Операция "Контрольный в сердце"

У Иззи сегодня выходной. Я одна кручусь в морге. Тел нет уже целую неделю – это не может не радовать. Собираю картотеку, расставляю образцы согласно инструкции. - Окей. Я понял. Тогда почему я вернулся из Окленда? – Джерри сидит напротив меня. - Тебя перевели обратно в Лос-Анджелес. - Почему? - Набирали персонал во вновь открывшийся департамент Вентуры, - рассказываю ему. - И мы с Эжени снова сошлись? - Ты ходил за ней целый месяц с цветами и мягкими игрушками. Но она была слишком обижена. Но в итоге не выдержала твоей настойчивости и сломалась. Полгода все было прекрасно. Все чаще звучали разговоры о свадьбе… - замолкаю. - А потом? – поднимает глаза. - А потом ты психанул. - Психанул? – брови взлетают вверх. - Расскажу тебе кое-что. Мне было шесть. Я возвращалась от Клер. Если ты помнишь, там нужно перейти этот лес, высаженный Фергюссонами позади своего дома. - Припоминаю. Они там дубы разводили. Кажется, продавали желуди, - вспоминает. - Да, - киваю. Рада, что он вспоминает такие мелочи. – Дорожка проходила у самого спуска с холмов. Меня окликнул голос. Я конечно же обернулась. Огромные руки схватившие меня, не позволяли кричать. Я увидела, как ты шел мне навстречу. Пыталась что-то кричать тебе, но ни звука не произносила. Этот урод дважды ударил меня по лицу, и один раз сюда, - указываю на солнечное сплетение. Ты заметил возню, кинулся мне на помощь, но и тебе досталось – он приложил тебя головой о капот тачки. А потом, ну, словно с небес нам послали помощь. Полицейский скрутил придурка. Помнишь? - Обрывочно. Помню, что машина была красная, помню оглушающий крик полицейского, тебя в слезах, - жмет плечами. - Именно после этого случая мы и решили стать полицейскими, помнишь? Поклялись друг другу, - улыбаюсь. Он отрицательно качает головой. - И вот, по прошествии стольких лет этот… Адам, - морщусь, - снова объявился. И снова по подозрению в педофилии. И попал прямо к вам в участок. Помнишь, что ты с ним сделал? - Надрал задницу? – улыбается. - Ага. А еще сломал руку в трех местах и пару ребер. - Отбей! – протягивает мне свой кулак. Я стукаю по нему своим. - Когда шериф сказал, что иска тебе не избежать, то предложил завербоваться в армию. Ты за пару недель собрался и укатил в Ирак. А я была так обижена на тебя. Мы ведь собирались вместе, и я была уверена, что ты этого не сделаешь. В ту ночь, когда ты должен был уезжать, я улетела в Испанию. Даже не попрощалась с тобой. Знал бы ты, как я жалела об этом, когда нам сказали, что тебя больше нет, - вздрагиваю. - Ты жесткая, - улыбается Джер. - Ты мой учитель, - парирую. - Так я уехал и не знал, что Жен беременна? - Даже она сама не знала, - качаю головой. – Узнала только на пятом месяце. - Да. Она ведь была такая худенькая. Я мог поднимать ее одной рукой. Боже! Поскорее бы их всех увидеть… Антуана, маму, отца, Жен. Интересно какой она стала? - Не изменилась, - улыбаюсь. – Такая же худая, и я думаю, она все еще любит тебя, - улыбаюсь. - Какой Бен упрямый! Скорее бы закончился этот месяц и мы все вернемся домой. - Ты же знаешь его, - отмахиваюсь. – Ты был точно таким же. - И посмотри к чему это привело? Я контужен, все тело в шрамах, левая нога после многочисленных переломов стала короче правой на пять сантиметров! Вместо куска черепа железяка, и вдобавок я полжизни не помню, - хмыкает. – Пойдем? Рабочий день окончен. - Да… Пора, - снимаю больничную форму, бросаю ее в урну, переодеваюсь в военную. В лагерь вернулись все солдаты со своими сержантами. Бен курит у входа в столовую вместе с подполковником Харриганом. Стоп! Что он делает? Серьезно? Курит? Никогда не видела в его руках сигарет. Может, что-то случилось? Провожаю Джерри до госпиталя, возвращаюсь к столовой. – Подполковник, - отдаю ему часть. - Вольно, О'Доннелл, - разрешает. – Как на работе? - Жаловаться не на что. Останков нет уже вторую неделю. Там даже пахнет по-другому теперь, - улыбаюсь. - Бен сказал, что вы тут последние две недели. - Да. Контракт заканчивается, - выдыхает дым любимый. - Что это ты делаешь? – шепчу Бену. - Мне тоже пора сделать перерыв. - Откуда вы? – интересуюсь. - Гавайи мой штат, - кивает. – Доброй ночи, - уходит. - Бен! – указываю на сигарету. - Просто придуриваюсь, - выбрасывает ее. - Давай я сделаю также! Куплю алкоголя и буду придуриваться. - Ты его не купишь здесь. Во всей стране! – улыбается. Закатываю глаза. Я не пила все время пока я нахожусь в обоих лагерях. И, почти не вспоминала об алкоголе. Почти… После ужина приходим к Джерри. Он что-то читает. Говорит, какой-то отчет об операции. Листаю страницы трехтомника. Представляю как муторно было писать это все, вклеивать справки, показания, протоколы ареста, применения оружия, убийства. - Жуть, - откладываю папку на стол. - Дай посмотреть, - забирает ее Бен. - Это отчет о той операции, когда каменоломню, в которой мы были рабами, нашли военные. Оказывается, нас держали не только в подвалах, но и ангарах. Когда ребята услышали первые выстрелы, некоторые кинулись к воде, в заброшенные шахты… Я был одним из тех, кого так и не нашли. - О, Господи! – кто-то выдыхает рядом со мной. Не сразу понимаю, что это голос Бена. Оборачиваюсь, сверлю его взглядом. Что за? – Это же я! – на его лице улыбка. Нервная. Глаз дергается. - Что? – Джерри садится рядом с Беном. - Да. Это я. Вот, со свежими ранами на груди, - тянет ворот майки и показывает шрамы. – Смотри. Один от вырезанной татуировки, а на плече они просто развлекались. - А вот это я. На окне. Поставили на всю ночь на подоконник за то что отказался надеть юбку и плясать перед ними, тушили об меня окурки, - рассказывает Джерри. - Да! Я помню! Ты громко пел. Что-то веселое… - вспоминает Бен. Я сижу раскрыв рот. – Что-то про пьянство и жену… - Пошла к черту, я пьян! – бормочу. Пытаюсь напеть ее, чтобы брат вспомнил, но он отрицательно качает головой. - Возможно, - улыбается. – Я был на такое способен? - Ты веселый, - улыбаюсь. - У тебя был друг там. Эмм… Балдо… Рембо… - кусает губу Бен. - Балто! – улыбается брат. - Как пса из мультика? – раскрываю глаза. - Да. Не помню, почему так его называли. Он погиб на каменоломне. На него свалился самодельный подъемный механизм. - Слишком много информации за сегодня. Нам всем много, - встаю. Приказываю себе не плакать. – Мы пойдем, - сжимаю плечо Бена. – Отдыхай родной, - целую Джерарда в лоб. – Две недели, мои любимые! Всего две недели и мы уедем отсюда. И больше никогда не вернемся, - улыбаюсь. - Я в шоке, - шепчет Бен, как только Джерри захлопывает дверь своей палаты. - Малыш, - крепко сжимаю его ладонь. – Представляешь? Вы были так близко… Даже боюсь представить, что было если бы и ты вот так вот потерялся, пропал… - Стой! – рев откуда-то из темноты коридора. - Развлекаются. Тоже мне защитники, - закатываю глаза. Но через секунду нас оглушает автоматная очередь. В ушах громкий гул, Бен прижимает меня к стене, закрывая собой. Мимо нас проносятся две медсестры. Я вижу как они кричат что-то, но не слышу слов. Только гул. Бен разворачивается ко мне. Раскрывает рот. - Я не слышу тебя! – кажется, шепчу. Замечаю за спиной Бена солдата. На его голове мокрый бинт, а в руках автомат. Солдат смотрит мне в глаза, поднимает оружие. – Нет! – собираю всю силу и отталкиваю Бена. Секунда боли и темнота…