Климов 1.1

Кира тихо зашла в кабинет Грачева, проведя совещание и положив на его стол тезисы для его интервью, договорившись на вечер с одним из федеральных каналов и проведя совещание. Присев на диван, она скрестила руки на груди и откинулась на спинку дивана. - Там, посмотри, Жень, конечно разговор не о том, что там статья в газете, а о текущих проблемах в области, которые ты решаешь и так вскользь упомяни о том, что теперь многие пытаются тебе ставить палки в колеса и мешать честной работе вот такими низкосортными способами, ну там все конкретно расписано, почитай… - произнесла она прикрыв глаза: - Я немножко посижу… голова болит от этого всего… Грачев быстро поднялся из своего кресла и подошел к дивану, присев возле Киры, она только улыбнулась, не открывая глаза. Ощутив, как он взял её руку в свою, затем прикоснулся губами. - Ты так говорила там… этим журналистам… - сказал таким растроганным голосом он, не скрывая своего восхищения, какого-то особенного чувства, которое охватывало. - Откуда ты знаешь? – открыв глаза, спросила Кира. - Я прослушиваю почти всю администрацию… - усмехнулся он, глядя на неё с нежностью. - Так вот почему ты так быстро появился в моем кабинете, когда ко мне заявился тогда Антон… Ты меня тоже прослушиваешь! – догадалась Кира, но это почему-то нисколько её не разозлило: - И возле актового зала ты… ты меня слушаешь… - Да… - признался он, с улыбкой пожав плечами: - Но не потому что не доверяю, ты не подумай, просто… хочу быть в курсе, кто возле тебя крутится… Но я и Мишу прослушиваю в ОВД, хотя думаю он догадывается… - Делать тебе больше нечего… - развеселилась Кира: - Ты ещё на внуков прослушку установи… - Ты не обижена? – спросил негромко он, коснувшись пальцами её шеи, скользнув к груди. - На что? Ну, если тебе так хочется меня прослушивать… Я не имею ничего против, мне нечего от тебя скрывать… Хотя это и странно… - сказала она, внимательно взглянув на Грачева. – Тебе нужно готовится к интервью… - Подожди, сначала одно дело… с твоим «любовником», - он почему-то чрезмерно довольный поднялся с дивана и нажал кнопку на селекторе: - Никитина ко мне… - Интересно… и что же ты хочешь сделать? – спросила Кира, заметив, что он развернул ноутбук от своего кресла и открыл файл с каким-то видео. - Увидишь… - поправив галстук, Грачев встал возле своего стола, опустив руки в карманы, глядя на дверь. Через минуту в кабинет зашел Никитин, не совсем понимая, что происходит он с опаской взглянул на Грачева, затем на Киру, но она была так заинтригованна, что это привело парня в ещё большую тревогу и ему начало казаться, что она не такая уж и жертва похотливого губернатора, слишком довольной она выглядела. - Вы о чем-то хотели со мной поговорить, Евгений Петрович? – для верности спросил Никитин. - Да… ты бы прежде, чем к моей жене приставать, засранец, лучше бы бордели без камер наблюдения выбирал, - нажав на воспроизведение видео, Грачев отошел от ноутбука. На экране появился ракурс кровати на какой-то квартире и голая проститутка, лежащая на постели, возле которой стоял Антон торопливо стаскивая с себя трусы, а затем вытащив свой почти незаметный, до того мелкокалиберный… даже в возбужденном состоянии, что Кира начала щурить глаза, чтобы рассмотреть его на видео, но дальше было ещё хуже. Никитин забрался на проститутку и стал в неё так смешно тыкаться, что Кира с трудом сдерживалась, чтобы не захохотать, Грачев стоял возле дивана, с усмешкой глядя на то, как расширились от ужаса глаза Антона, пока он смотрел на самого себя. Видео было со звуком и вместо женских стонов визжать начал клиент, все-таки кое как запихнув в неё свою штуку, при этом так дергаясь, словно поросенок, которого кто-то схватил за копытца, да и ко всему совершенно идиотским тоном приговаривая: «Ой мамочка, мамочка… ах…, я сейчас кончу, кончу, ох…». Остановив воспроизведение, Грачев посмотрел на парня, Никитин был готов провалиться сквозь землю, даже побоявшись после такого повернуть голову в сторону Киры. - Это видео перехватили прежде, чем оно могло попасть в ютуб, позоришь мою администрацию, сукин сын, - сказал Грачев, подойдя к Антону: - Что скажешь, потаскун? Но вместо слов Никитин вдруг расплакался и выбежал из кабинета. Кира покатилась со смеху, не в силах больше держаться, это все было настолько забавно, особенно его визги и размер. А Грачев с самодовольной усмешкой обернулся к Кире, даже не предполагая, что депутатский сынок сможет вот так запросто разныться, как пятилетняя девочка, да ещё и выбежать подобным манером из кабинета. - Как свисток… такой мелкий… - проговорила сквозь смех Кира, откинувшись на спинку дивана. – И так дергался. Женька, а ты злой… так опозорил этого идиота… - Ничего, переживет, в следующий раз будет думать, прежде чем смотреть в твою сторону… - взяв папку с тезисами для интервью, Грачев вернулся к Кире и присел на диван, она тут же положила голову на его колени и, сбросив туфли, легла. – На днях думаю забрать детей у этой Маши… Мне Сергей звонил из особняка, у Миши опять какие-то проблемы с сердцем, а все из-за этой девчонки. - А знаешь, забери детей и сделай так, чтобы она даже подойти к ним не могла, пускай поплачет, не одному же Мишке страдать из-за её принципов, она же нас считает зверьми, не будем её разочаровывать… - поглаживая его рукой по колену, сказала задумчиво Кира: - Год назад я спасла ей жизнь, а теперь её родственники поливают меня грязью и ничего, её это не волнует… - Я так и сделаю, - отложив бумаги, Грачев серьезно посмотрел на Киру, понимая, что это самый лучший выход: - Детей перевезем в особняк, а её на территорию никто не пустит, если припрется… - Женя, а можно я с тобой поеду забрать детей? – озорно спросила она, подняв голову, взглянув на него. - Все, что захочешь… Моя стервочка… - отбросив бумаги, Грачев опрокинул возлюбленную на спину, накрывая собой, заводя руки под юбку её платья. Пробравшись прошлой ночью в кабинет Петрова, Даша стала искать адрес квартиры, в которой могли держать её отца, она листала записные книжки, рылась в его карманах, включила ноутбук, хотя в его файлах ничего не понимала, но ей нужно было хоть что-то, любая зацепка… Петров не бывал на той квартире, следить за ним было бесполезно, да и не один таксист не согласился бы ехать и выслеживать кортеж начальника московской полиции. Присев в кресло, она заметила салфетку, на которой как-то пару недель назад что-то, второпях собираясь на службу, записал во время телефонного разговора с Зотовым Петров. Тогда они обсуждали что-то о квартире, а она не вникала, так только – слышала краем уха, не больше. Теперь же, достав салфетку, увидела адрес. Утром, она, как обычно поехала в художественную школу, вернее сказала, что едет туда, сама отправившись по адресу. Даша умела вскрывать двери, когда училась в Англии, с друзьями часто бывала в разных подвалах, на крышах, её научили отпирать не трудные замки… Ей казалось, что отец в опасности и не смотря на то, что сошел с ума, он все же не заслуживает такого обращения. Открыв дверь в квартиру, она прошла внутрь, пахло какими-то лекарствами, йодом и чем-то ещё, неприятно, хотя и терпимо. Из комнаты доносился как-то странный скрежет, словно кто-то царапал ногтями по металлу, Даше стало страшно, она боялась открыть дверь, пройти внутрь, увидеть что-то жуткое, но все-таки решилась. В комнате был стол со всяким препаратами, какие-то моющие средства, швабра, тряпки, матрас лежал на полу, вместе с измятой простыней, на которой сидел её отец в какой-то жуткой смирительной рубашке, хотя и не с привязанными к спине руками, но в наручнике, пристегнутом к батарее. Климов выглядел так дико, глаза у него были совсем безумные, налитые кровью, а губы искусанные в кровь, он царапал наручник, словно пытаясь так его распилить. Увидев Дашу, он повернулся к ней и девочка побледнела от ужаса. - Папа… - прошептала она, хотя ей показалось, что он даже не узнал её. - Я думал… они ничего не сказали… твои друзья… ты же с ними теперь заодно… отец не нужен… да… все так, я так и думал, так думал, а вот что они…. – проговорил как-то путано Климов, но дочь все-таки узнал, затем как-то странно взглянув на неё. - Тебе нужно в больницу… - подходя к отцу, не понимая, что с ним делают и почему он в этой странной длинной рубашке, к тому же здесь, и в таком жутком состоянии, Даша коснулась пальцами наручника, на что Климов схватил её за шею свободной рукой и вцепился зубами в её за плечо. Даша закричала, пытаясь вырваться, она стала его отталкивать, отбиваться. Что-то странно щелкнуло и Климов отпустил девочку, упав на матрас, Зотов положил электрошокер на подоконник и схватив Дашу под руки, быстро вытащил из комнаты. На куртке девочки остались следы зубов и мокрые разводы. Мише пришлось закрыть ей рот ладонью, чтобы она не кричала, как успокоить её истерику он не знал, поэтому выведя в ванную, плеснул ей ледяной водой в лицо. - Что ты с ним сделал?! – оттолкнув Зотова, вытирая лицо, шокировано выпалила Даша. – Он был нормальный! Не такой! Это ты?! Что это за препараты?! Вы садисты! - Да послушай… Даш, просто выслушай… - устало произнес Миша, ему совсем не хотелось успокаивать эту девочку, когда у него были проблемы намного серьезней и он никак не мог увидеть собственных детей и сейчас все его мысли были только об этом. - Я не хочу… не хочу слушать! Ты… и твой отец, и Петров, да что вы за люди такие?! – отталкивая Мишу завопила Даша. - Заткнись! – не выдержав, он схватил девочку за воротник куртки, встряхнув: - Климов убил твою мать, пытался изнасиловать Киру! Он псих, сексуальный маньяк, поняла?! И мы сами решим, что с ним делать… - Убил? – на этот раз уже шепотом произнесла Даша и Зотов отпустил её в надежде, что она не станет больше кричать или поднимать шум. – Когда? - Больше двух недель назад… Тебе просто никто не сказал, потому что… да какая разница почему, просто ты должна понять, что это все… не просто так… - прислонившись к краю ванной, Миша зло посмотрел на девочку, у него не было к ней особого сочувствия и его бесило то, что она приперлась в эту квартиру, когда у неё было все для того, чтобы спокойно жить у Петрова, а теперь, после увиденного от неё можно было ожидать все, что угодно. - Вам всем на меня плевать! Вы все скрыли от меня, это же моя мама, а может ты врешь! Может не он её убил, а ты?! Или твой отец?! – снова закричала Даша, за что Зотов влепил ей пощечину, понимая, что вода ей не помогает. - Не ори, если кто-то услышит, что здесь… - прошипел он, на что Даша толкнула его и Миша свалился в ванную, а она выбежала в коридор, сразу не сообразив, где выход и снова открыла дверь в комнату. Климов уже пришел в себя и теперь начал хохотать глядя на девочку, он хохотал как псих, у него изо рта почти что шла настоящая пена, а ко всему он вдруг поднял свою рубашку, показав Даше, то, что под нею было и от такого ужасающего зрелища она, завопив, выбежала из квартиры так быстро, что Миша просто не успел её догнать. Девочка бросилась к дороге, не совсем понимая, что делает, вернее в каком-то туманном состоянии, до смерти перепуганная, словно побывав в фильме ужасов и не заметила автомобиля, который её сбил.