Истребление

Дверь камеры распахнулась, и внутрь зашёл стражник. Эван поднял голову и глянул на него. С тех пор, как его и Синтера арестовали за попытку прорваться во дворец, прошло около двух суток. Эван помнил, как его вырубили стражники у ворот. Очнулся он уже в тюрьме. Куда поместили Синтера, он не знал. Молодой стражник бывал в тюрьме ещё до вторжения в Тирм и бешеного бегства оттуда, но, несмотря на излишнюю хулиганистость в детстве и юности, ему не доводилось оказываться к тюрьме в качестве заключённого. Эван не знал, сколько его тут продержат. За прошедшие два дня он уже подустал спать на местной кровати, по удобству напоминающей доску. Да и просто нахождение в маленькой и холодной каменной комнате слегка давило на него. Стражник, зашедший к нему, выглядел, как типичный... стражник. Лёгкий доспех с металлическим нагрудником, металлические поножи и наручи. На голове шлем, прикрывавший голову от ударов сбоку и сверху. С пояса свисал короткий меч, и это было единственное, что отличало его от обычной городской стражи — те в основном носили копья. Поизучав взглядом Эвана около минуты, стражник наконец нарушил молчание: — Иди за мной. Эван поднялся с кровати и подошёл к стражнику. Тот смерил его презрительным взглядом, сморщился и вышел из камеры. Эвану ничего не оставалось, кроме как пойти за ним. *** Эвана вели по коридором дворца четверо Ночных Стражей. При каждой попытке притормозить конвоиры слегка подталкивали его в спину. Подобным образом они добрались до помещения, которое стерегли ещё восемь гвардейцев. Эвана завели внутрь. Он оказался в просторной комнате, оформленной в светло-серых тонах. Мебели в помещении было немного, только в центре стоял большой П-образный стол. За этим столом сидели люди. Эван сразу понял, кто сидит во главе стола. Действительно, не узнать императрицу весьма сложно — в мире мало подобных людей. Оторвав наконец взгляд от Насуады, бывший стражник прошёлся взглядом по людям, сидевшим слева от неё. И Эвана едва не хватил шок, когда он понял, что это не люди, а эльфы. Юноша никогда не видел эльфов — в Тирме их не бывало. Несмотря на то, что Гальбаторикс был побежден тридцать лет назад, они вернулись в свой лес, не стремясь снова налаживать какие-либо отношения с людьми и появляться в их городах. Единственное, что знал о них Эван — они остроухие, почти бессмертные и поддерживают с людьми исключительно политические контакты. Ходили слухи, что эльфы опасались появления нового Гальбаторикса среди людей, и именно это — главная причина их замкнутости. Другие говорили, что эльфы привыкли существовать одни, и общество других рас их раздражает. Справа от Насуады сидели люди, советники императрицы. Тут до Эвана дошло, что, раз его вызвали к таким людям, он крупно вляпался. *** Небо над Иллирией было практически безоблачным. Ярко светило солнце. Одинокий часовой стоял на стене, регулярно прикладываясь к фляге с холодной водой и проклиная своих соратников, которые в это время прятались в прохладной башне. Бедолага утешал себя мыслью, что стоять ему осталось не долго и скоро его сменят. Солнце било стражнику прямо в глаза, и поэтому, когда его накрыла тень, он блаженно зажмурился, и только когда свет снова ударил ему в лицо, часовой понял, что что-то не так. Развернувшись на месте, он увидел только город и чешуйчатую задницу летящего ко дворцу Торна. Оказавшись на относительно небольшом расстоянии от дворца, Торн прицелился, после чего аккуратно сел, в очередной раз мысленно поблагодарив Насуаду за специально созданные в городе площадки для драконов. Красный дракон прекрасно помнил, как им с Муртагом приходилось изворачиваться в те времена, когда подобных площадок не было, а встретиться с императрицей Муртагу было необходимо. С тех пор Торн на дух не переносил человеческие города, особенно тесные улочки где-то в центре. Этакая драконья клаустрофобия. Муртаг, поняв, о чём подумал его друг, улыбнулся и присоединился к его благодарности. Ведь все площадки были расположены в самых важных и удобных местах. Например, на территории дворца. И теперь Муртагу не придётся идти через весь город. Соскользнув со спины Торна, Муртаг проверил меч и зашагал ко входу. Дракон за его спиной прилёг, решив погреться на солнце. *** Эван сразу догадался, для чего его сюда привели, и поэтому, когда у него потребовали рассказать о событиях в Тирме, он не удивился. Но ему все равно было неуютно под внимательным взглядами присутствующих. Бывший стражник понимал, что ему следует аккуратно подбирать слова. Эван вздохнул и начал рассказ. *** За длительным рассказом Эвана никто, кроме Насуады, не заметил, как отводилась дверь в комнату совещаний, и в неё тихо проскользнул Муртаг и начал слушать. *** Эван наконец закончил рассказ. После минутного молчания советники императрицы начали спорить. Эльфы сидели с непроницаемыми лицами и молчали. Наконец, поднялся пожилой мужчина, который произнёс: — Мы благодарны за твою без сомнения важную и интересную информацию. Ночные Ястребы тебя проводят. Сожалеем, что ты не видел их, и не можешь нам рассказать. Муртаг отлип от стены, к которой прислонился, и сказал: — Думаю, с этим могу помочь я.