НАСЛЕДНИК

- Господи, что я делаю? – кисло усмехнулся Эммет, оттолкнувшись от окна своего номера люкс и оглядываясь вокруг. Он не привык ко всему этому: не привык к столь огромным комнатам, к такой еде, такому режиму, к столь вежливому обращению «мистер», его уже воротило от всего этого. - Нет! Это не для меня! – Эммет буквально вылетел из комнаты, направляясь дальше по коридору, как до него донесся уже знакомый голос из-за двери: - Нет, Феликс, это не… Я понимаю, что твоя мама хочет сделать, как лучше, но я не... Знаешь, насчет свадьбы, я думаю, что… Эммет замер, прислушиваясь к разговору за дверью. Очередное возражение Розали было прервано на полуслове, Эммет буквально слышал гневные нотки в голосе ее жениха, отчитывающего ее с другого конца света. Раздражение на окружающую его новизну сменилось раздражением, нет, скорее неистовым желанием встретиться лицом к лицу с Феликсом Хростоуном. Эммет услышал, как Роуз что-то прокричала в трубку, затем резко распахнул дверь, с молниеносной скоростью увернувшись от телефона, летящего прямо в него. Раздался глухой хлопок, от удара телефона о стену на ней осталась вмятина. «А характером она в меня!» - усмехнулся он. - Воу, я-то думал, война между Америкой и Англией уже закончилась, - Эммет шутливо поднял руки в знак капитуляции. - Я не против возобновления, - сверкнула глазами Роуз, - но на этот раз я сама выберу сторону. В ее глазах показались слезы, и она поспешно отвернулась, смахнув их. - К черту, кому какая разница, свадьбы ведь все равно не будет… - почти выкрикнула Розали, обращаясь ни то к Феликсу, ни то к останкам телефона. «Нет, я не могу ее подвести… - обреченно подумал Эммет. – Один-единственный раз в жизни у меня есть шанс изменить чью-то жизнь в лучшую сторону, и я не упущу его!» -Нет. Просто… зашел пожелать доброй ночи. Роуз улыбнулась. - Тебе не говорили, что ты похож на мишку? - Что? – не понял Эммет. - Ну, знаешь, на большого бурого мишку, - Роуз засмеялась, когда Эммет скорчил гримасу. - Я предпочел бы кого-нибудь…поактуальнее, льва, что ли, - кисло заметил Эммет. - Нет, - Розали покачала головой. – Львы эгоистичны, они считают себя пупом земли, ты разве слышал о самопожертвовании львов? А вот медведи другие. Они всегда защищают себе подобных до последнего. Так что ты – мишка. - Напомни мне завтра придумать что-нибудь подобное для тебя, – подмигнул ей Эммет, закрывая за собой дверь. Вернувшись к себе в номер, он огляделся: ничего занимательного не было, но и спускаться в бар ему не хотелось. На глаза попался маленький черный кейс, небрежно брошенный на кровать. Небрежно плеснув себе виски, Эммет сел на кровать, подставив бутыль на кейс и сверля его взглядом. Внутри шла борьба: с одной стороны, он не хотел лезть во все это дерьмо, своей миссией он считал лишь пройти эту проба…-черт-знает-что, расторгнуть помолвку Розали, а затем спокойно вернуться к прежней жизни. С другой стороны, запретный плод сладок, и ему до чертиков хотелось узнать, откуда исходила опасность. На этот раз спор решила сама матушка-природа, неистовым ветром ворвавшаяся в комнату. Из-за порыва ветра бутыль с виски опрокинулась прямо на кейс, наполнив комнату едким запахом спирта. - Херня! Эммет выбросил практически пустую бутыль в мусорное ведро, отдернул покрывало с кровати, не дав влаге пропитаться в одеяло. Схватив со стола салфетки, он быстро убрал лужицы с кейса, как его пальцы коснулись замка, и в комнате раздался тихий щелчок. Выбросив влажные салфетки в корзину и вымыв руки, Эммет ополоснул лицо ледяной водой, но стоило ему взглянуть в зеркало, как на глаза сразу попался черный кейс. - Ой, как я об этом пожалею… - устало бросил он своему отражению, направляясь обратно в комнату. Поставив кейс на стол, Эммет устроился прямо на полу, прислонившись спиной к креслу. Желтые, синие и черные папки аккуратной стопкой располагались на днище, сверху была небольшая черная записная книжка в кожаном переплете. На черной коже аккуратными золотыми буквами были выведены инициалы обладателя «Э.Дж.К.» Не нужно было быть Нострадамусом, чтобы понять, что хозяином книжицы был Энтони Джеймс Каллен собственной персоной. Глубоко вдохнув, Эммет раскрыл книжицу, аккуратным каллиграфическим почерком заполненную цифрами, какими-то зашифрованными контактами и заметками. Он словно окунулся в распорядок жизни своего отца, переживая вместе с ним последние дни жизни. Ничего примечательного на первый взгляд, обычная, расписанная по минутам жизнь медиамагната. Перелистав очередную страницу, Эммет замер: между листами находилась старенькая, потрепанная фотография, на которой было запечатлено до боли знакомое лицо. Эммет непроизвольно провел пальцем по очертаниям лица матери, рука его замерла, когда глаза остановились на лице отца. На этой фотографии они были запечатлены молодой, влюбленной парой, возможно, единственный раз в жизни, когда они были самими собой. Эммет задумался, как часто Энтони разглядывал эту фотографию, какие мысли проносились у него в голове, что он чувствовал. Отставив в сторону фотографию и не желая задумываться над тем фактом, что, возможно, он отнюдь не знает, каким человеком был Энтони Джеймс Каллен, Эммет перелистал страницу. «Опасность может исходить от любого. Ночные звонки не прекращаются.» Эммет перестал дышать, а затем вновь перечитал аккуратно написанные строчки. «Кто-то пытается оказать давление. Цель?» Последнее слово было дважды почеркнуто. Эммет молниеносно обратился к следующей заметке: «Цель – корпорация. Найти Бернса.» Через пару дней была сделана очередная запись: «Поломка машины – не случайность, цель – похищение Роззи. Вычислить мерзавца!» Следующая запись датировалась пару днями раньше катастрофы: «Проблемы улажены. Встреча в понедельник. Обеспечить безопасность семьи до этого. Помолвка Роззи.» Последовавшая за записью белая страница была словно свет в конце тоннеля. Эммет закрыл книжицу, откинул голову и прикрыл глаза. В голове все было, словно в диком калейдоскопе: частицы пазла никак не хотели сложиться в единую картину, словно он упустил что-то очень важное. Ясно было одно: слова Бернса об угрожавшей им опасности не были обычным предупреждением. Нападение. Похищение. Давление. Цель – корпорация. Все это походило на сюжет голливудского боевика. Как и в любом хорошем боевике, именно в этот момент раздался неожиданный, особенно пронзительный в тишине звонок телефона. Вскочив на ноги, Эммет бросил книжку в кейс и захлопнул его. - Кто? – бросил он трубку. - Сэр, Вы просили разбудить вас в восемь, - донесся вежливый голос с того конца линии. Бросив взгляд на балкон, Эммет удивился тому, что уже давно рассвело. Часы на стене показывали ровно восемь. - Отлично, спасибо. – Разъединившись, Эммет набрал номер, одновременно натягивая на себя куртку. Ответили после шестого гудка. - Послушай, Эмм, не знаю, кем ты будешь в Англии, но у нас неэтично будить людей в такую рань, - донесся сонный голос в трубке. – Или это у вас генетическое? - Приезжай в «Фор Сизонс». Думаю, тут все сложнее, чем я ожидал, это по твоей части. - А вот это уже интересно… Предстоит кого-то шлепнуть? - Скорее, наоборот. Ты должен охранять мою сестру. - Охранять Бемс? – Деймон рассмеялся. – А кто же будет охранять меня от нее? - Дей, не начинай. И разговор вовсе не о Бемс. Я имел ввиду Розали. - Какого хрена, Эмм?! Да ты… - Дей, это действительно серьезно. У меня практически нет времени на все эти премудрости, и я не смогу беспокоиться еще и о ее безопасности. Я знаю Бемс, она сможет за себя постоять, но Роуз… - Эмм, у нее есть отец, брат, жених в конце концов! - Деймон, ты окажешь мне услугу? – сквозь зубы прямо спросил Эммет. - Я уже жалею, что соглашаюсь… - нехотя бросил де Лена. - В отеле. Через двадцать минут. Эммет сбросил звонок и вышел из комнаты, предварительно прихватив с собой кейс. *** Обычное, ничем не примечательное утро ознаменовало начало нового дня. В отеле «Фор Сизонс» жизнь кипела: сменялись охранники и горничные, на кухне свирепствовал шеф Дидье, истинный француз до кончиков волос, который был просто в бешенстве от мысли подать одно и то же блюдо два дня подряд. Старший метрдотель Гиббонс придирчиво наблюдал за служащими, проверяя, в надлежащем ли порядке находится униформа служащих, выглажено ли свежее белье в номерах, не осела ли пыль на огромный белый рояль, находившийся в вестибюле. «Надо взять отпуск» - подумал Гиббонс, измерив пульс и проглотив пару таблеток валиума. Работа выматывала, но он любил свою работу, любил наблюдать за размеренной, отлаженной до совершенства жизни отеля, частичкой которой он себя считал. «Плаза» и «Астория» уже давно пытались переманить Гиббонса к себе, но он начал работать в «Фор Сизонс», когда отель состоял всего из трех этажей и десяти скромных комнат, он считал его своим домом, так что владельцы отеля вздохнули с облегчением, когда Гиббонс отверг все предложения конкурентов. Но сегодняшний день был не вполне обычным. Гиббонс внимательно перелистывал журнал ночного дежурного, следя за всеми прибывшими и отъехавшими посетителями. Особо его заинтересовали посетители, поселившиеся в пентхаусе, сняв весь верхний этаж. Разумеется, Гиббонс слышал о семействе Каллен. Естественно, Гиббонс знал, что их пребывание в отеле следует держать в строгой тайне. И вполне логично, что старший метрдотель был просто поражен новостью о том, что нынешним утром Каллены выезжали. Обычно они останавливались в отеле не менее, чем на три недели, но этот раз был исключением во всех смыслах слова, особенно касательно нежданных гостей Калленов. Но Гиббонс был довольно неглупым человеком с достаточно развитым чувством самосохранения, так что он приказал доставить в апартаменты Калленов 4 бутылки охлажденного шампанского с наилучшими пожеланиями от администрации отеля. «Нельзя портить отношения с теми, у кого есть власть, информация или деньги. А у Калленов всего этого предостаточно» - рассудил Гиббонс, направляясь на кухню для очередной «войны» с шефом Дидье, требовавшим немедленно доставить ему свежую клубнику, собранную не позднее, чем двадцать три минуты назад, дабы они сохранили природную свежесть и аромат. *** Все семейство было в сборе. Розали что-то обсуждала с Беллом, Эдвард заказывал завтрак по телефону, а Карлайл листал какие-то бумаги. Поприветствовав всех, Эммет направился прямиком к Карлайлу. - Есть разговор. – Он выразительно взглянул на кейс. - Пройдем в кабинет. – Карлайл поднялся с места и направился в соседнюю комнату, Эммет собрался было пойти следом за ним, как… - Я не буду ЭТО есть! - Отлично, тогда съем я, - парировал Эдвард, усмехнувшись глядя на Бемс. - Черта с два! – Одним махом перепрыгнув через диван, Белла оказалась рядом с Эдвардом и вытянула трубку у него из рук. - Что это с ней? – Эдвард повернулся к Эммету. - Бемс – вегетарианка. - Янки-вегетарианка?! Это что-то новое… - Эд, прекрати, - осадила его Розали. – Иди, Эммет, они не поубивают друг друга, обещаю. – Роуз с хитрой улыбкой взглянула на Эммета. – Хотя, если Белла решил откалашматить моего заносчивого братца, я полностью поддержу ее. - И это говорит моя собственная сестра, - Эдвард театрально поднял глаза к потолку. – И ты, Брут? – Бросив взгляд на часы, Эдвард накинул на себя куртку и направился к двери. - Ты куда? - На важную встречу. Тебя, - он повернулся к Эммету, - надо ведь познакомить с твоим Наставником. Состроив гримасу, Эммет направился в кабинет, где его ожидал Карлайл. - Думаю, вы не были полностью честны со мной. – Он поставил кейс на стол и открыл его, вытащив книжицу. – Значит, не все так гладко в туманном королевстве. Жестом пригласив Эммета сесть, Карлайл сел рядом, и они вместе начали листать книжицу. - Эммет… - наконец устало произнес Карлайл, пораженный обрушившимися на него новостями. Они всегда считали, что нападение грабителя на Роуз простым стечением обстоятельств, а теперь стало известно, что это был отнюдь не несчастных случай. – Должен быть искренен, я подозревал, что здесь что-то не так, но понятия не имел, насколько все серьезно. Однако это, - он повертел в руках книжицу, - и слова Бернса еще раз подтвердили мою уверенность в том, что нам следует уехать. Благо, я уже нашел подходящее место. - Как долго это продолжалось? - С момента основания империи. Мы считали вполне нормальным письма с угрозами, ведь такое случается сплошь и рядом. Но это уже чересчур. Мы поступим так: я, ты, и Эдвард уедем в то место, которое я нашел. Розали и Изабеллу я отправлю в Англию, там они будут в большей безопасности, Хростоун не допустит, чтобы с невестой его сына… - Как мило… - донесся до них одновременно двухголосый шепот за спиной. Эммет и Карлайл обернулись, увидев стоящих в дверях Роазли и Беллу. - Розали, - обратился Карлайл к дочери,- ты должна понять… - Не хочу ничего понимать, отец! – отрезала она. – Мы не в Англии, и я туда не вернусь раньше намеченного срока. И не пытайся отговаривать меня, я спрыгну из самолета! Эммет взглянул на Карлайла, тот отвел взгляд. - Она действительно может это сделать, - прошептал он, признавая поражение. - Бемс… - попробовал начать Эммет, но белла прошлась по комнате и развалилась на стуле перед ним, уставившись на брата. - Эм-Кей, даже не думай. Только попробуй сказать это, и эмигрировать в Англию придется тебе. Я предупредила. - Белла, ты не осознаешь… - Мистер, вы мне не папаша, - грубо отрезала Белла. – Я – гражданка Соединенных Штатов Америки, так что не надо кормить меня вашей бюрократической кашей. - Надо капитулировать, пока она не перешла к военным действиям, - усмехнувшись, бросил Эмме Карлайлу. – И потом, я знаю Бемс, она может постоять за себя. А насчет Роуз – я уже предпринял необходимые меры. - И «меры» уже прибыли, - донесся еще один голос из-за дверей. Все присутствующие обернулись, встретившись с насмешливым взглядом Деймона де Лены. - Ты? – Роуз перевела удивленный взгляд с Деймона на Эммета. – Он? - Думаю, он еще не представился по всей форме. – Эммет поднялся с кресла. – Ддеймон де Лена, - специальный агент федеральной секретной службы. – Деймон театрально поклонился. – Роуз, если ты решишь остаться, то Деймон станет твоим… - Консультантом по безопасности, - подсказал де Лена с широкой ухмылкой. - Херн…! – Роуз шокировано прикрыла рот ладошками, переводя взгляд с одного из присутствующих на другого. - Бемс, твоя работа? – повернулся Эммет к сестре. - Она быстро учится, - усмехнулась Белла, выпрыгнув из кресла и направляясь в гостиную. - Так мадмуазель быстро учится, - подойдя ближе, усмехнувшись спросил Деймон Роуз. - Ненавижу! – Розали прожгла его взглядом. - Это хорошо, - довольно прошептал Деймон, скрестив руки и опершись спиной о буфетную. – Ненависть – страстное чувство. - Я тебе устрою страстное чувство – убийство в состоянии аффекта. – Роуз фыркнула, что отнюдь не подобало леди ее положения и происхождения, и вышла из комнаты, с улыбкой думая о том, что здесь, в Америке, она ведь отнюдь не леди. «Да здравствует свобода!» *** Эдвард молча выкуривал сигарету, сквозь темные стекла очков пристально наблюдая за входом в гостиницу. Никакого признака появления девушки, никакого намека на ее присутствие. Голова раскалывалась, так что Эдвард вытащил из карману пачку талинола и, взяв две таблетки, потянулся к бокалу перед собой, как его остановил знакомый голос: - Не рекомендую смешивать алкоголь с лекарствами. Печень вас за это не поблагодарит. Краем глаз Эдвард заметил, как в соседнее кресло кто-то сел. Медленно, словно каждое лишнее движение причиняло боль, он повернул голову. Девушка сидела, закинув ногу на ногу, в одной руке были черные солнечные очки, под черной курткой-френч виднелось платье в тигровых оттенках. Высоко собранные в пучок волосы подчеркивали высокие скулы и глаза цвета охры. - Перейдем к делу? – спросила она. - Нам надо наверх, - Эдвард поднялся с места. - Обговорим заранее, когда я говорила, что сделаю все, надеюсь, вы не поняли меня буквально. На постель я не соглашалась. Эдвард рассмеялся. В Англии толпы длинноногих моделей и победительниц конкурсов красоты табуном вешались ему на шею, прямым доказательством этого была Ребекка, но сейчас они перестали его волновать. Гораздо больше его вниманием завладели миниатюрные бунтарки с глазами оттенка шоколада. - Не обольщайтесь, - усмехнулся он, - у нас чисто деловое партнерство. Не забывайте, что в данном случае моим амплуа будет герой, спасший девушку из беды. - Вопрос спасения нам еще предстоит уладить. – Девушка грациозно поднялась с кресла, следуя за Эдвардом. - Раз уж оружие сложено, почему бы не рассказать, кто ты на самом деле? – Эдвард обернулся и пристально взглянул на нее. – Я знаю все твои подставные имена, титулы, всю твою псевдо-историю, но я должен знать, кого на самом деле впускаю в свой круг доверия. Они уже были в лифте, направляясь на верхний этаж. Девушка открыла было рот, чтобы ответить, но Эдвард выразительно указал ей на лифтера. - Это была просто подготовка, - прошептал он ей на ухо. – Чтобы у тебя было время подготовиться. - К публичной экзекуции? – усмехнулась она. - Именно! – подыграл он ей, двери лифта распахнулись, и они вышли в коридор. Подойдя к двери, Эдвард распахнул ее и замер, но мгновение спустя пришел в себя: - Что он тут делает? – бросил он, влетая в комнату и свирепым взглядом прожигая Деймона, который показывал Роуз, как можно одной левой отбить удар противника. - А на что это похоже? – усмехнулся Деймон, демонстративно взяв руку Розали в свои ладони. - Роуз? – Эдвард повернулся к сестре. - Чего ты на меня уставился? – упрямо возразила она. – Это не моя идея… хотя, если это тебя бесит, я полностью поддерживаю автора идеи. - Один-ноль, - усмехнулся ей на ухо Деймон. - А это кто? – Эдвард даже не заметил Беллу, которая, плюхнувшись в кресло, молча листала какой-то автожурнал, а в данный момент, выразительно изогнув бровь, указывала взглядом на девушку, стоявшую в дверях. - Гостья, - коротко ответил Эдвард. - Где отец? – Он подошел к Роуз и как бы нечаянно оттолкнул Деймона от сестры. И тут же шепотом добавил тому: - Ты у меня еще получишь! - Мне взять дуэльные пистолеты и секунданта? – как ни в чем не бывало спросил тот. - Двадцать баксов на Дея, - раздался насмешливый голос Беллы, которая даже не поднялась с места. - Ты рискуешь, - обратился Эдвард к Белле. - Возможность сбить с тебя спесь того стоит, - даже не взглянув на него, бросила она. - Отец в кабинете, - перебила их перебранку Роуз, прожигая братца гневным взглядом. В этот момент двери кабинета распахнулись, оттуда показались Карлайл и Эммет, которые замерли, увидев сцену, разворачивающуюся в гостиной. - Я все могу объяснить, - донеслись одновременно голоса Эдварда и Розали. Деймон и Изабелла молча наблюдали эту сцену. Карлайл выразительно взглянул на девушку, стоявшую в дверях. - Отец, это тот человек, о котором я говорил, - начал Эдвард. – Ее зовут…. – он вопросительно взглянул на гостью. Рассмеявшись, девушка шагнула за порог, бросив сумочку на диван. - Зовите меня Одетт. Одетт Кэролайн Джонсон. Карлайл остановил вопрос, который готов был задать Эммет, тихо прошептав тому приберечь вопросы на потом. - Мисс Джонсон, думаю, Вам следует представиться по всей форме, - мягко заявил он, усаживаясь в большое кожаное кресло. Эммет с Деймоном отошли к окну, Роуз села рядом с Беллой, в то время, как Эдвард направился к бару. Не в его правилах было пить с утра, но сегодняшний день никак нельзя было считать «днем правил». *** От лица Одетт: Едва сдерживая смех, я наблюдала за этой семейкой «симпсонов». Никогда не представляла себе судью Верховного Суда Эдварда Каллена в таком состоянии. Судя по моим сведениям, блондинка – его сестра. Но навряд ли ей требуются мои услуги, учитывая правильную постановку ее голоса, прямую спину, жесты. Нет, это не она. Я скользнула взглядом по остальным присутствующим. Так, парень слишком…зрелый для обучения. Обычно к услугам «гувернанток» прибегали для лиц более…нежного возраста. - А это кто? – Я и не заметила молодую девушку на диване. М-да, если это и есть моя подопечная, то работа будет сложноватой. При взгляде на нее сразу вспоминалось слово «бунтарка». Хотя в недалеком прошлом меня саму так называли. При воспоминании о тех временах на лице появилась улыбка. Минуту спустя в комнате появились еще двое. Карлайла Каллена здесь знали многие, учитывая, сколько он тратил на благотворительность. Я медленно перевела взгляд на его спутника. Задумчивое лицо, пара удивительно синих глаз, высокие скулы. Словом, лицо анге… О чем это я?! Лицо терминатора – настолько оно было грозным! Может, это их телохранитель? – Ее зовут… - донесся до меня голос Эдварда. Я рассмеялась, вспоминая перечень своих имен и титулов: виконтесса Осборн, графиня Виндзор, княжна Голицина, махараджа Сурия, Елена фан Троп, Виктория де Санти, Камилла Бурдсток, Клавдия Уитлок…. - Зовите меня Одетт. Одетт Кэролайн Джонсон, - бросила я, усаживаясь в кресло. «Терминатор» как-то мрачно взглянул на меня и отошел со своим приятелем к окну, что-то обсуждая с тем вполголоса. - Мисс Джонсон, думаю, Вам следует представиться по всей форме, - мягко заявил Каллен-старший, усаживаясь в большое кожаное кресло. Вздохнув, я прикрыла глаза, словно вспоминая сказку на ночь. Действительно, сейчас моя прежняя жизнь походила на сказку. Точнее, на кошмар. Заставив себя улыбнуться, я переводила взгляд с одного из присутствующих на другого. - Моих родителей звали Джэреми и Кларисса Джонсон, они погибли в автокатастрофе, когда мне было лет пять. После этого меня отдали на попечение дальней родственницы, Виктории Петерсон, тетушки моей матери по отцу, которая жила в маленьком городке на севере Англии. Тетушка Виктория была портнихой и с трудом сводила концы с концами, но не жалела на меня никаких средств, зачастую проводя ночи напролет, склонившись над очередным заказом, дабы получить средства, чтобы обеспечить меня лучшими репетиторами, лучшей едой, одеждой. Не забывала она и о великосветских манерах. Когда мне было 17, тетушка скончалась, так что пришлось заботиться о дальнейшем процветании самой. Ничего особенного, кроме собственных знаний, я не имела, а зарабатывать на жизнь шитьем не получалось: слишком жесткая конкуренция. Вскоре деньги закончились… - Тяжело вздохнув, я перевела взгляд на небо за окном. – Не было денег даже на еду. Я пыталась найти работу, но девушка со знанием точной техники покройки платья и этикета, как оказалось, не была необходима ни в одном месте работы в маленьком Джексонвилле. И тогда я совершенно случайно попала на небольшой прием у местных дворян. Благо, на собеседования для работы я была разодета, так что особо не выделялась среди гостей. Так все и началось… Я никогда не вдавалась в подробности подобных рассказов. «Чем меньше выдаешь информации, тем больше вероятность не прогореть» - любил повторять Джаспер. Я пока не была готова довериться Калленам полностью, но долька правды в моих словах все же присутствовала. Я молча переводила взгляд, оценивая эффект моих «признаний»: Каллен-старший задумчиво смотрел на меня, и мне почему-то казалось, что провести его мне не удалось. Роазли Каллен смотрела на меня со смешанным чувством сострадания и… зависти? Странно, чему ей завидовать в таком рассказе? «Бунтарка» словно и не слышала моего рассказа, обмениваясь гримасами с Эдвардом. Да, с ее перевоспитанием придется потрудиться. Я молча оценивала масштаб предстоящей работы: осанка, жесты, мимика, история, этика, этикет, общественные науки… Двое у окна продолжали о чем-то перешептываться. - Достаточно, - наконец сказал Карлайл. – Думаю, Эдвард уже ознакомил тебя с условиями работы, нам пора. Все, словно по мановению волшебной палочки, оказались у дверей. - Наш багаж уже внизу. – Карлайл повернулся ко мне. – Тебе надо заехать за вещами? - Нет, они в машине. - Отлично. Мы не выедем все сразу, это может вызвать ненужное внимание. Роуз, ты поедешь с Одетт и Эмметом. – Так значит «терминатор» - телохранитель дочери Каллена. – Эдвард, вы с Деймоном и Изабеллой поедите вместе. Мне нужно кое-куда заехать. - Мистер Каллен… - я подошла к Каллену-старшему. - Просто Карлайл, - улыбнулся он. - Карлайл, - я обращалась к нему полушепотом, - не лучше ли мне поехать вместе с моей подопечной? Он как-то странно посмотрел на меня. - Подопечной? – Каллен-старший взглянул на Изабеллу, затем вновь на меня, в глазах его плясали искорки. – Ей, конечно, требуется кое-какая огранка, но мы наняли тебя не для Изабеллы. Тот, кто нуждается в твоих услугах, итак поедет с тобой в одной машине. Сказав это, он отошел, оставив меня в полном ступоре. «Тот, кто нуждается в твоих услугах, итак поедет с тобой в одной машине.» Тот? Не «Та»? так это… Бросив взгляд на высокого брюнета с синими глазами, я мысленно анализировала все, что знала об этом семействе. Он не сын Карлайла, слишком разительно их внешнее различие. Но ведь Карлайл – не единственный из Калленов. Пару ней назад сообщили о гибели Энтони Каллена, его старшего брата. А этот парень как две капли похож… - Пойдем? – ласково прервал мои размышления мелодичный голос Розали Каллен. Оказывается, мы уже дошли до лифта. Внизу нас ожидало три лимузина. Уезжали они одновременно, чтобы у репортеров не было времени следовать за всеми одновременно. Усевшись вместе с Розали и Эмметом в лимузин, я молча переводила взгляд с одного из них на другого. Внешне была заметна очевидная схожесть мимики и жестов. - Что за хрень! – бросил Эммет, заметив что-то на улице, затем резко открыл дверцу машину и вылез. Как оказалось, один из папарацци успел запечатлеть Изабеллу , когда то выходила из отеля следом за Эдвардом. Белла накинулась на папарацци, насылая на него такие сложноподчиненные предложения с обильным количеством ругательств, что у Розали, сидевшей передо мной, покраснели даже румяна. Эммет с Эдвардом пытались угомонить Беллу, но она успела-таки показать обомлевшему папарацци средний палец и самодовольно плюхнулась на сиденье. - Бемс поедет с вами, - сообщил Эммет через окно нашего лимузина. – Иначе они с Эдвардом перебьют друг друга. Девушка самодовольно ухмыльнулась, скрестив руки на груди, а ноги – на противоположном сиденье. Эммет ответил ей гримасой и направился к третьему лимузину. Карлайл уже уехал. Мгновение спустя мы уже направлялись на запад. Розали листала какой-то журнал по политике, Белла надела наушники и включила МР3, напевая музыку вполголоса. Краем глаза я взглянула на быстро сменявшийся за окном пейзаж, мысленно прощаясь с этими местами. После того, как Джас будет на свободе, мы навсегда оставим Вашингтон: не в наших правилах работать там, где мы однажды прогорели. Уедем куда-нибудь в Европу или в Азию, мир велик. Лимузин остановился под светофором. Глаза на мгновение ослепли, когда лучи солнца попали на блестящую бронзовую табличку у входа перед серым, каменным зданием: «Детский приют имени Джорджа Вашинтона». Сердце болезненно сжалось, я откинулась на спинку сиденья, пытаясь привести дыхание в норму, а перед глазами возникла подобная табличка, но уже с другой надписью: «Детский приют федерального округа Колумбия». Флеэшбек: - Сиротка! Сиротка! Сиротка! – Казалось, эти выкрики не закончатся никогда. Взгляд метался от одного из обидчиков к другому, маленькие ладони сжались в кулаки, предательские слезы появились на глаза. «Я не заплачу! Я не дам им увидеть мои слезы!» - пронеслось в голове. Злость – это хорошо. Но когда её прячешь слишком долго, она портится, правда? Эта испорченность внутри. - Нет! – С дико бьющимся сердцем малышка бросилась на обидчиков, зажмурив глаза, не обращая внимания на боль. Чьи-то крепкие руки обхватили ее за талию и легко подняли с Гаррета, который под наплывом ударов шмякнулся на землю, потянув ее за собой. Одетт стояла, все так же зажмурив глаза, ожидая наказания. Но наказание медлило, а природное любопытство нашептывало открыть глаза. Чуть приоткрыв глаза, она отпрянула: на корточках перед ней сидел Джаспер, со странной усмешкой наблюдавший за ней. - А ты, оказывается, драчунья, да, Джонсон? Малышка ничего не ответила, лишь упрямо вздернула подбородок. - И трусишка, - продолжил он. - Что?! Я не трусиха! – возразила она, сделав шаг вперед, но тут же осеклась, поняв, что попалась в ловушку. - Так ты, значит, и разговаривать умеешь, а не только раздавать тумаки? – Джаспер рассмеялся. – Хотя, надо признаться, удар у тебя поставлен хорошо. Малышка зарделась от гордости, она скрыла улыбку, но глаза тем не менее заблестели. - Давай прогуляемся, - предложил ей Джаспер. – Обещаю, со мной никто тебя не обидит. - Я умею постоять за себя! - Отлично, - подтвердил он. – Тогда будешь защищать меня. Не найдя достойного ответа, она молча проследовала за ним в парк. Детский приют федерального округа Колумбия располагался в заброшенном здании второго созыва парламента. К зданию, состоявшему из трех корпусов, прилегал небольшой парк, в котором был отгороженный железными перилами пруд. - Как тебя зовут? – обратился к ней Джаспер, когда она были у пруда. Джаспер Уитлок был из старшей группы, ему уже исполнилось 17, так что малышня воспринимала его больше как взрослого, чем как своего сотоварища. - Я Одет. Одетт Кэролайн Джонсон. Последовавший реверанс рассмешил Джаспера. - Малышка Кэрри… - задумчиво протянул он. Одетт встала на цыпочки, желая увидеть свое отражение в воде, но перила были слишком высокими для нее. Тогда Джаспер подхватил ее и приподнял. - Боже, я похожа на чумазого трубочиста! – прошептала Одетт, увидев грязь на щеке, волосы были растрепаны. - Скорее, на чумазого чертенка, - бросил Джаспер, опустив ее обратно на землю. Достав из кармана платок, он опустился на колени и протер малышке лицо, продолжая улыбаться. - Леди не пристало так выглядеть… - огорченно прошептала она. - Малышка Кэрри, ты же видишь, вне зависимости от того, как ты выглядишь, джентльмен у твоих ног, - подыграл ей Джаспер. – Хотя выглядишь ты вполне…мило. Пригладив коротенькое клетчатое платьице, Одетт снова взглянула в свое отражение. - Вполне пристойно, - наконец выдохнула она. – Мать-настоятельница не одобряет, когда я прихожу в класс в неподобающем виде. - А случается это частенько, - подсказал ей Джаспер, и тихий смешок в ответ подтвердил правильность его догадки. – Скажи-ка мне, Кэрри, и как ты сюда попала? - Ты привел меня. - Да нет, - рассмеялся Джаспер, подводя ее к старой, полуразвалившейся скамье у мостика, - как ты попала в…это заведение? Одетт на минуту отвела взгляд, затем пожала плечами: - Мои родители погибли в автокатастрофе. Меня отослали к тетушке, но у нее не было средств содержать меня. Ее муж, дядя Томас, был очень недоволен идеей содержать и меня тоже, он был шахтером и весь день проводил в шахтах. А когда в шахте произошел обвал, тетушка уже не могла платить за дом, потому что дяде Томасу нужны были лекарства, и она продала дом, переехав к родственникам в Вирджинию. А меня привезли сюда. Я не сиротка! Джаспер слушал ее, прикрыв глаза, порывы ветра чуть растрепали его волосы, так что они слегка торчали в разные стороны, придавая ему вид озорного херувима. - Кэрри, если ты позволяешь тем, кто тебя подавляет, озлобить себя, то ты проиграла, а они добились своего… Мой отец погиб на войне, - внезапно произнес он. – По крайней мере, так мне говорила моя мать. Она скончалась от туберкулеза, когда мне было 9. Это все, что я помню о своей семье. - Тебе больно это вспоминать? – спросила она. - Мне дороги мои воспоминания. Это все, что у меня есть. Это единственная истинная ценность. Мы не что иное, как сумма наших воспоминаний. Если мы сознательно отбрасываем некоторые из них, пусть даже, с нашей точки зрения, и по вполне благородным причинам, мы в чем-то становимся меньше, чем могли бы быть. - Заметив ее непонимающий взгляд, он усмехнулся и погладил ее по голове. – Ты еще слишком мала, Кэрри, но когда-нибудь ты поймешь меня. – Он поднялся со скамьи. – Пойдем, иначе мать-настоятельница будет недовольна. Взяв ее маленькую ладонь в свою, он повел девочку обратно к приюту. Он не знал, что именно, но чувствовал, что в тот момент, когда он увидел ее, такой смелой и гордой, что-то навсегда изменилось в его, в их жизни. А когда она сделала реверанс, в голове словно что-то щелкнуло. Тем же вечером, ложась спать он прошептал: - Малышка Кэрри, я сделаю все, чтобы мы достигли того, к чему стремимся. Лучшие дома на всем белом свете будут готовы принять нас, тщеславно гордясь знакомством с нами. И тогда будет наше время побед. *** Когда Джаспер рассказал Одетт о своем плане, она лишь удивленно смотрела на него, не в силах поверить в реальность происходящего. - Джаспер, я не знаю, смогу ли… - Можешь, ты уже это умеешь. Все эти реверансы, поклоны, правила… У нас все получится! Должно получится! И так вот закружилось-понеслось. День ото дня они штудировали учебники этики и придворного этикета, сравнивая обычаи разных стран, запоминая многочисленные титулы, звания, почетные даты и имена. - Знай себе цену и не продавай себя дешевле, чем ты того стоишь, иначе превратишься в уцененный товар, - любил повторять ей Джаспер. - Главное, держать себя в руках, быть прохладной и точной, как лезвие. Пролетали месяцы, складываясь в года, и из девчонки-задиры Одетт верно превращалась в элегантную молодую леди с превосходными манерами. И вот настал день их выпуска, когда жизнь раскрыла перед ними свои ворота. Хотя в приюте они особо ни с кем не сдружились, провожать их собрались все. - Дочь моя, запомни, ты всегда можешь вернуться, - со слезами на глазах прошептала ей мать-настоятельница. - Я буду помнить об этом, матушка, спасибо. Так и началась новая жизнь Одетт Кэролайн Джонсон и Джаспера Броуди Уитлока.