В ожидании чуда

- Я не понимаю, почему ты не хочешь детей? Мы женаты уже четвертый год, если ты забыл. Альфа возмущенно пыхтит, яростно расправляя кровать пока его супруг складывает по полкам вещи после стирки. - Сегодня мне звонил твой отец, и знаешь, что он мне сказал? - и молодой альфа строит угрюмое лицо, изображая своего тестя, и кончиком пальца поправляет воображаемые очки на носу: - "Сехун, в этом году Лухану исполняется 27 лет, а мы с годами тоже не молодеем. Когда вы уже порадуете нас внуками?" Омега тихо смеется и бросает в мужа его же носками, скрученными в комок. - Ты должен был сказать, что мы пока не готовы, - Лухан заканчивает с чистым бельем и подходит к кровати, попутно прихватывая будильник, удачно закинутый утром вдаль комнаты. - Он бы угомонился на пару месяцев. - А мы разве не готовы? - Сехун моментально хмурится, с прищуренными глазами глядя на блондина. От его игривое настроение сметается одним махом. – Слушай, так мы же давно не предохраняемся? Может нам надо к врачу? Омега еле заметно вздрагивает, на секунду застывая на месте, а затем уже напряженно заводя будильник на семь утра. - Ну, значит, кто-то в облаках не хочет пока посылать нам ребенка. Сехун озадаченно вскидывает взгляд на потолок спальни и хмурится сильнее, но молчит. Лухан как-то облегченно выдыхает, когда этот разговор, который в последнее время часто всплывал между ними, был закрыт. А позже, когда они уже легли и выключили свет, альфа скользит руками к животу Лу и тихо на грани слышимости шепчет: - Но я все равно хочу ребенка.

***

- Сехун-а, вставай. Ну же! - Можно я сегодня прогуляю первую пару? - Нет, нельзя. У тебя скоро экзамены. Вставай! Обычное утро у обычной молодой пары, в которой альфа учится на четвертом курсе, а омега работает в издательской компании. Лухан старше Сехуна на пять лет, и познакомились они, когда омега пришел в дом альфы в качестве репетитора. Так получилось, что неусидчивый и проблемный тогда младший сын семьи О оказался его альфой. Не смотря на разницу в возрасте, родители Сехуна одобрили их отношения, а вот консервативный отец Лухана в первое время отказывался даже приезжать из Китая знакомиться с будущим зятем, но ведь против природы не попрешь, особенно когда они из тех редких пар, которые действительно находят друг друга. По настоянию Сехуна, они обвенчались спустя два дня после выпуска из школы. Тайно ото всех в удаленной от города церкви. И это было действительно романтично. Вспоминая сейчас те дни Лухан ни о чем не жалеет. Не жалеет и о том, что опрометчиво выскочил замуж за почти ребенка. Его тогда осуждали, мол, соблазнил бедного глупого подростка, наиграется и бросит с разбитым сердцем. Многие из друзей недоуменно пожимали плечами, намекая на жизненные трудности, которые предстанут перед ними, но никто из них и предположить не мог, как изменится Сехун. После импровизированной скромной свадьбы с одной бутылкой шампанского от бестолкового и неответственного мальчика не осталось и следа. Наверно, и альфа тогда уже понимал, что им предстоит пройти. Он благополучно поступил в университет и тут же нашел подработку. Правда, потом пришлось отказаться от этой затеи из-за проблем в учебе. Лухан на это только радовался и гордился своим альфой. Ведь одно лишь его старание показывало всю любовь и страх потерять свою омегу. - О чем задумался? – альфа сонно мазюкает губами по щеке Лу и садится завтракать. - Думаю, как же ты изменился за годы, что мы вместе, - ласково улыбается омега, подавая мужу кофе. - Мм, надеюсь, я изменился в лучшую сторону, а не в ту, о котором постоянно говорит твой отец, - вкрадчиво замечает Сехун, зевая и потягиваясь. – Ты сегодня до скольки работаешь? - Допоздна, наверно. Мне еще надо отправить наработки и принять новую. - Мне опять весь день одному проваляться? - Придется. И начни уже работать над дипломом! Не смотря на очень серьезный вид, который принимал альфа перед другими, он в душе все еще оставался ребенком, который иногда вел себя совсем неподобающе взрослому альфе. Сехун порой по утрам хныкал, как пятилетний ребенок, строил милые мордашки и отпрашивался прогуливать пары, на что Лухан скрепя сердцем соглашался, ведь частично по его вине он променял веселую разгульную студенческую жизнь на домашний уют и вечера с омегой. Он практически ни разу не бывал в студенческих вечеринках, потому что дома его ждал муж. Лухан постепенно начинал замечать, что друзья Сехуна перестали звать его куда-либо, и в этом он чувствовал свою вину, хотя сам альфа говорил, что семья куда важнее, а в клуб они могут сходить и вдвоем. И дело вовсе не в отсутствии взаимного доверия. - Твой запах усилился, - тихо тянет Сехун, обуваясь и одевая верхнюю одежду. – Нас ждет приятные выходные? - Иди уже, - смущенно проговаривает Лухан, проталкивая супруга к двери. – Заберешь меня вечером? - Конечно. Я бы вообще посоветовал нам остаться сегодня дома. - Исключено. Течка для моего босса не уважительная причина. - Этот бета меня бесит, вот честно.

***

- Сехун, я слышал, ты обсуждаешь контракт с одной компанией? - Я уже подписал, профессор, - кивает Сехун куратору, принимая поздравления. - Молодец! Завидный альфа, твоему супругу повезло. Не будь ты женатым, я бы попросил тебя познакомиться со своим старшим сыном, - хохочет мужчина. – Обрадовал его уже? - Нет еще. Подумываю сказать на днях. - Мало кто добивается контракта еще до выпуска. - Да, я рад, что смог получить его. Сехун разговаривает с добродушным альфой до самого выхода и покидает территорию университета в приподнятом настроении, не смотря на усиливающуюся головную боль. Он подписался контракт еще неделю назад, но сказать об этом любимому Лухану помешали и течка, и вечная занятость омеги. Он все причитал, что опаздывает к сроку, проклиная свою природу, и времени, чтобы поговорить, не было. А хотелось сообщить новость как-нибудь в соответствующей обстановке. Лухан непременно будет счастлив и скорее всего не будет против переехать на следующий год в другой город. Поднявшись в свою квартиру, перешагивая по две ступеньки сразу, альфа с радостным ором врывается в дом и хватает в охапку удивленного Лухана так, что у него съезжают очки и чуть не сползают домашние штаны. - Чего такой радостный? – интересуется Лу, изворачиваясь от прилива нежности альфы. - Давай сходим куда-нибудь? Ты ведь не сильно занят? Или хотя бы прогуляемся по парку, мм? – Сехун крепко прижимает к себе омегу, зарываясь руками в светлые волосы и утыкаясь носом в шею, вдыхая все еще держащийся после течки запах. – Черт, почему ты так прекрасно пахнешь? Прогулка отменяется, давай в спальню или прямо здесь? Лухан откидывает голову назад и громко смеется, отпихивая щекочущие руки от своей талии. - Давай сначала прогуляемся. Мне свежий воздух не помешает, - с трудом вырвавшись от рук мужа, Лухан дразнящим самообладание альфы плавным движением подтягивает штаны и уходит в спальню переодеваться. Сехун делает несколько дыхательных упражнений, чтобы прийти в себя и заглядывает в ванную комнату, в поисках чего-нибудь от головной боли. Порывшись в шкафчике с аптечкой, но так и не найдя необходимое, он приседает на краю ванны. - Лу, где у нас аспирин? - Если тут нет, то поищи в моей сумке, - отзывается Лухан, появляясь в ванной. – Сильно болит? Может, тогда останемся дома? - Все нормально, я выпью таблетку, прогуляюсь с тобой и все пройдет, - уверяет Сехун мужа и спешит в комнату. Сумка находится на кресле, и приходится вытряхивать все содержимое, ибо всякой всячины у Лухана много. Сехун не раз задавался вопросом, как он столько вещей помещает в этот кожаный мешок и умудряется ничего среди них не терять? Сам альфа, даже вывалив все на кровать, еще несколько секунд обшаривает руками среди ручек и мелочей упаковку аспирина. Наконец, приняв долгожданную спасительную таблетку, он начинает собирать кучу обратно в сумку, пока это не увидел Лухан. Заметив незнакомую упаковку лекарств, альфа тут же берет его и вертит в руках, надеясь снаружи обнаружить краткое описание, а когда находит искомое... - Вот это сюрприз, - как-то горько усмехается Сехун, после того как узнает предназначение этих таблеток. – Черт. Альфа начинает стремительно закипать. Руки дрожат и с силой сжимают упаковку в кулак. Он чувствует себя ужасно от нечаянно раскрывшегося обмана. На самом деле, увидев незнакомое лекарство, он подумал, что Лухан принимает витамины или какие-то биодобавки, и это, если честно, подтолкнуло на мысль о том, что его омегу тоже беспокоит отсутствие детей. Но это, оказывается, даже не обычные болеутоляющие, а противозачаточные. Чертовы противозачаточные, которые уничтожают хрупкое здоровье и которые так противопоказаны молодым омегам. И Сехун взбесился бы чуть меньше, если бы в пачке не отсутствовала половина. - Ты нашел аспирин или нет? – в комнату забегает Лухан и тут же замирает на полпути, с ужасом в глазах смотря на упаковку лекарства в руках альфы. - Какого черта, Лухан? – Сехун мысленно уговаривает держать себя в руках и не кричать сильно, но голос сам срывается до хрипа, заставляя омегу испуганно сжаться. – Как ты мог принимать такую дрянь?! Ты настолько не хочешь детей?! - Сехун, пожалуйста, давай поговорим без криков, - начинает омега, но Сехун просто не может спокойно обсуждать этот вопрос, когда на кону стоит здоровье его мужа и даже возможно будущего ребенка, если, конечно, остался шанс вообще завести его. - Скажи, как долго? Как долго ты принимал это? – он нависает над испуганным парнем, продолжающим пытаться успокаивать его. – Говори, когда начал принимать?! - Я давно уже не принимал, Се. Прощу тебя, поверь! - Ты настолько не хотел забеременеть, что решил вообще избавиться от этой возможности? Или может ты именно от меня не хотел детей? А родителям ты об этом рассказывал? – продолжает злиться Сехун, больно хватая омегу за предплечья и тряся его, без возможности высказаться. – Почему, Лу? - Да потому что я хочу, чтобы ты сначала университет закончил! – внезапно кричит в ответ Лухан со слезами на глазах, вырываясь из рук мужа. – Ты сам все еще ребенок! Сехун чувствует себя так, будто его облили холодной водой. Весь запал внезапно утихает, оставляя за собой неприятную пустоту и боль. Лухан запоздало осознает, что выпалил и прикусывает губы. - Ребенок значит… - Нет, Сехун, я не это имел в виду… - Именно это ты и имел в виду, хён, - вновь перебивает альфа, отворачиваясь и зарываясь рукой в волосы. – Неужели я до сих пор в твоих глазах все еще ребенок, который не поймет тебя? Я старался как мог, хён, чтобы ты перестал считать меня ребенком. Возможно, я иногда бросался из крайности в крайность, но я старался. - Сехун, пожалуйста, - тихо шепчет Лухан, осторожно делая шаг в его сторону, но испуганно замирая, замечая в глазах мужа отблески острой боли и разочарования. - Прости, что родился на пять лет позже, - не зная, зачем он все это говорит, но прекрасно зная, что делает больно Лухану, Сехун продолжает выплевывать все, что приходит в голову. – Наверно, тебе и вправду стоило наплевать на меня и найти достойного альфу. Сзади задушено всхлипывает Лухан, продолжающий просить не уходить, но Сехун просто не может смотреть на заплаканного мужа, понимая, что именно он довел его до такого состояния. Хлопнуть дверью, спуститься вниз, выйти на улицу и вздохнуть прохладный, вечерний воздух. Это просто необходимо для него, чтобы успокоиться и прийти в себя.

***

Лухан просыпается от ужасной жажды. Он лежит прямо на полу в спальне, скрючившись в три погибели, и тело просто ноет от сна в неудобной позе. Омега прождал Сехуна практически до утра, но он так и не объявился. Звонить его родителям он побоялся. Не хотелось втягивать их в эту неразбериху, последствия которой были еще неизвестны. Первым делом, утолив жажду, Лухан отыскивает телефон среди разбросанных вещей – результата его истерики прошлой ночью, и с огромным разочарованием не обнаруживает ни одного пропущенного звонка, ни сообщения. Набрав, наверно, в сотый раз номер Сехуна, омега замирает в ожидании, но в сотый раз оператор сети объявляет, что абонент не доступен. Кое-как прибравшись в спальне и подхватив не до конца отредактированные тексты, он отправляется на работу, не желая оставаться в доме, где все напоминает о его самой большой ошибке, которая наверно оставит в их жизни неизгладимый след. Весь день проходит, словно в тумане. Он сидит за рабочим столом и пустыми глазами смотрит на листы, время от времени набирая номер Сехуна и с нарастающим беспокойством слыша на том конце очередной бездушный ответ оператора. Вечером квартира встречает его пугающей тишиной и холодным сквозняком, словно она пустовала не несколько часов, а несколько лет. Лухан старается держать себя в руках, успокаивая себя, что Сехун выпустит пыл и вернется. Но от его напускного спокойствия не остается и следа, когда часы переваливают за полночь и в тишине внезапно раздается телефонный звонок. Лухан весь сжимается от сковывающего холодного страха, когда собеседник на том конце представляется участковым полицейским и пытается вывести шокированную омегу на краткий разговор. Сехун выглядит ужасно: разбитые в кровь руки и губы, помятая и грязная одежда, хмурый и безразличный взгляд. Лухан издалека наблюдает, боясь подходить, когда альфу выпускают из временной камеры. Побои, что он устроил в ночном клубе, обошлись без заявления пострадавших, но омеге с трудом удается уговорить участкового не уведомлять о случившемся в университет Сехуна, прекрасно зная, каким боком альфе выйдет это. - Поехали домой. Говорить о чем-либо оказывается труднее, а еще труднее просить прощения, когда очевидно, что альфа не готов его прощать. Лухан глотает выступающие слезы и старается сосредоточиться на дороге и ночные огни, что мелькают за окном. В нем бъется отчаяние, и от того, что с альфой все в порядке, спокойствия не прибавилось. Находясь в полуметре друг от друга, казалось, что их отбросило достаточно далеко, чтобы не чувствовать некогда такое родное тепло. Один глупый поступок, одна глупая ошибка и счастливая семейная жизнь рушилась на глазах. Они продолжают молчать и в квартире. Сехун сразу уходит в душ, а Лухан бьется в тихой истерике, пытаясь включить чайник. Все валится из дрожащих рук, горелка никак не возгорается, что в итоге Лухан обжигается, пытаясь с помощью спички зажечь огонь. Пока он шипит и встряхивает руку, он не замечает, как Сехун подходит сзади. Альфа хватает мужа за руку и подносит пострадавший палец под струю холодной воды. Лухан удивленно затихает, с трепетом ощущая, как младший прижимается грудью к его спине. Сехун все так же молча усаживает омегу на стул и достает аптечку. Омега наблюдает за тем, как младший бережно мажет мазью его пальцы, и сгорает от чувства вины и злости к самому себе. Его Сехун ведь давно уже не ребенок, как он мог видеть в альфе, за которым он чувствовал себя, как за каменной стеной, ребенка. Единственный ребенок здесь сам Лухан, посчитавший, что они не смогут содержать ребенка, и подло поступил с любимым человеком, даже не интересуясь его мнением. - Прости меня, Се. Рука с выбитыми костяшками замирает на долю секунды, а затем слышится тяжелый вздох. - Это ты меня прости, - альфа впервые за последнее время заглядывает в глаза старшего и осторожно притягивает его к себе, обнимая и прижимая к себе. – Прости, что накричал. Прости, что довел тебя до такого, отказываясь выслушать тебя. Прости. Лухан не сдерживается и всхлипывает, чувствуя еще большую вину перед младшим. - Обещай, что больше не будешь пить эти таблетки и завтра же мы пойдем к врачу. Мне плевать хочешь ты детей или нет, я приму любое твое решение, но для меня твое здоровье важнее всего, понимаешь? - Обещаю. Сехун улыбается и целует омегу в лоб. Они сидят так несколько минут, наслаждаясь теплом и наступившим спокойствием, прекрасно понимая друг друга в тишине и обмениваясь нежными улыбками. - Твои раны тоже надо обработать, - омега кончиками пальцев касается рассеченной брови и тянется за аптечкой. Сехун пристально наблюдает за супругом, смиренно подставляя лицо и руки под нежные касания. Лухан смущенно улыбается, когда ловил его ласковый взгляд и это потрясающее чувство, будто они только что нашли друг друга. Альфа всегда считал, что им с Луханом очень повезло. То, что они родились в других странах, но смогли-таки найти друг друга, уже значило многое. - Знаешь, я получил контракт. Меня пригласили сразу после выпуска, - альфа осторожно заглядывает в глаза Лу, стараясь поймать все эмоции, что они отражают. - Ты поедешь со мной? Омега вместо ответа затягивает парня в нежный поцелуй. Сехун не ребенок, даже если разница между ними пять лет. Он тот, кто создан именно для Лухана. Он альфа, а Лу его омега. В любви ведь возраст и мнение окружающих не важны - понимает Лухан за пережитое потрясение и обнимает супруга. Главное любить всем сердцем. - Куда угодно, лишь с тобой, Се.