Климов 1.1

После того, что сказала Кира, Грачев ещё больше стал подумывать о том, чтобы больше никто кроме него не мог на неё повлиять или даже сделать попытку. Он хотел оградить её от всего, что только могло вмешаться в их жизнь. После разговора, он заставил Киру прилечь, чтобы она могла успокоиться, сам же, когда она заснула, вышел из спальни в бельэтаж. Он по-прежнему не собирался переодеваться, так и спустившись затем в халате вниз, опустив руки в карманы, подошел к дивану, на котором сидела его теща. Ей почему-то стало не по себе, когда к ней приблизился Грачев, внутри как-то похолодело, она взглянула на него. - Наталья Степановна, у меня к вам пока только просьба, не пытайтесь что-то изменить в моих отношениях с Кирой, мы живем с нею своею жизнью, которая нас полностью устраивает… - как-то тяжело положив руку на плечо женщины, произнес Грачев, другой рукой уперевшись в спинку дивана, немного наклонившись вперед. - Женя, то, что это устраивает тебя, ещё не означает, что и Кира должна так жить, по твоим правилам. Ты не думал об этом? У тебя странные просьбы ко мне, такие словно ты угрожаешь, так это выглядит и если Кира узнает, то… - чувствуя как он давит на её плечо все сильнее, начиная испытывать какую-то непередаваемую жуть от этого человека, проговорила Тата. - Вы хотите ей рассказать о том, что я вам говорил? Хотите поссорить меня с нею? Это вы так стараетесь оттолкнуть её от меня? Очень самонадеянно с вашей стороны так беспечно относится к собственной жизни… - убрав руку с её плеча, сказал Грачев. – Мы с вами прекрасно понимаем, что я вам не мальчик, который бы старался понравится родственникам своей жены, мне немало лет и я знаю как вести себя в ситуациях, когда кто-то стоит на моем пути. Не становитесь на моем пути… - А если я все-таки сделаю по-своему? – не выказав в лице испуга, возразила женщина. - Не будет никакого «если», иначе вы потеряете свою внучку, - раздраженно и с напором произнес Грачев: - Кира полностью под моим контролем, сделаете что-то не так и я перекрою вам к ней доступ. Очень опасно со мной ссориться, Наталья Степановна… Я не проигрываю, чего бы мне это ни стоило. В особняк зашел Зотов, заметив, как серьезно и отчасти гневно отец смотрит на бабушку Киры, он понял, что попал в неподходящий момент и Грачев делает все, чтобы поставить свою тещу на место. Миша даже как-то ободрился от того, что на этот раз под раздачу попал не он, а кто-то другой. - Что по нашему делу? – спросил Грачев сына. - Пока ничего, шерстим районы, рынки, отец Карпова тоже скрывался на рынке, а у него кукушка была в ту же сторону… - остановившись, проговорил Зотов: - Я на пару минут, забыл кое-что из документов… - Кого это вы ищите? – взглянув на Мишу, спросила Тата, надеясь получить ответ хотя бы от него, но парень перевел взгляд на отца, не зная стоит ли ей говорить или нет. - Это вас не касается, - ответил за сына Грачев, и добавил уже Мише: – Иди, сынок, рейды по рынкам это правильно и с Петровым скоординируйся, ну и с Пилатом. - Само собой, - довольный тем, что отец говорил с ним достаточно мягко, в отличии от того, как резко отвечал теще, Миша бодро взбежал по лестнице наверх, а Тата только дивилась тому, насколько в этом доме все подчиняется Грачеву. Поднявшись по лестнице за сыном, Грачев заглянул в его спальню, Миша рылся в столе, искал какие-то бумаги, затем взглянул на отца. - Миш, слушай… есть у меня один знакомый, владелец детского торгово-развлекательного центра, ближе к выходным могу снять помещение часа на четыре, возьмешь детей, пойдем вместе, Кира хочет пофотографировать близнецов, я ей хорошую фотокамеру купил... – сказал Грачев, посмотрев на сына, замечая, как тот не смотря на свои похождения, все же подавлен тем, как быстро развалилась его семья с Машей. - Круто… вместе пойдем? – даже слегка шокированный таким предложением, переспросил Зотов. - Вместе, ну без… бабки, да и ты с нею не слишком откровенничай… - обернувшись к двери, услышав, как теща поднимается по лестнице, сказал генерал. - Ты с нею уже в контрах? – усмехнулся Зотов. – Она скоро тебя бояться будет… - Лучше пусть боится… Ты бы… погулял что ли сегодня… ну, смотри, не подхвати там в борделях своих ничего, - хлопнув сына по плечу, Грачев вышел из спальни и увидел, как Тата дергает ручку в его и Киры комнату. – Там закрыто, Кира спит… Достав из кармана халата ключ, Грачев открыл дверь, оттолкнув тещу и сам зашел в спальню, затем заперев дверь изнутри. - Ну и зять… - проговорила негромко Тата. Миша, взяв нужные документы, вышел из своей спальни, заглянув в детскую и, немного напряженно поглядев на бабушку Киры, спустился вниз. Он не хотел даже вникать в то, что происходит у отца с его родственницей, сам питая к собственной теще не самые лучше чувства. - Постой, Миш, - быстро догнав его, Тата развернула парня к себе: - Кто у вас там пропал? Кого ищет Грачев? И что здесь вообще происходит? - Наталья… Степановна, вот из-за вас я с отцом точно ссориться не стану, ищите другого стукача, хотя… зря вы там что-то пытаетесь против него мутить, Кира уже не ваша внучка, она его жена… смиритесь и живите себе дальше, - сказал ухмыльнувшись Зотов и для смеху прибавил: - А то ведь… всякое может случится, я на стороне отца и тоже человек недобрый, да мы тут все, прямо скажем, подонки редкие… Выйдя из особняка, Зотов покатился со смеху, представляя, какое теперь лицо о бабушки Киры, решив таким образом помочь отцу немного поиздеваться над тещей. Он был рад, что Грачев решил немного времени уделить внукам да и ему самому, сняв детский торговый центр на несколько часов… Миша и подумать не мог прежде, что его отец проявит такую заботу и внимание, все же это было мило, да и для него много значило… Хотя Грачев и раньше, когда Зотов был маленьким, делал для него все, что мог, по мере финансовых возможностей и сейчас, когда имел крупное состояние –забота перешла на другой уровень. Зайдя в спальню, Грачев присел на постель, возле Киры, откинув с неё простынь, затем медленно сняв с неё сорочку, не желая сразу будить. Но Кира открыла глаза, с улыбкой на него посмотрев. - Что хочешь делать? – спросила она с интересом. - Увидишь… Хочу немного тебя расслабить…. – произнес с улыбкой он, достав из тумбочки лавандовое масло, налив его себе на ладони, глядя на обнаженное тело возлюбленной. – Тебе понравится… - Не сомневаюсь… - глядя на его халат, замечая, что он мгновенно пришел в возбуждение, произнесла Кира. Но она даже не представляла, в какое состояние Грачев может её привести. Он коснулся руками, в которых уже нагрелось лавандовое масло, её груди, начиная медленно поглаживая спускаться ниже, к низу живота. Кира ощутила, как под его прикосновениями на неё накатывает такое дикое возбуждение, а когда он завел одну ладонь ниже, она сама чуть приподнялась навстречу. Но его пальцы не проникали внутрь, хотя и без этого он приводил её в дурманное состояние, чувствуя, как она вся истекает и инстинктивно приподнимает бедра, начиная сгибать ноги в коленях. Он завел руку под неё, совсем немного проникая, но так мягко и тут же отводя ладонь назад, затем повторяя это снова и снова… Кира была словно в беспамятстве, она смотрела на Грачева с таким вожделением, постанывая от того, насколько все её тело было сконцентрировано в одной точке, каждое его прикосновение отдавалось сладострастным разрядом. Убрав руку он взял ещё немного лавандового масла, но уже прошелся руками по её бедрам, соскользнув ко внутренний их стороне… Сердце у Киры бешено колотилось, она чувствовала, что даже без проникновения скоро её накроет оргазмом. Она изогнула спину к нему навстречу, подавшись бедрами, широко раскрывая ноги и стоило Грачеву снова переместить ладонь, как её всю охватил такой экстаз, она вцепилась руками в простыню, пребывая в безумной горячке. Не остановившись на этом, Грачев проник пальцами глубже, затем заведя другую руку за её спину, заставив Киру подняться, сесть, а пальцы его прошли совсем глубоко. Она была так распалена, в полуобморочном состоянии, дыхание Киры сбилось, внутри все пульсировало… - Женя, возьми меня… я сейчас лишусь сознания… - в таком вожделении, томно едва дыша, застонала она, потянувшись дрожащей рукой к его поясу на халате. - Не лишишься… тебе просто будет очень хорошо, ещё лучше… - заглядывая в её исступленное лицо, хрипло, сам с трудом сдерживаясь, произнес он, затем снова мягко опустил её на постель. Кира повернула голову набок, покусывая губы, она не могла себя контролировать, голова так кружилась, всё тело содрогалось в таком животном оргазме, который, казалось длился бесконечно долго. Грачев убрал руку, развязав свой халат, затем схватив возлюбленную за запястья, на этот раз оказавшись сверху, вошел в неё сам так резко, что Кира вскрикнула, мышцы её тут же плотно охватили его, она вся приподнялась на встречу, изнывая от похоти. Ею руководили лишь инстинкты, она двигалась вместе с Грачевым в унисон, ритм, все учащаясь, заставлял Киру ощущать себя так, словно она утопала в каком-то необыкновенном божественном наслаждении, каждая её клеточка наполнилась такой истомой, что это и впрямь было похоже на обморок… Она впала в отчаянное неистовство, пылая… извиваясь, сменяя стоны криками… Ей хотелось ещё, вместо насыщения накатывал ещё больший голод… Грачев давал ей то, что она хотела, изливаясь в неё, затем продолжая, чувствуя, насколько её желания похожи на то, чего желал и он сам. Кира полностью принадлежала ему… Он держал её в руках, с не менее животным вожделением проникая в неё, сам пребывая в пограничном состоянии, одичавший от возбуждения, не останавливаясь. Грачев накрывал её собой, скользя обнаженной грудью по её груди, а когда они, обессилив, после очередной разрядки совершенно выбившей их из колеи, превратив в двух одержимых друг другом существ, Кира с таким пылом прижалась к нему, целуя его плечо. А Грачев только прижимал её к себе, настолько крепко, сильно, касаясь пальцами её волос. - Девочка моя…, ты только моя, Кира, милая… ты слушай всегда только меня, все, что я говорю… только меня… никого кроме меня, детка, я так тебя люблю… помни это всегда… - прошептал он.