D

Две недели спустя. - Знаешь, - промямлил Мэттью – можно было слышать, как он ухмыляется, - меня всегда удивлял тот факт, как какой-то маленький кусок дерьма может заставить тебя выглядеть презентабельно. Доминик поправил свою «бабочку», проигнорировав замечание Мэттью и продолжив пялиться на свое отражение в зеркале, будучи неосведомленным о том, что Мэттью крутился вокруг него в очень похожем смокинге (который, естественно, стоил гораздо дороже). Оставшись довольным своим отражением, Доминик демонстративно приподнял подбородок вверх, и Мэттью громко рассмеялся. - Уверен, что не хочешь «дорожку» на дорожку, чтобы успокоить нервишки? – спросил Мэттью, держа руку на пояснице Доминика и двигая ей по направлению к его заднице. - Я в порядке, - огрызнулся Доминик. – Я видел, как людей разрывало на кусочки в Афганистане – думаю, с ежегодным ужином для лучших псов МИ-6 я справлюсь, - Доминик развернулся лицом к Мэттью, пользуясь разницей в их росте и смотря на него сверху вниз. Ему всегда придавало какую-то силу знание того факта, что Мэттью не вооружен – сегодня их таких было двое. – В любом случае, я появлюсь там в качестве твоего телохранителя или бойфренда, или еще кого-то? Глаза Мэттью тщательно рассматривали Доминика, не позволяя ему ничего в них прочесть. - Ты мой плюс один, - в конце концов сказал он. Мэттью схватил маленький серебряный браслет, сделанный в основном из, кажется, переплетенной металлической проволоки, и скользящим движением надел его на свое запястье. Прежде чем Доминик успел спросить об этой вещице, Мэттью развернулся к нему спиной и вышел из спальни, в этот раз, и в самом деле принадлежащей ему. – Идем. - И это, конечно, является ответом на мой вопрос, - пробормотал Доминик себе под нос, но, конечно же, последовал за Мэттью. Спустя довольно быструю поездку на машине, они оказались у дверей одного из самых экстравагантных банкетных залов, которые Доминику вообще довелось видеть; здесь не было неоновых огней, требовательных людишек, толпящихся в очередях, но здание буквально источало ту молчаливую и всеохватывающую власть, с которой Доминик привык ассоциировать секретные службы. Он увидел несколько пар, в которых узнал помощников С вместе с их женами – они тихо крались по направлению к входным дверям, крепко держась за руки, словно были в сговоре. Доминик подумывал о том, стоило ли ему идти также вместе с Мэттью, но тут же подавил в себе это желание – ему не требовалось спрашивать, чтобы знать, что в его просьбе будет немедленно отказано. - Боже, Мария так дерьмово выглядит в фиолетовом, - презрительно сказал Мэттью, этой насмешкой поражая свою жертву точно в цель. – С этой прической она просто как бельмо на глазу. - Я и не знал, что ты у нас критик в области моды, - усмехнулся Доминик. Лично ему шифоновое платье Марии не казалось таким уж и непривлекательным. Но он не думал, что говорить об этом Мэттью будет хорошей идеей. Как только они вошли, то увидели перед собой ряд дам, ожидающих своей очереди, чтобы просветить свои изящные клатчи рентгеновским аппаратом, и мужчин, которых обыскивали охранники почти в два раза выше и шире Доминика. - Ну конечно, - едва слышно пробормотал он, словно это должно было быть ожидаемо. Доминик без лишних вопросов раскинул руки в сторону, как только охранник подошел к нему – взгляд Мэттью пристально следил за руками, скользящими по телу блондина. Оставшись довольным, охранник кивнул, после чего подошел к Мэттью, немедленно узнавая мужчину. Через несколько мгновений, охранник выпрямился во весь рост, почти на целый фут возвышаясь над головой Мэттью. - Сэр, - сказал он низким голосом, - в тех двух пакетиках, которые лежат в нагрудном кармане вашего пиджака, находится взрывчатое вещество? - Нет, - ответил Мэттью, и Доминик мог слышать, как он ухмыляется. Успешно пройдя охрану, Мэттью провел их внутрь, в главный зал, заполненный круглыми столиками и свисающими с высокого потолка люстрами, выполненные в стиле декаданс. - Постарайся не глазеть по сторонам слишком явно, - резко сказал Мэттью, проводя их к бару. Его длинные пальцы вырвали два бокала с шампанским у проходящего мимо официанта, и он отдал один Доминику. – Пей. Скоро здесь станет невыносимо скучно. Вскоре после этого заявления кто-то позвал С по имени, и его презрительная гримаса превратилась в улыбку меньше чем за секунду. Он крепко пожал руку подошедшего к ним мужчины, который вежливо поприветствовал его, после чего начал закидывать вопросами с молниеносной скоростью. - Как там Барбадос? - в конце концов спросил мужчина, не единожды бросив взгляд на Доминика, стоящего позади Мэттью и наблюдающего за всем через его плечо. - Все прошло так…бойко и энергично, - Мэттью лучезарно улыбнулся, кидая беглый взгляд своих сияющих глаз на Доминика, после вновь обращая внимание на собеседника. – Эта поездка с самого начала не казалась мне рабочей. Иногда я люблю свою работу. Человек восторженно кивал в ответ, каким-то образом приплетая к поездке Мэттью анекдот с участием офисного степлера, и Доминик отключился. Он наблюдает за ними, сложив руки на груди, понимая, что не сможет принять участия в этом разговоре, да и вообще, в любом другом разговоре, происходящем в этих стенах. Через несколько минут на его плечо опустилась рука, отвлекая Доминика от разглядывания бара, находящегося так далеко от него – его бокал уже опустел. - Боже, ненавижу этого мудака, - сказал Мэттью. – А сегодняшняя ночь будет насыщена разговорами с людьми, которых я терпеть не могу. Единственный человек здесь, которого я и в самом деле смогу выдержать, это мистер Кирк, но он будет находиться как можно дальше от бара. Алкоголик, пытающийся завязать. - У тебя вообще есть друзья на этой работе? Мэттью остановился, его рука до сих пор покоилась на плече Доминика. Он, все же, позволил ей упасть со своей опоры, после чего нахмурился и посмотрел на блондина, словно тот был умственно отсталым. - Я один из самых влиятельных людей в стране, если не во всем мире, и я богат настолько, что ты даже и представить себе не сможешь. Конечно у меня нет настоящих друзей. - Ну, у тебя есть я. Доминик понял, что совершил ужасную ошибку, в тот же момент, как эти слова слетели с его губ. Мэттью немедленно поморщился и отвернулся от него, слегка побледнев. - Фу, меня сейчас вырвет, - простонал он. – Так, столики. Постарайся не вести себя как псина во время течки, пока мы туда идем. Доминик проследовал за Мэттью, извиваясь сквозь толпу болтающего друг с другом народа, к круглому столику, накрытому белой льняной скатертью и украшенному цветочной композицией. Он нашел ожидающую его карточку со своим именем – точнее, с именем «Мэттью Беллами +1» - и выдвинул стул. Прежде, чем Доминик успел занять свое место, он был прерван громким приветственным звуком со стороны Мэттью. - Том, ублюдок, ты ли это! - Посмотрите-ка, кто у нас тут? Доминик предположил, что Мэттью нашел того самого «мистера Кирка», и со стоном опустился на свой стул. Он на самом деле был обеспокоен возможностью того, что Мэттью найдет кого-то, с кем и правда захочет разговаривать, и что он окажется в затруднительном положении. Кому, из всех членов этого элитного парада работников МИ-6, есть чертово дело до человека, который даже не заслужил собственной карточки с именем? - Том, Том, вот он, тот, про кого я тебе рассказывал. Доминик весь обратился в слух и вдруг почувствовал, как Мэттью слегка потянул его за руку. Он повернулся и увидел перед собой высокого, стройного мужчину, одетого в такой же черный смокинг, как и остальные представители мужского пола; у него были темные волосы и темные глаза. Почти мгновенно у Доминика сложилось впечатление, что Мэттью может быть и не единственным в своем роде. - Доминик, верно? – спросил он, протягивая руку. – Очень приятно с тобой познакомиться. - Взаимно, - сказал Доминик, кивая, и уверенным жестом сжал протянутую руку. - Я много слышал о тебе, - сказал Том. Доминик кинул взгляд в сторону Мэттью. - Боюсь, я не могу сказать того же. Мэттью скрытен в том, что касается его коллег, но я полагаю, что это часть его работы. Том рассмеялся, и, казалось, что от этого звука Мэттью расслабился, из его мышц словно ушло все напряжение. Они заняли свои места за столом, по предложению Тома, и через несколько мгновений Доминик почувствовал щиколотку Мэттью, задевающую его собственную под доходящей до самого пола скатертью. Он едва сдерживался от того, чтобы не покраснеть, вспоминая первый день своего знакомства с миром Мэттью вне мира С и один несчастный случай, связанный со столом. Дом мог с уверенностью заявить, что с того момента его навыки улучшились. - Приятель, прости, что пришлось и тебя сюда затащить, - сказал Том, и внезапно понимающий, что эта фраза была адресована ему, Доминик спустился с небес на землю. – Здесь пиздец как скучно. - Уверен, что мы найдем способы сделать сегодняшний вечер куда более интересным, - промурлыкал Мэттью, делая глоток шампанского. К их столу подошли две официантки – одна из них предлагала красное вино, другая – белое. Девушка, наливавшая красное вино в бокал Мэттью, покраснела, как только он прошептал ей что-то на ухо, и, засуетившись, убежала, как только закончила. От этого зрелища Доминика бросило в жар – он слегка оттянул слишком тугой воротник своей рубашки. - Я знаю, - начал Том, одаривая окружающих откровенно беспокойной улыбкой, при этом элегантно держа свой бокал для вина, наполненный водой. – Давайте сыграем во что-нибудь. - И во что же? – вклинился в разговор женский голос. Доминик почувствовал, как кто-то прошел мимо его стула, виляя бедрами, и, обернувшись, увидел девушку с пышной копной темных волос, обогнувшую их столик и присаживающуюся рядом с Томом. Верх шелкового платья насыщенного изумрудного цвета мягкими складками покоился на ее груди. Она окинула быстрым взглядом Доминика и Мэттью. – Вы решили начать без меня? - Боже, Рэйч, и в мыслях не было, - улыбнулся Том, накрывая ее руку своей. – Мэтт, Дом, это Рэйчел. - О…Рэйчел Таннер, да? – спросил Мэттью, девушка кивнула. Доминик догадывался, что они, возможно, уже встречались на подобном мероприятии, но все же никак не мог выкинуть из головы мелочное подозрение о том, что их знакомство состоялось при более тесном контакте. Мэттью продолжил, не обращая на него внимания. - Ты работаешь в сфере лингвистики, не так ли? Я уверен, что мы с тобой несколько лет назад брали один и тот же дополнительный курс иудео-арабского. Она рассмеялась, обнажая ряд белоснежных зубов. - Точно! М…Мэттью, верно? Едва сдержав низкий смешок, Том ухмыльнулся, глядя на болтающую парочку. - Ну же, перестаньте. Мэттью широко улыбнулся, в его глазах появился тот самый блеск, который заставлял Доминика подчиняться ему, словно он был одной из собак Павлова. - Том, хитрец ты наш, я и не знал, что ты можешь что-то скрывать от организации, - протянул Мэттью, поочередно глядя на него и на Рэйчел. Надежда Доминика на то, чтобы найти аутсайдера в этой массе экспертов по шпионажу, резко померкла и умерла. - Я могу и о тебе сказать то же самое, - Том приподнял бровь, глядя на Мэттью, и мужчины не в унисон рассмеялись. Он повернулся к Дому и вежливо кивнул. – Извини за этот цирк, - сказал он, указывая на Мэттью и Рэйчел. – На самом деле, они знают друг друга уже довольно давно. Чувство неловкости накрыло Доминика с головой, но он, тем не менее, кивнул. Подали закуску – искусно разложенные по тарелке кусочки тоста и паштет. Доминик тщетно пытался вспомнить их ужины в армии, и какие столовые приборы нужно использовать для каждого блюда, но потом вспомнил, что подобная еда готовилась лишь для офицеров. Он наблюдал за Мэттью, деликатно намазывающим паштет на ломтик тоста, и сделал то же самое. Тост хрустнул. - Итак, Доминик, - начала Рэйчел. – Чем ты зарабатываешь на жизнь? Доминик моргнул, смотря на нее, прежде чем бросить короткий взгляд на Мэттью. Мужчина, сидящий рядом, кивнул, и Доминик повернулся к девушке Тома. - Вообще-то, я телохранитель Мэттью. - О, миленько, - сказала она тоном, подразумевающим совсем обратное. – Они всегда пытались и Тому дать телохранителя, но он всегда отказывался. Думал, что это будет несколько странно – иметь под боком человека, следящего за тобой двадцать четыре часа в сутки. Доминик открыл было рот, чтобы ответить, но вдруг понял, что сказать ему, собственно, было нечего. - Рэйчел, пожалуйста, - сказал Мэттью с ноткой незаинтересованности в голосе. – Это его главная и основная функция. Будь с ним помягче. Я не чертова фарфоровая кукла, - подумал Доминик, но не сказал это вслух. Вместо этого, он расслабился, чувствуя ступню Мэтта, продолжающую водить вверх-вниз по его лодыжке, и попытался намазать паштет на тост так, чтобы он не сломался снова. - Хорошо, давайте уже начнем, - сказал Том примерно через минуту. – «Правда или действие», кто за? Доминик увидел, как остальные члены их столика кидают на них подавляющие решимость взгляды и широко улыбнулся. - Я определенно «за». Мэттью даже не поднял головы, чтобы сказать «ты знаешь мой ответ». Том хихикнул. - Окей, мистер Уверенность, почему бы тебе не начать? - Действие. Никогда не выбираю правду. - Что связано с выбранной тобой карьерой, полагаю? – ответил Том. – Я хочу, чтобы ты ответил мне – честно – правда ли, что ты трахался с дочкой премьер-министра? Рэйчел чуть было не взорвалась от смеха. Доминик чуть было не выплюнул белое вино обратно в бокал, услышав вопрос. Конечно, Мэттью не был настолько распущенным…или все-таки был? Мэттью фыркнул, покачивая бокалом вина. - Нет! Я с ней не трахался, Томас. В последний раз, насколько я помню, я всего лишь сделал ей куниллингус. И она была просто в восторге. Давай на этом и остановимся. Доминик побледнел, услышав данное откровение, думая о девочке, которой едва исполнилось восемнадцать, фотографиями которой были испещрены страницы всех глянцевых журналов страны. Рука Мэттью скользнула на его бедро, поднимаясь выше, но это прикосновение лишь еще больше запутало Доминика. Пустые тарелки оказались в мгновение ока убраны со стола, и Доминик наклонился вперед, кладя локти на белую скатерть – рука Мэттью приближалась к его паху с каждым томным поглаживанием. Том сидел в покорном молчании до тех пор, пока официанты не отошли от их столика. - Хорошо, теперь моя очередь. Я тоже выбираю действие. Кривая улыбка, словно кислотой разъедающее его лицо, возникла на губах Мэттью. - Когда ты будешь говорить свою речь, то назовешь меня пиздой. На глазах у всех. - Нет. - Да, - с нажимом повторил Мэттью, наклонившись вперед. Его рука упала с бедра Доминика. - Нет. Я не могу. Я не стану. - Ну же, попробуй как-нибудь извернуться. Будет весело. - А я могу сказать тебе это в лицо? – сказал Том, наконец, улыбаясь. – Потому что ты чертова гигантская пизда, Беллс. - Ты и так это постоянно говоришь, не считается. - Это его желание, и ты обязан его выполнить, - вмешалась Рэйчел, слегка толкнув его в бок. В конце концов мужчина, со вздохом, сдался. - И вот на это нужно будет посмотреть, - пробормотал Мэттью на ухо Доминику. – Не то, чтобы здесь было еще что-либо столь же интересное. - Твоя очередь, Рэйч, - сказал Том своей девушке, явно пытаясь отвлечь внимание от собственной персоны. – Правда или действие? Она прикусила губу. - Правда. - Я думаю, Дом должен спросить, - вставил Мэттью, - ведь они с ней впервые видятся. Доминик сглотнул. Он установил неловкий зрительный контакт с женщиной, сидящей напротив, на лице которой застыла выжидающая улыбка. Он хотел, чтобы ему на ум пришел другой вопрос, отличный от того, который он собирался задать – который мучил его с той секунды, как они только познакомились, - но Доминику казалось, что при других обстоятельствах он бы вряд ли получил прямой ответ. Он прочистил горло. - Ты трахалась с Мэттом? Он заметил, как улыбка соскользнула с ее лица, и вдруг осознал, что насладился этой реакцией. Рэйчел предпринимала довольно бесполезную попытку спрятаться за своими волосами, пока Том издавал короткие и напряженные смешки; Мэттью сидел молча, потягивая свое вино. - Боже, - Том прикрыл рот своей большой ладонью, - Мэтт, мне кажется, что он ревнует. Рэйчел игриво шлепнула его по руке, поправила прическу и снова повернулась лицом к Доминику. - Да… один раз. - Или два, - промямлил Мэттью. - Но это было сто лет назад, - уверила его Рэйчел. – И произошло при стечении определенных обстоятельств. Поверь, тебе не о чем волноваться. Конечно, эти слова лишь усугубили волнение Доминика. Им подали основное блюдо – ягненка с запеченным картофелем и каким-то соусом, - но Доминик едва заметил это из-за горьковатого вкуса во рту. Разговор перешел на более подходящие для беседы темы: например, Том и Рэйчел рассказали о недавно проведенной ими недели в Рио-де-Жанейро. Можно было и не упоминать о том, что их отпуск совпал с крупной операцией по облаве на крупный наркопритон. Доминик, хоть и не быстро, но, разглядев остальной зал, понял: их столик стоял немного отдаленно и, какие бы блюда ни подавали, они всегда получали их первыми. С опозданием, но эта мысль ворвалась в голову Доминика – мужчина, сидящий с ним, С, был главным среди всех этих людей, и сейчас он, Доминик, находился рядом с одним из самых влиятельных людей в мире. От этой мысли в паху стало тяжелее. - Теперь твой черед, Доминик, - почти мурлыкающим голосом произнесла Рэйчел, когда с их столика – приоритетного столика – убрали грязную посуду. – Я хочу, чтобы ты отсосал Мэтту в туалете перед тем, как нам подадут десерт. Том молниеносным движением повернул голову в ее сторону. - Боже мой, Рэйч, с чего такие мыслишки? Женщина лишь хихикнула, пожав плечами. Мэттью, однако, все еще не мог оправиться от приступа истеричного смеха, в который его повергло желание Рэйчел. - Она мне нравится, Том. Можешь ее оставить. - Спасибо за благословение, Мэтт, - Рэйчел закатила глаза. – Итак, - сказала она, повернувшись к Доминику. – Ты сделаешь это, да? - Я ведь даже не сказал, что я выбираю – правду или действие, - пробормотал Доминик. - Это не ответ, и уж тем более не отрицательный, - сказал Мэттью, поднимаясь со своего стула. Примерно половина людей, сидящих в зале, обернулись, чтобы взглянуть на него, но он не обратил на них внимания. – Я знаю, что они смотрят. Поднимайся через минуту и иди за мной, я буду в мужском туалете. Где же еще, пронеслось в голове Доминика, пока он пытался не пялиться на задницу идущего к уборным Мэттью. - Он всегда был таким? – спросил Доминик Тома, брови последнего приподнялись в немом вопросе. – Ну, знаешь, эгоистичным мудаком. Том продолжал смеяться, когда Доминик, спустя минуту, пошел в мужской туалет. Мэттью ждал его в самом конце изящно сделанной уборной – повсюду сверкали зеркала и серебро. Как только Доминик приблизился к нему, Мэттью шагнул вперед и затолкал парня в ближайшую кабинку, затем переворачивая их и впечатывая Доминика спиной в незапертую дверцу. - Весь вечер хотел сделать это с тобой, - сказал Мэттью, прежде чем наклонить голову для поцелуя. - У нас нет…у нас не так много времени, - задыхаясь, ответил Доминик, чуть касаясь его требовательных губ, и Мэттью, ухмыляясь, отодвинулся назад. - Кое-кому не терпится почувствовать мой член в своей глотке, не так ли? – спросил Мэттью, и Доминик перевернул их – теперь спина Мэттью касалась двери, - и улучил секунду, чтобы защелкнуть замок. Он упал на колени, задирая вверх камербанд Мэттью, дабы иметь возможность расстегнуть ширинку его брюк. Возбуждение Мэттью явно проглядывалось даже сквозь ткань боксеров, и Доминик поспешно стянул их вниз, начиная с жадностью посасывать головку его члена. - Боже, - Мэттью издал протяжный стон, пальцами путаясь в волосах Доминика. Вдруг в голову блондина, двигающего ртом по всей длине члена Мэттью, пришла одна мысль – мысль, терзающая его мозг и не дающая ему покоя. Член Мэттью выскользнул из его рта. - И какого же хрена имела ввиду Рэйчел, говоря про «определенные обстоятельства»?! Мэттью посмотрел на него абсолютно потерянным взглядом, откровенно не понимая, почему он больше не ощущает тепло рта Доминика, и почему рот Доминика в принципе издавал какие-то звуки кроме стонов. - Что – сейчас?! Ты спрашиваешь меня об этом сейчас?! – хриплым голосом спросил Мэттью, Доминик слегка вздрогнул от подобного тона. - Это важно для меня, - ответил Доминик, не в силах встретить взгляд Мэттью. Вместо этого он поднял голову и взглянул на его губы, понимая, что Мэттью ухмыляется. - Ты ревнуешь, - растягивая слова, сказал Мэттью. - Хрена-с два, - злобно огрызнулся Доминик. - Ревнуешь. Тебе завидно, что Том и Рэйчел, счастливая пара, прожившая вместе пять лет, однажды попросили меня присоединиться к ним для «тройничка». Ты ревнуешь. По венам Доминика пронеслось облегчение – он убедился, что Мэттью не последует за ней в дамскую комнату в конце вечера, или хуже того. - Да, хорошо, я ревную. Давай, вставляй свои комментарии по поводу того, что я веду себя как чертов щенок, и покончим с этим. Мэттью двинул бедрами вперед, толкаясь своим наполовину возбужденным членом в кулак Доминика. - Вообще-то, это меня, вроде как, заводит. - …что? Доминик сжал его член сильнее, отчего Мэттью тут же простонал. - Ммм, - промычал Мэттью, прикрывая глаза и откидываясь головой на дверь кабинки. – Ты так сильно хочешь меня, что ревнуешь к людям, с которыми я был. Да, - Мэттью простонал, как только рот Доминика вновь оказался на его члене, решая показать, как сильно Доминик хочет оставить Мэттью только для себя, целиком и полностью. – Ты знаешь, со сколькими десятками…может быть, даже, сотнями людей я спал? Трахался? Ты завидуешь им? Доминик издал согласный стон, его руки блуждали по телу Мэттью – одной он скользнул на живот брюнета, второй же поглаживал яички. Пальцы в его волосах потянули сильнее. - Как сильно ты ревнуешь меня к ним, Доминик? Доминик обхватил длину Мэттью, вытаскивая ее изо рта. - Я бы убил их, - пробормотал он, целуя щелочку на головке. - Прости? Я что-то не расслышал. - Я бы убил их, - четко ответил Доминик, поднимая голову и встречаясь своими глазами с глазами Мэттью. Он медленно провел языком по всему члену брюнета, удерживая зрительный контакт все это время. – Я бы убил всех и каждого, если бы это означало, что ты будешь только моим. Доминик не преминул заметить тот факт, что член Мэттью чуть дернулся, когда он сказал слово «убил». - Хороший мальчик, - сказал Мэттью, потянув пряди Доминика на себя, возвращая его губы на свой член. – Покажи мне, насколько сильна твоя ревность. Доминик взял как можно глубже, зажмуриваясь и игнорируя рвотные позывы, - ему удалось с ними справиться, так как он сфокусировался на том, чтобы Мэттью получил свой самый лучший в жизни минет. Казалось, это тоже сработало. Настойчивость Мэттью, касающаяся его вечного желания быть тем, кто контролирует ситуацию, могла раздражать, но именно эта черта его характера делала подобные моменты – моменты, когда он уязвим, и находится полностью во власти Доминика – еще более ценными. - Я долго не продержусь, - удалось проскулить Мэттью между стонами, после чего он принялся рыться в кармане пиджака, выуживая оттуда свой мобильник. – Нам нужны доказательства. На мгновение Доминик поднял голову, смелым взглядом встречая объектив и заглатывая еще глубже. - Лицом вниз, - пробормотал Мэттью, скрипя зубами – Доминик немедленно опустил голову, зарываясь лицом в темные волосы у основания члена Мэттью. Он услышал звук вспышки и щелчок затвора, и телефон выпал из рук Мэттью, с громким звуком приземляясь на кафельный пол. Прежде чем Доминик успел дотянуться до гаджета, Мэттью резко толкнулся бедрами вперед, касаясь головкой своего члена горла Дома, и крикнул, кончая. Доминика буквально заставили проглотить сперму, но он был не очень-то и против – ему это нравилось, даже несмотря на то, что Мэттью иногда чересчур грубо хватал его за волосы. Его собственное возбуждение достигло такого предела, что его невозможно было скрыть даже тканью брюк – при этом Доминика почти не касались, но он понимал, что это ненадолго. - Поднимайся, - сказал Мэттью, задыхаясь и выглядя так, словно он не хотел производить ни одного лишнего движения. – Нам нужно возвращаться. Доминик взял телефон Мэттью с пола и положил его в открытую ладонь брюнета, поднявшись – было слышно, как щелкнул его коленный сустав. Он чувствовал, как в его теле затекли все до единой мышцы, выходя из кабинки вслед за Мэттью, и вскоре остановился перед зеркалом, смотря на свое абсолютно взлохмаченное и растрепанное отражение. Они потратили несколько секунд на то, чтобы более-менее привести себя в порядок, после чего направились в зал. Том и Рэйчел сидели в ожидании молодых людей, то и дело оглядываясь через плечо. Их взгляды проследили за усевшейся на свои места и выжидающе ухмылявшейся парочкой. - Ну? – с нескрываемым любопытством спросил Том. - Ты можешь поцеловать его, и все понять по вкусу на губах, если хочешь, - предложил Мэттью, пожав плечами и повернувшись к Доминику, на лице которого - и он это знал - застыло выражение абсолютнейшей ярости. – О, нет, прости – с этого момента меня нельзя ни с кем делить. Том издал звук, похожий на свист от удара хлыстом, и Доминик нашел это забавным, потому что он никогда не сможет «приручить» Мэттью Беллами по-настоящему, но одно то лишь, что он позволял себе и другим представлять себя моногамным, уже было маленькой победой. - Тогда давайте взглянем на фото, - Мэттью улыбнулся, доставая из кармана телефон, и вскоре нашел нужный снимок. Он повернул экран к Тому и Рэйчел – их лица мгновенно украсили впечатленные ухмылки. - А где же ваши милые личики? - Том, ты, из всех людей, должен понимать, что фотографии чьей-то головы в районе моего паха будет вполне достаточно, чтобы использовать в качестве инструмента давления на переговорах, разве не так? - Дай мне взглянуть, - попросил Доминик, ожидая, что его проигнорируют. Мэттью разворачивает экран телефона в его сторону, и Дом увидел копну своих светлых, растрепанных волос, упирающуюся в торс Мэттью. – Можно я поставлю ее в рамку? Вскоре подали десерт, и довольная улыбка украшала губы Мэттью все время до того, пока блюдо не оказалось съеденным. На десерт был «Шварцвальд»*, что со стороны Мэттью было отмечено изрядной долей шуток про взбитые сливки. Доминик был крайне удивлен хорошим расположением духа начальника, на его лице появлялась небольшая улыбка, когда он разглядывал остальных присутствующих здесь гостей. - Так, мне скучно просто до чертиков, - простонал Мэттью, высоко поднимая руки и потягиваясь. – Давайте уже, блять, покончим с этим. Когда он встал, то его стул издал скрежещущий звук от соприкосновения деревянных ножек с полом, и в его сторону повернулось несколько голов. К нему подбежал официант с микрофоном – Мэттью посмотрел на предмет так, словно ему в руки дали что-то ядовитое. Юноша тут же унесся прочь, с болезненным выражением на лице. - Дамы и господа, - громко сказал Мэттью, таким голосом, словно искусству публичных речей его обучали с самого рождения. Доминик и в обычной жизни любил звук его голоса, а сейчас он звучал так властно и требовательно, заставляя всех в этом зале замолчать и обратить на себя внимание, что в брюках Доминика стало еще теснее. - Во-первых, я хотел бы поблагодарить всех вас за то, что вы присоединились к нам для нашего ежегодного званого ужина. Я замечательно провел время и насладился разговором с каждым из вас, - произнес Мэттью с широкой, ненастоящей улыбкой на лице. Доминик осознал, что испытывает странное чувство гордости за то, что именно он знает, что она ненастоящая. - Кто-то однажды сказал, что краткость – сестра таланта, поэтому я постараюсь вас не задерживать. Доминик наблюдал за руками Мэттью, жестикулирующего с дикой скоростью, изучал его пальцы и вспоминал все те варианты удовольствия, которые эти самые пальцы могли доставлять. - Этот год был очень успешным для нас, начиная с огромных достижений, связанных с наркоконтролем в Бразилии – за это мое огромное спасибо Томасу Кирку, руководившему операцией, - Мэттью замолчал, когда по залу прокатилась волна шумных аплодисментов – Том усмехнулся, сидя рядом. – Мы провели великолепную работу в России и Украине, в Израиле и Ираке. Не говоря уже об операциях МИ-5, которые предотвратили не одно, а целых два покушения на членов королевской семьи, а также остановили самую большую угрозу теракта в Лондоне, с июля 2005-го**. Нам необходимо продолжать поддерживать подобный настрой, чтобы быть уверенными, что мы по-прежнему являемся самой лучшей спецслужбой в мире. После этого Мэттью улыбнулся, и Доминик был уверен в том, что эта улыбка была искренней. Блондин мог чувствовать гордость, излучаемую его боссом; несмотря на то, каким редкостным мудаком он мог быть, он знал свое дело. - Наслаждайтесь шампанским и оставшимся вечером. Передаю слово Тому – своей правой руке, - он хотел бы сказать вам пару слов. Спасибо. Мэттью вновь занял свое место за столиком под аккомпанемент бурных аплодисментов. Доминик вдруг понял, что ему сложно спокойно сидеть на месте и сохранять серьезное выражение лица, когда Мэттью то и дело соблазнительно ему улыбается. Поэтому Дом занялся интенсивным разрыванием бумажной салфетки на мелкие кусочки, так как знал, что его пальцы будут делать кое-что гораздо менее невинное, если он их чем-нибудь не займет. Как только Том завладел вниманием гостей, и стало понятно, что его речь займет несколько больше времени, чем предполагалось, Доминик наклонился и прошептал Мэттью на ухо: - Мне послышалось, или кто-то процитировал Шекспира? - О! – воскликнул Мэттью. – Я и не знал, что ты умеешь читать. Доминик проигнорировал оскорбление, вместо этого наклоняясь еще ближе, едва не задевая губами мочку мэттового уха. - Это было чертовски горячо. - Боже мой, - ответил Мэттью. – А ты, оказывается, такая маленькая шлюшка. В этом мире есть хоть что-нибудь, отчего ты не заводишься? - Дай-ка подумать…эм, нет, наверное, - сказал Доминик, одаривая Мэттью ослепительной улыбкой, когда тот закатил глаза. Фоновым режимом шла речь Тома, который запнулся, произнося слово ‘пизда’ в предложении, касающегося его босса, а затем откашлялся, опустив глаза в пол. Мэттью едва обратил на это внимание. Его рука ползла вверх по колену Доминика, несмотря на все его насмешливые выпады в сторону блондина, и Мэттью прекрасно знал, что вскоре коснется его возбужденного члена. - Я лишь отсосал тебе, а уже возбужден до предела, - невинным голосом произнес Доминик, шепча на ухо Мэттью. – Мне нравится чувствовать твой член у себя во рту, мне нравится, когда ты меня используешь, - продолжил он, прикусывая губу, чтобы не дать довольной улыбке украсить свои губы, чувствуя, как Мэттью сильнее сжимает его эрекцию. Рэйчел случайно заметила, что происходило между ними, но ради приличия пыталась сфокусироваться на своем парне, независимо от того, насколько трудным становилось сие действо. - Смотри, что ты делаешь с Рэйчел, - пробормотал Мэттью в ответ, его взгляд был направлен на женщину, сидящую напротив. – Она же извивается на своем стуле как уж на сковородке. Вот, что ты делаешь с людьми, Доминик, - с последним словом Мэттью сжал член Дома еще раз, и блондин шумно сглотнул, пытаясь подавить стон, который он так отчаянно хотел сейчас издать. Умелые пальцы Мэттью расстегивали его брюки – их занятие скрывал лишь край белой скатерти. – Одна лишь мысль о том, что я доведу тебя до оргазма, здесь, на глазах у всех…она пытается не пялиться на нас, смотри. Спорим, она сейчас так возбуждена благодаря тебе. Лицо Доминика покрылось ярко-красными пятнами, и он не был уверен, что стало причиной его смущения: слова, слетевшие с губ Мэттью, или пальцы, проникающие за пояс его боксеров. Том сказал какую-то шутку, и все рассмеялись, но этот звук словно проходит сквозь Доминика. - Подожди, - внезапно пальцы исчезли, своим уходом приводя Доминика в замешательство. - Что ты делаешь? – прошипел блондин. Мэттью пожал плечами. - Мне стало скучно. Пойдем отсюда? Смотреть на Тома, буквально убивающего свою речь, становится ужасно утомительно, - Мэттью улыбнулся Рэйчел, которая притворялась, что не смотрела на них. – Увидимся позже. Передай Тому, что он пизда, и что его попытка была жалкой. Рэйчел тихо рассмеялась, помахав им рукой, и Мэттью схватил Доминика за запястье, поднимая того на ноги. Том снова сбился, наблюдая за тем, как они уходят, но вскоре продолжил рассказывать о своем задании в Бразилии. Чувствуя себя немного неловко за столь скоропалительный уход, Доминик обернулся через плечо, прежде чем послушно проследовал за своим начальником. Не то, чтобы он мог сказать «нет», даже если бы и хотел. Вскоре они вновь оказались на улице, встретившей их тишиной летней ночи. Доминик заметил автомобиль, ожидающий снаружи – по-видимому, Мэттью вызвал водителя еще будучи в зале, - и повернулся к Мэтту. - Едем к тебе, насколько я понимаю? - Пфф. Не совсем. - И куда же? Опять в «Элизиум»? - Боже, нет. Это место – просто детские ясли, по сравнению с тем, куда мы направляемся. * - http://ic.pics.livejournal.com/p_i_l_a_r/40140964/32461/original.jpg ** - Взрывы в Лондоне 2005 г. (англ. 2005 London bombings) — серия террористических актов, произведенных приверженцами исламского фундаментализма. Рассматривается как составная часть цепи событий, известной как Война с терроризмом.