Климов 1.1

Миша приехал к отцу ближе к обеду, тот лежал на постели, согнув одну ногу в колене, другую – выпрямив, какое как, прикрывшись краем халата внизу живота, а Кира держала поверх его повязки грелку со льдом, чтобы рана перестала кровить. Она готова была избить этого чертового врача, но он куда-то ретировался, без видимого чувства вины, многозначительно сказав, у него сложная операция. - И за это я ещё и плачу деньги… - проговорил Грачев, затем взглянув на сына. – Привет, проходи… - Пап, а что с тобой? Рана открылась? – проходя в палату, он посмотрел на отца. - Добрый доктор не дал мне кончить и из-за него у меня начала кровоточить рана, - не выбирая слова, сжимая одной рукой подушку, которая лежала под его боком, а другой – успокоительно поглаживая Киру по плечу, прорычал Грачев, затем спросив: – Как Маша? - Кормит их… - глупо улыбнувшись, проговорил Зотов, немного потупившись, это вызвало и у Грачева ответную улыбку. – Пап, там… мальчик… сын, пожалуйста, назови его… ты… - Ты уверен? – усмехнулся Грачев, но Миша только закивал, ещё сильнее заулыбавшись: - Назови… Павлом… Ткачев нам… спас Киру… - Красивое имя… Павел… - проговорила Кира. - Да! Хорошо… Павел… Паша… не думал, что мой сын будет называться в честь Ткачева… - проговорил Миша, ничуть не обижаясь, наоборот, когда он увидел его там – в катафалке, без лица, то все изменилось в тот же миг. - Как Алинка моя? – спросил Грачев. Мишка тут же спохватился, достав телефон, успев их сфотографировать, и показал отцу и Кире близнецов. Он отдал им телефон, сам присев на диванчик. Издали поглядев на отца, вернее на позу, в которой он лежал, Зотов в который раз был изумлен тем, насколько Грачев был… раскован и как-то даже сейчас, в таком положении, походил на какого-то льва, который прилег отдохнуть со своей… львицей. - Миш, мне нужна кровать, - вдруг сказал Грачев, посмотрев на сына. – Сюда… Кира взглянула на мужа, улыбнувшись, затем на то, что едва прикрывал халат, он заметил её горящий взгляд и крепче сжал руку на её плече. - У тебя же есть… Или какая? - Ну эта больничная, а мне нужна нормальная, двуспальная… Давай, ты вчера обо мне тут много чего наболтал, так что три часа тебе, чтоб кровать была… - сказал Грачев, бросив ему телефон. – А близнецы моей породы… - Почему твоей, а не моей? – на всякий случай спросил Миша. - Твоей? А ты, чьей породы? Петрова чтоль? – засмеялся Грачев, но поморщившись от боли, остановился, вздохнув: - Так, Зотов, давай, папке нужна кровать…, рассказать, зачем или так поймешь? - Поеду искать… - тут же встав с диванчика, проговорил, кивнув, Миша, затем спросив: - А ты ел? - Миш, если ты сейчас про Петрова в этом контексте вспомнишь, то… я тебе грелку знаешь, куда засуну?! – выпалил Грачев, прищурившись. - Нет, я просто… ну, после операции… - попытался оправдаться Миша, хотя спрашивал не по тому. - Ой, да ел я, иди! Мне нужна кровать, а пожрать я и стоя могу! - А на диване… никак? – уже открыв дверь, на всякий случай поинтересовался Зотов. - Диван у двери, Женю просквозит, Миш, думай! – недовольно проговорила Кира, замахнувшись на него грелкой, но, затем, встав, решила его догнать, поговорить о докторе: - Жень, я на минуту… Мише скажу… ну, про этого… Подержи грелку вот так, да? - Да, держу… - поцеловав Киру в губы, сказал он: - И скажи…, чтоб этого урода больше сюда не пускали, и ключ от палаты нужен… - Урода? - Доктора этого… - добавил он, чтоб Кира не подумала, что это о Мише. Она догнала Зотова в коридоре. Миша посмотрел на неё, опустив руки в карманы форменных брюк. - А… это… то, что отец говорил… это он о том, о чем я думаю? – спросил слегка озадаченно парень. - Этот врач Михайлин зашел так нагло, понимаешь, все было нормально, пока он не вломился. Мне он не нравится, он обращается с Женей, как с каким-то беспомощным, а это задевает и ещё дает советы в том, что его не касается… Миш, ты можешь как-то… поговорить с главврачом или вместе пойдем? – проговорила Кира, заметив в коридоре Климова, он не подходил к ней близко, но зачем-то приехал. – Вадим… - Он со мной приехал, мы там работаем по делу Зимина… Я поговорю с главврачом и кровать куплю, а насчет ключей… Кир, у тебя есть два здоровых ключа, воспользуйся ими… - указав на охранников у двери, сказал Зотов. - Точно! Я забыла о них… Да… - она посмотрела на охранников, затем не слишком добро улыбнувшись, зная, что в следующий раз сможет натравить их на Михайлина. – Ладно, едь за кроватью…. - Да, сейчас…, а вот от того, что вы там делаете…, ничего не будет? – спросил, было, он, но опомнившись, не потребовал ответа и просто ушел. Она не пошла к главврачу, пока решив повременить, да и этот Михайлин не появлялся, и Кира понадеялась, что этот тип не станет больше их тревожить, на всякий случай, сказав охране не пускать никого без предупреждения. Вернувшись к возлюбленному, Кира посмотрела на время и убрала грелку со льдом, понимая, что долго её держать тоже нельзя, теперь нужно было немного выждать, а потом уже сменить прилично пропитавшуюся повязку. - Может, поспишь? – шепотом проговорила Кира, поправив его подушку. - Нет, все но…- он оборвал себя, услышав голос Петрова, его охрана пустила, вместе с инвалидным креслом, которое он привез. – Палыч, че там, давай сразу меня закопаем, чтоб не мелочиться! Нахрена ты это припер? - Тебе… не нужно? – чувствуя теперь неловкость, Петров остановился, посмотрев на Грачева, и задвинул кресло за спину. – Я думал, пригодится… - Женя сам может подниматься… - сказала Кира, ей нужно было привести себя в порядок, взяв халат и сорочку из сумки, она ушла в ванную. Включилась вода в душе. Петров подошел к постели друга и присел на стул, заметив, как окровавлена его повязка. Грачев прикрыл её халатом, увидев, как побледнел Петров. - Раньше тебя вид крови не приводил в ужас. Ты че, Палыч? Петров вдруг замешкался, его пугал не сам вид крови, а то, что произошло. Он только смог приехать, навестить, узнав ещё прошлой ночью, что Грачев пришел в себя, но все-таки ему довелось увидеть его беспомощным, там в той больнице, в области, и потом при транспортировке, да и когда врачи уже решили петь ему отходную. Но сейчас Грачев выглядел не так уж и плохо, у него начала сходить бледность с лица, даже улыбка трогала его губы. У самого Петрова здоровье было не таким крепким, да и сердце подводило, а в прежние времена он вечно попадал в переделки – то шантажировали бандиты, когда Вера рожала, то потом дочь чуть не похитили из детского сада, да и много всего было. Нервы у Петрова никогда не отличались особой крепостью. А Грачев был другим – с ним почти никогда ничего не случалось… И этот выстрел… это было что-то жуткое… для Петрова, больше чем для самого Грачева. - Да не боюсь я крови… - вздохнул Петров. – Ты, Грачев, не умирай…, а то, что я буду делать, если Полинка снова начудит? – стараясь перевести все в шутку, продрожал он. - Ты теперь и сам начальник, разберешься, если что… Ой, Петров, вот только ты меня тут соплями не поливай… Не умер же! Не знал, что ты так ко мне относишься… Сыну про ботинки наплел, вот зачем, а? Ты бы ему ещё про тот случай рассказал… или рассказал? – серьезно, но негромко, чтобы Кира не услышала, спросил Грачев. - Нет, не рассказывал. Но ты сам мог бы рассказать, Миша мало о тебе знает, ты его всегда на расстоянии держал… Ну, поговорите по-человечески, может я и глупо сделал, что сказал ему про ботинки, но даже этого хватило, чтоб он задумался. Это же твой единственный сын, Грачев… - На жалость давить? – испепеляюще глядя на Петрова, сказал генерал. - И это у меня идиотский характер! - вспыхнул Петров, едва не засмеявшись, но затем посерьезнел: - У тебя у самого столько тараканов в голове, Грачев… При чем здесь жалость? Мамаша ему там рассказывала о тебе всякую дрянь, а это просто правда… и ничего постыдного, рассказать сыну – нет. Мы же… все менты и он мент, у каждого были какие-то свои промахи…. У меня вон сколько их было, а твой сын вообще… да ты и сам знаешь… - Может и так… - повернув голову к окну, кивнул Грачев: - Посмотрим, что из этого выйдет. - Знаешь, Кира у тебя… такая девчонка… как она здесь… - Не надо… - вдруг хрипло проговорил Грачев, затем резко повернул голову к бывшему напарнику: - Я и сам знаю, что она хотела сделать, может, поэтому и не подох… Палыч, давай не… - Да, конечно… - заметив, как увлажнились его глаза, тут же согласился Петров: - Просто, тебя любят… - Тебя любит Вера. - И спит со всеми подряд, даже с Климовым… Ладно, я пойду, надо на службу, с Зиминым ещё потолкую… Хотел просто убедиться, что ты живой, я ещё заеду, - протянув ему руку, сказал как-то печально Петров, но старался говорить более весело, чтоб не наводить хандру и на Грачева, без того пострадавшего. - Заезжай… Я, как с должности ушел вот…, ни одна генеральская сволочь не заехала навестить, даже никто не позвонил, а как в должность губернаторскую вступлю, опять поползут. А пока ждут, подохну или нет… и не дергаются… - пожав его руку, сказал Грачев.