Климов 1.1

Кира не знала о чем будет говорить с ней главврач, он особо не вызывал никакого раздражения, был лысоватым мужчиной лет шестидесяти, практикующим хирургом и Грачеву операцию провел сам, не поручив это Михайлину. Он пригласил Киру в свой кабинет, налил кофе, говорил немного заискивающе, хотя это и было понятно…, она была женой губернатора. - Кира Владимировна, ваш пасынок привез кровать в палату… не совсем больничного вида, двухместную… - начал он, странно трогая край ложечки своей чашки, и говорил, немного растягивая слова. – Во-о-от… у нас так не принято… - Мой муж пробудет тут по вашим же словам недели полторы, ему нужна нормальная кровать, мы с ним… - вздохнув, начала Кира. - Я все понимаю, Кира Владимировна, это… привез и привез… тут вот какое дело, то, что вы… вы молодая, со своими потребностями и…, но понимаете, то, что вы там делали… вы же сами видите, что швы начали расходиться от этого… повременить надо бы… - в том же духе сказал главврач. - Сука… ваш Михайлин, сука! Это из-за него у Жени швы начали расходиться, а не от того, что мы делали. Как мило он сказал, у вашего Михайлина, наверное, хронический недотрах! Короче так, перед тем, как ваш распрекрасный Михайлин влез, все было отлично…, я уже… мы уже делали это раз, но когда он пришел… он вывел моего мужа из себя и Женя встал с постели резко… - проговорила Кира, отодвинув от себя предложенный кофе. - Так… это произошло не во время…? Михайлин у нас недавно, Кира Владимировна, он перешел с хорошими рекомендациями, но… мне очень неловко… - осекся главврач, понимая, что ему нагло соврали. – То есть вы хотите сказать, что уже… и никаких проблем? - Я знаю своего мужа и что ему нужно, я сама меняю ему повязки и ему не нужен всякий там уход медсестер, только уколы и то, что там нужно по ранению, остальное… мое дело. И поверьте, я не сделаю ничего, что могло бы ему навредить… - сказала она, даже несколько оскорблено, ей было неприятно, что чужой человек вмешивался в их личную жизнь. – Разберитесь лучше с вашим хирургом! Она встала, и испепеляюще поглядев на главврача, вышла из его кабинета, а он остался перепуганный тем, что вызвал гнев жены губернатора, а как следствие и самого губернатора. Хотя Грачев ещё не вступил в должность, но это был вопрос недели… Кира вернулась в палату, когда оттуда выходил Зотов – парень был так подавлен, загнан, что она решила, будто он снова поругался с отцом. - Миш, ты опять с Женей… - спросила она в коридоре. - Нет, я… мы не ругались… - пробормотал он, говоря сдавленно и тяжело. – Я… завтра приеду, а тебе что-нибудь привезти? - Мне? Слушай, принеси полотенец побольше, Жене так в душ пока нельзя, поэтому…, в общем, полотенец… - сказала Кира, затем зайдя в палату. Она тут же подбежала к Грачеву, он лежал на постели, и прилегла рядом, раскрыв халат на его груди, принявшись его целовать. Теперь она могла не беспокоиться, охрана не пропустила бы никого кроме Миши и Петрова, но они уже были. - Чего хотел главврач? – спросил Грачев, касаясь руками её волос, перебирая её платиновые пряди. - Так, ерунда… кровать останется… - продолжая увлеченно целовать возлюбленного, опускаясь губами к низу его живота, огибая повязку, ответила она, её горячее дыхание касалось его кожи. – Давай я сделаю тебе…, через час тебе поставят капельницу, и уколы… перед сном… Я постелю себе на диване… - Подожди, что значит на диване? Нет, ты будешь спать со мной… - сказал он, как-то странно. – Ты… не хочешь со мной спать? - Жень, я могу задеть рану, случайно во сне… мне… не хочется, чтобы из-за меня тебе стало хуже, - подняв голову, произнесла Кира. – Я полежу с тобой сейчас, а ночью… - Ты будешь спать со мной… - отрезал Грачев. – Кира, ты не сделаешь мне больно, я прошу… - Хорошо, - понимая, что её слова его задели, хотя в этом не было никакого двойного смысла, быстро согласилась Кира. Сейчас Грачев был очень уязвим, его легко было задеть, зацепить, даже не желая того. Капельница, катетер в руке, уколы, запах лекарств – ему и самому это не нравилось, раздражало, да ещё и рана, которая приносила столько неудобства. - Жень, хочешь…, мы попробуем… ночью? – спросила она, положив голову на его плечо. - Да я-то хочу, но ты же боишься… - коснувшись пальцами её щеки, сказал он довольным голосом: - Попробуем? А может сейчас? - Ночью, пусть твое ранение ещё побудет в спокойном состоянии, чем позже, тем лучше…, а сейчас, - она снова скользнула вниз и отогнула полу халата в сторону. После капельницы и трех уколов, Грачеву было не слишком хорошо, от этого немного клонило в сон, рука в которой был катетер, совсем похолодела от раствора, который ему вводили. Кира оставила включенной лампу на столе, прежде чем лечь рядом с возлюбленным, она не была уверенна в том, что секс сейчас не навредит ему. Но Грачев чувствовал себя морально настолько подавленным, что ему просто необходим был как-то стимул, к тому же, она сама хотела этого… нуждалась в нем… - Ну, как ты? – коснувшись пальцами его лба, в полумраке, спросила она. – Какой-то холодный от этой капельницы… - Раствор холодный был… - он поднял руку, положив поверх её шеи, сзади, заставив опуститься, и коснулся поцелуем губ Киры, другую руку заведя под её сорочку, почувствовал, что на ней нет белья. Грачев все более углублял поцелуй, а его пальцы скользили под её сорочкой, по внутренней стороне бедра, затем – выше. Он уже был возбужден до предела, хотел её… - Повернись… набок… - сглотнув, прошептал он. Кира понимала, что так ему будет удобнее, к тому же пуля попала ближе к правому боку, ему можно было лечь на другой бок, чтобы прижаться к ней теснее. Стоило ей только повернуться набок, как он задрал на ней сорочку и, заложив подушку себе за спину, придвинулся ближе, опустив голову к её шее, касаясь губами. - Только не торопись… - попросила Кира, беспокоясь, чтобы он не сделал сам себе больно. Спиной она ощущала, как он прижимается к ней грудью, как бьется его сердце. Она была так распалена от его поцелуев, прикосновений – рук скользящих по её бедрам, груди… Он старался не делать ничего резко, но желание давно его переполняло. Грачев стал медленно проникать в неё, это сводило Киру с ума, ещё сутки назад она готова была покончить с собой, мечтала только, чтобы он открыл глаза, а сейчас он владел ею целиком. Он опустил руку к низу её живота, прижимая её к себе, Кира сама двигалась ему навстречу, чтобы усилить ритм. Когда её захлестнула волна оргазма, мышцы бешено сокращались, она с трудом сдержалась от резкости, задыхаясь от сладострастия… отыскав его руку, прижала к своим губам, исступленно целуя. Ощущая, как внутри стало горячо…, как Грачев заполнил её, она обернулась к нему через пару мгновений, прижимая его к себе, зацеловывая его лицо. Он был с ней, она принадлежала ему…, сейчас это оказалось более остро… чувство близости смерти сменилось наслаждением, осязанием друг друга, животными инстинктами, смешанными с безумной любовью, страхом потери… - Ещё… - прошептал Грачев, прикрыв глаза, чувствуя её поцелуи, со швами все было нормально, он не чувствовал физической боли, только желание прижать Киру к себе, сильнее, крепче, такую беззащитную, без него настолько уязвимую и ему так хотелось укрыть её от всего, от всех собой.