Климов 1.1

Кира даже не знала, что делать с платьем, после маскарада оно было в ужасном состоянии, все перепачканное, но ей больше не хотелось носить такие вещи, оно было неудобным, тяжеловесным. На работу она надела совсем короткое платье, настолько ей хотелось чувствовать себя свободнее в движениях. Горничная приготовила завтрак, быстро скрывшись в кухне, ей не комфортно было работать у Грачевых, они были слишком сексуально активные и она никогда не знала, где им взбредет в голову заняться сексом. Губернатор, в её понимании, оказался довольно развратным и мог с ходу, с порога набросится на жену прямо в коридоре, да и сама Кира была слишком уж одержима им… Они завтракали, как всегда в зале, после утреннего секса, Грачев пил кофе, посматривая на возлюбленную, Кира не скрывала улыбку, с ним она чувствовала себя желанной женщиной, она была просто счастлива, а после его признания, тех страхов, которые он испытывал… она даже не знала, как быть с этим и понимала, что ей не стоит без необходимости говорить с другими мужчинами. Кира боялась того, что… из-за неё ему может стать плохо, от ревности, от страха потерять. - Ты знаешь, Жень, мне кажется лучше общаться насчет усадеб напрямик с Александром Ермоловым, а не с его сыном… Хоть этот тип и матерится, как сапожник и постоянно ест, но у него нет этой придури, как у его семейки… - сказала она, наливая в свой кофе молоко. - Я с тобой согласен, но ты уверенна, что выдержишь его… больше пяти минут? – с улыбкой спросил Грачев, протянув к ней руку. - Выдержу… Он меня не раздражает, - сделав несколько глотков кофе, Кира поднялась из-за стола и подошла к Грачеву, положив руки на его плечи, он был в рубашке и галстуке, а пиджак лежал на диване: - Я сегодня собиралась поехать в область, там нужно подготовить все для репортажа, на одной птицефабрике, поговорить с директором… Мне остаться, послать кого-то другого? - Я не хочу, чтобы из-за моих желаний ты… Ты хочешь поехать? – поставив чашку, он обернулся к ней. - Твои желания совпадают с моими, я не хочу от тебя никуда отходить, ты просто должен это понять и поверить мне… Думаешь, мне доставляет удовольствие ездить по области вдали от тебя? Женя, мне нужно только быть с тобой… это мое счастье… - склонившись к нему, Кира коснулась губам его щеки, но этого ему было мало, он встал из-за стола, схватив её за талию, страстно впиваясь в её губы. - Тогда не едь никуда, останешься со мной… – после поцелуя, произнес Грачев. – Я сегодня весь день буду на месте и надо посмотреть что там с благотворительным фондом, мне полчаса назад звонили, сказали, что среди чеков нашли какой-то бриллиантовый перстень с жутким запахом рыбы… - По-моему это папаша Дмитрия, если с запахом рыбы, он руками ел шпроты, я видела… - засмеялась Кира. – Странная благотворительность, но пошлем ему ведерко красной икры, ему понравится… - Жутковатые они люди, все… - усмехнулся Грачев, склонив голову набок, так весело глядя на Киру. Ей захотелось его поцеловать ещё, в его руках, под его взглядом, она ощущала себя так спокойно, уютно и ничего больше кроме этого ей не было нужно. Кира так любила его, так горела им… Она сама инстинктивно потянулась к нему, проведя кончиками пальцев по его груди, скользнув ниже, но остановилась, понимая, что им нужно ехать. Заметив то, как Кира подавила в себе желание продолжить, Грачев снова вспомнил, как отстранил её на маскараде, в который раз мысленно выругавшись на самого себя. - Милая, хочешь, мы задержимся? – заведя руку под её платье, ощутив, как она, прикрыв глаза, прижимается к нему, теперь ещё больше возбуждаясь, спросил Грачев. - Не надо… ты опоздаешь, у тебя там… совещание… я помню… - почти застонала Кира от его прикосновений, но пытаясь взять себя в руки. - Подождут… - проговорил хрипло он, сам мгновенно заводясь. Начиная задирать её платье, Грачев стал отходить с Кирой к стене, затем совсем прижав её, просунул ладонь под её белье. Кира смотрела на него в таком томлении, сама расстегнув молнию на его брюках, даже как-то обрадовавшись тому, что не наткнулась на пуговицы и крючки. После того, как Кира избила Вадима, Пилат не надевал на него смирительную рубашку, оставив ему брюки. Климов был сильно избит, а учитывая его состояние, врач решил, что приковывать его не стоит, однако, не рассчитав, что тот вполне способен на побег и некоторые вещи воспринимает более рационально, нежели казалось на первый взгляд. Тогда в заброшенном доме Климов понял, что его могут убить… Но умирать он уже не хотел, суицидальные наклонности сменились маниакальностью. Стоило его только перестать приковывать, как он, в очередной из приходов врачей, набросился на психиатра, вцепившись ему зубами в горло настолько сильно, что прокусил артерию, он зажимал тому рот, пока хрипя тот истекал кровью, а это было довольно быстро. Забрав у него чемоданчик с препаратами, Климов достал самый большой шприц, на максимальное количество кубиков, вобрав в него разные препараты, даже не зная, что это и открыв дверь, подойдя к охраннику, сидевшему в другой комнате у телевизора, спиной к двери, вколол ему содержимое прямо в горло. - Вот так! Так, так, так! – выпалил Климов, когда охранник обмяк в кресле, сперва пытаясь подняться и оттолкнуть его. – Я знаю… знаю, ничего… кто это сказал? Это я… Кира?! – он обернулся, но в квартире больше никого не было. Тогда, забрав все деньги, все из карманов охранника, захватив и его пистолет, обокрав и труп врача, взяв его куртку, вымыв лицо от крови, он вышел на лестницу. - Который час? – спросил он сам у себя и, многозначительно кивнув, словно бы услышав ответ, спустился вниз. Выйдя из подъезда, он заметил поблизости пенсионерку, та сидела на лавке, читая какую-то газету, на развороте была фотография Кира и Грачева с бала. Увидев Киру в платье Императрицы, а Грачева в мундире генерала Царской армии, он выхватил у старухи газету, уставившись на фото. - Что это? А! Не проведешь! Они… маскировка… да, да, да… я прослушаю, буду слушать… - проговорил нервно Климов, затем резко развернувшись к старухе и схватив её за вязанную шапку, попытался затолкать газету в её рот, она стала отбиваться, взяв свою палочку. - Пошел отсюда, псих! Полиция! Караул! – заорала она, саданув его палкой между ног. - Капуста! – сорвав с неё шапку, зачем-то взяв её с собой, он бросился бежать. – Сука, не люблю! А шапка моя! Подъехав к администрации, Пилат вздохнув, чувствуя, что сейчас ему попадет, помявшись, зашел в здание. Он надеялся, что у Грачева кто-то на приеме, оттягивая тот момент, когда бы ему пришлось рассказать, что Климов сбежал, но из кабинета губернатора вышла лишь Кира. - Не занят? – спросил как-то уныло Пилат. - Нет, заходите, - слишком довольно и улыбчиво проговорила Кира, быстро покидая приемную. Открыв дверь в кабинет, Пилат прошел, Грачев поднялся с дивана, поправив пояс на брюках, с ухмылкой посмотрев на парня. - Что у тебя? – опустив руки в карманы брюк, качнувшись на каблуках, Грачев зашел за свой стол. - Неловкая ситуация, Евгений Петрович, врач, который наблюдал Климова… он… решил, что тот не сможет сбежать и мы не стали его больше приковывать. Климов сбежал…- вздохнув, сообщил Пилат. - Что? – как-то довольно тихо переспросил Грачев, уставившись на него. - Он убил врача и охранника…- дополнил свой рассказ тот, замечая, как его шеф бледнеет на глазах. – Может, вам дать воды? - Псих, который пытался изнасиловать мою жену сбежал?! Это ты называешь «неловкой ситуацией»?! – закричал Грачев, ударив обеими ладонями по столу. – Ты, сукин сын, как такое допустил?! – начиная задыхаться, он ослабил рукой галстук, сердце так жутко и болезненно заколотилось. – Какого дьявола я тебе плачу?! Он ещё и двух человек убил! Ты совсем охренел, Пилат, тебе че жить надоело?! Ты…. – задыхаясь, Грачев рухнул в кресло, перед глазами все поплыло. - Врача? Где у вас таблетки, ампулы? – бросившись к нему, Пилат достал из кармана телефон, но Грачев нашел в себе силы, чтобы оттолкнуть его. - Жену позови… - чувствуя, что встать с кресла сам он уже не сможет, сдавленно проскрежетал Грачев. Пилат набрал номер Киры, затем попросив её прийти в кабинет шефа. Не понимая, почему этого не сделал сам Грачев, она, предчувствуя что-то неладное, сорвалась, оставив своих помощников, с которыми говорила. А забежав в кабинет, едва не закричала, Грачев напоминал собою мертвеца, страшно побелев, с мокрым лицом, задыхаясь он сидел в кресле откинувшись на спинку, дрожащими руками развязывая галстук. - Женя, господи, Женечка… - она оттолкнула Пилата в сторону, выдвинув верхний ящик стола, взяв блистер с таблетками, выбросив на ладонь две: - Выпей… - сама вложив ему в рот таблетки, она обернулась к Пилату: - Что случилось?! - Климов сбежал из квартиры… - ответил Пилат. - Идиоты! – ничуть не испугавшись, скорее разозлившись, выпалила она, затем взяв Грачева под руку, помогая ему подняться, чтобы он мог пересесть на диван: - Женечка, я сделаю тебе укол, не волнуйся, я прошу тебя, милый… - Сердце… - произнес Грачев, чувствуя такое болезненное сердцебиение, поднявшись, опираясь на возлюбленную. – Что-то… не то… - Сердце?! – ещё более испугавшись, Кира стала лихорадочно думать, кого вызывать, но доверия к личному врачу Грачева у неё как-то особенно не было. – Я сейчас, сделаю укол и позвоню… садись… Усадив его на диван, Кира стала доставать ампулу, затем посмотрев на Пилата, достав свой телефон, отыскав номер Вилкина, попросила, чтобы не терять времени, позвонить… - Выйди! Давай! – достав шприц, быстро сказала она, давая ясно понять, что сейчас будет делать и что свидетели при этом не нужны ни ей, ни Грачеву. Присев на диван, когда Пилат ушел, она быстро расстегнула пояс на брюках Грачева и набрала в шприц жидкость из ампулы. - Кира, не отходи от меня, слышишь… Никуда не отходи, я не хочу, чтобы он… Климов… ублюдок… я должен был его убить… - схватив её за руку, выпалил Грачев. – Не отходи от меня, ты поняла?! - Я не отойду, я поняла, только не волнуйся, пожалуйста… Женя, мне надо сделать тебе укол… - проговорила она, указав взглядом на свою руку, чтобы он отпустил её. Грачев разжал пальцы, но ему было так неспокойно после того, что он узнал и даже это жутко сердцебиение, давление, головокружение – все это не так его пугало, как то, что Климов мог снова похитить Киру, мог сделать с нею все, что угодно. Одна только мысль об этом убивала Грачева…