Климов 0.1

Подоконник был довольно широк, чтобы на нем можно было сидеть и полулежать, пить чай, печатать статьи на своем стареньком ноутбуке, глядеть на серую, тускловатую, при свете ночных фонарей, улицу, с похожими друг на друга домами. Она сидела на этом подоконнике за работой каждый день и наблюдала за происходящим, проходящим – спешащим – по утрам, медлительным, чуть замедленным – к обеду, более оживленном к вечеру, и мертвым – ближе к ночи. Ей хотелось что-то написать, что-то об этом скучном мирке, но так – живо, занятно, чтобы нашелся не бог весть какой читатель, впрочем, хлеб ей приносили простенькие статьи, а раз в год что-то вроде журналистского расследования – чтоб ободрить осовелых читателей. Тема находилась как-то сама собой, так было всегда… вернее вот уже четыре года – с тех пор, как она поступила в штат журналистов невзрачного, но не самого последнего издания на всю Москву. «Если я напишу об этом – меня забросают камнями», - с тоскою думала она, оглядывая в окно, держа в руке чашку горячего имбирного чая. Да, у неё была отличная тема, которая сулила сенсацию, но она была не слишком по вкусу особенно религиозным людям, которые предпочитали видеть в своих церквях и сектах только самое светлое и прекрасное. Она видела Климова, они были соседями, вернее жили в домах друг против друга, но никогда не здоровались, да и вообще не сталкивались. Кира замечала его прежде из окна, а теперь все чаще стала видеть на скамейке, но уже без полицейской формы. Она не знала, что с ним произошло, не знала даже его имени, да и не особенно хотела узнавать. Вернее не хотела до недавнего времени. Тема её была связанна так или иначе с полицией, её расследование могло привести к открытию уголовного дела – нет, не на неё, а на того, кого она намеревалась вывести на чистую воду. Поставив чашку, она спрыгнула с подоконника и, надев поверх платья кофту, вышла на улицу. Не зная, как заговорить с ним, Кира просто присела на скамейку рядом и искоса взглянула на несколько помятого, но в целом – опрятного мужчину. - Сидим? – спросила она, закинув ногу на ногу и качнув туфлей, висящей на кончиках пальцев. Климов недоуменно посмотрел на неё, на что Кира просто пожала плечами. Перед ним сидела вполне красивая, хорошо сложенная, хотя и немного сутулая, девушка лет двадцати пяти, не старше, с длинными, небрежно скрепленными резинкой светлыми крашеными волосами, корни – темнее, успевшие отрасти добавляли ей какой-то удомашненности. Круглое лицо – бледные губы с остатками блеска, успевшего стереться за питьем чая, подведенные серым карандашом глаза, чуть заметные румяна на скулах…- её можно было назвать почти красавицей. Взгляд Климова – скорее автоматически – по привычке, пал на её грудь – платье, декольте – размер третий, где-то так. Черные колготки, серая вязаная кофта на пуговицах, наброшенная на плечи… - Чем я могу помочь? – спросил он, голос его оказался приятным так неожиданно для Киры и она улыбнулась. - Вы же полицейский… - начала она, но ответ её огорчил. - Нет, я в отставке, - качнув головой, ответил Вадим, понимая, что она хотела узнать у него что-то относящееся к служебному, но никак не к личному. Так бывало, иной раз к нему заходили какие-то потертые женщины, соседки, что-то узнавали, советовались и он, выслушивая их доморощенные проблемы, жалел, что не может взять с них денег. Нет-нет, да и прискакивала какая-то бабулька, которая фамильярно начинала шамкать своим неприятным ртом какую-то высококачественную ересь, но теперь он перестал им отвечать, останавливаться, отпирать дверь… - Жаль, - поднявшись со скамейки, просто проговорила Кира, не став продолжать разговор дальше. Он кивнул и уставился в асфальт пространным, бездумным взглядом, может, тотчас позабыв о девушке, которая вероятно хотела проконсультироваться у него по какому-то юридическому вопросу. Остановившись перед дорогой, Кира обернулась, только сейчас заметив, что его плащ – довольно легкий, черный – был слишком вымокшим, хотя на улице моросил мелкий – почти не ощутимый – дождь. Сколько же надо было просидеть на скамейке, чтоб так намокнуть? - Послушайте… - проговорила она как-то рассеяно, - у меня есть имбирь, хотите, я сделаю вам чай от простуды? Он поднял голову, но, кажется, его глаза ничего не выражали, впрочем, было в нем что-то удивленное. - Хочу… - ответил он, поднявшись. - Кира, - произнесла она, когда Климов приблизился к ней, не вынимая руки из карманов плаща. - Вадим... Она мотнула головой в сторону своего подъезда. Климов молча последовал за ней. Полагая, что за чаем, она все же расскажет ему о своих проблемах, он переступил порог её квартиры. Но Кира отправилась на кухню делать чай, ничего не говоря, не расспрашивая, нагревая воду, разрезая небольшими колечками имбирь, лимон, добавляя в чашку мед, а он стоял в дверях и в каком-то отупении наблюдал за её ритуалом. - Держи, - зажив смесь кипятком, она протянула ему чашку. - Спасибо, - взяв чашку, он присел за стол, не снимая плаща. Когда-то он был другим – ему не нужно было всех этих тонкостей, чтоб затащить хорошенькую девицу в постель, но сейчас он утратил веру в свою прошлую жизнь. Кира вышла из кухни, зашла в комнату за своей чашкой, оставила кофту на подоконнике и вернулась через минуту. - Может, разденешься, - прислонившись спиной к холодильнику, предложила она, сделав глоток остывшего чая. - А… да, - поставив чашку, он встал, расстегивая плащ. – Так, что у тебя за дело к полиции? У меня остались связи… - Нет никакого дела. То есть не то, чтобы я могла пойти в полицию, было бы удобнее, если бы рядом был полицейский, но в отделение я не пойду, - поставив чашку на холодильник, она подошла к Климову и взяла его плащ. – Я повешу его в коридоре. - Так тебе ничего не нужно?! – крикнул ещё более растерянно Климов ей в коридор, она так быстро исчезла за дверью или это он так медленно соображал. - Ничего, - вернувшись, она выдвинула стул, и присела неподалеку от него. – А раньше ты выглядел получше… Позатаскался… Да не смотри так, я тебя видела из окна. «Позатаскался», - повторил он мысленно, кажется это определении очень подходило к его теперешнему состоянию. - Не обижайся, - тронув его за руку, совершенно неожиданно, мягко проговорила она, заметив, что он впал в некую прострацию. - Нет, я не обижаюсь, - вскинув плечи, он натянуто улыбнулся и взял чашку. Ему не так нравился чай, с этим специфическим имбирным привкусом, как компания. Стали вспоминаться забытые ощущения, естественно возникавшие в обществе молодой красивой девушки, к тому же она не пыталась озаботить его своими неприятностями, а даже наоборот – поила чаем, говорила так просто, не пытаясь понравиться. Кира ни о чем его не расспрашивала, хотя и понимала, что у этого парня большие проблемы. Ей не нужно было выпытывать, проводить допросы или устраивать слежки, чтобы разглядеть человека. Да и Климов особенно не старался выглядеть удачливым и успешным, чтобы произвести должное впечатление. Он просто пил чай… бессловесно, только иногда посматривая на Киру. - Вадим, приходи завтра, часа в четыре, - когда он собирался уходить, предложила она. – Придешь? - Да, - перекинув через руку мокрый плащ, ответил Климов. - Отлично, - она легко коснулась губами его щеки, ничем не обязывающим поцелуем, но на этот раз – её невинный порыв побудил в нем искреннюю улыбку. Закрыв за ним дверь, Кира зашла в спальню и достала из шкатулки платок, деревянный крест. Переодевшись – заменив платье длинной бесформенной юбкой, она надела поверх закрытой, глухой блузки крест и обвязав голову платком, положила в карман пальто диктофон. Дождавшись темноты, она вышла из дома.