Климов 1.1

Пока в коридоре было суматоха, глядя на всех этих работников администрации, даже не зная толком где кабинет губернатора, Кира в спешке вложила в рот Грачеву таблетку от давления. Она не знала, что с ним происходит, с раной было все нормально, повязка уже давно не пропитывалась кровью, швы зарастали. Разобравшись где кабинет, Кира помогла ему зайти, оставив одного охранника с ними. - Как ты… здесь оказалась? – спросил Грачев, когда она расстегивала на нем рубашку, чтобы облегчит его дыхание. - Записку нашла… - проговорила она, достав из кармана бумагу в которой было всего несколько слов: «Милая, я на работу, скоро вернусь». - Ты сообразительная… - слабо улыбнулся Грачев, после таблетки ему стало немного легче, он попытался подняться с дивана, на который его усадила Кира, но не смог: - Черт, не понимаю… что происходит… - Тебе надо в больницу… А здесь нет даже тонометра… - Кира села к нему поближе, нервно коснувшись пальцами его запястья, и без всякого прибора понимая, что пульс у него слишком учащенный. – Жень, тебе срочно надо в клинику… - Знаю… - он как-то мучительно смотрел на возлюбленную, её появление в администрации было больше похоже на чудо, он звал её и она пришла. – Спасибо, что… приехала… Кира… милая... Грачев закрыл глаза, боль в груди вдруг усилилась, он поднял руку к шее, понимая, что сейчас ему действительно лучше вернуться в клинику и состояние его было совершенно невыносимым. Но прежде с ним такого не бывало, никогда. Словно яд разливался по его венам, а головная боль снова стала усиливаться. - Женя, Женечка… - замечая, что он снова на грани обморока, прошептала Кира взволнованно. – Вставай, давай, поедем в клинику… - она кивнула охраннику и тот помог шефу подняться. - Там… журналисты… - поднявшись на ноги, проговорил Грачев, затем переведя взгляд на дверь, попытался сосредоточиться. - Машину к служебному входу… - Понял, шеф… - кивнул охранник, и выйдя на мгновение из кабинета дал распоряжение, тут же вернувшись, помогая губернатору надеть пальто. Грачев взялся за руку Киры, стараясь восстановить дыхание, но это совершенно не удавалось, словно бы его кто-то душил, однако он не понимал отчего это… У Селезнева он ничуть не нервничал, а утром чувствовал себя нормально, но после укола, со временем что-то стало происходить и он попросту не мог собраться с мыслями, чтобы догадаться, в чем могло быть дело. В клинике у Грачева тут же взяли анализы, главврач, обеспокоенный ухудшением его состояния, провел осмотр и быстро понял, что дело не в ранении. У нового губернатора просто зашкаливало давление, правда появление Киры, таблетки не дали этому перейти в гипертонический криз, ко всему и в клиники ему стали сбивать давление, поставили капельницу. Кира заметила, как задумчиво просматривает результаты анализов Вилкин, затем заглянув в тумбочку, где были ампулы с препаратами, которые кололи Грачеву прямо в палате и они хранились у него. Это было обезболивающие, антибиотики и витамины. Все, что выписал сам главврач. - Евгений Петрович, вам… не делали больше никаких уколов кроме тех, что в клинике? – спросил врач, склонившись к нему. - Нет, ничего… - облизав пересохшие губы, проговорил хрипло Грачев. - Интересно… - сказал тот, потоптавшись, затем перевел взгляд на Киру. – Кира Владимировна, а вы… какой препарат давали супругу? - Вот этот, - достав из сумочки блистер с таблетками, произнесла она нервно. – Но Жене было уже плохо, когда я… Это из-за таблеток?! - Нет, эти таблетки… не то… эти хорошие, - сказал странно Вилкин и быстро покинул палату. Слова главврача насторожили Киру, казалось он о чем-то догадался и не хотел говорить ей. Взглянув на Грачева, она вернулась к постели, присев, но вновь обернулась к двери. - Жень, я… выйду на пару минут… - коснувшись его запястья, проговорила она. – Скоро вернусь… - Да, хорошо… - произнес он, но затем перехватил руку: - Кира, спасибо, что приехала за мной… - Ты же говорил, что я твой ангел… - улыбнулась она, затем подняв руку возлюбленного, прижала его пальцы к своим губам. Прикрыв дверь в палату она приказала охране никого не впускать и спросила, куда отправился главврач. Пройдя к процедурной, Кира услышала, как Вилкин отчитывает медсестру, вываливая пустые ампулы из корзины на пол, но та совершенно ничего не понимая, оправдывалась, что сделала все, как было записано, она показала бумагу с назначением. - Это не та бумага, ты что ослепла! Грачев мог получить инсульт! Ты что ему колола?! Это… могло его убить! – выпалил главврач, схватив бумагу и ткнув её в лицо женщине. - Откуда я знаю, я только из отпуска… - проговорила испуганно та. Кира не стала заходить и быстро отошла от двери. Она даже думать боялась о том, что с Грачевым мог произойти инсульт, но и на случайность это не было похоже. Валить на Климова было глупо, он не разбирался в медицине. Но тут вспомнился этот странный хирург с комплексом Наполеона, однако реальных причин для того, чтобы убивать Грачева у него, казалось бы, не было…. Кира ничего не понимала… Она спустилась вниз, чтобы выпить чего-то покрепче, немного освежить мысли… - Кира Владимировна, - между вторым и третьим этажом она услышала голос Симцова и резко обернулась. - Мы с вами так и не познакомились. «- Этот человек… Симцов… - проговорила Кира, ей стало не по себе, Грачев молчал, словно не желая этого рассказывать. - Человек… он пытал меня…- опустив одну руку в карман, совершенно хладнокровно, с какой-то странной усмешкой проговорил генерал. – Меня, моих сослуживцев…» Кира отступила на шаг от него. Ей было сложнее сдерживать свои чувства, перед ней стоял человек, который пытал её возлюбленного, убивал его сослуживцев. Симцов внешне не походил на садиста, он был обыкновенный – даже как-то располагающий к себе, с доброй улыбкой, словно бы всю жизнь работал воспитателем в детском саду, а не выкалывал глаза и отрезал языки. Кире было так противно это лицо, она смотрела на него так, словно через мгновение готова была бросится на него и удушить собственными руками. Он держал в руках очки, вертел их в пальцах… «- Нет, страшно не это… тот оперативник, которому Симцов выколол глаза… он лежал со мной в одной палате… он… не выдержал… Три дня он лежал… орал по ночам, ему мучали кошмары… просыпался в мокрой постели и не выдержал этого… он повесился, я его нашел… Вот это было страшно…» Кира остановила взгляд на его очках не произнеся ни слова. - Что с вами, Кира Владимировна? – спросил тот, попытавшись притронуться к её плечу, но она с силой оттолкнула его от себя, так неожиданного для Симцова, что он выронил очки. - Не прикасайся ко мне, тварь! – наступив на его очки, выпалила она. - Вы, наверное, не так меня поняли… - пробормотал он. – Мои очки, вы их… - Сука… - прошипела она, быстро поднявшись на свой этаж, остановившись в начале коридора и тяжело дыша прижалась к стене, зажмурившись. Услышав шаги, стук каблуков, Кира открыла глаза, в коридор свернула Лена Измайлова. - Привет, а ты чего такая бледная? – спросила её Лена, затем приметив Михайлина, тот прошел мимо них, нервно моргнув: - Смотри… Михайлин… - Ты его знаешь? – Кира расстегнула две верхние пуговицы на блузе, после встречи с Симцовым её бросило в жар, какая-то страшная оторопь её охватила от невозможности убить его в это же мгновение. - Он когда-то с Зиминой встречался, предложение ей даже сделал, а она отказалась… Долго они встречались… - сказала Измайлова. – Надо же, он раньше в другом месте работал… - Господи… вот в чем дело… - проговорила она тихо. – Любовник… ещё один больной урод… - Это ты о чем? - О том… Все кто спят с Зиминой превращаются в маньяков, интересно, а Быстров с ней не спал? Не важно… Лен, ты что-то хотела? Жене сейчас не до визитов, у него давление поднялось, после того, как он съездил в администрацию, так что… - не вдаваясь в подробности того, что дело было вовсе не в поездке, а в этом Михайлине, Кира обернулась к палате, затем снова посмотрела на Измайлову. - Я насчет Миши, он вчера в аварию попал, Рома рассказывал, а сегодня на службу не вышел… Теперь же я его заместитель и хотела узнать все ли в порядке, авария, как я поняла, была подстроена… Ему звонила, но он толком ничего не сказал, вот думала узнать… Но если Грачеву плохо, то… лучше в другой раз, - проговорила Лена, не желая доставлять дополнительных неудобств генералу и его жене. - Там Женя уже разобрался, завтра Миша выйдет на службу… - торопливо проговорила Кира, затем быстро простившись с Измайловой и зашла в палату. Она понимала, что оставаться в этой клинике для Грачева небезопасно, даже учитывая, что сейчас ему нужно было хотя бы пару дней полежать под наблюдением врачей, но явно не таких, как Михайлин. Она хотела, чтобы этот человек, который по всему мстил за свою подружку Зимину, был наказан… Кира стала вспоминать его слова о хозяевах жизни, о том, что они садят только невиновных, все это было только из-за одной рыжей сволочи, которая получила более чем заслуженное наказание за все, что натворила. - Но нет! Она до сих пор нам портит жизнь своими сучьими любовниками… - проговорила нервно Кира, рассказав все Грачеву: - Разбросала по всему свету своих фанатов… - Один звонок и он покойник, - просто сказал Грачев, взяв свой телефон. – Или ты хочешь что-то изощренное? - Да, хочу… хочу, чтоб он почувствовал, что перед ним действительно те самые хозяева жизни, чтобы понял, что он просто ничтожество перед нами… Он мог тебя убить, это жалкое существо… мелочный мстительный урод… - расхаживая по палате, выпалила она, ещё не отойдя толком после встречи с Симцовым. - Есть одна идея, - улыбнулся Грачев, ему нравилось, когда Кира была такой решительной, впрочем, он всегда видел в ней этот потенциал, её огонь, жестокость, которая в ней просыпалась всякий раз, когда дело касалось близких. Он сам был таким же, циничен, холоден, расчетлив в деле и безумно горяч, решителен там, где вопрос становился о жизни тех, кого он любил… Ему не важны были последствия, когда на кону стояла жизнь сына или Киры, теперь к этому прибавились ещё и внуки. И он не только посвятил Киру в то, что можно было сделать с Михайлиным, но и в то, как он хотел убить Симцова. Кире это нравилось, она даже готова была подождать до утра, чтобы лично наблюдать за исходом… Симцова выписывали следующим утром, тогда же хотел выехать из клиники и Грачев. Перед этим решив вопрос и с Михайлиным. Он набрал номер своего личного врача, попросив ему привести один препарат и сделал ещё несколько звонков с довольно необычными поручениями. А вечером, когда главврач был на операции, Михайлина вызвали в его кабинет. Открыв дверь, он зашел, не подозревая, какой сюрприз его ждет, но тут же, как только за ним закрылась дверь, он почувствовал, как в его плечо вонзился шприц и что-то вспрыснулось под кожу. Грачев отошел от него в сторону как только ввел все содержимое, а Кира провернула ключ в дверях. - Вы что делаете? – выпалил Михайлин, затем увидев на диванчике резиновую куклу из секс-шопа в рыжем парике, а на её лице была фотокарточка Зиминой. - Давай, доктор, насладись своей подружкой, - сказал Грачев, накрыв иглу шприца колпачком и опустив его в карман. - Хороша красавица? Как ты любишь, пострашнее и порыжее… - Не понимаю… что вы… как… откуда вы… - Михайлин замолчал, почувствовав, что между ног становится так странно, как если бы он принял сразу же пару таблеток какого-нибудь средства для эрекции. – Это что было? - Расстегивай штанишки, - достав из-за пояса пистолет, проговорила Кира, направив его в доктора. – Злобное существо… И вперед… твоя Ирина Сергеевна тебя заждалась, - кивнув на куклу, усмехнулась Кира. - Вы ненормальные! – завопил Михайлин, зажав пах руками, согнувшись. - Да ладно, че ты болтаешь, мы-то ненормальные? А ты мне чего вколоть сказал? – усмехнулся Грачев, качнув головой. – Так что это тебе ещё повезло, я ведь за такое и убить могу… Ну, ты же доктор, вот и поработай руками… Иначе моя девочка тебя застрелит, она любит стрелять… - Очень… - подтвердила Кира. – Давай, жертва Зиминой, помоги себе сам или вон, воспользуйся услугами куклы Иры. Как только Михайлин начал исполнять их требования, хотя и отвернувшись от них, Кира с Грачевым переглянувшись, тихо вышли из кабинета, а тот - за своим занятием – даже не заметил их ухода. Мимо Грачевых в коридоре прошел Вилкин, отправляясь в кабинет. То, что увидел главврач, застав Михайлина в момент близкий к разрядке, просто не поддавалось логике, а главное – белая жидкость ударила прямо в его открытую коробку с антикварными ложечками. - Мои ложечки! – раздался крик главврача из кабинета. – Ты больной, конченный отморозок!