НАСЛЕДНИК

Одетт: - Верховая езда – один из важнейших компонентов, по которым будут оценивать тебя, Эммет. Поэтому ты должен уметь великолепно держаться в седле. Как почетный участник клуба «Олмака», тебе предстоит как минимум раз в год принимать участие в королевском чемпионате поло. Эммет, одетый по всем правилам верховой езды, лишь усмехнулся. - Я предпочитаю другой вид «верховой езды», - он слегка подмигнул, дав понять, о какой именно» верховой езде» он говорит. Это вызвало неистовый смех Деймона, который услышал его, хотя и находился на порядочном от нас расстоянии, обучая Розали паре приемов самообороны. На этом настоял Эммет во время очередного вечера в гостиной: «Раз уж мне приходиться обучаться тому, как размешивать чай так, чтобы ложка не стучала по бокам стакана, то придется и вам пойти на уступки. Это просто неслыханная дерзость, чтобы моя кузина не могла себя защищать. Бемс, покажи-ка им!» Изабелла самодовольно усмехнулась и, скинув с плеч пиджачок, направилась к Деймону. - Я постараюсь ничего не сломать, - рассмеялся Деймон, встав перед ней. - Я тоже, - ослепительно улыбнулась Белла, принимая позу. То, что произошло в следующий момент, вряд ли можно было успеть снять на фотоаппарат, настолько быстро среагировали оба противника. Когда Деймон сделал ложный выпад и обхватил Беллу, свернув обе руки за спиной, так что она не могла пошевелиться, он усмехнулся: - Ты в ауте, обе руки скованы. - Дей, ты забыл про ноги, - рассмеялась она и резким движением коленки попала Деймону прямо…в эпицентр мужественности, отчего тот сложился пополам, затем развернулась к нам и демонстративно поклонилась. - Это не пройдет, - донесся насмешливый голос Эдварда, который наблюдал за происходящим со скучающим выражением лица. - Поспорим, ваша честь? – иронично спросила Белла. - Я не дерусь с женщинами ниже 170 см, - ухмыльнулся он. - Ну, раз уж это единственная проблема, - Белла пожала плечами и, взлетев по лестнице, минуту спустя вернулась оттуда на высоких каблуках. – Поверь мне, Каллен, никакие каблуки не лишат меня удовольствия стереть эту наглую ухмылочку с твоей физиономии. Эдвард грациозно поднялся с места и встал на место Деймона. Никто из присутствующих, кроме меня и Роуз, не знали, что Белла надевала каблуки всего дважды или трижды, ибо мы с Розали твердо вознамерились сделать из Изабеллы леди. На этот раз бой был сложнее. Когда во время очередного захвата Эдвард прямо рассмеялся Белле в лицо, это ее попросту взбесило: - Чего лыбишься? Или хочешь каблуком в задницу? - О, это я просто обожаю, - не остался в долгу Эдвард, и когда Белла попробовала проделать тот же маневр, что и с Деймоном, Эдвард среагировал быстрее, белла не удержала равновесия, и они вместе грохнулись на ковер, в придачу с большой вазой, разбившейся на осколки из-за их падения. - Ничья! – констатировал Эммет, помогая Бемс встать. Они с Эдвардом пронзили друг друга испепеляющими взглядами, но в конце концов пожали друг другу руки. Тряхнув головой, я бросила на Эммета недовольный взгляд. - Эммет, ты можешь, по крайней мере, вести себя в рамках приличия? - Нет, не могу. Я буду обучаться всему этому, - он широким жестом обвел вокруг себя, - такой, какой я без, баз всяких рамок приличия – или не буду вовсе. - Упрямец! – констатировала я, что вызвало на его лице довольную улыбку. – Посмотрим, что ты скажешь после встречи с Сандерсом. - Я готов, - самодовольно ухмыльнулся Эммет, скрестив руки перед собой. – От твоего Сандерса мокрого места не останется. - Посмотрим, - настал мой черед усмехаться, когда я жестом приказала конюху Джону подойти. - Это и есть твой Сандерс? – рассмеялся Эммет, оглядывая щупленького Джона, на добрых полторы головы ниже самого Эммета. – Ну, с этим, думаю, как-нибудь справлюсь. - Не так быстро, ковбой, - остановила я его, - это Джон, а Сандерс – вот он, - указала я на огромного вороного жеребца, которого Джон выводил из конюшни. Надо признаться, имя подходило ему идеально: лоснившаяся на солнце кожа отливала атласом, на лбу, прямо между глазами, проходила изгибистая белая полоска, похожая на молнию, чем конь и заслужил свое имя. Присутствующие ошеломленно смотрели на коня, гордой поступью приближающегося к нам. - Конь… - недовольно скорчился Эммет. – Я-то думал… - Без лишних слов. Переходи к делу, ковбой, - поддела я его, взяв в руки поводья. – Для начала, тебе следует научиться держаться в седле. Запомни, конь читается животным королей, он достаточно благороден и горд, так что ты должен получить право ездить на нем, иначе перелом шеи тебе обеспечен. - И что мне прикажешь делать? - Во-первых, никогда не повышай тон в присутствии животного, они достаточно чувствительны к сменам наших интонаций. – Я продолжала гладить шею коня. - Подойди сюда. – Когда Эммет оказался рядом, я протянула руку, чтобы заставить его дотронутся до коня. И зря! Большая ладонь оказалась неимоверно горячей, и на мгновение показалось, будто его кожа обожгла меня, но взглянув на его лицо, я заметила то же непроницаемое выражение. Скорее всего, мне показалось. - Дотронься до него! Только спокойно, мягко. Скептически взглянув на меня, Эммет все-таки подчинился. Сандерс лишь слегка кивнул, словно разрешая оседлать себя. - Ну вот, первый этап пройден. - Я подвела Эммета к седлу. – Слушай и запоминай. На счет раз левую ногу в стремя, быстро, но осторожно, затем резко взлетаешь и садишься в седло на счет три, перекинув правую ногу через седло. Все понятно? Эммет кивнул, взявшись руками за седло. Я заметила, что внимание всех присутствующих было устремлено в нашу сторону. Деймон стоял, опершись спиной об изгородь, поставив одну ногу на деревянные перила, рядом с ним стояла Розали, тяжело дыша после пробежки. С балкона кабинета на втором этаже за нами наблюдал Карлайл. - Раз! – четко сказала я. Эммет вставил ногу в седло, но сделал это слишком резко, так что Сандерс поднялся на задние ноги, сбросив Эммета. - Быстро, но осторожно, - повторила я, смотря, как Эммет поднялся и отряхнул одежду. - Упрямое животное! – зло бросил Эммет Сандерсу. Тот лишь взглянул на Эммета и тряхнул головой, словно смеясь. - значит вы с ним быстро найдете общий язык. Еще раз! Пытка продолжалась сорок минут, пока, наконец, Эммет крепко сжал поводья и взлетел в седло. Правда, Сандерсу такое обращение пришлось не по вкусу, так что он начал брыкаться. - Держи поводья! – крикнула я Эммету, который чудом не вылетел из седла. Краем глаза заметила, что Розали хотела подойти к нам, но Деймон рукой преградил ей дорогу и произнес что-то, скорее всего, сказав, что подходить к животному в таком состоянии небезопасно. Битва между Эмметом и Сандерсом окончилась долгих три минуты и двадцать четыре ругательства спустя, когда Сандерс, наконец, сдался, покорно опустив голову. - Если вы хотели угробить меня, могли хотя бы предупредить! – бросил Эммет, соскакивая с коня. - Карлайл велел вывести для тебя Сандерса. Он подозревает, что во время пробации они подсунут тебе самого строптивого коня, - ответила я, протягивая коню кусочки сахара. Подошедший Джон отвел его в конюшню. - Могла по крайней мере поинтересоваться, как я себя чувствую, - буркнул Эммет. - Тот, кто способен так энергично ругаться, не может чувствовать себя плохо, - парировала я, усмехнувшись. – Такому словарному запасу позавидовали бы все портовые грузчики северного побережья. Эммет рассмеялся, и меня словно прошило электрическим разрядом. Я впервые слышала его смех, истинный смех, не пропитанный сарказмом и иронией. Ладони вспотели, так что я автоматически прижала их по бокам, желая успокоить покалывающее ощущение подушечек пальцев. «Может, это какая-то странная малярия? Ведь никого, кого он касается, не прошибает током и не прожигает огнем. Да, это определенно из-за резкой смены климата!» - пыталась успокоить себя я, хотя на самом деле понимала, что дело отнюдь не в климате. Я никогда раньше не чувствовала такого, и меня это пугало. «Ах, Джас, если бы ты сейчас был рядом…» - пронеслось в голове. Но я знала, что будь сейчас Джас со мной, меня не было бы здесь, в поместье Вест-Рок, рядом с наследным герцогом Эмметом МакКартни-Калленом, от пристального взгляда которого внутри все стягивало в тугой узел. Две недели спустя: Ничто так не мешает спать по ночам, как неразгаданная тайна. Этой ночью я твердо уяснила это правило, проворочавшись три часа в кровати, но сон упорно не шел ко мне. Поняв, что победу в этой битве мне не одержать, я с тихим стоном поднялась с кровати и. накинув на плечи любимый синий пеньюар, подошла к окну. Ночь была на удивление ясной, хотя для здешних мест это было вполне обычным явлением. Поместье Вест-Рок располагалось на вершине одного из холмов, так что свет городских небоскребов не мог помешать увидеть всю магию местной природы. Звезды казались неестественно ярче, луна – ближе, мгла, окутывавшая все вокруг, - темнее, словно все рецепторы усилились в сотню раз. Обняв себя руками, я прижалась лбом к холодному стеклу окна, видя, как из-за моего горячего дыхания окно запотевает, словно отгораживая меня от остального мира серой дымкой. Как я и предполагала, в противоположном конце дома в одном-единственном окне горел свет. Часы на столике показывали третий час ночи. Я машинально начала проводить пальцем по запотевшему стеклу, рисуя какие-то неведомые даже мне самой узоры, а память медленно, но верно воссоздавала события минувших дней… Флешбэк: - Если почетным гостем званого вечера будет граф, то право уйти с вечера первым принадлежит…? – я вопросительно взглянула на Эммета. - Герцогу либо графу, в честь которого ужин. - Первоочередное право принадлежит членам королевской семьи, Эммет. – Я покачала головой. Мы уже битый час изучали данный вопрос, но впечатление было такое, будто Эммет не прилагает даже минимума усилий, чтобы запомнить все, о чем я ему говорю. – Ты специально это делаешь? – отставив в сторону учебник, спросила я. Эммет встал со стула (уже три дня, как в услугах веревки мы больше не нуждаемся, его осанка полностью выправилась) и подошел к окну, вглядываясь куда-то вдаль. - Это все неправильно, - наконец произнес он. - Неправильно? – переспросила я. – Этот этикет существует в Англии уже на протяжении… - Да нет же. – Голос его был уверенным, но тихим, лишенным всяких эмоций. – Это не мое место. Если бы не эта… чер… - он краем глаза покосился на меня, - если бы не эта авария, меня вообще здесь не было бы. Я не должен заниматься всем этим, у меня такое ощущение, будто я занимаю чужое место, живу чужой жизнью, Одетт. Впервые в его голосе не было слышно привычной агрессии, сарказма или ненависти. Лишь боль и отчаяние. Встав с места, я поравнялась с ним, пристально взглянув ему в лицо. - Ты имеешь ввиду…? - Это противоестественно! - Глупость какая-то, - констатировала я. – Все равно, что если человек, выигравший в лотерею, скажет: «Это противоестественно! Такие деньги мне не нужны!» - Жизнь – не призовые деньги. - Конечно, - согласилась я, - она намного дороже. Думаешь, только тебе приходилось тяжело в этой жизни? Так вот, дорогой, для большинства людей жизнь – это не подарочная упаковка с сюрпризом, им приходится много бороться, чтобы получить хоть что-то. - Ты мне говоришь о борьбе? – иронично переспросил он. - Не начинай, Эммет. Ты и представить себе не можешь, что такое борьба. Хочешь узнать7 Так слушай… - И тут меня прорвало. Я рассказала ему обо всем, о настоящей жизни Одетт Кэролайн Джонсон, выросшей в сиротском приюте и промышлявшей мошенничеством. Рассказала о многочисленных ночах, проведенных под открытым небом, когда не удавалось осуществить наш план и приходилось скрываться, чтобы не угодить под суд, о людях, ночевавших под мостами и жившими в коробках, которые продали бы душу Дьяволу, лишь бы получить сотую долю его сегодняшних возможностей. – Так скажи мне, разве важно то, как именно ты получил этот шанс, если ты его получил? Ты можешь изменить жизнь миллионов людей в лучшую сторону. А ты боишься рискнуть. - Одетт, нельзя рисковать тем, чего не имеешь. - Пока не имеешь, - поправила я. – Запомни, Эммет, если борешься, ты можешь проиграть, но если не борешься – ты уже проиграл. Страх – это вполне естественно, незачем этого стыдиться. Человек должен чего-то бояться. Сейчас я не знаю, что в этом мире могло бы заставить меня испугаться, по крайней мере, физически. Единственное, что меня страшит – так это перспектива остаться одной, потерять Джаса. - Он так тебе дорог? – холодным голосом спросил Эммет, пристально взглянув мне в лицо. - Джас – единственная семья, которая у меня была. Я не могу потерять его. А ты сам отталкиваешь тех, кто хочет стать частью твоей семьи. – Я взглядом указала ему на Эдварда и Карлайла, которые обсуждали что-то во время верховой прогулки, на Изабеллу и Розали, которые стали закадычными подружками, и сейчас Белла на Деймоне показывала Розали один из своих приемчиков. Эммет замолчал, отводя взгляд. - Ты устал, - произнесла я, вглядываясь в уже ставшее знакомым лицо. - Кого это волнует? – пожал он плечами, направляясь обратно к креслу и спрятав лицо в ладонях. - - Время почти на исходе, а я обязан помочь Роуз. - Думаю, тут можно разобраться, - бросила я, вглядываясь в изумрудную зелень на горных вершинах. – Перейдет от теории к практике. Эммет удивленно взглянул на меня. - Что ты имеешь ввиду? - Завтра устроим вылазку к охотничьему домику. Верхом. Тебе надо развеяться, заодно улучшишь навыки верховой езды. – Я видела, что постоянное пребывание в четырех стенах его попросту убивало. Собрав учебники в стопку, я направилась было к двери, как его рука молниеносно схватила меня за руку, останавливая. Я изумленно взглянула на Эммета, стараясь не думать об электрических разрядах, проникавших в тело там, где его кожа соприкасалась с моей. - Зачем ты все это делаешь? – неестественно тихо спросил он. - Я взяла на себя обязательство, - просто ответила я. – Если я его не выполню, это будет меня дискредитировать. - Если я тебя дискредитирую, то меня дискриминируешь, - парировал Эммет, отпустив мою руку. Это было одновременно ужасно и прекрасно. Прекрасно, потому что я смогла, наконец, перевести дыхание. Ужасно, потому что рука вдруг сразу охладела, словно температура в комнате снизилась до минуса, хотя окна были закрыты. - На сегодня все, - повторила я. – Будь готов к семи. – Я вышла из комнаты и, прикрыв за собой дверь, прислонилась к ней спиной, вглядываясь в свое отражение в зеркале, висевшем на противоположной стене. Глаза блестели, тело бил озноб, сердце стучало со скоростью миллион ударов в минуту. Почувствовав, как ручка двери медленно поворачивается, я резко бросилась вверх по лестнице, надеясь, что Эммет не заметил моего бегства. *От третьего лица:* С первыми лучами восходящего девушка выскочила из постели, прижавшись ладонями к затемненным стеклам окна. Как она и думала, было ясно, хотя к вечеру предсказывали грозу. Что ж, к тому времени они уже вернутся. Распахнутое окно в противоположном крыльце дома свидетельствовало, что ее спутник уже проснулся. Бросившись в ванную, Одетт быстро плеснула в лицо ледяной водой, чтобы скрыть улики бессонной ночи. Но тело требовало душа, так что она скинула ночную сорочку и залезла под покалывающие струйки воды, прикрыв глаза. Обмотавшись полотенцем, девушка направилась к шкафу, мысленно выбирая подходящую одежду. В конце концов, остановив выбор на простых джинсах и длинной блузе, принялась расчесывать волосы, которые никак не хотели послушно сложиться в высокий хвост. Или причиной тому были дрожащие пальцы? Смирившись с этим обстоятельством, она попросту распустила локоны, слегка взбив их пальцами. Никакого макияжа, простой крем с солнцезащитным эффектом, чтобы лицо не обгорело на солнце. Взяв в руки длинный темно-синий кардиган на случай похолодания, она в последний раз оглядела комнату и, удостоверившись в том, что все в надлежащем порядке, тихонько затворила за собой дверь. - Надо же, не прошло и года! – раздался насмешливый голос за спиной. Вздрогнув, она резко развернулась: у дверей ее спальни, прислонившись плечом к стене, стоял Эммет в просторных спортивных брюках, футболке и бейсболке, надетой чуть набок. Одетт на мгновение потеряла дар речи, настолько он изменился: ничего общего с тем грозным, неприступным мужчиной, которого она видела на протяжении этих недель, сейчас это был обычный парень, даже пацан, настолько беспечным он выглядел. - Тебе не надоело? – наконец спросила она, спускаясь вниз по лестнице. - Не понимаю, о чем ты? – пожал он плечами, забирая у нее из рук корзинку, которую Лолита приготовила для их небольшого пикника. - О том, что у тебя привычка незаметно подкрадываться сзади. Так и до остановки сердца недалеко. - Поверь, Одетт, из-за меня у девушек сердце останавливалось совершенно по другой причине, - съязвил он, чем заслужил ее неодобрительный взгляд. - Если так будет продолжаться, придется прикрепить к тебе колокольчик, чтобы знать о твоем приближении, - бросила она. «Хватит! Ты ведь решила прекратить споры с ним! Неплохо начать с сегодняшнего дня! – протестующе промелькнуло в голове. - Ну что, готов? – обратилась девушка к своему спутнику, когда робкие лучи восходящего солнца начали пригревать утопающую в зелени долину. - Да, - выдохнул тот, прикрыв глаза и вдохнув полные легкие свежего горного воздуха. К седлам коней были прикреплены корзинки с провизией и тем, что могло пригодиться в пути, хотя путники и не собирались задерживаться надолго, решив вернуться к предвечернему сумраку. Проворно вскочив в седла, они понурили коней, и те, ловко перепрыгнув через ограду, направились вверх по лесной тропинке. - Наперегонки? – крикнул ей Эммет. - Не хочу рисковать жизнью и состоянием будущего герцога, - покачала головой Одетт, хотя адреналин в крови достигал накала. - Трусиха! – поддел он ее. - Эммет, не…- не успела девушка закончить свою мысль, как короткое «Йа» Эммета поддело Сандерса, и тут пулей промчался вперед, оставляя за собой лишь столб пыли. Одетт хотела свистнуть, чтобы остановить Сандерса, но побоялась, что от резкой остановки Эммет не удержится в седле и упадет. Проклиная упрямство мужской половины населения Земли, в лице Эммета и Сандерса, она покачала головой и пришпорила своего коня. Видимо, она довольно сильно отстала, ибо Эммета не было видно. Кругом слышни были лишь шелест листвы на деревьях и подвывания ветра. - Эммет? – Одетт остановила коня и чуть приподнялась в седле, оглядываясь вокруг. – Эммет, это не смешно! Ответом ей была все та же тишина. Спешившись, девушка взяла поводья в руку, осторожно ступая по каменистой земле, ведя коня за собой, стараясь не зацепиться за многочисленные сучья и корни деревьев, испещрявшие почву. По обеим сторонам дороге пролегали овраги, сплошь поросшие мхом. - Эммет, только посмей напугать меня, и, клянусь, я ударю тебя так, что никакой кикбоксинг тебя не спасет! – пригрозила Одетт, стараясь скрыть нараставший в душе страх. Еще с детства она ужасно боялась, когда Джаспер, спрятавшись за деревьями или за углом, выпрыгивал на нее с диким криком. Солнце скрылось за облаками, так что еще минуту назад сказочный лес в мгновение ока превратился в настоящую непроходимую чащу. - Эммет? – никакого ответа. Тут в голове возникло другое имя. – Сандерс! В возникшей тишине ржание коня эхом отдалось во всей чаще. Одетт замерла, пытаясь определить, откуда шел звук. Кажется… Отпустив поводья, Одетт бросилась к левому краю оврага, проворно сбегая вниз по крутому спуску. Сердце бешено отбивало ритм ее ног, кровь прилила к вискам, когда она увидела Эммета, лежащего навзничь, чуть поодаль послушно стоял Сандерс. Скорее всего, конь чего-то испугался и отшатнулся и соскользнул в овраг. Бросившись на колени рядом с Эмметом, Одетт осторожно провела рукой по его голове, пытаясь понять, что именно повреждено. Видимых повреждений, за исключением небольшой ссадины на скуле, не было. Боялась она внутренних повреждений, ведь он мог сломать себе руку или ногу, или еще хуже – позвоночник… - Эммет? Эммет, ты меня слышишь? Очнись! – Одетт легонько провела рукой по его щекам, пытаясь привести его в чувство. Вспомнив о фляжке с водой, она бросилась к Сандерсу и, вытащив из корзинку фляжку, вернулась к Эммету и, смочив ладонь, приложила ее к его щекам. Никакой реакции. Мысленно обращаясь к Господу, Одетт вытащила колпачок из фляжки и выплеснула содержимое на Эммета. - Что?! – Эммет резко сел на месте, напугав Одетт, так что та от неожиданности отскочила назад, зацепилась ногой о сук, и упала на траву. – Это уже входит у тебя в привычку! – укоризненно бросил девушке Эммет, оглядывая свою мокрую футболку. - Ты! – Одетт запустила в Эммета фляжкой, угодив ему прямёхонько в плечо. - Ауч! Это еще за что? – искренне удивился тот. - За что? Ты… Да я из-за тебя…! А! Ненавижу! - Почему женщины так злопамятны? - По той же причине, по которой мужчины так упрямы, - парировала Одетт. Девушка спрятала лицо в ладонях, тайком смахнув навернувшиеся на глаза слезы. На одно страшное мгновение она, было, подумала, что он… -Раз уж ты собиралась меня спасти, я бы предпочел искусственное дыхание, - рассмеялся Эммет, но, не дождавшись никакой реакции со стороны девушки, обернулся к коню. - Упрямое животное… - Эммет зло взглянул на Сандерса. – Испугался маленького ужа! – Сандерс невольно фыркнул и тряхнул головой. Эммет оперся локтем о согнутое колено, другой рукой отряхивая одежду. Заметив чуть в стороне бейсболку, он медленно встал, словно пытаясь понять, все ли кости целы, и удовлетворенно кивнул. - Одетт, ты… - Эммет повернулся к девушке и замер, не зная, как быть. Она не смотрела в его сторону, но он знал, что по ее щекам текли слезы, а едва сдерживаемые рыдания душили. Даже в детстве Бемс редко плакала, а сейчас такого и вовсе не случалось, слезы же бывших подружек Эммет «высушивал» с помощью чека и прощального поцелуя. Он подошел к ней и присел на корточки. - Одетт, я… - Никакие подходящие к случаю слова не шли в голову, а простым «Прости» тут было не отделаться. Он понимал, что ей было страшно от идеи, что придется остаться в лесу одной, да еще плюс перспектива возвращения обратно с повинной. – Это не твоя вина. Я прошу прощения. - Проси, что хочешь. Меня это не волнует, - отчеканила она, но в голосе ее явно сквозила обида. - Ты понимаешь. Насколько по-детски ведешь себя сейчас? – спросил Эммет, устраиваясь рядом. – Ну да, согласен, это было несколько…необдуманно, но мы ведь сами решили объявить сегодняшний день днем отдыха, Одетт. – Девушка отвернулась, когда порыв ветра донес до нее запах его одеколона, ей не хотелось этого: не хотелось слышать его голоса, полного раскаяния, не хотелось ощущать этот пряный запах бергамота и сандала, не хотелось чувствовать, как сердце билось через раз от ощущения его присутствия. – Мне жаль, Одетт, извини меня. Обещаю, из-за меня ты больше не будешь волноваться. «Господи, если бы только это было возможно!» - промелькнуло у нее в голове. Она понимала, что допустила промах, огромный промах, сама того не осознавая. Промах, в котором боялась признаться даже само себе. - Мир? – донесся тихий голос Эммета. Грозовые облака еще ниже нависли над горами, полностью скрыв солнце, что свидетельствовало о приближающейся буре. – Знаешь, я, конечно, любитель природы и все такое, но душ один раз в день меня вполне устраивает, - Эммет указал взглядом на тяжелые тучи, нависшие прямо над лесом. - Мир, - наконец, кивнула девушка. Эммет быстро встал с места и протянул ей руку, но стоило Одетт попытаться подняться, как резкая боль в ноге пронзила всю левую часть тела. - Ай! – она присела обратно на траву. - Что случилось? - Похоже, я подвернула лодыжку. - Где твой конь? – спросил Эммет, оглядываясь. Сандерс послушно щипал траву чуть поодаль. - Кто теперь знает… Я слишком торопилась вытащить тебя отсюда, так что в выборе между конем и тобой выбрала тебя. Хотя, видно, ошиблась в выборе, - съязвила Одетт. - Одетт… - выдохнул Эммет, укоризненно покачал головой, затем присел на колени и, как ни в чем не бывало, взял ее на руки, словно она весила не больше перышка. - Эммет… - Не думай даже! Если идти ты не можешь, я тебя понесу. Не предпочитаешь же ты провести вечер здесь. - Но куда…? - В охотничий домик. Придется переждать бурю там, - Эммет усадил ее на Сандерса и примостился сзади, так что его руки образовали вокруг нее надежное кольцо, не давая ее соскользнуть с коня. – И не смей спорить! Но спорить у Одетт не было ни желания, не возможности. От усталости и переживаний ноги стали ватными, хотя левая нога пульсировала от боли. Кардиган остался прикрепленным к седлу ее коня и сейчас был далеко-далеко, а от порывов холодного ветра ее знобило. Заметив это, Эммет лишь крепче приобнял ее, подготовившись к очередному спору, но она молчала, прикрыв глаза и откинув голову ему на плечо. Она помнила все, чему ее учил Джаспер, помнила. Сколько раз он повторял, что никогда нельзя доверяться никому, нужно надеяться лишь на себя, но ей надоело быть сильной в одиночку. Сейчас она была слишком уставшей, слишком замерзшей, слишком взволнованной и слишком нуждалась в прикосновении этих теплых ладоней, сейчас так надежно обнимавших ее, словно их обладатель мог защитить ее от всех бед и невзгод на свете. Минуту спустя Одетт провалилась в забытье.