Климов 1.1

Пока Грачев давал интервью, Кира в своем кабинете читала обсуждения под размещенными в интернете сканами обложки газеты, ко всему, на разных новостных сайтах были размещены и текст статьи и фотографии в хорошем качестве. Она пила кофе, пролистывая все эти дурацкие комментарии в том же духе, что и прежде. - Кира Владимировна, к вам тут архимандрит Пафнутий… - заглянув в кабинет, немного перепугано сказала её помощница. - Кто?! Что это за имя? – выпалила Кира, уставившись на неё, замерев с чашкой кофе в руке: - Чего ему надо? - Черт его знает, - пройдя в кабинет, шепотом заговорила помощница, оглядываясь на дверь: - Пришел, сидит… Хотел к Евгению Петровичу, ну а он же в Останкино, так этот сюда… сидит… бородатый такой…. - Только этого не хватало… ладно, пусть идет… Пафнутий… - вздохнув, Кира поставила чашку, сложив руки на столе, и испытующе взглянула на дверь. Через минуту вместо помощницы в кабинет вошел высокий чернобородый мужчина лет сорока пяти, но какой-то не слишком располагающий к себе, да и Кира не любила людей из этого когорты. Архимандрит был в черной рясе и в пальто… Кира поднялась из-за стола, но когда этот человек протянул ей руку для того, чтобы она ему её поцеловала, она ошарашено на него посмотрела, сев на свое место. - Вы атеистка? – выдвинув кресло напротив Киры, он присел, хотя она его не приглашала садиться. - Как вас по имени отчеству? – спросила она, присев за стол. - Ваше Высокопреподобие следует говорить… - спокойно произнес он, но Киру этот ответ совсем не расположил, она скептически на него взглянула, вспоминая, как Климов привел священника в палату к Грачеву и тот тип тоже говорил с ней таким тоном. - Что вам нужно? – взяв чашку с кофе, она снова заглянула в монитор, но уже не могла сосредоточиться, пока в кабинете сидел этот человек. - Скоро Крещение, может быть вы бы хотели участвовать в крестном ходе и молебне? А ваш муж, как губернатор мог бы окунуться в прорубь и это… - начал тот, объясняя причину своего прихода. - Нет, - просто сказала Кира, хотя то, что он предлагал звучало жутковато, чтоб в такой мороз кто-то с адекватным мышлением окунался в какой-то прорубь. - Почему? Это очень благое дело… - заметил тот. – И, быть может, ваш супруг захочет… - Он не захочет… - уверила Кира, не понимая, почему этот человек не уходит. - Вы не можете говорить с такой уверенностью, надо бы спросить самого господина Грачева… - Всего хорошего… - ответила Кира стараясь не показывать своего желания запустить в него чашкой, но она довольно красноречиво отвернулась снова к монитору, давая понять, что обсуждать больше нечего. Когда он ушел, Кира зло уставилась ему вслед, затем вызывав помощницу, приказала больше не пускать к ней таких персонажей, она была готова обеспечить мужу репутацию, но никогда бы не стала опускаться до того, чтобы стоять в храме под прицелом видеокамер или толкать Грачева в прорубь… Увидев сообщение от возлюбленного о том, что интервью закончилось и он едет в администрацию, Кира набрала его, затем сказав: - Тут ко мне архимандрит приходил… предлагал тебе в прорубь окунуться, скоро Крещение… Кира говорила так, для смеха, но Грачев её удивил… - А это существенно повысит мои рейтинги? – раздался его голос. - Может и наш развод тебе повысит рейтинг? – сказала она раздраженно, затем положив трубку. Её просто взбесило то, насколько Грачев дорожил своей репутацией, что готов был пойти на подобный идиотизм, хотя в Крещение таким образом пиарились и лидеры партий и высокие государственные деятели, но Кира всерьез и подумать не могла, что её муж способен на такое… Её телефон звонил, но она не брала трубку, Грачев набирал возлюбленную снова и снова, но Кира не отвечала. Стоило ей только сказать это страшное слово «развод», как он словно опомнился от животного страха, который тотчас им овладел. Грачев только после этого начал сознавать, что перегибал в погоне за тем, чтобы довести свою репутацию до идеала, да и сам ни за что бы всерьез, подумав, не стал бы раздеваться на камеру, чтобы все это транслировали по всем каналам, потом нырять в этот прорубь, когда он относился ко всему этому точно так же как и Петров – с холодным безразличием. Кира прошла по кабинету, по прошествии десяти минут почувствовав себя как-то глупо, сказав этот идиотизм о разводе, теперь испугавшись того, что произнесла, бросившись к столу, чтобы перезвонить Грачеву, он уже не звонил, взяв телефон, она услышала, как громко отворилась ударив о стену дверь в её приемной… Внутренне как-то вздрогнув, она положила телефон, дверь распахнулась и Грачев бледный как полотно ворвался в кабинет. - Женя, я… просто… - вздохнула она, прижав ладонь ко лбу, но он так стремительно подошел к ней. - Ты это серьезно про развод? – дрожащим от страха голосом, спросил он. – Кира, все… клянусь… я не буду думать о репутации, мне плевать на рейтинги, слышишь… - Да ты что, нет, конечно, нет… я не серьезно… Женечка, прости, я не серьезно… - обхватив его лицо руками, едва не плача от того, в какое волнение он из-за неё впал, зашептала Кира. – Я дура, ну… просто дура, так сказала… потому что… не думала, что ты пойдешь на все ради своих рейтингов... - Ты не дура, я слишком долго заботился о репутации и о рейтингах, я не хочу, чтобы ты во мне разочаровывалась, милая… Ты столько сделала для меня, а я… старый кретин… только и думаю о себе, - крепко прижав её к себе, почти со стоном, так мучительно произнес он. – Я... мне так стыдно, после того, что ты… сделала сегодня для меня… и я так глупо поступил… прости, прости моя родная, милая, любимая… - инстинктивно он начал приподнимать её платье, забираясь под него холодными, с мороза, руками. Кира вздрогнула, отстранившись. - Может, дома? – спросила она, чувствуя, как он добирается до её белья. - Мы можем это сделать и дома…, и в машине, и здесь…. Я сделаю все, что ты захочешь… - он так настойчиво раздвинул её ноги, прижимая руку к её белью. – Хочешь… я чувствую… Кира прикрыла глаза, пьяно подавшись к нему, не в состоянии противостоять, а когда он отодвинув ткань её белья, тихо застонав вцепилась в его плечи руками, поверх пальто. - Хочу… - прошептала она, прижимаясь к нему приподнимаясь, затем сильнее насаживаясь на его пальцы, чувствуя, как он все сильнее проникает, сама так сильно истекая от желания. – А ты знаешь мы ни разу здесь не… - Это большое упущение… - окинув взглядом её кабинет, Грачев резко убрал руку, Кира вскрикнув открыла глаза, так голодно на него глядя. У неё в кабинете был вполне неплохой диван, Грачев потащил к нему Киру, затем, сбросил свое пальто, заставил её лечь на живот, задирая на ней платье до талии, приподнимая её немного, чтобы она могла упереться коленями в сидение дивана, так приняв удобную позу. Кира никогда не перечила ему в выборе положения, он всегда знал, как доставить ей удовольствие. Сам уперевшись одним коленом в диван, поставив другу ногу прямо в обуви на сидение, он расстегнул молнию на брюках и отогнув ткань белья Киры, проник сзади. Схватившись за подлокотник дивана, Кира только застонала, чувствуя, как он начинает в ней двигаться по нарастающей, с каждым рывком все быстрее и мощнее. Она двигалась в такт с ним, горя, желая скорейшего насыщения, настолько возбужденная даже от того, в какую позу он её поставил, прежде ни разу не занимавшись так сексом. Ей безумно нравилось то, что он делал. Кира знала, что у неё тихая и скромная помощница и её она выбирала не по размеру бюста, и даже не представляла, что та могла подумать, если бы услышала стоны своей начальницы… Кира сдерживалась до последнего, но тем не менее Грачев был настолько дик, сейчас, когда она так напугала его этим «разводом» и хотел довести возлюбленную до такого состояния, чтобы она напрочь обо всем позабыла... Она так громко начала стонать, подходя к финишу, наплевал на то, что о ней подумает помощница, сильнее вцепившись ногтями в кожаную обивку подлокотника. А когда её захлестнул оргазм и вовсе все напряжение вылилось в такой страстный крик. Ко всему она ощутила как он сам её заполнил, это прибавило остроты ощущений, Кира не могла остановиться, она продолжала инстинктивно двигать бедрами, а он вместе с ней. - Стой… - сама заставляя остановиться и себя, Кира обернулась к Грачеву. – Я закрою… дверь на ключ и отпущу эту… как её… помощницу… черт… А ты раздевайся… - Ты же хотела домой… - отпустив её и позволив подняться, усмехнулся довольно Грачев. - Перехотела, слишком долго ехать… - она подошла к двери, отдернув платье, и открыв, увидела до смерти сконфуженную помощницу, та сидела вдавившись в сидение своего стула, закрыв уши руками, а когда увидела начальницу, тут же подскочила. - Кира Владимировна… а вы… я… - пробормотала та, залившись краской. - Ты иди уже домой… - облизывая губы произнесла Кира негромко, как-то странно плотно сжимая ноги, вся пылая и с трудом выдерживая даже этот короткий разговор: - Давай, иди… - Хорошо… - отойдя от Киры подальше, кивнула помощница. Кира захлопнула дверь, ощутив тут же, как Грачев прижал её к себе, он был уже без пиджака и рубашки, но все ещё в брюках. Дрожащей рукой она повернула ключ, оставив его в замке и развернулась к Грачеву, быстро опустившись перед ним на колени, он был уже возбужден. - Девочка моя… - рассеянно проведя ладонью по её волосам, прошептал он, чувствуя с какой жадностью и похотью она это делает, как скользит по всему стволу пальцами и губами, как обхватывает и касается языком, настолько нетерпеливо, словно это приносило ей ещё большее удовольствие, чем ему самому. Но все это так распаляло Киру, приводило в такой экстаз, что она сама без всего доходила до предела только от того, что делала с ним сейчас. - Сядь… - выпалила она, кивнув на кресло, которое стояло позади него, затем, когда он последовал её просьбе, сама быстро и спешно расстегнула его пояс и полностью раскрыла брюки, что дало ей большую свободу действий. Раздвинув его ноги, по-прежнему стоя на коленях, она немного приподнялась с неистовостью покрывая поцелуями низ его живота, руками продолжая доводить его до разрядки, затем останавливаясь и немного замедляясь, обводя его губами, спускаясь по уздечке ниже и снова вверх, чувствуя, как он все больше и больше напрягается. Вцепившись руками в подлокотники кресла, Грачев с таким животным вожделением смотрел на то, как Кира это делает, с его губ срывались короткие стоны, больше похожие на рычание. Дыхание его все ускорялось, взгляд наполнялся туманом, Кира продолжала даже наверняка зная, когда он подойдет к разрядке, но она так долго все это растягивала, что оргазм его был настолько чувственен, Грачев оторвался спинной от сидения, запрокинув голову, застонав ещё громче и сжал руками подлокотники, затем обессилено рухнув назад. - Милая… ты моя волшебница… - произнес он, глядя на то, как Кира все больше увлекается. – Иди ко мне… я сделаю тебе, что захочешь… - Ты даже не разделся полностью, а говоришь, что захочу… - поднявшись с колен, с улыбкой глядя на его опьяненное лицо, она подошла к шкафу и бросила свою шубу на длинный стол для совещаний, за которым обычно сидели её подчиненные, затем сняв с себя белье и платье, легла оставшись в одних чулках. – Вот теперь можешь делать все, что я захочу… Избавившись от остатков одежды, Грачев, не зная выдержит ли все их забавы стол, хотя он был крепкий, все же решил рискнуть, и опустившись сверху, тут же проник в неё, понимая, что скорее всего они задержаться в этом кабинете до ночи… Кира была настолько одержима им, уже не сдерживаясь, так громко застонав, стоило ему только начать двигаться, а от того, как он впивался губами в её грудь, она испытывала безумное головокружение. Но как же медленно, как обжигающе он проникал в неё, затем полностью выходя, заставляя её тянуться навстречу… - Женя…, а знаешь, по-моему я все-таки немного испортила сегодня твою репутацию… послав того… из проруби… - простонала Кира, приподняв голову, чувствуя, как Грачев на мгновение остановившись, взглянул на неё. - Делай что хочешь, только никогда не говори мне, что… - он даже не смог этого произнести, но Кира поняла, что он о её глупости о разводе. - Я никогда не скажу… обещаю… Я хочу тебя поцеловать…- она потянулась к нему, но он сам накрыл её губы таким исступленным поцелуем, возобновив движение.