Климов 1.1

Вытерев кровь с губы, Кира усмехнувшись, ударила её в ответ. Она не собиралась позволять постороннему человеку распускать руки, это было слишком. Зимина, впервые получив пощечину, хотела ответить, но на этот раз Кира перехватила её руку, оттолкнув к двери. - Да кто ты такая, чтобы меня осуждать?! – зло прошипела Кира. - Кто я? Ты совсем с катушек слетела… Что, не страшно? К генералу сейчас побежишь, да? Ну, так давай, беги… - ответила Зимина, одарив Киру презрительным взглядом. – Подстилка. - Странная ты женщина, Зимина. Стучала на Вадима тому же Грачеву, ты думаешь, я не знаю ничего? А теперь пришла мне мораль читать? Не твое это дело, а только между мной, Грачевым и Климовым и ты последнее существо на земле чье мнение мне может быть интересно, ноги в руки и вон отсюда, - не собираясь перед ней виниться, с раздражением выпалила Кира. - Долго ты здесь не продержишься, обещаю… - уходя, бросила Ира. - Какое разочарование… как же я проживу без вашего детдома… - рассмеявшись, Кира села за стол. Она знала, что Зимина непременно сдержит слово, хотя не понимала, с чего бы это ей лезть в любовные интриги людей, которые к ней имеют совершенно посредственное отношение. Закончив с уроками, Кира отправилась домой, а Зимина собрала всех в своем кабинете. Степнов присел на диван, хмуро глядя перед собой, понимая, что жена Климова стала любовницей Грачева и теперь… все изменилось. Настя молча рассматривала какой-то журнал, пока они ждали Свету. Света пришла, не подозревая о том, что это за собрание, вытирая руки от сангины о фартук. Она видела, как ФСБшники забирали какого-то священника, но никаких подробностей не знала, не любила влезать в подобное. - Ситуация сложилась непростая… - произнесла Зимина, сев за стол. – Как мы все понимаем, дальше с Кирой мы работать не можем… - Почему? – изумилась Света, подняв на Зимину взгляд. - Ты не знаешь, что ли? Она с Грачевым трется… любовница она его, вот что… - сказал Саша немного раздраженно. - Правда? Ну… и что теперь? – по-прежнему недоумевая отчего они не могут с ней работать, переспросила Света, присев на стул. - Грачев нам не друг, он опасный и хитрый человек, а если она… с ним, то ей нечего делать в нашем коллективе. К тому же, я думаю, никому не надо объяснять, что это предательство…. – она красноречиво посмотрела на Свету, но та, кажется, совсем не понимала этих интриг. – У нас завелась крыса и мы должны приложить все усилия, чтобы от неё избавиться. - Ну да, такая она… стала совсем невменяемой, - согласилась Настя. – Да и стремно с ней теперь общаться, она же ему, наверное, все рассказывает, а он через неё может как-то под себя тут все подбивать… - Согласен. Сука она, эта Кира! – выпалил Степнов, хотя причины его ненависти были в другом. Кира была женой его друга и изменила, да ещё и с кем… Тогда-то он припомнил слова Вадима в кабаке, все стало на места. - Но… почему мы должны вмешиваться… это же личное… И при чем тут детский дом… - подала голос Света, растерянно смотря на Сашу, затем перевела взгляд на Зимину. – Если они… любят друг друга… такое ведь тоже может быть… Я не хочу в этом участвовать, лезть в чужую постель, это как-то неправильно. Простите, - она поднялась, сжимая в руках фартук, и вышла из кабинета. На сговорчивость Светы Зимина особо-то и не рассчитывала, у той всегда было непойми что в голове. Света не понимала, как можно вот так, из-за личного начать изживать человека из коллектива, ведь Грачев ничего плохого не делал ни им, ни Климову (исключая того, что увел жену), не пытался никого убить или ещё что-то в этом духе, а значит, война против Киры не имел никаких оснований. Наоборот – она видела Киру счастливой, в отличном настроение, свежей, красивой… и вторгаться в её мир было бы непростительной ошибкой. Осуждать Киру или винить мог только Климов, это были их отношения и больше ничьи. Утром, уже представляя, что её ожидает, Кира отправилась на работу. Грачев пришел поздно, но нашел время, чтобы рассказать о священнике. Того долго допрашивали, разговорить такого типа не было для чекистов трудной задачей, он сдал тех, кого знал, кто стоял за ним, заставив прийти в детдом. Эти люди снова пытались организовать и новый приход и детский приют, только в другом районе, но дети… на детей остались данные, да и клиенты, давно избравшие именно этих ребят по фото и видео, хотели их заполучить. Имен клиентов священник не знал, но сказал, что есть какая-то база данных, однако и там все было засекречено. Теперь оставалось выйти на тех, кого он сдал, и начать их колоть, так постепенно подбираясь к главным, да и к выходу на базу данных. О ссоре с Зиминой Кира ему ничего не рассказала, не хотела пользоваться своим положением, тем более что переводить все эти склоки на детдом и вносить раскол означало бы подставить детей, в какой-то степени их благополучие зависело от Грачева. Можно было годами уничтожать палачей по одному, бороться с подставными священниками, высокопоставленными педофилами, но только Грачев и Петров в свое время смогли остановить Купцова и того депутата, получившего в последствии пулю от отца, чей ребенок погиб от рук педофила. Грачев имел больше возможностей, чем все остальные… В коридоре, на первом этаже детдома, Настя, увидев Киру, прошла мимо, ничего не сказав, словно и не заметила её. Поднявшись в класс, Кира начала доставать тетрадки с аудированием, которое она проверила дома, пока Грачева не было. Услышав шаги, она обернулась, зашел Степнов. - Что? – подняв на него глаза, Кира опустила тетради на стол. - Поговорить надо, - прикрыв дверь, он подошел к ней. – Я знаю, что ты с этим… с этим ублюдком… все знают. - Он не ублюдок, хватит его так называть! – выпалила она, начиная и сама приходить в ярость. - Вот как ты заговорила… - схватив её за руку, он вытащил Киру из-за стола. – Ну, слушай, собирай свои вещи и вали отсюда, тебе все равно здесь теперь нет места. Потому что ты сука последняя! Вадим мой друг, ты его предала, ты тварь, поняла меня?! – схватив её рукой за горло, прижал её к стене. – Сука, чтоб через пять минут тебя тут не было! Врубилась? - Да… - без всякого страха, произнесла она. Тогда он отпустил её, уходя, хлопнув дверью. Коснувшись пальцами шеи, Кира перевела взгляд на стол, все разрушилось окончательно. Её больше не удерживало, она осталась одна… и уже не хотела обратно. Там, за другой дверью – за порогом был тот, кто любил её, и она уходила к нему…