Точки соприкосновения

      Утро субботы они провели в тишине. Сначала долго не выползали из постелей, потом позавтракали, наблюдая друг за другом, будто что-то прикидывая; после завтрака переместились в гостиную. Теперь тишину нарушали постукивание фигурок об доску да шелест страниц. С улицы звуков практически не доносилось. Птицы иногда выкрикивали что-то, но обычного пения и трелей не было слышно. Начало осени было больше похоже на позднее лето; погода стояла такая, словно оно было на последнем издыхании. Солнце светило тускло и устало, ветерку едва-едва хватало сил шевелить листья деревьев и кустов.       Полный штиль.       «Божество сейчас будет здесь»       Винс не был готов ни к чему. Он ощущал себя оторванным от реальности, как будто происходящее его не касалось, и странно спокойным. А ещё ему хотелось, чтобы этот покой не нарушался. Ему казалось, что он мог бы вот так сидеть и листать этот сборник коротеньких рассказов целую вечность. И ещё чуть-чуть.       «Божество наблюдает»       Он моргнул и вдруг обнаружил себя на кухне, стоящим лицом к лицу с Арни. Едва сохранив равновесие, он уставился на Арни, ища объяснений. Тот тихонько шепнул: – Это нормально. Мы оставались тут, когда оно уходило.       «Найти работу»       О-о, а вот это – что-то новенькое. Ноги понесли его к выходу на улицу, где он поднял газету, чудом уцелевшую к этому времени. Хотя, возможно, она и не была уцелевшей, просто вселенная её реанимировала. Во всяком случае, так считал Арни, объяснивший ему основополагающие принципы здешнего существования; сам Винс, настроенный менее оптимистично, склонен был полагать, что вещи не обновлялись и не возвращались к исходному состоянию на момент ухода этого, а заменялись.       Он дошёл до кресла, не слишком понимая, что будет делать дальше; сел, его руки раскрыли газету. Перед глазами промелькнула колонка новостей, какие-то статьи... его взгляд задержался в нижней части страницы: «Требуется измельчитель рыбы в области океанология. Рабочий день: 04:00 – 11:00. Выходные: сб., вс.». – Работа? – Арни уселся на диван и включил телевизор. – Чёрт его знает, – пробурчал Винс.       Следующая страница, ещё статьи, уже более унылые, чем предыдущие. «Требуется судомойщик в области кулинария. Рабочий день: 14:00 – 22:00. Выходные: пн., пт.». Он ожидал, что сейчас снова перевернет страницу, но его руки свернули газету. – Возможно, тебя сейчас взяли, – сообщил Арни.       Почему нужно вставать, чтобы положить газету на столик, почти незамеченно промелькнуло у Винса где-то на фоне гнева и удивления, вызванных фразой Арни. Судомойщик? Ладно, он ещё мог вымыть посуду за собой, но мысль о том, чтобы мыть посуду за кем-то, вызывала у него отторжение. Судомойщик! Да ни за что! – Ни за что, – процедил Винс, едва заметно покачиваясь.       Арни решил смолчать, несмотря на то, что его теперь снедало любопытство. Что ж там такое? Он поразмышлял, косясь на газету, а потом встал и потянулся, чтобы взять её. Его тормознуло и усадило обратно.       «Смотреть»       Ну и ладно, решил он. Газета никуда не убежит. Наверное.       «Использовать» – и Винса понесло к туалету, хотя ему, вообще-то, не очень-то и хотелось. Но делать было нечего.       «Идти на работу»       А вот хрен тебе, подумал он, нажимая на кнопку бачка, выпрямился и напряг мышцы, заставляя тело стоять на месте.       «Идти на работу»       Винс зашипел и выругался сквозь зубы, прекращая попытки сопротивления. Его начало разворачивать, и на мгновение ему показалось, что суставы выкручиваются из их привычного места пребывания. А потом его крутануло так, что перед глазами всё смазалось, закачалось, и повело к выходу из дома. Он с бессильной злобой захлопнул дверцу машины и ещё больше разозлился, обнаружив на себе передник. – Вези давай! – рявкнул он на водителя, открывшего было рот, чтобы высказаться по поводу варварского обращения с дверью. До конца поездки тот сидел ровно и смотрел только на дорогу.       Пока он ехал, успел немного взять себя в руки. Водитель высадил его и умчался. Винс окинул взглядом стоявшее особняком одноэтажное здание без каких-либо опознавательных знаков, выкрашенное в неприхотливый белый цвет.       К некоторому удивлению он обнаружил, что его уже не контролируют. Арни по вполне понятным причинам не смог ничего ему рассказать по поводу того, как именно здешние дела обстоят с работой, так что он понятия не имел, с чем сейчас предстоит столкнуться. Он достал телефон и запросил свое местонахождение; «Дикий запад» (ул. Западная, 13) – сообщила надпись на экранчике. Западная, которая на самом деле восточная, да ещё и тринадцать. Винс усмехнулся. Немногочисленные прохожие уже начали бросать на него взгляды, так что он поторопился войти.       Внутри было несколько темнее, чем он ожидал, но чисто и уютно. Винс замялся, не зная, что ему делать теперь. От одного из столиков донеслось хихиканье, и он слегка повернулся в ту сторону, упершись в источник этого звука внимательным взглядом, ещё до того как сообразил, что хихикать могли не над ним. Впрочем, смешки тут же затихли. – Здорово! – ему помахал рукой подросток с пустым подносом в руке, и Винс, кивнув в ответ на приветствие, шагнул к нему. – Это ты у нас новенький? С прибытием. А теперь давай-ка... – он замолчал и немного нервно постучал пальцем по подносу. – Давай-ка за мной, я отведу тебя к шефу.       Шеф был крепким коренастым симом с добродушным лицом, внушительными бровями и неожиданно цепким взглядом. Возраст его было сложно определить. Единственное, что Винс мог сказать точно – это то, что шеф старше его самого. – Ну, здравствуй, – Винса ненавязчиво ощупали взглядом с головы до ног. – Что, Сэмми, побоялся вручить дяде посуду? – персонал, снующий по кухне, захмыкал, но беззлобно. Кто-то, проходя мимо, ободряюще похлопал смущённо потупившегося Сэма по плечу. Винс почувствовал себя лишним в этой дружелюбной атмосфере.       Возле Винса возникла девушка – он аж вздрогнул от неожиданности – и внимательно посмотрела на него. Заправила каштановую прядь за ухо и вдруг улыбнулась. А потом так же незаметно ускользнула. – Всё, ребят, Полли одобрила, – возвестила подтянутая женщина с кучей разноцветных заколок. Она вытирала плиту. – Можно принимать. – А меня вы спросить не забыли? – иронично вопросил шеф. Всё это время он очень внимательно наблюдал за ними. – Идём, поболтаем маленько.       Они вышли к стойке, где принимались заказы. Молодой мужчина при их появлении убрал локти со столешницы и несколько высокомерно окинул взглядом Винса. Шеф показал большим пальцем себе за спину, и сим удалился на кухню. – А эт’ Паскаль, – с ехидцей промолвил шеф и опёрся об стойку. В его речи проскользнул какой-то странный выговор. – Не думаю, что мне это понадобится, – честно ответил Винс. Паскаль ему не понравился. – Хе, вот и славно, – прозвучало как-то неопределённо. – Умеешь что? – Нет. Смог по рецепту сделать чили кон карне. До этого едва вспомнил, как делать яичницу. – Агась, – во взгляде шефа проскользнуло понимание. – Значит, поступим мы вот как. К шести вечера сюда начинают сползаться любители опрокинуть стаканчик-другой опосля работы. Большинство безобидно, конечно, да прецеденты нет-нет да бывают. В общем, от шести ты обретаешься около входа, добро? – кивок. – Вот. А до этого времени ты – на кухне. Смотришь, запоминаешь. Помогаешь, буде понадобится. Там увидим, выйдет ли из тебя толк. А пока так. Оплата – полставки. Всё ясно?       Винс кивнул. Это его вполне устраивало. Однако манера шефа разговаривать... – Вы нездешний? – с живым интересом спросил он и тут же прикусил язык, костеря себя за несдержанность. Слишком личный вопрос. – Меня эт’ уже давно не спрашивают. – Извините. – Ничего. Ах да, меня зовут Лестер. И сними уже эт’ дурацкий передник.       Вечер прошел тихо. За ним приехали без пятнадцати десять, чтобы отвезти обратно, хотя Винс с большим удовольствием прошелся бы после долгого стояния на одном месте.       Что-то его беспокоило, и он не мог понять, что. Что-то касательно... времени? Машина приехала в час, почти сразу после того, как он... как ему нашли работу. Это значило, что был почти час, когда оно вернулось, и, соответственно, если отталкиваться от объяснений Арни, почти час, когда оно уходило на прошлой неделе. Прибыл он на участок... Винс напряг память. Точно, в девять утра. Что-то не увязывалось. Они с Арни успели познакомиться, немного поговорить и поесть, всё это не заняло больше часа. Ну, максимум, полутора часа. Куда делось остальное время?       «Божество наблюдает»       Приехали. Винс устало вздохнул. Что ещё его сегодня ждёт?       Выходя из машины, он услышал странный перезвон. Немного раздражающий. Арни про такое не упоминал. И к чему теперь следует готовиться? Наконец, ему надоело стоять на бетонной дорожке, тем более что на улице было уже прохладно, и ему хотелось кушать... и его остановило на полпути к кухне.       «Подать ужин.../Спагетти»       Что ж, спасибо и на этом. Его руки двигались сами собой, так что он мог не наблюдать за процессом. Он и не собирался, впрочем. Сейчас Винс пытался подготовиться к процессу потребления пищи; насколько он помнил, прошлый раз вызвал у него потрясение. Ему ещё и придется как-то привыкнуть. Винс вздохнул. Спасибо, хоть это не запрещено.       Ах да, ему ещё предстояло привыкнуть к тарелкам, появляющимся из ниоткуда. Он перевернул миску, в которой готовил, над большой тарелкой, и варимая им однородная масса не слишком аппетитного цвета, ничуть не шелохнувшись и выказывая полнейшее игнорирование нормальных законов физики, немного повисела и через мгновение возникла на блюде уже в виде почти приличной еды. Возможно, даже съедобной. А потом он снова перевернул миску и его пальцы разжались. Винс машинально зажмурился, потому что где-то там внизу, теоретически, находились его ноги. Столкновения, впрочем, не последовало: посудина непостижимым образом испарилась.       «Подать»       Появление тарелок из воздуха уже и не слишком его напрягло.       «Есть»       Кажется, он начинал – как это там Арни выразился? – втягиваться. Главное – помнить о том, что еда на тарелке конечна. Можно было даже не особо присматривать за процессом.       Привело ужинать и Арни. – Как ты? – спросил он вполголоса.       «Использовать»       «Спать» – Нормально.       Спать – это отлично. Он слишком много народу повидал за сегодня, и впечатлений у него было предостаточно, чтобы нагруженный мозг начал налегать на веки, и без того норовившие закрыться сами по себе.       У постели его снова завертело волчком с уже предсказуемой смены одежды. Винс недовольно нахмурился: из-за пижамной рубашки он будет ворочаться всю ночь, вместо того чтобы нормально спать.       Спал он действительно скверно. Мало того, что снилось что-то невразумительное, так его ещё и вытащило из постели в четыре сорок один. Какого чёрта? Винс проморгался, пытаясь понять, что происходит, и почему так светло. В комнате действительно было светло. Как и за окном. А ведь его внутренние часы настаивали, что сейчас почти пять утра. А весь его организм – что он проспал едва ли больше трёх с половиной часов. Винс склонен был доверять себе больше, чем всему остальному, но с солнцем, висевшим над линией горизонта, не особо поспоришь. Что, во имя всего святого, здесь творится со временем?       А ещё было холодно.       «Заправить постель»       «Переодеться в.../Повседневная одежда»       Пока он разглаживал складочки на одеяле, занимался нехитрой арифметикой. По приблизительным подсчетам, выходило, что время шло быстрее примерно в два раза, пока это наблюдало. Вот и причина, по которой Арни на самом деле посоветовал отоспаться.       «Идти сюда»       Похоже, о кружке чего-то горячего оставалось только мечтать.       «Рассказать анекдот»       Сходу Винс не смог ничего вспомнить, так что постарался абстрагироваться от того, что он сейчас будет говорить. Получалось плохо. Ехидные поддакивания Арни тоже не слишком-то не помогали. У последнего, кстати, настроение было гораздо лучше...       «Выслушать анекдот»       ...Вот сейчас оно и начнет портиться. Винс ухмыльнулся, предвкушая. В принципе, если не слушать себя, можно было даже получать некоторое удовольствие от смущения собеседника тем, что он несет.       «Сделать комплимент»       Или нет. Ключевым пунктом всё ещё было не слушать себя. Этого было сложно достигнуть, если только не использовать беруши.       «Сделать комплимент»       Создатель, за что? Можно ему выговаривать хотя бы не настолько банальные и глупые вещи? Да и вообще, комплименты разве не положено женщинам адресовать? С другой стороны, какое счастье, что вот этого от него не слышала женщина...       «Выслушать комплимент»       Арни, давно научившийся абстрагироваться от всех этих размышлений и собственных слов, просто наблюдал за отголосками внутренних метаний Винса, отражавшихся на его лице. Тот упорно глядел куда-то мимо глаз Арни, вполне успешно сохраняя невозмутимое выражение лица, однако предательский румянец удержать никак не мог. Арни обычно понятие «мило» к взрослым не применял (ну как-то не клеилось), но сейчас это было первым же словом, пришедшим на ум. Возможно, именно поэтому очередная банальность, сорвавшаяся у него с языка, прозвучала совершенно искренне. Винс, уловив это, несколько опешил и уставился Арни, удивившемуся самому себе, в глаза. Некоторое время они так и молчали.       «Оказаться в дружеских объятиях» – Ну нате вам, – буркнул Арни, покосившись на надпись. Кто бы сомневался. Винс отреагировал спокойно. Смирился, наверное, подумал Арни, хлопая его по спине.       «Дружески обнять»       До вечера теперь обниматься будем, хотел было спросить Винс, протягивая к Арни руки, но увидел ещё надпись ниже.       «Легко поцеловать»       Ну... его же предупреждали? Да хоть запредупреждай. Это всё равно вызывало у него отторжение; целовать ребенка – просто глупо. Арни недоуменно посмотрел на него, когда пальцы Винса крепко обхватили его плечо, не давая двинуться. Он ещё не понял, что происходит – не умел откладывать размышления на потом, как Винс, вследствие чего всё ещё обдумывал произошедшее ранее. Ну ребёнок же ещё, подумал Винс, аккуратно прижимаясь к его губам своими – не целуя, просто сухо касаясь. И отстранился.       «Божество ушло»       Арни застыл с остановившимся взглядом. Винс обеспокоился. Сам же ему рассказывал, стращал, так что с ним сейчас? Наверное, следует его чем-нибудь отвлечь. Занять чем-нибудь привычным? Винс достал их кружки и сунул жёлтую в руки Арни. – Сваришь кофе?       Ему всё же следовало наблюдать, а не лезть в тумбу за кофеваркой. Арни заторможенно взял кружку, но даже не посмотрел, что он взял. А потом, резко вдохнув, вдруг размахнулся и грохнул её об пол. Он возмущённо набрал в грудь воздуха, чтобы что-то сказать, а потом его уже осмысленный взгляд упал на осколки и он осёкся. – О... Я не... – он побледнел. – Твою мать. Я не хотел... – Не трогай мою мать, – как-то привычно проворчал Винс. Хорошо, что не свою кружку дал.       Арни присел и взял осколок. Повертел его в пальцах. Он выглядел растерянным, будто не понимал то ли что он сделал, то ли зачем он сделал. – Винс? – он поднял взгляд. – Извини. – За что? – Ты мне её купил. – И что? Сказал же, что ты можешь делать с ней, что хочешь. – Но... – Осколки только собери. Не хочу по ним топтаться.       Арни открыл рот. Потом закрыл и возмущенно нахмурился, стиснув зубы. Собрал остатки кружки, завязал пакет с мусором и выскочил наружу, хлопнув дверью. Винс только хмыкнул на это и поставил чайник греться. Проверил время на телефоне. Десять сорок три. До работы оставалось не так много времени, так что поспать он бы уже не смог. Лучше под телевизором посидеть, заодно настроит внутренние часы.       Пакет отправился в большой мусорный бак. Арни закрыл крышку и снова нахмурился. Если бы он купил кому-нибудь кружку, а этот кто-то её кокнул, Арни бы обиделся, например. Конечно, может быть, дело в восприятии. Для Винса кружка может стоить не так дорого.       Брезгливо подобрав остатки от утренней газеты, он закинул и их в бак. Мысли продолжали крутиться. Если бы для него самого кружка не была проблемой – скажем, одной больше, одной меньше – то он бы не обиделся, ладно. А если тот, кто её разбил, ещё бы на него разозлился? Рука Арни зависла над дверной ручкой. Вполне...       Он наконец нажал на ручку и наткнулся на Винса в коридоре. Тот окинул его взглядом с головы до ног и отвернулся, уходя в гостиную. Попробуй, пойми этих детей. Вот потому-то он их и не любил. Винс уселся на диван и клацнул кнопку на пульте. При виде ведущего в голове вдруг завертелось что-то такое странно забавное. Такое... Винс усмехнулся, убавил звук и немного наклонился вперед, сосредотачиваясь.       Арни нервно обошел маленькую кухоньку. Чёрт. Нужно было объясниться сразу, вместо того чтобы психовать. А теперь Арни даже не знал, как подойти с этим к Винсу. Он намотал круг в другую сторону. Лучше поговорить с ним, не откладывая, но уместно ли будет сейчас, или лучше подождать? И сколько подождать? Арни начинал нервничать. Он не припоминал, когда в последний раз ему было так сложно решиться с кем-нибудь заговорить, разве что в его первые дни в младшей школе. Да и то, он не был уверен.       Винс зашёл на кухню, мыслями, кажется, обитая где-то в другом месте, пошуршал упаковками таблеток, что-то выпил и вышел.       Арни нервно взлохматил волосы. Обиделся. Как пить дать обиделся. Даже не глянул в его сторону.       Стоп. А чего, собственно, он нервничает? Да, тогда Винс его испугал, но сейчас-то он был вполне спокоен, да? Со вторника он вообще выглядел более собранным. Интересно, это из-за того, что он что-то вспомнил?.. Арни завернул мысли, вильнувшие не в ту сторону.       Из гостиной донёсся смешок, и Арни недоуменно притормозил, прекратив наворачивать круги по кухне. – Чайник закипел уже? – Винс всунулся в кухонный проём, весело улыбаясь. – Нет, – осторожно ответил Арни и так же осторожно поинтересовался: – Это ты сейчас хихикал? – Ага. Вспомнил кое-что. Помнишь, ты рассказывал шутку? У нас тоже одну передавали. – А-а, – разочарованно протянул Арни.       Винс смерил его взглядом. Нехорошо было такое детям рассказывать, но ему хотелось поделиться. Очень хотелось. Погодите-ка, а в каком возрасте он сам это услышал? Боль сжала голову где-то ниже висков, перебивая даже действие обезболивающего. – Ну-у, – он поморщился, потерев лицо ладонями, – Я думаю, ты уже достаточно взрослый...       И рассказал.       Шутка оказалась настолько же смешной, насколько неприличной. Арни, залившись краской, засмеялся, пряча лицо в ладонях. – Кошмар какой... где тебе такое рассказали? – Да чтоб я помнил, – весело отозвался Винс. – Только не пересказывай никому.       Они помолчали, улыбаясь. Чайник закипел. – Винс? – М-м? – Извини. – Так, я не понял, – Винс залил листья чая кипятком. – Что теперь? – Ну, знаешь... Раньше такого не было, – он удостоился весьма красноречивого взгляда. – В смысле, я хотел сказать, – да что ж он никак мысли в кучку собрать не может? – Раньше взрослые с подростками не могли... м-м... отношения заводить. Так что я, вообще-то, решил не напрягаться пока по этому поводу. И вот, понимаешь, я это... был... удивлён.       На самом деле, он был просто в шоке на тот момент. – А-а, – ответил Винс. Арни поднял бровь, словно бы спрашивая «и это всё, что ты можешь сказать?» – Понятно. Когда ты удивишься в следующий раз, буду давать тебе в руки что-то небьющееся. – Ха-ха, – уныло ответил Арни. – Не понимаю, что за фигня. Попробую завтра в школе сплетни послушать, может, узнаю что. – Попробуй, – согласился Винс.       Машины Винс так и не дождался, так что на работу дошёл пешком, используя всё ту же городскую карту, запечатлённую на телефон. Лестер немного удивился, увидев его, и сообщил, что ожидал его к пяти вечера. – Почему? – Повысили ж тебя. – После первого же дня? – Винс пришел в замешательство. – А почему я не в курсе?       Шеф пожал плечами и указал пальцем наверх. – А вы откуда знаете? – любознательно спросил Винс по привычке. Он уже приучился расспрашивать коллег на предмет того, что и как они делают. – Да расписание транспорта в сети ж есть. Если есть компьютер, найти не сложно. – Ага... – Винс оставил у себя в памяти заметку. Было бы неплохо заиметь компьютер; всё же, полезная вещь. – Ну, раз уж ты так рано явился – сделай одолжение, съезди с Сэмом за продуктами.       Винс кивнул.       Через полчаса они с Сэмом выехали на небольшом грузовичке. Выехали почти в центр Лейквуда, потом свернули на одну из боковых улочек и выехали из города. Винс отметил, что на карте дороги из города не было; та, по которой они сейчас ехали, выглядела просто тупиком. Деревья начали желтеть; некоторые пожелтели пока частично, некоторые – полностью. Листва красовалась разнообразием от пергаментно жёлтых оттенков до благородно золотых, кое-где листья и вовсе начинали нежно алеть.       Сэм включил радио и поначалу насвистывал, а потом, выехав за черту города, и вовсе принялся подпевать. Он вдруг ойкнул, отрывая Винса от любования природой, и замолчал. – Что? – Забыл, что не один еду, – подросток издал неловкий смешок. – Перестал ощущать твое присутствие. Ты сейчас прям как наша Полли был, только она всегда незаметная. – Ну извини, – Винс, собственно, не знал, как ещё на это ответить. – Да ничего. Просто, типа, хоть покашливай иногда, если будешь так делать. – Да я ничего не делал. – Ну тогда если не будешь делать. – Тогда будешь сам объяснять шефу, почему это я вернулся охрипший.       Сэм рассмеялся. Он нравился Винсу. Парень был дружелюбен, за словом в карман не лез, легко подхватывал практически любую тему в разговоре; при этом к тем, кому он откровенно не нравился, он старался не обращаться, в отличие от той же Полли, упорно вертевшейся около инертного Паскаля.       Ещё Сэм чем-то напоминал ему шефа. Винс задумался, глядя на беззаботно насвистывающего паренька. Посмотрел за стекло.       Пейзаж вдруг побелел. Сэм ничуть не удивился, в отличие от Винса. Последний уставился в окошко, пытаясь как-то подогнать кусочки картинки один к одному. Потом открыл немного окно, осторожно высовывая наружу нос. – Холодно? – с хитрецой поинтересовался Сэм. – Нет. Но это же снег. – Снег, – согласился парень.       Винс уставился в окно. Ладно, он мог как-то понять эти странные правила перемещения и взаимодействия, включающиеся при появлении этого, но зрелище снега в середину дня ещё тёплой ранней осени просто выбивало из колеи. Он совершенно ничего не понимал. Он даже не знал, какой вопрос задавать в первую очередь. Как или почему? – Это вообще нормально? – выдал он то, что волновало его в первую очередь. Сэм не удивился: Винсу пришлось изложить коллегам свою ситуацию с памятью, чтобы не возникало вопросов. – Ага. Обычное явление. Бывает и наоборот, между прочим. Ещё не видел никого в зимних куртках? – Винс недоверчиво посмотрел на парня, пытаясь понять, подшучивают ли над ним. – Ничего, ты привыкнешь со временем. Сам ещё будешь запакованный по самые уши, а вокруг вроде бы и жара, а тебе всё равно нормально так. – А на ощупь он как снег? – снова прорезалась его любознательность.       Сэм глянул в зеркало заднего вида и притормозил, прижимаясь к обочине. Винс осторожно ступил на этот... снег. Присел и загрёб немного. На пальцах словно лежал тонкий слой холодной ваты. – Ну как? – спросил его Сэм, когда Винс вернулся в грузовик. – Как... декорация. А зачем шеф послал меня с тобой? – Да из-за отморозков этих, – моментально откликнулся Сэм. Он, казалось, вообще не замечал винсовой привычки переходить с одной темы на другую, не делая пауз. – Всё время цены завышают.       Он выругался. – Э... ты ничего не слышал, да? – Допустим. Шеф ведь не думает, что я что-то смогу выторговать лучше, чем выйдет у тебя? – Я думаю, шеф думает, что ты сможешь всё то же самое, что делал вчера вечером. – Я просто стоял у входа. – Конечно. Но ты так стоял, что я бы не стал даже пытаться тебе что-нибудь предъявить.       На переговорах (довольно ожесточённых) Винс просто маячил у Сэма за спиной. Торговался тот бойко, всячески показывая, что цены его не устраивают. Прощался он тоже с недовольным видом, сохраняя его до тех пор, пока они не развернули нагруженный грузовичок в обратную дорогу. Пейзаж за прошедшее время успел вернуться к прежнему состоянию. – Чудо, не иначе, – воодушевленно заявил Сэм. – Может, шеф даже премию выделит из сэкономленных средств. Слово «премия» Винсу понравилось.