Глава 103. Следопыт. Чародейка. Скоя'таэль
2 июля 2016 г., 23:55
— Бежать тебе надо, — наложив последний шов, сказал Гарга. — Найдут тебя они, коль в Аэдирне останешься. Вот только с такой раной, да еще и полуголым, далеко не уйдешь. Есть где схорониться на время?
— Неподалеку живет ведьма местная, — отозвался эльф. — Она может помочь.
— «Ведьма» — это хорошо, — широко улыбнулся палач. — Пару дней покоя не помешает. Ну ты как, идти в состоянии?
Венк утвердительно кивнул и встал. Поморщился, поведя плечом.
— Передвигаться ночью по лесу — не самый лучший вариант, — проворчал следопыт. — Но другого выхода у нас нет. Свет затуши. Слепит. Ты меня видишь?
— Нет, — великан погасил магический огонек, и вокруг них сомкнулась непроглядная тьма. — Глаза будто черной краской замазаны.
Он посмотрел наверх. Обрывки неба, видимые между густыми кронами деревьев, искрились точками звезд. Как назло, было новолуние. Да и от полной луны толку бы сейчас было мало. Лес, не слишком густой у тракта, постепенно переходил в непролазные дебри, в которых темнота стояла — хоть глаз выколи. Даже эльф видел не больше, чем на несколько шагов вокруг. Что уж говорить о человеке.
— Черт с тобой, — пробормотал эльф. — Поджигай свою сферу, только держи ее сбоку, чтобы тень передо мной не падала.
Гарга пробормотал формулу, и бледный шар загорелся над его правым плечом. Венкель подошел к великану и поднял вверх левую руку, прикидывая размеры реданца:
— Постараюсь предупреждать о низких ветках, но разница в росте слишком велика — могу что-то просто не заметить.
Палач понимающе кивнул.
— Слушай, — вдруг встрепенулся следопыт, — а зовут-то тебя как?
— А тебе-то что за беда?
— Ты мне помог. Жизнь спас. Да и мое имя ты уже знаешь. Вот и спрашиваю.
— Зовут меня Гарга. Звали и звать будут.
Эльф протянул палачу руку. Тот принял. Неловко пожал своей гигантской, в сравнении с ладонью следопыта, пятерней. Венк кивнул головой в сторону, давая понять, что надо идти.
Реданский палач и нильфгаардский следопыт двинулись в глубь леса, все дальше удаляясь от тракта.
***
Лорилея уже битый час ворочалась на постели в попытке заснуть. В следующей деревеньке ей нашлась небольшая комната в местной таверне. Дамиан настоял на отдыхе. Девушка была нервной и дерганной, и капитан приказал остановиться на ночлег. Магией разогнав клопов, чародейка завалилась на кровать в чем была, предварительно скинув лишь обувь. Ей казалось, что как только ее голова коснется подушки, она заснет мертвым сном. Но не тут-то было. Усталость растекалась по телу, словно свинец, но сна не было ни в одном глазу. Лорилея вновь и вновь прокручивала в голове произошедшие за последнее время события, убеждая себя в том, что поступила правильно. Очень хотелось позвать Даррена и посоветоваться с ним, но у того в данный момент были дела поважнее. Перевернувшись в очередной раз с бока на бок и зарывшись с головой под одеялом, чародейка вдруг услышала голос, очень вкрадчивый, негромкий, но отчетливый, который обращался к ней: — Госпожа вар Менеал, сообщение из столицы. Вы одеты? Я могу появиться? Девушка подскочила на постели и уставилась в центр комнаты: там висела, пульсируя опалесцирующим светом, воронка раскрывавшегося портала. Голос доносился оттуда. — Да. Все в порядке, — она опустила ноги на пол и встала. Одернула юбку и как могла пригладила волосы. В комнату из портала вышел мужчина. Высокий и темноглазый, он был одет в строгую форму чародеев Империи. Лорилея прекрасно знала этого человека, и какие последствия обычно бывают после встречи с ним. Это был придворный маг Вильгельм Доро, который состоял на службе лично у императора. И вести он наверняка принес непосредственно от государя. Напрямую. Эмгыр откровенно недолюбливал магиков, но Вильгельму Доро, как и Даррену, доверял, насколько вообще мог доверять чародею. — Доброй ночи, — начал чародей. — Хорошо, что вы еще не спите. У меня для вас есть новости. Не все хорошие, но и не все плохие. — Говорите, господин Доро.***
Осторожно, чтобы не привлечь к себе внимание, Иорвет продолжал ощупывать кандалы, поглядывая на охотницу. Наконец он отыскал заглушки, но ствол дерева ограничивал движения, а занемевшие от наручников пальцы не слушались, и эльф не смог разобрать, как они открываются. Ночь была теплой, но из-за отсутствия движения эльфу стало зябко, что, разумеется, не шло ни в какое сравнение с холодом тюремной камеры. Его начинало клонить в сон — не то от переутомления, не то от наркотика, но спать хотелось до чертиков. Одноглазый перестал сопротивляться и решил дать изможденному телу и разуму отдых. Находясь где-то между сном и явью, эльф почему-то вспомнил, как в первый раз попал в плен к людям… …Иорвет уже был командиром рабочей бригады и знал, что за голову атамана «белок» солдаты из специальных отрядов сшибали кругленькую сумму. Скояʼтаэли уходили через Бругге от облавы на темерской границе и наткнулись на разъезд карательного отряда короля Вензлава, оказавшись в прямом смысле между молотом и наковальней. Иорвета, определив главным, отжали от остальных. Он видел, как его бойцы ложились под ударами клинков, валились на землю под арбалетными болтами. Спецотряд действовал четко и слаженно. А он был молодым командиром. Главарь людей сошелся с ним один на один: мастерски работая клинком, наседал, не пропуская удары, крепко держал защиту. Осознание, что из-за него положили всю бригаду, сломило Иорвета. На мгновение он ошибся. Нападавший своим клинком отбил саблю эльфа в сторону и, развернув корпус, со всей силы ударил открывшегося скояʼтаэля левым кулаком, затянутым в кожаную, обшитую стальными шипами перчатку. Удар пришелся точно в правый глаз. Эльф хорошо помнил этот момент: его пронзила резкая боль, из рассеченной металлом брови хлынула кровь, заливая заплывающий отеком глаз; сквозь кровавую пелену он едва различил, как противник занес руку для следующего удара. А потом его правый глаз закрылся, да больше так никогда и не открылся. От второго удара Иорвет полетел на землю, выронив саблю из руки. Человек наклонился над ним и, гадко ухмыльнувшись, приложил эльфа в челюсть. Иорвет потерял сознание.
