Ураган "Дурдом"

На огромной площадке, арендованной у аэродрома, красовался каркас сборной огромной сцены с уже встроенными экранами. Подъемники то и дело опускались и поднимались, вертясь в разные стороны. На сцене начала появляться аппаратура, установлены прожекторы и полным ходом шла работа по проверке их работы. По сцене бегал высокий блондин, пытаюсь перекричать стук молотков и грохот выгружаемых из фур деталей. Дело было довольно сложным, ведь нужно было уместить на огромной сцене не малое количество аппаратуры. Одних только барабанных установок должно было быть пять. Крю ломали головы над тем, что бы не перепутать, где чьи, но в итоге все виды барабанов и тарелок оказались в одной куче, вокруг которой стояла толпа и задумчиво чесала затылки. Лаури потрепал одно перо, оглядываясь. На горизонте появился автобус, из которого, не дождавшись полной остановки, начали вываливаться уставшие рокеры. Посчитав по головам, Юлёнен мотнул головой, обнаружив лишних пять голов. Затем посчитал снова, и снова не понял присутствия лишних. - Разбирайте! – Лаури отошел от кучи, раздвигая остальных установщиков. - Откуда лишняя фура?! – со сцены раздался вопль Саму, показывающего пальцем за спину. - Это наша! – над Беном возвысился Мэтт, а финны выпали в осадок, в прямом смысле. Саму нащупал за спиной опору и облокотился, в то время как Лаури сел в барабан Роба с тихим «Упс». У хозяина порванного инструмента глаза стали размером как винные пробки. - Я все исправлю! – пернатый попытался встать, но барабан на приключенческой точке мешал сделать это нормально. - Позвольте, свою установку я сама соберу, я не хочу, что бы кто-то стал его деталью, - Джен выкатила один из больших барабанов с названием группы, но Джаред не дал прокатить ей и метра, заправив волосы за уши, он поднял часть установки и потащил в сторону сцены, доверив девушке лишь педали, - ну нормально… - Будешь возникать, - Лето махнул головой, убирая с лица выбившуюся прядь, - и тебя на плечо закину! - Голубки, - Нил улыбнулся и толкнул братьев Уолст в сторону остановившейся фуры, - за работу! - Точно, за работу, бездельники! – Честер захлопал в ладоши и направился к одному из подъемников, хватая край плаката для закрытия лишнего от глаз фанатов. Установка и оформление шли полным ходом. Роль командования из рук Саму перешла в руки голосистой Джен, чему упорно возражал Честер, находясь на высоте. В ответ на крики Беннингтона, Джаред пообещал, что сломает подъемник и тот не сможет спуститься вниз, петь будет оттуда. Такой вариант в каком-то плане устраивал любого вокалиста, но не того, который любил попрыгать и подразнить гитаристов. Словесная перепалка прервалась только тогда, когда из-за спин спорящих раздался глухой удар и отборный мат на французском. - Твою мать… - Йен сидел на траве, держась за правую ногу и перебирая ругательства на двух языках. - Мне что-то подсказывает, что скорая пригодится на концерте не фанатам, - Майк отобрал у Бенджамина вновь открытую бутылку коньяка и направился к неудачливому летуну, - а все таки нам всем, кого-то - в дурку, кого-то - в травматологию, а меня – в кардиологию. Не говори, что тебя уже пора везти… - Как говорил мой великий цитатник, - Йен встал и, хромая, направился к сцене, - Сволочи! Не дождетесь вы моей смерти! За работу, вредители! До концерта всего день, а каждому из нас нужно репетировать, по местам. Беннингтон, заткнулся! Ковалевич, выкинул газету и ищи свою стойку для микрофона в фуре! Всех перечислить? - Вау… - Джен вернулась к своей установке, устанавливая тарелки, - ангел мой, что тебя так взбесило-то? - Он перед концертами всегда такой ответственный, - Аарон вынырнул из-под барабанов, - это твоя, - он кинул девушке педаль. - Не утрируй, дай ему чуть покомандовать, - Галлэнт расставил гитары и отряхнул руки. - Это моя роль! – крикнул Беннингтон откуда-то сверху, - была… Дальнейшая работа проходила в тишине, слышались лишь громкие вопросы от Беннингтона и тихие напевания песен от всех вокалистов. Такого попурри мир музыки никогда не слышал. Смешать тему любви, войны, восстаний и религии было мощным оружием для разума изрядно уставших за прошедший год музыкантов. Каждый, в душе, проклинал этот тур и его зачинщика, кем бы он ни был, но где-то глубоко внутри был рад, что не придется скучать дома записывая новый альбом.