Сладкая карамель

НЕ БЕЧЕНО Молодой мужчина, приплясывающий за дверью, недоверчиво воззрился на фанерную преграду, отделяющую его от вожделенного предмета гигиены, и вопросительно переглянулся со стоящим позади другом. Тот пожал плечами, и низкий коренастый незнакомец нахмурился, делая шаг к двери. Он чуть пригнулся, заглядывая в широкую щель между дверцей и полом, за которой, ожидаемо, обнаружилась одна пара черных начищенных до блеска ботинок и выглаженных со стрелками брюк. — Богом клянусь, — мгновенно вспылил посетитель, не обращая внимания на прыснувшего со смеху друга у себя за спиной, — если я навалю кучу в штаны только потому, что тебе приспичило подрочить — я тебя убью! Впрочем, на Кенига угроза не произвела никакого впечатления — он вновь играючи вытащил из входа молодого человека фаллос и резко вставил его обратно, растрахивая нежную дырочку. Уильям с силой сцепил зубы на ребре ладони, чтобы сдержать стон, но из пересохшего горла все равно вырвалось отчетливое мычание. — Господи, да ты шутишь! — взревел молодой человек, резко дергая за ручку двери, под тихий хохот друзей — один кряхтящий из соседней кабинки, а второй истеричный со стороны раковин. Во власти грубой руки секс игрушка ходила внутри, уже не останавливаясь, немного повернув руку и изменив угол входа, Ральф вновь вставил по самое основание, ударяя головкой по простате. Уильям дернулся всем телом и задушено взвыл. Мужчина за стенкой замер и перестал трясти ручку двери. Он испуганно оглянулся назад, встретив такой же взгляд друга. Он медленно развернулся и продолжил уже спокойнее, сочувственно глядя на дверь: — Слушай, чувак, ты же зачем так дергаешь-то? Как-то я не знаю, нежнее надо быть чтоль. — Отстань от человека, Маркус. Может это не то, о чем ты думаешь, а застарелый геморрой — не всем быть половыми гигантами как ты, — прокряхтели за соседней стенкой. Не успев сжать зубы Кениг расхохотался, однако из-за пересохшего горла смех был больше похож на каркающий и булькающий клекот, сопровождаемый очередным поскуливанием «издыхающего» Уильяма. — Или что-то похуже… — подхватил слова своего знакомого стоявший у раковины человек. — Эй, чувак, — осторожно позвали за дверью, — я, конечно, слышу, что у тебя и так жизнь не сахар, но мне правда очень надо, — говоривший отчаянно выделил «очень», — Может, ты постараешься побыстрее? — скромно продолжили за дверью, но мгновенно замолчали, отскочив на пол шага назад. — Да-а-а!.. — заскулил англичанин, когда грубо втиснутая анус игрушка снова задела простату. Он заскреб ногтями по фанерной двери, не зная как скинуть сжигающего его заживо напряжение. — Да что же ты так, я же просто спросил! — вытаращив глаза, затараторил молодой человек, — Ты там в порядке вообще? Может, помощь нужна? — вновь подступив, говоривший опасливо подергал дверную ручку. Дрогнувший Уильям низко осел, не аккуратно и бессознательно наткнувшись голыми ягодицами на красный член немца. Кениг зажмурился до ярких вспышек под веками и зашипел, замерев ненадолго. Он накрыл выступающие косточки таза Уильяма обеими руками и настойчиво поднял и опустил его, отираясь о гладкую кожу копчика всей длинной. — Эй, ты живой? — в гробовом молчании пискнули за дверью. — Ich werde das Maul geradesetzen! * — нетерпеливо зарычал Ральф. Он распахнул глаза и вскинул голову, гневно воззрившись на закрытую дверь. — Убирайся к чертовой матери и дай сделать мне свои дела! — рыкнул он и нервно саданул кулаком по хрупкой фанерной стене. Уильям испуганно вздрогнул в его руках и отскочил от двери испуганно осев всем своим весом на член мужчины. Кениг распахнул сверкнувшие глаза и выгнулся дугой, с силой закусывая язык. — Geh nach Schwanz! * — Затравленно прохрипел Ральф, со скрипом кожи о гладкую поверхность стены, опуская руку. — Okay, okay guy…* — вскинув руки, заговорил молодой человек. — Я уже понял, что из тебя выходит сам Сатана, расслабься! — молодой человек обернулся к вышедшему из занятой кабинки другу и направился к двери. — Пошли, ребята, а то на вечеринку опоздаем! — Так свободно же, ты же хотел! — хихикнули парни, но умудрились сохранить серьезные лица, когда неудавшийся задира обернулся к ним. — Да мне что-то уже перехотелось, — буркнул он и выскочил да дверь. Заржавшая парочка вышла следом, участливо похлопав по дверце кабинки, облюбованной Ральфом и Уильямом. — Идиоты… — беззлобно ухмыльнулся немец. Он подхватил на руки сжавшегося и обессиленного англичанина, снимая его со своих колен, и поднялся на ноги. Прижав еле стоящего на ногах брюнета грудью к шаткой дверце Ральф задрал полы его рубашки и с дрожью во всем теле прижался пахом чуть выше нежной гожи копчика. Толкнувшись несколько раз на пробу, Кениг хрипло застонал, обжигая гожу шеи молодого человека своим дыханием, и накрыл ладонью его стоящий колом член. Уильям сорвано застонал и подался навстречу жмущемуся к его спине немцу, одновременно толкаясь в столь желанный кулак. Долгая жажда разрядки сделала свое дело, и у обоих от боли и желания в паху сводило скулы и поджимались пальцы на ногах. Англичанин окончательно и бесповоротно потерял над собой контроль, беззастенчиво стоная в голос и сотрясаясь всем телом. Вымазанную в предсемени Кенига поясницу холодило при трепетании воздуха, создаваемых размашистыми покачиваниями бедер мужчины. — Ты можешь кончить, Уильям. Давай, — тихо зашептал в аккуратное ухо немец, прикусывая его мочку зубами, — Сейчас! — не принимая возражений, приказал он. — Да-а-а, хозяин!.. — засипел англичанин — его тело будто только и жало момента, чтобы повиноваться властному голосу мужчины. Уильяма тряхнуло с такой силой, будто к его телу подключили оголенные провода, находящиеся под напряжением. Он обессиленно обмяк в сильных руках, тяжело дыша, и, закрыв глаза, впитывал всем своим существом ласкающий слух стон наслаждения мужчины. Кениг напряженно застыл, будто окаменевшая статуя, пока белое семя волнами выплескивалось на бледную кожу ложбинки поясницы англичанина. Уставшие и лишенные сил они стояли привалившись к двери и не слышали ничего вокруг. Но томной неге было не суждено продлиться долго — ручка кабинки вновь настойчиво задергалась, и Уильям вяло вздрогнул, с усталым стоном испуганно прижимаясь спиной к груди мужчины, ища покоя. — О, ради бога, — раздраженно зарычал немец, не довольный тем что его нежного агнца побеспокоили в такой момент, — Если ты еще раз дернешь эту ручку, — мужчина с силой ударил кулаком по фанерной двери и продолжил, невольно переходя на родной язык, — ich ficke dich in den Arsch! * Воцарившаяся на несколько секунд гробовая тишина внезапно прервалась возмущенным мужским голосом: — Wie kannst du es wagen! * Я буду немедленно жаловаться администратору! Какое хамство! Что за безобразие! — искренне негодуя, солидный мужчина в дорогих очках и костюме тройке вышел за дверь, хлопнув ей о косяк.