мгновение и до Торина донеслись голоса, но было не разобрать о чем они говорили. Видимо, ещё несколько пролётов. Чем глубже они спускались, тем отчетливее становились голоса. Один голос. Бархатный, приятный. Элхаел обращался к кому-то и в сердце Дубощита поселилась надежда на победу и возвращение домой. Он шел впереди эльфа и вдруг замер, прислушиваясь к разговору. Он что-то говорил ей о жертвах, храбро сражавшихся за неё. Сделал ещё пару шагов вперёд. Голос Тёмного исказился и он услышал крик Родвен. Трандуил замер на месте, схватив Дубощита за предплечье. "Не смей. Иначе он нас перебьёт и начнёт с неё." "А так он будет мучить её." "Не глупи, Торин. Мы почти у цели." Торин разъяренно прожигал взглядом эльфа, но тот холодно посмотрел ему в глаза и покачал головой. "Шаги. В нишу, быстро." Они укрылись в глубокой нише по правую руку от спуска. На самом деле это оказался ещё один проход, но куда он вёл они уточнять не стали. Замерли и ждали, затаив дыхание. Тёмный медленно поднимался из подземелья, шипя что-то сквозь зубы на синдарине. Когда Элхаел прошел мимо ниши, Трандуил облегченно вздохнул. — Она жива. — тихо прошептал эльф. — Что он сказал? — так же тихо спросил король гномов, медленно сползая по стене. Все силы из него как будто выкачали. Нужен отдых. И план. — Упрямая девчонка. Но есть проблема. — поморщился Трандуил. — Какая? — Он внушил ей, что ваша связь разорвана. — сообщил синдарец, опускаясь на холодный камень рядом с гномом. — И что... Нет.. — выдохнул Торин, глаза расширились от ужаса. Трандуил молча кивнул, вглядываясь в синие глаза гнома. — Он был весьма убедительным. И с доказательствами.

***

...Я не знаю, сколько времени я так просидела, но когда открыла глаза, обнаружила, что кроме меня в темнице никого не было. Было предчувствие, что за мной кто-то наблюдает. Здесь кто-то был. Списав всё на чары Тёмного, я прикрыла глаза и тихо запела. Слёзы катились по щекам, пока песня лилась по камере, отзываясь легким эхом под сводами темницы. Надежда угасает в огне Пламя очей стынет Душа за злато отдана Ночь звёздами сыплет на цепи оков Серебра ручьи, света поток И у реки сижу я одна А где же тот, кто обещание дал Тот, без кого мне жизни нет Где ты, мой свет? Вернись с рассветной росой С ветром холодным утром зимним Инеем траву укрой На которой в летнюю ночь я танцевала босой Без тебя, мой свет Мне жизни нет Без тебя, мой родной Покинут дом мой Быстрокрылою птицей прилети В окно моё ты постучи Мой свет, друг мой От лютой зимы меня ты закрой Молю тебя, мой король В память обо мне сохрани эту любовь Эту песню я слышала однажды на Севере. В одной деревушке юная красавица пела её, а после поведала мне легенду о влюбленной девушке и одном короле, который пошел в поход и не вернулся. Шли годы, но она никогда не переставала ждать и надеяться. И однажды до неё дошла весть о том, что её король пал в бою. Девушка отказывалась в это верить и не принимала такой правды. Она отправилась в далекий край разыскать возлюбленного или его могилу, чтобы проститься. Но не суждено было деве найти дорогу к её любви. В пути на неё напали разбойники и убили, после забрали всё золото и оставили тело на дороге. Через несколько дней свою убитую невесту нашел король, который возвращался домой. Когда она окончила свой рассказ, я смотрела на неё со слезами на глазах. Не может жизнь быть такой... Не должна быть... Но она может, это как раз и пугает больше всего. Эта история поразила меня и запала в душу, как и сама песня. И теперь она так напоминала мне историю, в которую я попала. От этого на душе стало ещё гаже и отвратительнее. — Торин... — тихо прошептала я, словно зовя своего любимого. Краем глаза я заметила какое-то движение в тёмном углу темницы. Вскочив на ноги, я оперлась спиной о стену, прижимаясь всем телом к холодному камню. Ещё одного кошмара я не переживу. Из тени выступил Торин. Мой Торин.