Фанфики с участием: "Belldom"

This is only a game

I know I'll never feel the same, I know I may never accept the change, but I want happiness

Каждый из нас от чего-либо зависим, и ты не стал исключением.

Что может произойти, если у твоей совести появится собственный разум?

- Один, - говорю я, и граната, по всем законам жанра, должна взорваться в этот самый момент, но не взрывается.

Мэттью Беллами, никогда особо не страдавшему отсутствием внимательности, было не по себе от того, что он умудрился ни разу за два года не заметить в своей группе в колледже скрытного паренька по имени Доминик.

Когда Дом начинает испытывать чувства к парню из службы высококлассного эскорта, возникает разговор о разнице секса и близости, "если" и "есть", из которого, однако, не следует спора между двумя "почему".

Instead of dancing alone I should be dancing with you

Сиквел к Airplanes. Мэтт почти смеется над собственными мыслями: пять (плюс еще один) дней, проведенных вместе в этом городе – и он уже начинает говорить как отец, когда тот влюбился в его дорогую маму. От представленной картины он вздрагивает, однако в эту же секунду вспоминает детали их первого дня в Стамбуле. Запах вина и сигарет почти невесом, но зато он может чувствовать вкус пыли на своих губах. Мэттью вынуждает себя отказаться от осознания того, что он сейчас сидит в самолете.

Поездка на такси от аэропорта до отеля длится так долго, что Мэтт удивляется, когда Дом говорит ему, что прошло не больше сорока пяти минут: они пересекли мост, наблюдая за переливающимися огнями Босфора, пока город мирно спал, увидели, по меньшей мере, тысячу людей снаружи; город жил, он дышал, он бился в едином ритме, он кровоточил. (Если бы Мэттью не был так измотан, он бы влюбился в него)

Просто хочу продолжать мечтать

Любовь к тебе — это привычка, Просто когда-то данное обещание.

Through dark and light I fight to be so close

Сборник драбблов, единственным связывающим звеном которых является жанр PWP.

I can do this alone, but we can do this so much better together.

Алкоголь закрепляет в голове Мэтта, что Ховард принадлежит только ему.

Мэттью стоит на крыше пятиэтажного дома, отчаянно нуждавшийся в ком-то, кто его выслушает...

Я не мечтатель, но все же надеюсь.

– Он самый лучший на свете, Маргарет, ты знаешь? – шепчет Ховард, слабо улыбаясь. – Я не представляю, как бы прожил, если бы его вдруг не стало рядом.

The loneliness has gone.