Поворот судьбы

      Толпа закричала и заулюлюкала, подбадривая нападавших. Главный зачинщик отошел в тень. В распоряжении Иорвета был небольшой клочок пространства, огороженный живой изгородью. Драка была недолгой. У скоя’таэля не было ни единого шанса выстоять. Отбитые руки еще не чувствовали боли. Треснувшие ребра еще скрывались за яростью. От пропущенного удара перед взглядом поплыло. Эльф сильно пошатнулся, с трудом попытался восстановить равновесие, но двумя сильными ударами его уложили на мостовую.       — В петлю его! — заорала толпа.       Палачи споро стянули руки скоя’таэля за спиной и накинули на шею петлю. Четверо из дравшихся с ним потащили Иорвета на эшафот. Эльфы ловко перекинули веревку через перекладину. Потянули.       Внезапно на маленькой площади стало очень светло. Городская стража, с факелами влетевшая верхом на творящийся самосуд, плетьми стала разгонять толпу. Дамиан привстал на стременах и осмотрелся вокруг в поисках Иорвета. Взгляд его не сразу остановился на шибенице. Эльфа поднимали в петле. Ступни его уже оторвались от помоста. Тело вытянулось и дернулось.       — ЭШАФОТ! — бешено заорал капитан. — СНИМИТЕ ЕГО!       Кто-то из стражи, проскакав мимо, ловко метнул нож, перерубив веревку на перекладине. Эльф, закашлявшись, повалился на доски.       Дамиан подлетел к виселице, взбежал на помост. Вешавшие рассыпались в разные стороны. Иорвет был в сознании и пытался встать. Наконец ему это удалось. Перекатившись сначала на колени, а потом, наклонившись вперед, эльф поднялся во весь рост. Тяжело дыша, посмотрел на человека. Капитан подскочил к нему, развернул спиной и перерезал веревки, стягивающие запястья. Растянул и снял петлю с шеи. Скоя’таэль пошатнулся, но не упал, удержавшись за балку помоста, и плавно стал сползать по ней вниз. Сел, прислонившись спиной, и поднял взгляд на Дамиана.       Мужчина смотрел на эльфа. Тот был залит собственной кровью. Она постепенно запекалась коркой, превращая лицо в страшную маску. Волосы, перемазанные кровью и грязью, стояли дыбом. Единственный глаз потухшим взором смотрел сквозь человека. В свете факелов скоя’таэль был похож на ночное чудовище. Мертвое чудовище.       — Я пойду, — вдруг проговорил Иорвет, — поищу коня. Перепугался он…       Эльф осторожно, по той же балке, встал и отрешенно повторил:       — Я пойду…       — Да хрен с ним. Завтра найдем. Тебе надо умыться… Йорвет!       Но тот уже спускался с помоста по небольшой лесенке. Чуть прихрамывая, одноглазый пошел в направлении бегства коня. Дамиану не оставалось ничего иного, как последовать за ним. Отдав распоряжения страже и их командиру, капитан поспешил за эльфом.       Ковыляя по дороге, Иорвет прислушивался к окружавшей его ночи. Чувства обострились до предела.       «Не хочу думать, что будет, когда меня отпустит».       Скрежет подковы о камень прозвучал громом среди ночной тишины. Эльф пошел на звук. Соловый стоял у какой-то стены. Часть упряжи была безнадежно испорчена. Распущенное стремя зацепилось за крюк для факела и остановило коня. Похоже, тот еще какое-то время бился, пытаясь освободиться: седло сильно съехало на одну сторону, но ремень на груди крепко удерживал его, погнув все стальные детали.       Жеребец тревожно заржал, почувствовав запах крови. Эльф протянул к лошадиной морде не успевшую сильно запачкаться левую ладонь. Соловый признал наездника и облегченно фыркнул. Иорвет погладил коня, обошел его и выдернул из холеного крупа метательную иглу. Соловый вздрогнул, но остался стоять на месте. Расстегнув подпругу и остальные ремни, эльф стащил седло со спины коня. Положил на землю. Туда же кинул вальтрап.       Послышался грохот сапог подбежавшего Дамиана. Эльф развернулся.       — Йорвет! Мать твою! Это не могло потерпеть до завтра?       — Дамиан. Я сказал, что пойду искать лошадь. Я нашел лошадь. Мы можем ехать домой.       Эльф собрал поводья и только теперь тихо взвыл. Шок стал отпускать. В сознание ворвалась боль. И физическая, и душевная. Разом заболели все ушибы и ссадины. В голове зазвенело от ударов. Поникли плечи. Руки безвольно повисли. Внутри все заворочалось холодным клубком змей. Тяжело привалившись плечом к каменной стене, Иорвет посмотрел на человека.       — Знаешь, Дамиан, — с трудом проговорил эльф. — Я начинаю сожалеть о том, что Лоредо не повесил меня во Флотзаме.       Эльф попытался скривиться в усмешке, но запекшаяся кровь затрудняла мимику. Капитану почему-то стало страшно. Еще никогда, ни при каких обстоятельствах, ни один эльф не пожалел о том, что не умер. Кроме этого.       Иорвет прижался к стене спиной, постоял так мгновение и оттолкнулся от нее. Встал ровно, морщась, взял солового за повод и с трудом зашагал в направлении дома чародейки.       «Все милостивые боги! — мысленно заорал Дамиан. — Дайте ему упасть в обморок! У него же сердце встанет от такой боли!»       Но эльф продолжал удаляться от человека. Шел он не оглядываясь и не останавливаясь.