Климов 1.1

Увидев в окно, как Зотов говорит с каким-то странным типом, приехавшим к дому с охраной, совсем не похожий на оперативника или следователя, Маша недовольно задернула штору. Тип, с которым говорил Миша был Пилатом, он приехал рассказать о том, что нельзя обсуждать по телефону – о враче для Климова, о том, что дал осмотр и что будет с ним дальше, однако из квартиры его перевозить никто пока не собирался… - Заштопали его, лежит там, в сознание приходил, но возни с ним… Я приезжал, вколол, что нужно, мозги ему прочистить можно. Евгению Петровичу потом все передайте, Михаил Евгеньевич. Я не поеду, не буду беспокоить. Его пожелание вполне осуществимо, - опустив одну руку в карман, Пилат прошелся по дороге, возле своего внедорожника: - А Рудника мы нашли… к его счастью, забавный персонаж… Его и его подругу Климов связал голыми и в шкаф посадил… Два дня просидели… - Я все передам, - усмехнувшись рассказу о Руднике, Миша протянул руку Пилату. – А ты чекист? - Разве я похож на чекиста? Я из добрых услуг, - пожав руку Зотову, сказал Пилат, затем сев в свой внедорожник. Зайдя в особняк, Миша снял пальто и взяв из вазы с фруктами банан, присел на диван. Сосредоточившись на банане, он принялся его раскрывать. - Это был полицейский? – спросила Маша, так неожиданно, оказавшись позади него, что Зотов замер с открытым ртом, поднеся к нему очищенную часть банана. - Нет, это по другому делу… - сказал он, обернувшись. – Хочешь банан? - По какому делу? Это от твоего отца? Миш, куда ты уже третий день уезжаешь по вечерам? Я имею право знать… - присев на подлокотник дивана, не слишком навязчиво, но вместе с тем требовательно, произнесла она. - Климов похитил Веру и Киру, мы его искали… три дня назад, не хотел тебе говорить… Он превратился в маньяка, хотел убить Киру и изнасиловать, теперь мы его держим, пока не знаем, что с ним делать… - все же признался Миша, надеясь, что это поможет Маше относится к нему более доверительно. - Очень смешно! – выпалила она, выхватив из его руки банан и положив обратно на стол. – Миш, я серьезно говорю, а ты так, словно мне десять лет, издеваешься! - Да я правду сказал… - но увидев, как она взяла телефон, тут же забрал его: - Кому ты собираешься звонить? - Кире… Узнать, какую правду ты мне сказал. Жену губернатора и жену начальника полиции похитил Климов, но никто об этом ничего не знает… А почему не инопланетяне? Миш, ну почему тебе просто не сказать правду? Я все пойму или попытаюсь понять… - взяв Зотова за руку, она пытливо заглянула в его в его глаза, искренне надеясь, что он скажет ей что-то, на её взгляд, более правдоподобное. - Мне нечего добавить. Я сказал правду… - не понимая, что такого фантастического было в его словах, положив телефон, он снова взял банан. Проводив Грачева на работу, в администрацию, уверив его, что вполне сможет побыть дома одна, Кира бесцельно ходила по комнатам, не находя себе места. Она хотела заняться своей работой, но включив ноутбук, зайдя в почту, вспоминала об этом отвратительном письме от Климова и с раздражением захлопнула крышку. Зайдя в спальню, Кира начала перебирать свои вещи, думая, что надеть… Достав длинное шелковое платье, чтобы не видеть самой повязку на ноге, надев его, она подошла к зеркалу, остановившись перед ним, глядя в свое отражение… Достав тональный крем из косметички, она начала намазывать его, чтобы скрыть круги под глазами, ей не составляло труда делать такой же макияж, какой мог создать визажист из салона. Она быстро все запоминала, наблюдая за тем, как это делали ей в салоне… Подкрасив ресницы, нанеся легкий прозрачный чуть розовый блеск на губы, она уложила волосы – но за этим занятием провела всего сорок минут. Поставив террариум с черепахой на стол, она набрала номер Светы, предложив ей эту живность для детского дома, сама не зная, что с ней делать… Света радостно согласилась пополнить живой уголок. Но и этого ей было мало… Она договорилась привести черепаху на следующий день, пока не думая выходить из дома одна, опасаясь, что снова нахлынет этот необъяснимый страх… Кира не хотела выглядеть, как сумасшедшая, а тем более становиться ею, но эмоции теперь как-то выходили из-под контроля. Она не боялась ни убийц, ни палачей, это не ломало её, а Климов… человек, которого она жалела, заботилась, для которого сделала так много – пытался её изнасиловать, так избивал, мучил, унижал… В нем было к ней столько ненависти, столько злости… А когда-то она доверяла ему, готова была даже доверить свою собственную жизнь. И теперь Кира не знала, сможет ли когда-то кому-то довериться, жить, как прежде. Единственный человек, которому она доверяла, самый близкий, самый дорогой – был для неё Грачев и ей стало страшно… не предаст ли он… Она так боялась остаться одна, так любила его и с каждым днем все больше, а это… означало, что его предательства Кира бы просто не смогла пережить. В дверь позвонили, она вышла в коридор, взяв связку ключей. На пороге стояла Маша, она внимательно взглянула на Киру, не заметив в ней никаких изменений, которые могли бы сказать о том, что она подверглась нападению или насилию. - Привет, - коротко сказала ей Кира, как-то не желая пускать Машу в квартиру, хотя будь на её месте кто-то другой, реакция была бы такой же. - Можно я зайду? Я ненадолго, просто… хочу узнать, ты не подумай, я понимаю, что это может как-то дико прозвучать, но… Миша что-то от меня скрывает и не уверенна, что… не хочу чтобы он попал в какую-нибудь переделку… Так я зайду? – немного виновато, словно бы и оправдываясь, сказала Маша. - Я собираюсь уходить… - не пропустив Машу, нервно проговорила Кира. - Ну хорошо, просто Миша сказал, что тебя якобы похитил Климов… - начала Маша, но Кира оттолкнула её с порога и быстро закрыла дверь. - Мне некогда! – крикнула ей Кира, затем пройдя по коридору, прислонившись к стене, опустилась на пол. «- Ты дура! Ду-у-у-ра! – кричал Климов, не зная, как открыть ей рот, как заставить. – Ну че ты не можешь нормально себя вести?! Соси, сказал! Быстро! – снова схватив её за волосы, он взглянул на Киру: - Нам же было так хорошо, но нет… ты захотела стать шлюхой… И кто в этом виноват?! Скажи, кто?! Я?! Да неужели! Я же тебя, падла, отсюда не выпущу, сдохнешь здесь, паскуда!» Обхватив голову рукам, она уперлась лбом в колени, желая, чтобы этот голос и это видение исчезло. Она сидела так неподвижно почти полчаса. Потом схватила шубу и вышла из дома. Под подъездом был автомобиль с охраной Грачева, вернее с теми, кто должен был присматривать именно за ней. - Кира Владимировна, вас куда-то отвезти? – спросил один из охранников, открывая ей дверцу. - Я хочу сама сесть за руль, мне не нужен никто в машине… - отступив от охранника, проговорила растерянно она. - У нас нет такого разрешения… садитесь, мы отвезем вас куда вы захотите… - Разрешения? – переспросила Кира, прижав одну ладонь ко лбу. - Разрешения Евгения Петровича… - объяснил тот. - В администрацию, - все же сев в автомобиль, на заднее сидение, сказала недружелюбно Кира, ей было неприятно сидеть в обществе водителя и охранника, но и оставаться дома было невозможно. Подъехав к администрации, она вышла из автомобиля, быстро направляясь к кабинету мужа, но вокруг было так многолюдно, по коридорам, начиная с вестибюля ходило столько народу, все здоровались с ней – мужчины и женщины – какие-то секретари, менеджеры, депутаты областной думы, которых она не знала, пытались поцеловать ей руку, но это совершенно её напугало. Она шарахалась от них в каком-то диком ужасе, а по Думе уже ходил слух о том, что жена губернатора не в себе, этот слух пустил секретарь-референт Грачева, когда увидел как странно она вела себя дома. - У Евгения Петровича совещание… - встав из-за стола, в приемной, сказала секретарша, когда Кира открыла дверь. Грачев сидел за столом со своими заместителями и, когда дверь открылась, они все обернулись к Кире. Она замерла, чувствуя себя не в своей тарелке и ей не нравилось то, как эти люди смотрели на неё. Поднявшись из-за стола, Грачев быстро подошел к ней, но Кира только растерянно смотрела на него и его коллег. - Совещание окончено, - сказал он, обернувшись к заместителям, те быстро покинули кабинет. - Я… мне стало… так… жутко одной… прости… я не должна была приходить… - проговорила подавленно Кира. – Ты… я не хотела тебе помешать… - Ты не мешаешь, пойдем, - взяв её за руку, он подвел Киру к дивану и усадив, сел рядом. – Я не должен был оставлять тебя… Кира быстро забралась к нему на колени, поцеловав его. - Я сейчас уеду обратно…, если хочешь, или побуду в своем кабинете, пока ты… тут будешь работать… - проговорила она, скользя рукой по его груди, расстегивая несколько пуговиц. – Только побудь со мной немного… - У меня ещё одна встреча, - он посмотрел на часы: - Через полтора часа, а потом мы поедем домой, вместе… - Ты не обижаешься? – спросила вкрадчиво она. - Нет, мне не на что обижаться… - коснувшись пальцами её щеки, он мягко поцеловал её, затем углубив поцелуй, другой рукой скользнув под её шубу, снимая её и Кира охотно высвободилась от верхней одежды, ещё плотнее прижимаясь к Грачеву. - Мы можем… сейчас? – чувствуя, как его рука скользит уже под её платьем, Кира сменила положение, перекинув через него одну ногу, так оседлав его, тут же ощутив через тонкую ткань своего белья как он упирается в неё. - Я закрою дверь на ключ, - сказал он, но Кира не дала ему подняться. - Пусть так… тебя разве это не возбуждает? – расстегнув молнию на его брюках, она высвободила его и сама направила, отогнув ткань своего белья и он со стоном проник в неё. - Что-то в этом есть… - согласился с ухмылкой Грачев, задирая её платье ещё выше. – Тебе так удобно? - Ещё как… - прошептала она, заставляя его оттолкнуться от спинки дивана, обхватывая его плечи руками, поднимаясь и чувствуя, как он двигается вместе с нею. Их ритм учащался и Кира с трудом сдерживалась, чтобы не закричать, только постанывая, когда невозможно было совсем молчать, когда он с таким натиском, обхватив руками её бедра, под платьем, управлял её движениями, превращал её в дикую, безудержную ведьму. - Я хочу сильнее, - простонала она, оглядываясь на дверь, затем ощутив, как он резко опрокинул её на спину оказавшись сверху и стал с ожесточением двигаться, закрыв ей рот ладонью, чтобы она не кричала, замечая, как в глазах Киры мелькнуло какое-то безумное наслаждение. - Ты же не против? – спросил он, уже не останавливаясь, не в силах прекратить движений приближаясь к разрядке вместе с Кирой. Вместо ответа, она только сильнее стиснула его ногами, прижимая к себе, чтобы каждый раз он входил в неё до упора. Наконец, когда они получили желаемое, Грачев убрал руку с её рта, собираясь подняться, так, чтобы не сделать ей больно, но Кира не дала ему этого сделать. - Не надо, иди сюда, - притягивая его к себе, заставляя полностью опуститься сверху, зашептала она: - Иди ко мне, мой хороший…, мой любимый… Грачев поддался ей и сам не желая сейчас обрывать все так, но опасаясь, как бы ей это не навредило. Пристально взглянув на Киру, он накрыл её губы своими губами, прижимаясь к её груди, опьянено скользя руками по её бедрам, приходя в возбуждение и начиная все заново.