Красная нить

Буря разразилась в час, когда сон сморил дозорных, а остальные жители спокойно почивали в своих домах. Учиха изначально расположили свои постройки в некотором отдалении от Сенджу, что сыграло свою роль сегодня. Первым вспыхнул оружейный склад, что давало понять, что нападавшим прекрасно известно о расположении ключевых построек. Барьер ограждал клан только от проникновения враждебных сущностей и чужаков, но далеко не от оружия. Для горящих стрел, обмотанных масляными тряпицами, невидимая простому глазу стена не являлась помехой. Их просто возьмут измором, изведут в угарном дыме. Общая кровь стала их пропуском, а натиск чакры ключом, позволившим пошатнуть одну из опорных точек первой печати. Она недостаточно закрыла окраины, где тоже селились Учиха, сосредоточившись на центре, собственными руками создала слабые места. Дозорным удалось немного отбросить неприятеля, но не более. — Госпожа, — Сузу возникла рядом с ней, подчиняясь зову. Исами едва успела зашнуровать нагрудник, прежде чем её дёрнуло прорывом. Кто бы подумал, что когда-то клан Хьюга был на ножах с Учиха. Такео, судя по ощущениям, прикрыл наиболее явные бреши. Узумаки передвигались по крышам - так было куда быстрее. За такой короткий промежуток времени Хьюга успели значительно продвинуться вглубь клановой территории. В отсветах вспыхнувших жаровен силуэты сражающихся и звон металла были особенно жуткими, будто нашествие аякаши. Краем глаза Исами уловила резкое движение, темноволосая женщина упрямо стояла на пути одного из воинов Хьюга. Безоружная. Зло, до скрипа стиснув зубы, Узумаки одним мощным рывком оказалась за спиной замешкавшегося мужчины. Горячая, парующая кровь из рассечённого горла окропила её лицо. Звонкая пощёчина. В едином движении аловолосая яростно встряхнула сжавшуюся Учиха за грудки, ткань юкаты надрывно затрещала, но выдержала. Двухлетний ребёнок испуганно жался к матери сзади. — Твоя благородная смерть не спасёт сына, — рявкнула Узумаки, ещё раз тряхнув безвольной тряпкой обвисшую женщину. Долг женщин Учиха до сих пор оставался вне её понимания. Они предпочитали остановить угрозу своим телом, нежели взять в руки оружие. Красивая смерть. Что за идиотизм?! Показательное выступление привлекло невольных зрителей. Бежавшие в убежище женщины в ступоре замирали в некотором отдалении. — Вы думаете, что, бросившись под клинок вражеского шиноби, умрёте достойно? — Исами обвела тяжёлым взглядом столпившихся Учиха. — Тогда вы просто напыщенные дуры. — Женщины Учиха не воюют, — возразил чей-то тонкий голосок. Одобрительное поддакивание тут же раздалось в толпе. — Это дело мужчин. — Вы должны осознавать, что текущими силами нам не отбиться, даже если вы укроетесь там, куда Хьюга попасть не смогут, рано или поздно вас вытурят оттуда, как лисов из норы, — к тому же, сама Узумаки была далеко не в той форме, чтобы держать барьер до возвращения ушедших Учиха. Осада могла затянуться на неопределённый срок, а это изнуряло куда больше слепого ожидания. Застывшие женщины с хныкающими грудными детьми прекрасно осознавали свои перспективы, несмотря на свои вбитые с рождения идеалы. — Госпожа, — запыхавшийся Такео остановился возле неё. — Вы бы поторопились увести отсюда гражданских. Я едва ли смогу сдержать нападающих. — Наш Глава доверил вам управление в своё отсутствие, — вперёд вышла Учиха, чьи вороные волосы исполосовала белёсая седина. Печать старости ярко отметилась на её лице, хранившем лишь напоминание о былой красоте. — Пусть мы немногое можем, но наша смерть сегодня запятнает честь предков. Узумаки видела в её чёрных глазах мрачную решимость. — Вас обучали кюдо*? — идея несмело царапнула разум, разворачиваясь многообразием возможных вариантов развития событий. — Мы все владеем юми**, — отозвалась ещё одна Учиха. — Хорошо, — Узумаки глубоко вдохнула холодный воздух, раздирающий горло. — Те, кто разбирается в медицине, пусть отправляются вместе с детьми в Главный дом. Остальные должны собраться возле склада через две минуты. Появившийся план действий ярко отпечатался в голове. Она удержит квартал и сделает это без потерь. — Сузу, — повернулась к замершей в тени подчинённой, — создай нам прикрытие. — Госпожа, неужели? — Такео расплылся в предвкушающей ухмылке. — А ты как думал, — усмехнулась аловолосая. — Раз уж они так рвутся к нам, встретим же дорогих гостей надлежащим образом.

***

Ясное ночное небо неожиданно затянуло тучами. Мерзкий мелкий дождик уныло накрапывал, разбиваясь о застывшую землю. Будь температура на пару градусов ниже, то снег накрыл бы пушистым одеялом лесной массив страны Огня в этой области. Им пришлось долго готовиться к этой вылазке, разнюхивать, по крупицам собирать информацию о дислокации своих извечных соперников. Какая жалость, что они развили улучшенный геном в одной области. Хьюга на дух не переносили своих конкурентов, урывавших все лакомые заказы - те самые заказы, что могли помочь их клану выжить. А теперь ещё и неожиданный союз Учиха с кровниками — Сенджу. А ведь эти «плотники» давненько подмазывались к ним, дабы заключить выгодное обеим сторонам соглашение, но Учиха и здесь успели первыми. Это стало последней каплей. Хьюга не терпят открытых конфликтов, предпочитая аккуратно разведывать обстановку, и только после - бить в слепую зону защиты оппонента. В целом, они выбрали удобный момент - отсутствовала большая часть представляющих опасность Учиха, а жалкая горстка защитников едва ли могла сдержать мощь небольшой армии. Ради такого дела они даже раскошелились на одного опального Мастера фуин. Стоило признать, это вложение пришлось очень кстати. Несмотря на то, что аловолосый демон не смог сразу пробить второй барьер, эта преграда, впрочем, не стала помехой для огненных стрел. Слабые женщины Учиха не продержатся долго. Короткие вспышки противостояния вспыхивали на самых границах, но данные были верны: дозорных едва ли насчитывался десяток. Это не займёт много времени, а когда Мадара приведёт стаю обратно, им некого будет хоронить. Хьюга почтит своих вечных соперников очищающим огнём. Туда им и дорога. Караульные медленно отступали, воодушевлённые захватчики с радостным улюлюканьем преследовали поджавших хвост Учиха. Им казалось, что они загоняли отчаявшуюся дичь в угол. В крови неистово бурлило предвкушение. Наконец-то, наконец-то они покажут, кто из них более силён. Пришло время столкнуть Учиха с постамента, и тут уж Хьюга приложат все усилия. Такую потерю не восполнить быстро, а с рождаемостью у проклятого клана и без того всё крайне загадочно. Быть может, в этот раз им удастся их сильно ослабить. В их мире выживают только наиболее приспособленные к обстоятельствам шиноби. Большая часть отряда выбежала на открытое пространство между домами, остальные в это время должны были проверить стоящие на окраинах постройки и убить скрывающихся там Учиха. Добротное здание явно выделялось среди других. Главный дом клана Учиха. Лакомый кусочек, особенно учитывая собранную этими красноглазыми коллекцию древних трактатов, да и ходили слухи о реликвии, которую оберегали их вечные оппоненты. Было бы совсем прекрасно обнаружить и унести всё это, а покупатели найдутся на любой товар, хотя сами Учиха уж точно будут пытаться вернуть боевые трофеи клана. Хио, назначенный Главой клана на роль командира, довольно оскалил жёлтые зубы. Будь его воля, он бы захватил и женщин, но эти живыми никогда не давались, предпочитая смерть. А с детёнышей много прока не было. Мелкие крысы сопротивлялись до последнего, как настоящие шиноби, умирая в бою за свою жизнь. Учиха крайне рано начинали обучение своих отпрысков реалиям жизни шиноби. Какая-то жалкая тройка ниндзя преграждала путь завоевателям к их вожделённой добыче. Ага, а по центру-то наверняка тот самый Узумаки, которому они были обязаны барьером. Красноволосый выскочка был довольно мелким для шиноби, совсем ещё ребёнок, да и опасности с такими покореженными каналами чакры не представлял. Ребёнок вскинул левую руку, и стоящий позади Хио аловолосый мужчина захрипел, заваливаясь набок. За какие-то доли секунды взрослый мужчина захлебнулся в собственной крови. Остекленевшие лиловые глаза были широко распахнуты в изумлении, будто бы он не ожидал такой смерти. Хио демонстративно пнул ещё не остывший труп и поднял взгляд на троицу. Чакра утробно бурчала в нутре, требуя скорой расправы над наглыми Учиха, пригревшими странного ребёнка. Аловолосый неожиданно дал резкую отмашку, и с неба полился град стрел. Многие не успели вовремя среагировать и были повержены подлой атакой. И одновременно с этим раздались звуки битвы там, откуда Хьюга удара не ждали. Их загнали в кольцо. — Похоже, роли поменялись, — ухмыльнулся один из тройки, которая, по мнению Хио, защищала Главный дом. — Убить всех! — взревел Хьюга и первым ломанулся в сторону аловолосого ребёнка, намереваясь прикончить досадную промашку собственного плана. Кто ж знал, что этот Узумаки окажется такой тёмной лошадкой. Хенге, развеянное одним из его ударов чакрой, продемонстрировало, что под личиной мальчишки скрывалась женщина, аловолосая женщина. — Невозможно, — Хио пропустил резкий, немыслимый выпад короткого клинка и упал на колени, зажимая располосанное горло. Кровь толчками била в ладонь, жизнь медленно покидала могучее тело Хьюга. Жжение печати на лбу скрасило его последние мгновения. Невидящим взором он проводил удаляющуюся спину в тёмном доспехе с эмблемой Учиха между лопаток.

***

Ярость, накрывшая Исами, когда она заметила в рядах нападавших одного из отступников Узумаки, напрочь смыла все намерения на те жалкие остатки чакры, что имелись в её распоряжении. Тонкие, невидимые цепи мгновенно достигли своей цели. Суд свершился. Только вот, этим она выжала из себя всё, что имела. Теперь оставалось полагаться только на физические данные тела и кодати, так и рвущегося в бой. План оправдал себя: они зажали Хьюга в тиски, но и без потерь не обошлось. Особенно досталось тем, кто нападал с тыла. Трое из них были тяжело ранены, а четверо потеряли возможность участвовать в дальнейшей зачистке. Несколько женщин так же словили шальные кунаи, но их жизням, слава богам, ничего не угрожало. Та часть Хьюга, что бесновалась на окраинах, затаилась и не показывала носа. Выкурить их оттуда будет той ещё задачкой. Площадь перед Главным домом была усыпана трупами. Хьюга превзошли её ожидания: вопреки прогнозу, они предпочли бездумную атаку прямо перед рассветом. Глупцы, лишённые командира, не захотели возвращаться ни с чем. Их прощальный подарочек оставил им разворочённую площадь и опалённые от техники лица. Узумаки досталось в этот раз сильнее. Такео накрыл беснующийся шар из чакры барьером, мешая ему распространиться дальше, но это стоило ему обширного ожога тела. Слишком близко находился к эпицентру. Исами же тогда совершенно забыла об отсутствии у себя чакры и кинулась поддержать сложную структуру. Сумасбродный поступок стоил ей почерневших до локтей рук и пузырившийся ожогов под нагрудником, который, накалившись, прожёг плотную ткань и оставил отпечаток на коже груди и части живота. Общими усилиями им удалось погасить технику. Окутанных серым дымом, бессознательных Узумаки оттащили те трое Учиха, которые получили незначительные повреждения, они же под началом Сузу-сан отправились отлавливать выживших Хьюга. Узумаки пришла в себя от чужого вопля, две темноволосые женщины пытались настоями отмочить сплавленную с кожей ткань. Её руки уже были заботливо обмотаны бинтами. Рядом на соседней койке метался в бреду Такео, обмазанный лечебными мазями по самую макушку. А вопил один из молодых Учиха, которому, как могла видеть Узумаки со своего места, наживую зашивали разодранный бок. Остальные вели себя тише, только костерили почивших Хьюга сквозь зубы. С момента последней диверсии прошло чуть больше пары часов. Чувствовала она себя на удивление сносно. Под госпиталь была спешно оборудована одна из зал. Окровавленные повязки тут же вымачивались в тазе с холодной водой, дабы можно было их использовать ещё. Низкий стол был завален сушёными травами и деревянными ступками. Несколько девочек вдумчиво натирали в них травы под контролем пожилой Учиха. Всё-таки железные нервы у Учиха явно не зависят от пола. Её споро стянули пропитанными в коричневом настое бинтами, предварительно нанеся мазь, которая приятно холодила кожу. Исами с усилием встала, ощущения были далеки от приятных, но достаточно терпимы. Метка кодати привычно пульсировала на шее, распространяя по телу тепло.

***

Ей пришлось задействовать своих учеников (чему она противилась до последнего), разбив их на группы и отправив наблюдать за границами клана. Боеспособные Учиха были пристроены в качестве страховки, так же как и Сузу. Помощи от Сенджу она не ждала, хотя не сомневалась, что они уловили колебания чакры прошлой ночью. А выносить инцидент на всеобщее обозрение и вовсе не планировала. У них было куда больше дел, которые стоило решить незамедлительно. Трупы было решено сжечь, а ковырять мёрзлую землю ради Хьюга никто не горел желанием. Им следовало оградить себя от возможной эпидемии как можно быстрее. Политые чёрным маслом задубевшие тела хорошо горели, только вот в ближайшее время Исами вряд ли захочет жаренного на костре мяса, но это такие мелочи. Один из тяжелораненых Учиха всё же скончался. Его печень была на куски разорвана, с таким не живут. Молодой мужчина и без того долго мучился, а они могли лишь облегчить его страдания. Женщины скорбно оплакивали погибшего. По традиции, его пепел был собран в семейной урне. Этот юноша был последним из своей семьи. Остальные быстро поправлялись, находясь под наблюдением Нори-сан. Сама Исами с трудом смогла выбраться из-под крылышка воспылавшей к ней заботой пожилой женщины. Скачущая с киркой Узумаки не вызывала в «предводителе» женщин Учиха восторга, но Исами старалась извести на корню последствия нападения, а воронка на месте площади мозолила ей глаза уже второй день, да и существенно мешала передвижению. К тому же девушка прекрасно осознавала, что если сейчас позволит себе расслабиться, то изнеможенный организм возьмет своё с процентами. Кроме того, у Исами появилось ещё одно занятие в ночное время суток. Сузу-сан удалось захватить «языка». Узумаки сама вырисовывала на нём печать контроля, чтобы не сбежал раньше времени, да и Хьюга оказался прямо-таки кладезем информации.

***

Вооружённые до зубов детишки стали для вернувшихся мужчин полной неожиданностью. Они отсутствовали только два дня, но кожей чувствовали, что в клане что-то случилось. На домах то там, то здесь явственно пролеживались кровавые подтёки, а площадь возле Главного дома представляла собой жалкое зрелище. Первым делом Ясуши было решил, что это результат опытов Исами, но тогда непонятно откуда кровь, запах же стоял такой, будто они находились на поле сечи. Против выходки Узумаки говорили и умиротворённые женщины, расхаживающие в хакама с юми за спиной. Невиданное зрелище. — Дядя, — Ясуши выделил из толпы копошащихся с кирками детишек племянника. Повреждений, на первый взгляд, на ребёнке не было. Не считать же чумазое лицо и вываленную в каменной пыли одежду травмой? — Иори, что здесь случилось? — мальчик после его слов нахмурился. — Нас заперли в Главном доме сразу же, как первый барьер был проломлен. Глава легко спешился и без промедления направился в главный дом, не реагируя на эмоциональные приветствия снующих там женщин. Ясуши последовал за ним. Ожидаемо было то, что Мадара достаточно быстро оказался у комнаты Узумаки, вероятно, решил разжиться информацией у непосредственного участника событий, который наверняка находился в самой гуще. К тому же Советника Учиха насторожила фраза про то, что один из барьеров был сломлен. Это требовало объяснений. — Мадара-сама! — возмущённый вопль Нори-сан, которая была одна из явных противников Узумаки. Ясуши никак не ожидал увидеть её в комнате той самой девицы, против которой решительно была настроена одна из Старейшин ещё до их отбытия. Женщина демонстративно задвинула сёдзи, смерив напоследок опешившего Советника далёким от восхищения взглядом. — Страшная всё-таки женщина эта Узумаки, и трёх суток не прошло, а в клане демон знает, что творится, — Ясуши растеряно почесал маковку. Глава его мнения, как видно, не разделял, молчаливо подпирал тонкую стену. Спустя пару минут Нори-сан соизволила величаво выплыть из комнаты и настолько технично зацепила его, Ясуши, локоток, что Советник и возмутиться-то не успел, а Мадара уже скрылся за перегородкой. Что ж, пожалуй, Нори-сан не менее ценный источник информации, нежели сама Узумаки. — Нори-сан? — вопросительный тон оскорблённой невинности не произвёл на «старушку» должного впечатления. — Ох, и охальник ты, Ясуши, смотри мне, женю ведь, — ни капельки не шутливо пригрозила женщина, так и не ослабив хватку, — а то ишь что удумал, на супругу Главы заглядываешься, негодник, — пожалуй, Ясуши не ожидал такой выволочки от Старейшины, да и краснеть по определению не мог — не положено. Только вот щёки подозрительно горели, как у застигнутого на шкоде мальчишки, а дыхание спёрло в глотке, будто он залпом бутыль саке опрокинул в себя. — Я её первый увидел, — захотелось оправдаться, да только вот не того слушателя он выбрал, да и не стоило вообще эту тему подминать. Не мальчик уже, прекрасно же понимает последствия. — Закопаю, — тихое предупреждение от седовласой Учиха набатом ударило по ушам, приводя Советника в чувство. — Ты меня знаешь, дружочек. — С чего это вы так мнение поменяли-то? — Советник с любопытством следил за сменой едва уловимых эмоций на лице собеседницы, которая целенаправленно тащила его куда-то вглубь дома.  — Эта девочка нашим не ровня, но отпрыску Таджимы подходит, да и буйный нрав его направить сможет, если придётся, — Ясуши ошалело вслушивался в мерный, чуть шершавый голос женщины, которая его ещё с пелёнок знала, да и не одного его. — А потому, — Нори-сан чувствительно ткнула его пальцем в грудь, — мы проследим, чтобы никто не вмешивался. Советник задумчиво проводил взглядом отконвоировавшую его женщину. Мда-а, стоило Главе только оставить Исами во главе клана, и настроения, царившие в нём, резко изменились. Да и Нори-сан, если ему не изменяет память, приходилась сводной сестрой отца предыдущего Главы. А если уж «бабушка» одобрила, то Ясуши крайне не завидовал тем идиотам — Старейшинам, которые рискнули бы что-нибудь лишнее ляпнуть. Вероятно, следует ожидать повальных забастовок и среди «охмурительниц». Какой кошмар! Ясуши в буквальном смысле схватился за голову, в порыве выдирая пару прядок. Если женское население начнёт «сводить» этих двоих… А ведь известно, что чем сильнее сопротивляется рыбина, тем настойчивее удит рыбак. Сенджу не придётся и стараться, сопротивление «народным» настроениям Главы, помноженное на изобретательную месть Узумаки, похоронит клан Учиха куда вернее всяких там дилетантов, после которых ему приходится постройки восстанавливать. Но, если предположить, что совместными усилиями план этот выгорит, то, может, всё не так уж и плохо? Советник, воспрянувший духом, мгновенно скис, представив, какие ягодки вырастут у этих цветочков. Впрочем, здраво рассудил Ясуши, до совместных отпрысков им ещё дожить надо, да и что-то подсказывало Учиха, что им потребуются титанические усилия, дабы сдвинуть этих баранов с мёртвой точки. Сами участники тягостных дум некоторых представителей клана Учиха и не подозревали о своей участи, хотя это может и к лучшему, ибо характером боги этих двоих не обделили. Пускай-ка ещё побудут в неведении.