Климов 1.1

Зайдя в спальню, Кира бросилась к аптечке, чтобы отыскать обезболивающие, поясница Грачева превратилась в один сплошной комок боли, но он ничего не просил, а ей все было ясно по его глазам. К тому же, его начало температурить, воспаление вновь дало о себе знать. - Выпей, - достав таблетки, высыпав несколько на ладонь, она протянула их Грачеву вместе со стаканом воды, присев на кровать рядом. - То, что ты сделал – плохо! – пройдя в спальню, нервно проговорил Петров, поглядев на друга. Грачев сидел на кровати, запивая таблетки, не споря с Петровым, понимая, что он прав и даже наставительный тон его ничуть не смутил, он испытывал только благодарность, чувствуя заботу, ощущая свою нужность, а это ему сейчас было особенно необходимо. Поставив стакан, он заметил, что халат на коленках Киры немного пропитался кровь. Отогнув фалды халата, он увидел ссадины на её коленках от падения. Кира быстро прикрыла их обратно халатом, на что Грачев склонившись, обхватив её ноги руками, он уткнулся лицом в колени возлюбленной, так по-детски и вместе с тем горячо, трогательно. - Женя… Ну, что ты… - испуганно прошептала Кира, накрыв его затылок ладонью. - Я не хотел тебя пугать… Не хотел…Думал, успею, пока ты будешь спать… - отозвался он, не поднимаясь. – Палыч, и ты извини… - Хорошо, что все обошлось, - вздохнул Петров, промолчав о том, что ему пришел отчет по биллингу и он знал, куда и к кому ездил Грачев. – Мне надо на совещание в министерство, я… мне остаться или…? - Поезжай…- кивнула Кира, понимая, что это довольно серьезно и при всем желании отказ от подобного означал для Петрова моментальное увольнение. Собравшись, Петров все же с не покидающей его тревогой посмотрел на Грачева, обнимавшего колени Киры. Было в этом что-то разрывное, трагическое, печальное и какое-то тяжелое. Но Кира не старалась заставить Грачева хотя бы лечь на постель, не уговаривала, просто гладила по волосам, сама пребывая в растерянности. Ей было больно, но Грачев не слишком-то это понимал, принося такой своей разбитостью ужасные мучения своей любимой Кире. Минут десять спустя, после того, как Петров ушел, Грачев все же поднялся, как-то нерешительно взглянув на Киру, собираясь что-то сказать или попросить. Она внимательно заглянула в его глаза, не умея так запросто понять, что ему нужно… - Кир, а ты можешь… пойти со мной? – он кивнул на дверь ванной, вместо того, чтобы произнести. - Да, конечно… Утром ты… кровь была? – спросила серьезно она, теперь понимая отчего была его нерешительность. - Я еще не был там… утром… - нехотя ответил Грачев. - Женя! Господи, пойдем скорее, - резко поднявшись с постели, она настолько изумилась, но все же как-то прочувствовав, что он боялся идти без неё, потому не пошел и утром. С нею Грачеву было просто спокойнее, это трудно было объяснить, понять, но он ощущал себя слишком слабым и страх – сейчас, когда у него появился особенный, настоящий смысл жизни, не покидал его. А с Кирой всегда было спокойней… Зайдя с ним в ванную, Кира остановилась у раковины, сама волнуясь не меньше его. Крови не было, только какие-то остатки, совсем незаметные, воспаление уменьшилось в сравнении с первым днем и Грачеву стало стыдно за свое малодушие перед Кирой, но она даже как-то обрадовалась, понимая, что он пошел на поправку. После она все-таки уложила Грачева спать, вколов лекарство против воспаления, сама же опустившись рядом с ним, не собираясь засыпать, просто наблюдая за его сном, так ей нравилось смотреть на его умиротворенное, спокойное лицо, когда он не думал ни о сыне, ни о своем состоянии. Подняв замигавший телефон со столика, увидев высвеченное на нем «Света», Кира ответила. - Кира, Кира! Его хотят отключить от аппаратов… - завыла в трубку Света, голос её звучал так истерично, срывами, что Кира растерялась, не сразу сообразив о ком речь. - Кого? – спросила она, в заботах о Грачеве совсем забыв, что с Денисом. - Дениса… Он не приходит в себя, его собираются убить, отключить… Эти аппараты… они выдернут их… - Света не успела договорить, как Кира сбросила её звонок. Ей и самой стало не по себе… Она понимала Свету, слишком понимала… Переведя взгляд на Грачева, помня те жуткие дни, когда жизнь его висела на волоске. Встав с постели, надев первое попавшееся платье и пальто поверх, она вышла из спальни, бегом сбежав вниз по лестнице. Было бы кстати взять хоть какую-то сумму из сейфа, но Кира не помнила пароль, не могла его открыть без Грачева, а он только уснул… Но в сумочке лежала карточка с приличным счетом и этого могло бы хватить, если придется уговаривать врачей. Не смысля толком в медицине, Кира все же готова была на все, чтобы дать Свете хоть небольшую надежду, остановить убийство и ещё подождать… Сев за руль, она выехала из двора. По дороге она ехала спеша, стараясь, впрочем, ни в кого не врезаться, боясь опоздать… Ей было до того тошно от того, что происходило вокруг… Слетевший с катушек Зотов, добивающий отца, сбрендивший от страха Степнов, напавший на собственного друга и, наконец, эта жуткая депутатша, маниакально желавшая устранить Грачева. Казалось, что дальше может быть только хуже, но Кира вмешивалась, меняя обстоятельства, с трудом пересиливая их и сейчас хотела остановить непоправимое. Припарковавшись у входа в больницу, Кира бросилась внутрь, вспоминая, где находится реанимация и палата Антошина. В коридоре она оттолкнула одного из врачей, попытавшихся её остановить, чтобы она надела халат. В палате стоял реаниматолог, возле изголовья постели и Света кричала что-то навзрыд, пытаясь убедить в том, чтобы он не отключал аппаратуру. Медсестра безразлично отталкивала нервные руки Светы от врача, не давая ей схватиться за его халат… Все это походило на что-то жуткое, сюрреалистическое кино… Кира не стала объяснять, что может хорошо заплатить, зрелище настолько показалось ей дикарским, варварским, что она просто схватила реаниматолога за ворот халата, оттолкнув в противоположный от постели угол. - Вы его не отключите, - присев на стул, возле аппаратуры, Кира закинула ногу на ногу, давая понять, что никуда не уйдет. – Ни сегодня, ни завтра… Вы же помните меня… Так вот, вы не отключите его, если не хотите, чтобы эта больница перестала существовать, так и передайте Вилкину. - Ладно, - пробормотал реаниматолог, поднимаясь, спорить с женой губернатора для него было бессмысленно, он вышел из палаты, потирая ушибленный бок, а следом за ним молчаливо пошла медсестра. - Спасибо! Кира, спасибо тебе большое! – выпалила счастливо Света, не зная, как обнять Киру в знак благодарности, она опустилась на колени, приложив руки к груди. - Света, поднимайся, ты что творишь! – разозлившись этому порыву, закричала Кира. – Я была в таком же положении, как и ты… Не смей так говорить со мной…. - Прости… - закивала та, передернув плечами и встала, держась за металлический поручень постели. – Но мы… мы с Денечкой очень благодарны…. Правда… Кира перевела взгляд на Дениса, лежавшего по-прежнему в таком же состоянии, как и пару недель назад. Он совсем не походил на мертвеца, скорее на спящего, как-то не верилось, что его глаза так и не откроются и Свете придется вновь стать вдовой… Кира не понимала, почему Климов жив, хотя и причинил ей столько боли, почему Степнов живет где-то безнаказанно после того, что сделал, Вера подсчитывает свою прибыль после развода и, может, задумывает очередной план, чтобы обокрасть Петрова, после неудачной попытки его убить, а Денис… не сделавший никому никакого зла лежит в коме без гарантии на жизнь.