Климов 1.1

В понедельник Кира вернулась на работу. Она приехала в детдом одна, но из такси вышла в красных кожаных брюках, в обтяжку, расклешенных к низу, на невысоком каблуке, в черной куртке, плотно прилегающей к талии, под которой был бордовый корсет. Зимина с Настей стояли возле входа в детдом, рассматривая все более жесткое преображение Киры. - А вот и ведьма… - проговорила тихо Настя. - Где её помело только… - так же отозвалась Зимина. Пройдя мимо них, поздоровавшись, Кира поднялась в свой класс. К ней заглянула Света, она была в фартуке, чтоб не замазать платье краской, из кармашков торчали кисти. - Заходи, - кивнула ей Кира, расстегивая куртку. - Ты в последнее время такая счастливая… И одеваешься так… - произнесла улыбаясь Света, вспоминая, как почти полуголая ходила по дому, когда сошлась с Карповым и как едки были замечания её подруги. - Как же я одеваюсь? – спросила Кира, взяв мел, она подошла к доске, чтоб записать тему аудирования. - Хорошо… Так, как будто… ты… влюблена, хотя я понимаю, что ты с Вадимом, что вы любите друг друга… - достав из кармашка кисточку, вдохновенно проговорила Света. - Мы с ним не живем вместе… - ответила, остановив руку на доске, Кира, повернувшись к художнице. – Давай не будем об этом… - Как…. А, ну да, хорошо, это не мое дело… - понимая, что раз у Киры не ладится Климовым, но она выглядит такой счастливой, значит дело в ком-то другом… в другом мужчине. Во время перерыва, выйдя в коридор, Кира увидела у ворот священника, с ним говорил Степнов. Вернее Саша пытался прогнать его, а тот хотел зайти, предлагал какие-то лекции для детей. Степнов ненавидел этих людей в рясе, потому и вышел, чтобы послать его, заметив, как святой отец стал разговаривать с детворой. Спустившись вниз, Кира присмотрелась, через стекло, к лицу священника, а после, прижавшись спиной к стене между двух окон, набрала Грачева. Поговорив с ним, она вышла на улицу. Священник поднял глаза на Киру, хотя и не узнал её в таком виде. - Проходите, - сказала она, пропуская его во двор. - Спасибо, - довольно ответил тот. - Кир, а ты чего, а если он из тех мудаков, да и нафига нам тут священник?! – выпалил Степнов, не веря своим глазам. - Пошли…, увидишь… - шепнула она парню, затем громче обратившись к священнику: - Сейчас я вас познакомлю с нашей директрисой, вы сможете рассказать ей то, что хотели… Степнов, сжимая кулаки, следовал за ними, хотя слова Киры немного успокоили его, но на людей в рясах он не мог смотреть без злобы. Когда они зашли в детдом, Кира схватила священника за горло, отбросив вглубь коридора, тот, упав, проскользил по кафелю, вытирая его своим одеянием. Степнов, наконец, понимая, что все нормально, растянулся в улыбке. - Не помнишь меня, падре?! А я тебя помню, друг Инквизитора, ты же был на изгнании бесов. Как же тебя не закрыли? – подходя к священнику, она схватила его за ворот рясы. – Саш, помоги! - Да с удовольствием! – обрадовано выкрикнул парень, хватая извращенца, понимая, что все по заслугам. Подняв попа на ноги, он затащил его в кабинет труда, чтобы дети всего этого не видели. И так – ребята столпились вокруг, наблюдая за тем, как их учительница избивает священника. - Позови Зимину, а я пока с ним поговорю… - сказала Кира, когда Степнов бросил священника возле своего стола. - Вадиму, может, позвонить? – спросил, замахнувшись на священника, Саша. - Сюда едет ФСБ, - ответила она, тем самым ещё более удивив парня, тот, кивнув, вышел из кабинета. Степнов не боялся оставлять Киру наедине с этим человеком, тот не представлял опасности, раз его так легко было завалить одним только ударом. Но, конечно, что касалось детей, то преимущество у этого священника было, он запросто мог совладать с десятилетней девочкой или мальчиком, зачастую именно такие, пользуясь своим положением, насиловали и домогались детей… - Молись, хотя… ты же ни во что не веришь, - взяв молоток со стола, усмехнулась Кира. Наступив на рясу, она подошла к нему и, склонившись, схватила за руку, прижав к полу, ударив по пясти молотком, дробя кости. – Ты не забыл, как вы обливали женщин серной кислотой? А я отлично это помню… - Я ничего не делал… Я ничего не делал! Помогите! Помогите! Кто-нибудь! – заорал от боли тот, прижимая свою окровавленную руку к кресту, который висел поверх его рясы. В класс заглянули старшие дети. Обернувшись к ним, Кира отошла от священника, дав им насытить свое любопытство. - Знакомьтесь, дети… Это педофил, из тех, которые пытались вас забрать… - она посмотрела на тех четырнадцатилетних парней, которые каждую неделю по несколько раз ездили на стрельбища, да и Степнов учил их рукопашному бою. - Она все врет… врет! – глядя на ребят, прокричал священник. Но ребята не верили ему, они знали, что только в этом детдоме у них есть защита, люди, которые пошли на большой риск, чтобы отстоять их. К тому же, однажды на стрельбища приезжал сам начальник московской полиции, а это уже говорило о том, что закон на их стороне, а не за теми, кто пытался их похитить, распихать по подвалам, где извращенцы сделали бы с ними все, что захотели. - Можете нас оставить с ним на пару минут? – спросил один из парней. - Да, только он нам нужен живым… приедут чекисты, забрать его, надо ещё допросить… - проговорила Кира, переведя взгляд на священника, тот уже и не знал, кого больше бояться, её или пятерых подростков, которые надвигались на него. Выйдя в коридор, Кира прислушивалась к тому, что начало твориться в кабинете труда. По звукам она поняла, что ребята били его ногами, тот визжал, пытался вырваться, но не мог. Увидев Зимину, идущую по коридору, Кира зашла, дети тут же отступили, оставив священника лежать на полу с разбитой физиономией. - Что вы делаете? Кира, ты уверенна, что это священник из тех? – спросила немного растерянно Зимина, проходя в кабинет. – Зачем детей впутывать-то! - Они должны видеть своего врага в лицо… Этот тот священник, я уверенна, у меня профессиональная память на лица, я же журналистка… - ответила Кира, понимая, что поступила правильно. К зданию детдома подъехало три автомобиля. Степнов вышел, чтобы проводить чекистов в кабинет труда, сам прогоняя ребят, чтоб они не толпились в кабинете. Кира с Зиминой стояли перед священником, когда зашло трое чекистов, они подхватили типа в рясе под руки, молча выводя из кабинета. - Выходит не всех переловили, прореха в системе… - раздался голос Грачева позади обеих женщин. Кира, вздрогнув, обернулась к нему, сделав шаг назад, инстинктивно приблизившись к нему. - Я не знала, что ты сам приедешь… - проговорила негромко она. - Здравствуйте, товарищ генерал-лейтенант, - повернувшись к нему, Зимина увидела, как тот коснулся локтя Киры, а та остановилась, касаясь его плеча. - Так… значит, это все-таки… священник из… того храма? А ничего, что тут его… немного… дети… Кира их оставила зачем-то… - Да какая разница, он уже все равно никуда не выйдет из допросной, Ирина Сергеевна, - усмехаясь её наивному вопросу, проговорил Грачев. - Ну да, конечно, тогда все ясно… - осеклась Зимина, краем глаза наблюдая, как пальцы генерала поглаживают обнаженный локоток Киры. - Пойдем, я провожу… - обернувшись к Грачеву, выдохнув, проговорила Кира. - Я не тороплюсь. Время у меня есть, да и пока они его довезут, распакуют, я позже подъеду… - открыв дверь, он пропустил Киру вперед. Дети стояли в коридоре, вдоль стен, наблюдая за ФСБшниками, затем, увидев Грачева, зная его в лицо, переглядывались, чувствуя себя в безопасности. Зимина выглянула из кабинета, смотря, как Кира уводит генерала в свой кабинет. Степнов, стоя у выхода, уставился на эту странную пару. Кира закрыла дверь на замок, в классе никого не было, да урока не могло быть, по зданию ходила полиция и чекисты, что-то спрашивали у Степнова, у Зиминой, да и присутствие начальника московской полиции как-то не навевало учебную обстановку, скорее только интерес к происходящему. - Я все правильно сделала? – развернувшись к Грачеву, она схватила его за галстук, приближая к себе, начиная целовать. - Да, допросим его, узнаем, может палачи хотят организовать что-то похожее, снова… - он резко поднял её, заставляя ногами обхватить его торс, прижимая собой к стене. – Приеду поздно. - Тогда… не будем терять времени… - она прижалась к нему плотнее, жалея, что надела кожаные брюки, с ними было много возни. - Странно, раньше ты боялась, что скажут… - удерживая её прижатой к стене, он расстегнул её брюки, просунув в них ладонь, заставив Киру вскрикнув. – А теперь, не боишься? - Нет, на все плевать, - тяжело дыша, с улыбкой зашептала она, прижимаясь к его груди. – Делай со мной все, что хочешь… Он немного отстранился, с диким вожделением смотря в её лицо, Кира становилась все более безумной, с ним она готова была теперь на все, неважно где, даже сейчас в классе. Переведя взгляд на стол, он поставил Киру на ноги, хотя после его прикосновений она едва держалась. Подойдя к столу, он одним движением руки смахнул оттуда все, что было, затем обернулся к Кире, расстегивая пояс на своих форменных брюках. Подойдя к нему, Кира коснулась ладонью его груди, затем присев на стул, довольно быстро сняла чертовы кожаные брюки, в которых смотрелась вполне неплохо, расстегнула корсет, оставшись в одном лифчике. - Ложись… - сглотнув, глядя на неё, произнес Грачев, указав взглядом на стол. Она поднялась, обойдя стол, остановившись возле Грачева, но затем только хотела отклониться назад, как он схватил её, сам опрокидывая на спину, придвигая к себе. - Только раз?! – не давая ему полностью подчинить её себе, Кира подняла голову, когда он проник в неё, овладел, резко двинулась вперед, сжимая его ногами. – Хочу много… тебя, только тебя… Её глаза горели, она смотрела на него так, словно ею действительно обладал демон. Она прижималась к нему, двигаясь в безумной спешке, чтобы насытиться, доводя его до исступления, желая ещё, не отпуская. Грачев сам приходил в восторг от того, что она с ним делала, он продолжал, до изнеможения, целуя её, не выпуская из рук, доводя себя до такого состояния, что у него начали подкашиваться ноги. Это продолжалось около часа… Они горели в руках друг друга, без перерыва, не отходя от стола. Наконец, пытаясь перевести дыхание, оторвавшись друг от друга, они опустились на пол, возле стола. - Я… говорил… там… насчет убийц, для книги… - прижимая Киру к себе, все ещё не выровняв голос, судорожно вдыхая, произнес он. – Через неделю… отберут… привезут тебе, сможешь работать… - Спасибо… - рассматривая его ладонь, шепнула в приятной истоме Кира, они сидели, облокотившись на спинку стола. – Ты только домой сегодня поскорее возвращайся… я не усну, пока не придешь… - А если я вернусь утром? – поцеловав её в висок, он с каким-то теплым чувством слушал её, так мило звучали эти слова. - Все равно дождусь…, даю слово… - опустив голову на его плечо, шепнула она. Этого ему было достаточно, впрочем, ещё не так давно он не мог надеяться, что когда-то услышит подобные слова от неё. И уж точно теперь ни за что бы не задержался до утра, сколько бы дел не навалилось… Он не хотел расставаться с ней надолго. В нем кипела энергия, с работой он расправлялся довольно быстро, а теперь ещё быстрее, чтобы как можно раньше попасть в страстные объятья. Одевшись, Кира открыла дверь, не став выходить сама. Поправив корсет, она стала поднимать книги с пола. Через несколько минут после того, как Грачев ушел, в кабинет зашла Зимина. - В чем дело? – замечая, что лицо Ирины Сергеевны как-то совершенно искаженно злостью, спросила Кира. Вместо ответа, Зимина влепила ей такую пощечину, что Кира едва не упала. - Ну, ты и тварь! – выпалила Ира.