Петля

- Уходи! – эхом отзывалось в голове Кастиэля; это было последнее, что сказала Молли, уходя с его пути. – И не ищи меня. Даже не пытайся разыскать. Теперь он был лишен возможности увидеть ее снова, когда она совсем уехала из Штатов. Сделала все так, как с самого начала просил Кастиэль. Их прощание еще долго всплывало в памяти. А вспоминая, ему казалось, что снова чувствует, как Молли трется об его щеки своими, как кошечка. Ангел внезапно поймал себя на мысли, что это было именно то, чего ему всегда не хватало. И хотя он - не человек, а всего лишь дух в человечьей шкуре, ему хотелось ласки, нежности, тех низменных инстинктов, которые присущи людям. Вместе с прикосновением Молли невольно пробудила в нем то, чего он никогда не знал – чувства. А это как раз и значило то самое – Кастиэль падает. Он ощущал, что теряет связь с Небесами, и почему-то его это совсем не волновало. Постепенно ангел обретал свободу, хотя знал, - это веревка, на которой Господь хочет, чтобы он повесился… но лишь тогда она петля, когда не знаешь, как ею распоряжаться. А, возможно, и нет. Все же очень страшно и больно – лететь, словно метеорит и чувствовать, как со скоростью звука отдаляются чертоги Господни. Кастиэль остался один со всем, что навалилось на него, лицом к лицу столкнулся со своей участью и понял, что не хочет быть один. Вот что бывает, когда длительное время пребываешь в одиночестве, и не замечаешь, как мерзнешь в нем, превращаясь в лед. Но стоит появиться тому, кто не такой, как ты, и тянется за ним след свободы и огня, начинаешь ощущать, что холод, к которому так привык, начинает пугать, угрожать смертью. Так произошло и с Ангелом Четверга. Казалось, весь его мир перевернулся, а то, что ангел знал раньше – ничто по сравнению с этим… и теперь он смыкался на одной Молли. Это пугало, шокировало чистое и наивное создание, но в то же время раздирало любопытством и жаждой узнать - что же это такое? И он снова стал задавать вопросы – почему? Почему она появилась на его пути? Что она искала - спасения или бежала от самой себя, своей судьбы? Не просто же так она просила убить ее, неоднократно подчеркивая, что она «монстр», «тварь»? Самый главный вопрос - почему именно перевертыш, не человек? И почему он боится за ее жизнь, а ее смерть представляется чем-то невообразимым и ужасным, подобно Концу Света? Но не один он задавался вопросами и зарывался в воспоминания, желая укрыться от мира, ничего не имеющего общего с тем, что осталось у него в голове. Вспоминала светлого ангела и перевертыш. Снова пустота, снова одиночество. Одна. Погрузившись в раздумья, как в омут с головой, девушка задумалась о собственной жизни. Все как-то в ней наперекосяк. Не видела она и не знала любви, ласки - родители не смогли ей этого дать; сама же желала и искала то, чего ей не дали с рождения, но не была в состоянии подарить это тем, кто её окружал. Да и судьба не была к ней столь благосклонной - если и наступала белая полоса, то тут же сменялась затяжной чёрной. А само обращение вообще поставило крест на всем, о чем мечтает каждая молодая женщина - самореализация, карьера, семья, дети... Отказаться от всего этого в один день из-за клейма, коим наградил ее... однозначно, не стоило, но жить прежней жизнью она уже не могла. Сейчас, казалось, настало время, чтобы определиться, что делать дальше. Пусть Молли наполовину человек и наполовину кошка, она вольна жить, делать все так, как сама того пожелает. И пусть её жизнь каждый день будет висеть на волоске от смерти, зато она проживет её так, что жалеть потом будет не о чем. А останься она с ангелом, который дружит с охотником, ничего хорошего ожидать не стоит. Оскверняешь ангельские крылья, сбиваешь с пути истинного, пятнаешь душу его. Не говоря уже о том, как сама подставляешься, ее не столько волновало второе, сколько первое. Хорошо запомнила Молли, как ангел говорил о том, что падает, а это значило лишь одно - скоро Кастиэль лишится всей ангельской мощи и станет совсем как человек: беспомощным, хрупким и уязвимым. Нет, испоганить его судьбу слишком большая роскошь, неоднократно повторяла себе девушка. И она не раз говорила ему, что не следует связываться с ней, но кто её слушает. Да и прогнать его тогда, как в прошлый раз, стоило неимоверных усилий - нравится он ей. Да что там - привязалась к ангелочку, признавала Молли, но... так много этих "но". Одинокая слеза скатилась по щеке, медленно прокатилась по шее и впиталась в кожу, оставив солоноватую дорожку. За ней следующая, а потом ещё одна, вторая, и третья... Давно не проливала слез... наверно, только тогда, когда была человеком, девушка даже содрогнулась от этой мысли. А говорят, если есть силы плакать, значит что-то человеческое ещё осталось... либо возродилось? Шли дни, недели. Месяц, два... Слишком долго. Эти месяцы, проведенные в одиночестве, казались безумными. Чем усерднее были его попытки вернуться к тому, о чем на самом деле должен беспокоиться ангел, тем чаще всплывали воспоминания о Молли, и становились яркими и живыми, заставляя его проживать все заново. Он уже был практически бессилен и беспомощен, но до окончательного падения оставалось совсем немного. Что к нему приведет, Кастиэль не знал, но прекрасно понимал – если останется один, то долго не протянет. Ангел два или три дня провел на улице без еды, и крыша над головой теперь нужна была ему так же, как и воздух. И слонялся бы еще долго по городу, пока не подобрала его четверка на внедорожнике и не увезла из Сисеро. Нынешняя его компания - Рольф, Митч, Шелдон и Джин направлялись в Канаду и предложили Кастиэлю отправиться с ними, если ему все равно некуда податься. Ангел согласился, да и выбирать особо не пришлось. По дороге парни немного рассказали о себе, а в Канаду едут на поиски лучшей жизни – особо не распространялись, да и сам ангел не напирал, хотя было в них что-то, что напоминало Дина. Или же его поведение? - Ну, а ты? – неожиданно обратился к нему коренастый Шелдон, который в этот момент сидел за рулем машины. – Говорил «податься некуда». Что с тобой стряслось-то? Ангел медлил с ответом, так как не знал, что говорить. Он не хотел раскрывать, кто он на самом деле, и не желал думать над тем, что ответить. Но и в то же время хотелось выговориться, излить кому-нибудь душу – так же, как когда-то доверился Молли. От растерянности Кастиэль нахмурился и потупил взгляд вниз. - Нет, если не хочешь об этом говорить, можешь не отвечать – это твое право, - не совсем верно растолковал его молчание водитель. – Ты ведь не на допросе. В этот момент ангел заметил лежавшую у него в ногах газету, которая не выглядела совсем новой. Он, не меняя положения, сощурился и пытался разобрать текст, который с расстояния казался мелким. - Ну, судя по одежде, ты наверно работал в какой-нибудь крупной фирме, - начал гадать сухопарый Митч со светло-синей кепкой на голове, изучающе осматривая Кастиэля. - Либо детективом, - присоединился бородач Джин. – Вроде Коломбо. Мужчины едва не повалились от хохота, а ангел вымученно улыбнулся, смотря перед собой и вспомнив, как когда-то точно так же его обозвала Молли. Они внезапно притихли, видя, что Кастиэль не разделяет с ними веселья, но и не хочет показаться невежливым. - Все, ребят, оставьте его, - сказал Шелдон, чем только облегчил и без того тяжелую участь ангела. - Да без вопросов! – повинующимся тоном сказал Джин, а потом, тут же что-то вспомнив, обратился к Кастиэлю. – Хотя нет, у меня к тебе будет еще один вопрос. Как зовут тебя? Ангел все так же смотрел перед собой, от чего сидящим с ним Митчу и Джину по обе стороны показалось, что тот их не услышал. - Кас, - выдержав паузу, ответил ангел; часто так называл его Дин, ибо любил все упрощать. - Кас? – упитанный муженек по имени Рольф даже обернулся, чтобы еще раз взглянуть на него – настолько он был удивлен. – Это как? - Кастиэль, - устало ответил он и посмотрел на мужчину. – Сокращенная форма моего имени. - Это как Габриэль, только он – Кастиэль, - с воодушевлением вставил Джин, что повлекло за собой очередной хохот мужчин. - Типа ангел, только он – не ангел, - добавил Митч и у Кастиэля, наблюдавшего за тем, как его и Джина прорвало на смех, даже проскочил нервный смешок. Его позабавило то, что говорили парни, но было еще смешнее – что это была правда. Вот только кто в нее поверит? Да никто. Люди не верят в то, чего они не могут увидеть, услышать, потрогать, но чаще всего они не верят даже тому, что видят, слышат и ощущают. - Женщины! – усмехнувшись, воскликнул Рольф, повернув голову к окну возле сиденья. – Называют детей черти знает как, а им потом жить с этим! - Имя как имя, - пожал плечами Шелдон, как бы в оправдание Кастиэля. – У меня, знаешь ли, тоже интересное имечко, но ничего – жив, здоров и, самое главное, счастлив. А еще есть у меня знакомый по имени Дженсен… - Ох, лучше не напоминай мне о нем! – раскатисто засмеялся тот, а Шелдон лишь негромко посмеивался. – Ты знаешь, то, что он выкинул в Чикаго, я не забуду никогда! - Ну так, талант! – с ощутимой иронией ответил водитель. – Не каждому дано! Где-то через два дня езды внедорожник прибыл в Торонто - крупнейший город Канады и административный центр провинции Онтарио. Поселились в самой дешевой гостинице, они кое-как разместились в номерах. Кастиэль был благодарен ребятам за помощь и обещал, что вернет деньги, которые им пришлось заплатить вместо него. Мужчины особо не беспокоились по этому поводу, только и говорили: - Ты пока о здоровье своем подумай. Это ангелу приходилось слышать не раз, вот только он не совсем понимал, что с ним не так. Ему казалось, что внешняя бледнота и худоба вполне естественны, ведь тело не его, а Джимми Новака. Просидев несколько дней в номере, Кастиэль вдруг осознал, почему Молли невозможно было находиться в четырех стенах – чем дольше находишься в одном и том же помещении, тем больше кажется, что оно давит со всех сторон… и это сводит с ума. И это была еще одна причина, по которой в один прекрасный момент ангел сорвался с места и лишь бы занять себя чем-то занялся поиском работы. Но найти работу оказалось не так просто. Он оббегал всевозможные предприятия, фирмы, издательства и прочие места. Но везде ему говорили, что для трудоустройства нужен определенный список документов. А у ангела их нет, да и никогда не было. - Бюрократия, - со вздохом ответил Шелдон, когда Кастиэль впервые рассказал о неудачных попытках устроиться на работу. - А где твои документы? – доброжелательно спросил Рольф. – Украли? Кастиэль на это печально кивнул головой. - Да у него на лице написано, что его все бросили и оставили ни с чем, - тут же добавил Джин, как будто пытался выгородить ангела, но тем самым только выделил его светлую и наивную сущность. – Вы только взгляните на него! Впрочем, парни и так видели – у Кастиэля все было написано на лице. Они обещали помочь с документами, а также раздобыли сменную одежду для него. - Не ходить же в одном и том же, верно? – говорил Митч. В этом он оказался прав. Однажды канадский город настиг ливень; складывалось впечатление, что он неистово желал приглушить бурлящую жизнь на улицах Торонто. Ангел перебегал перекресток в то время, как загорелся красный свет, и его едва не сбила машина. Жив и невредим он остался, но промок до нитки, испачкал плащ и штаны, да еще выслушал пару «добрых» слов в свой адрес. Поэтому оставленные парнями темно-синие джинсы, бежевая футболка, темно-синяя куртка с черными кроссовками оказались очень кстати. Однако он все же не оставлял попыток найти работу, поэтому почти каждый день убегал из номера, покупал газеты либо читал объявления на столбах. И как-то на одной из улиц ангел заметил девушку, играющую на гитаре, а перед ней стоял раскрытый футляр для гитары. Ее лица нельзя было разглядеть под капюшоном белой мешковатой кофты и выбивающихся из-под него длинных темных волос. Но фигура казалась ему очень знакомой. Присмотревшись, Кастиэль понял, что уже где-то видел ту самую кофту с капюшоном. Что-то начало подсказывать ему, что нужно подойти к ней и заговорить. Сердце постепенно ускорялось и биение отдавалось звоном в ушах. Слабая надежда на то, что вдруг эта девушка и есть та, которую он все это время ждал, наполняла его и парализовала одновременно. То, что люди называют «душой», млело и цепенело в нерешительности. И вдруг ему неожиданно пришла в голову идея. Пошарив у себя по карманах, ангел нашел несколько мелких купюр и положил в футляр из-под гитары, в котором лежали наличные и мелочь. - Спасибо, - добродушно отозвалась девушка и, подняв на него очи, легкая улыбка мгновенно исчезла с ее лица. Кастиэлю показалось в тот момент, что сердце вырвется из груди. Он не мог поверить в то, что перед ним стояла та самая, по которой ангел тосковал, – Молли. - Ты? – девушка сама не верила своим глазам и пару раз критично осмотрела его. - Что ты делаешь в… - хотел было спросить ангел. - Цыц! – оборвала его Молли и испугано посмотрела по сторонам. – Держи! Она всунула ему в руки гитару, а сама лихорадочно закрыла футляр с деньгами, закинула его себе на плечо и, ухватив Кастиэля за локоть, потащила за собой. - Что ты делаешь? – недоумевая спросил тот. - Тише! Еще не хватало на полицию нарваться! – шикнула на него девушка, уводя его в переулок.