Климов 1.1

Вооружившись фотокамерой, Климов перелез через забор и осмотревшись, подбежал к окну, прислонившись к стене, он заглянул в спальню одного из должников Рудника, но там пока не было для него ничего интересного. И если для самого коллекторского агентства хватило бы прелюдии в спальне между должником и женой влиятельного человека, то Вадим почему-то выжидал именно секса. Он смотрел в объектив и усмехался, а когда они приступили, начал фотографировать, но все больше смотрел сам при этом начиная злиться. Фотографируя он облизывался и сам не заметил, как потянулся к своей ширинке, но его заметила охрана и теперь, вместо того, чтобы оказать им сопротивление, Климов побежал к забору и схватив садовую лопату, бросил её в одного из охранников, быстро перескочив на улицу. Вадим пытался снова влиться в бизнес Рудника, чтобы тот ничего не заподозрил, да и следить за людьми, фотографировать их – ему нравилось, он сам не понимал причины – но это его возбуждало. Он фотографировал не так лица людей, как то, что было ниже пояса в момент соития, Рудник думал, что Климов просто так развлекается, не замечая в нем патологических наклонностей. Сев в автомобиль, Климов быстро отъехал от дома своей жертвы, затем решив поехать в город на такси, чтобы его не свернули ППСники… Уже в Москве, заметив палатку с пирожками, он подошел к ней и повесив на шею фотоаппарат, прищурившись посмотрел на продавщицу, достав, как он думал, сторублевую бумажку из кармана. - Пирожок… - глядя на её белые, плохо прокрашенные волосы, сказал тихо он. Продавщице было лет сорок, она скептически посмотрела на конфетный фантик, который он ей протянул и покрутила пальцем у виска. - Иди отсюда, придурок, - сказала она, пригрозив ему кулаком. Положив фантик обратно в карман, Климов схватил с прилавка пирожок и стал его поедать прямо на глазах очумевшей от такого продавщицы. - Сука, сука, с капустой, тварь! – выплюнув вдруг пирожок, Климов схватил продавщицу за руку, вцепившись в неё зубами. Продавщица завизжала, что было сил и оттолкнула его вместе с прилавком. Свалившись на асфальт, Вадим резко сбросил с себя деревянную столешницу и схватив другой пирожок, бросился бежать, отталкивая прохожих. Он долго бежал, хотя за ним не было никакой слежки, продолжая сжимать в руке пирожок, хотя был совершенно не голоден, и пешком вернувшись к своему автомобилю, снова взяв такси, заметив, как странно на него смотрел водитель всю дорогу. Вернувшись в коттедж Рудника, Климов положил перед ним свой фотоаппарат и быстро зашел в свою комнату. Положив перемятый пирожок на постель, он сел и сам, но тут же подскочил, заметив на стуле несколько упаковок с одеждой. - Ну ты, Вадь, даешь, - рассматривая фотографии, листая их в фотоаппарате, сказал Рудник, когда Климов зашел в гостиную. – Нифига себе фотки… вот эти вообще такие зашибенные. Круто этот чел её жарит… - Валера, а что это за одежда у меня в спальне? – спросил его Климов. - Да я за шмотками смотался сегодня, ну и тебе прикупил… Носи, Вадь, твой размер… - ответил Рудник, не став говорить прямо в лоб, что тому пора сменить свое белье, полагая, что Вадим просто не успел, собираясь в спешке, взять свое белье из дому. – Капустой пахнет… тушенной… - Да, тетка одна бешенная попалась… А я, Валера, капусту не люблю! Не люблю! И яйца тоже! – подняв указательный палец вверх, жестко произнес Климов. Вернувшись в спальню, Климов распаковал белье и достав новые трусы, брезгливо выбросил их в мусорную корзину, затем, подойдя к высокому зеркалу, охватывающему его во весь рост, он с гордостью взглянул в отражение. Присев на постель, он достал новый телефон и набрал номер Оксаны. - Это Климов, слушай… надо встретиться, да… с Дашей проблемы… А она попала в аварию…, нет, в больницу не надо… Я сказал! Ты дура! Не слышишь меня! Нет, Кира не знает, какая к черту Кира, я с нею давно не живу! Тебе со всем плевать на дочь? – договариваясь о встрече, он начал ковырять пальцем в пирожке, а узнав, что и тот оказался с капустой, бросил его на пол и стал топтать ногами. - Вадь, я что подумал, - подойдя к двери его спальни, проговорил Рудник. – У моей телки подруга есть, ну то, се… можно замутить на двоих… че… расслабимся… Климов резко открыл дверь прямо перед его носом, уже куда-то собираясь. - Не надо, Валера, мне такое предлагать… - медленно, растягивая слова, проговорил низким голосом Вадим. – Я не… не намерян! Маша смотрела репортаж с места перестрелки акционеров комбината, с ужасом думая о том, что это было совсем неподалеку от того места, где прошлой ночью был банкет. Впрочем, вспоминая прошлую ночь и теперь попав, переключая каналы, на странное интервью Грачева, она начала задумываться, так ли он не причастен ко всему этому… И Миша… «- Миш, ну, где ты ходишь… - заметив красные капли на левой манжете его рубашки, она отогнула рукав пиджака. – Кровь? Откуда? - А… нет, это вино, пролил… - ответил парень, затем взяв бокал с шампанским, поцеловал Машу: - Давай, выпьем за отца…». Слишком явное совпадение и кровь на манжете была слишком свежей. Маша не стала обманываться, что это было вино. Прежде она могла бы решить, что это производственная необходимость при поимке опасного преступника, но на этот раз все выглядело слишком очевидно. Однако, ей казалось, что Миша не мог сам по себе на такое пойти, принять в этом участие без толчка… И уже давно она стала замечать, что он находится в некой зависимости от Грачева, старается ему угодить, беспрекословно следуя его просьбам, даже через Киру. А после репортажа из детдома и этой притворной семейной фотосессии, Маша стала задумываться, так ли хорош её свекор, за того ли он себя выдает… Ко всему ей было немного страшно, после кадров этой перестрелки, заговаривать с Грачевым… Только в одном она хотела убедиться, понять, знает ли Кира о том, что происходит, так ли хорошо она осведомлена о деятельности своего мужа и все ли её устраивает. Миша был на работе, в доме оставались только Сережа, охрана и няни. Маша, выключив телевизор, поднялась на второй этаж и открыла дверь в кабинет Грачева. Она стала заглядывать в ящики письменного стола, смотреть между книг, выворачивала все, что могла в поисках неизвестного чего. - Должно же что-то быть… - проговорила она, отметая в сторону удостоверения на ордена, которые были присвоены Грачеву, даже не заглянув в них. Складывая на стол фотографии, в разброс, книги, какие-то папки с архивными делами, которые давно уже были закрыты, наткнулась даже на пару порно-журналов, что её несколько удивило. Сама того не понимая, Маша занималась мерзким делом, словно какая-то ищейка, обыскивая кабинет человека, который позволил ей жить в этом доме и сделал так, чтобы она ни в чем не нуждалась. Она не смогла открыть сейф, не знала пароля, да и ключей у неё не было. Единственное, что она отыскала – был документ купли-продажи какого-то крупного участка, в Ленинградской области. Участок был огромен, с озером, а Грачев приобрел его практически за копейки, хотя и сумма, которую он за это заплатил, была много больше его реальных официальных доходов. Он купил эту землю три года назад, больше там ничего не было, только это… - Кира, можно нам с тобой поговорить? – набрав её номер, мягко произнесла Маша. – Приедешь? Пожалуйста… - Женя немного занят… - проговорила Кира, она была в администрации, заканчивая просматривать официальную статью о комбинате необходимую для срочного выпуска в утренний тираж газеты, которая выходила под патронатом губернатора. - Нет, только ты… можешь приехать? – продолжила Маша. - Постараюсь… через пару часов, - сказала Кира, надеясь, что Маша одумалась и решила извиниться. Кира повернулась к возлюбленному, они вместе сидели за столом. Грачев вопросительно на неё взглянул, закатив рукава на рубашке, он работал с документами по комбинату, чтобы как можно быстрее покончить с этим делом. - Маша звонила, хочет о чем-то говорить… - сохранив проверенную статью в ноутбуке, Кира устало взглянула на Грачева. – Придется поехать… - Я надеюсь ненадолго? – он поднялся из-за стола, и, остановившись, позади кресла, в котором сидела Кира, опустил руки на её плечи. – Ты устала, тебе надо расслабиться… отдохнуть… выпить вина… и…. - Продолжай… - промяукала она, прикрыв глаза, ощущая, как он массирует её плечи. – Как у тебя получается? - Я все делаю хорошо… - склонившись к ней, Грачев коснулся губами шеи возлюбленной. – И могу сделать прямо сейчас… Кира поднялась с кресла и остановилась напротив Грачева, обняв его, прижавшись всем телом. - Я только туда и обратно… быстро, обещаю… - поцеловав его, но стараясь не увлекаться, чтобы не оставлять его в слишком возбужденном состоянии, Кира все же оторвалась от мужа. Но приехав в особняк, Кира поняла, что Маша совсем не желает примирения. Она положила на стол документы о купленной земле. Кира присев на диван, бегло взглянув на это, усмехнулась, даже не зная, что говорить…. - Кир, скажи, ты в курсе всех этих дел и того, что в бумаге такая сумма, откуда у Грачева такие деньги? – спросила Маша, скрестив руки на груди. - Откуда это у тебя? – взяв документы, Кира положила их в сумочку. - Ты не ответила… Откуда у Грачева такие деньги и зачем ему эта земля? А ты в курсе, что это похоже на захват, даже если он заплатил такую сумму, то она намного меньше того, сколько реально стоит такая земля, – продолжала упорствовать Маша. - Хорошо… Тогда скажу так, я в курсе обо всем, что касается моего мужа. Но это мой муж… А ты кто такая, чтобы копаться в его бумагах? Этот документ лежал в столе, значит ты туда залезла и взяла его… И ещё хочешь, чтобы Женя перед тобой отчитывался, от меня каких-то ответов требуешь. Смотри, Маша, как бы ты не осталась у разбитого корыта с такой борзотой… - перекинув сумочку через плечо, Кира поднялась с дивана и вышла из дома.