Грязная Игра

По радиосвязи раздался взволнованный голос генерал-майора МакМиллана: - Райли, МакГрегор, ответьте, прием! Ягуар мчался по ночному шоссе, которое даже ночью было сильно загружено. Шэдоу вышла на связь. - МакМиллан, говорит Шэдоу! Прайс у нас, движемся к зоне посадки. Как понял, прием? - Вас понял! Вертушка уже в пути, время прибытия две минуты… Его оборвал другой голос – мужчина на том конце был сильно взволнован, даже напуган. - Говорит Орлан! Зона посадки окружена! Повторяю, зона посадки окружена! Ищем другую зону посадки…Черт! РАКЕТА! Уклоняйся, уклоняйся, нет… Связь оборвалась. - Орлан, это МакМиллан, прием! Дайте изображение со спутника! В салоне наступила тишина. Все слушали напряженную молчанку в эфире. Наконец МакМиллан опять отозвался. - Орлан сбит, зона посадки окружена. Его голос звучал удрученно. Но не отчаянно. - Я постараюсь связаться с ближайшими союзниками. – сказал он наконец. – Вы должны продвигаться подальше от города - Мы работаем над этим! – голос Шэдоу звучал непривычно холодно. Неожиданно над машиной пронесся снаряд РПГ. Прайс обернулся. - ВРАЖЕСКИЕ ГРУЗОВИКИ НА 6 ЧАСОВ! ОТКРЫТЬ ОГОНЬ! По шоссе двигалось шесть грузовиков; два из них начали зажимать в «клешни» Ягуар. Из кузовов велась плотная стрельба из АК-47. Прайс и Райли пытались отстреливаться, но из движущейся машины по едущему грузовику было довольно сложно попасть. Оставалась только ругань - универсальный помощник любого бойца. Неписанный закон. - МакГрегор! Уклоняйся, черт возьми! Ягуар ловко перестраивался из одного ряда в другой, на бешеной скорости минуя другие машины. Грузовики не догнали бы нас на открытой дороге, но шоссе было перегружено. Спорткар уже толкали в бок два ЗИЛа. Прайс зарядил М203 и пульнул почти в упор по кабине. - ПОПАЛ! – ЗИЛок разорвало взрывом пополам – граната попала под бензобак. - Один есть, ещё пять! - флегматично отозвалась Шэдоу, меняя магазины. С соседнего грузовика по ним велся очень плотный огонь. Серебристый кузов уже изрешетили пули. Прайс вновь зарядил подствольник и, прицелившись, выстрелил по грузовику. Мимо. Граната взорвалась под задней осью, не причинив значительных повреждений. Капитан, осыпая проклятьями все на свете, вновь заряжал гранатомет. Он даже нашел время рявкнуть МакГрегору: - Держи ровнее, чтоб я мог прицелиться! «То уклоняйся, то держи ровнее, – ругался Джеймс, - определяйся уже!». Он все-таки слегка сбавил скорость, и, выбрав свободный ряд, дал Прайсу прицелиться. Но не они одни такие хитрожопые – в кузове грузовика появился боец с РПГ-7. Глаза у капитана округлились. - ТВОЮ МАТЬ! РПГ!!! УКЛОНЯЙСЯ! – громоподобным голосом матерился он, пригибаясь. «Да сколько можно?!» - негодовал МакГрегор, переходя в соседний ряд. Граната пролетела, как фанера над Парижем. Прайс поймал кураж и вновь выстрелил из гранатомета. Точно в движок! Грузовик остановился, оставшиеся бойцы начали выпрыгивать с кузова, пока тот не рванул. - Уже два! – весело отозвалась Райли, точно снимая гранатометчика со следующего грузовика. Прайс посмотрел на нее озадачено. - Гранаты кончились. Шок. И мат. Такого было состояние Елены в данный момент. Прайс крикнул МакГрегору на ухо: - Дай магазин! Джеймс одной рукой достал из патронной сумки магазин и через плечо вложил его в руку капитана. И при этом другой рукой управляя спорткаром за 200 тысяч долларов на скорости 150 в час под шквальным огнем, двигаясь по встречной полосе. Это Крест Виктории, друзья, несомненно. Меняя магазин, Прайс заметил, как эта ситуация напоминает события шестилетней давности. Тогда, в России. Крик Райли вывел его из размышлений. - ОНИ ПРИБЛИЖАЮТСЯ!!! Остальные грузовики были уже в нескольких десятках метров от них. - У них там Джавелины!!! Райли присмотрелась – да, у них были ПТРК FGM-148 Javelin. Руки безвольно упали. - Мы трупы. Прайс печально вздохнул и закивал. Джавелин – это вам не РПГ. Ракета, даже выпущенная с грузовика, уничтожает цель на расстоянии до двух с лишним километров. Спасение пришло с неба – над ними пронесся AH-6 Little Bird. Маленькая птичка открыла по грузовикам огонь ракетами калибром 2,75. Уклонилось только две машины из четырех. В пустующем радиоэфире раздался хорошо знакомый Прайсу голос с легким русским акцентом. - Эй, там, в кабриолете! Бог в помощь! Прайс радостно засмеялся: - Николай! Чертовски рад тебя слышать! Можешь нас забрать отсюда к черту? - Конечно! Только у меня есть одно дельце. Подождите минутку! Вертолет боком летел около автострады. Раздалось приятное жужжание двух миниганов М134. Пули перемалывали металл и мясо в фарш. С грузовиками покончено. Вновь голос Николая по рации: - Сейчас сверните налево, там пустой участок дороги, я смогу вас подобрать. Как поняли, прием? - Вас понял, ждем, – Прайс отдал Райли отобранный минутой назад наушник. - Ну что ж, друзья, - торжественно сказал он, посмеиваясь, - пора домой... - Прайс, это Николай, у меня две новости, с какой начать? - Выбор между хорошей и плохой? – поинтересовался МакГрегор, который теперь просто наслаждался ходовыми качествами Ягуара. - Нет, - возразил Прайс, - между плохой и чертовски плохой. Давай плохую – эти слова адресовались Николаю. - Этот участок дороги недостроен. Осталось где-то полтора километра. Дальше – обрыв. - Да, это плохо. – вставила Елена. - Дальше – хуже, - продолжил Николай, пролетая справа от машины, - к вам движутся подкрепления противника. У них бронированные внедорожники с миниганами, Стингеры и Джавелины. И они за пять минут закроют вас на этой эстакаде. - Bloody Hell! – выругался Прайс, лупя кулаком по отделанному деревом подлокотнику своего кресла. - Это ещё не все, - саркастически добавил Николай, - у меня горючки мало, так что я не смогу сесть. В противном случае не сможем улететь достаточно далеко. Над машиной пронеслась ракета. Николай выпустил ИК-ловушки, и ракета взорвалась, не задев его Little Bird. - Я ошибся со временем, они уже здесь! Я улетаю или меня собьют. Прайс! Ты знаешь что делать! - Принято, Николай! Вертолет скрылся под эстакадой. - Что он, черт возьми, делает?! – взорвалась Шэдоу. Прайс пропустил её слова мимо ушей. Неплохо бы контролировать себя, все это понимали. Он закинул автомат на плечо и крикнул Джеймсу: - МакГрегор, педаль в пол! - ЧТО?! - голос на миг изменился. - Дорога кончается! Капитан похлопал его по плечу. - Все верно! Выполняй! МакГрегор сильно колебался. «Это же безумие!» - думал он. Но когда по ним открыли огонь из миниганов, сомнения почему-то исчезли. Пули калибра 7,62 крошили асфальт вокруг машины, лишь чудом не задев её. «Эх, была не была! Надеюсь, Прайс знает, что делает». Стрелка спидометра быстро перешла через пометку 200км\час. Прайс выпрямился в полный рост и приказал: - Приготовиться к прыжку! - ЧТО?! – в один голос воскликнули Джеймс и Елена. - ДЕЛАЙТЕ, ДУРАКИ, ЧТО ПРИКАЗАЛ! Ребята переглянулись. «Черт, - недоумевала Райли, - это же чистейшее безумие!». Даже адреналиновый маньяк был не в восторге от всего этого. А конец эстакады все приближался. Вот они уже все стояли в машине, готовые к самому отчаянному прыжку в своей жизни. Когда до обрыва оставалось несколько десятков метров, Елена произнесла: - Если мы погибнем, Прайс, я Вас убью! - Валяй! – преспокойно ответил он, выжидая момента. Наконец, когда осталось всего пять метров, из пропасти вынырнул вертолет и капитан проорал: - СЕЙЧАС! С диким криком они оттолкнулись от машины, которая по инерции ещё пару мгновений летела по воздуху. Все трое летели, как в замедленной съемке размахивая руками и дико вопя. Чувство, которое испытывали они, раз в десять круче за ощущения от парашютного прыжка. В принципе, все то же самое, только в десять раз больше адреналина, сердце уже почти прорвало грудную клетку, и ты стопроцентно летишь. Да, и никакого парашюта! А еще ты не знаешь, останешься ли в живых. Вот и выжимаешь из ситуации все удовольствие на полную. Вперемешку с негативом, но это можно упустить ради романтизма момента. Полет длился всего несколько бесконечных секунд, пока они наконец-то не врезались в полозья вертолета. Из легких от удара вышибло остатки воздуха, и они судорожно цеплялись за металл, за свою жизнь. Первым на борт влез МакГрегор, который сразу же кинулся помогать Райли влезть в салон. Прайс заполз на борт самостоятельно. Все тяжело дышали, пытаясь прийти в себя. Елена начала смеяться, и смех этот был таким заразительным, что сколь все расхохотались. Они ржали, дико и неугомонно, до боли в груди, осознавая, какое безумие только что совершили! - Вы – псих, капитан, вам говорили когда-то? – наконец сквозь смех выдавила Елена. Капитан, не переставая смеяться, пожал плечами. - Может быть! – ответил он, вытирая со лба пот. Теперь Елена увидела тот взгляд, который и ожидала увидеть при встрече – гордый, жесткий, самоуверенный, храбрый. Список можно продолжать и дальше, но лучше ограничиться вышеупомянутыми. Из кабины отозвался Николай: - Просто Голливуд, вашу мать! Джеймс МакГрегор только сейчас понял, с кем связался.