Климов 1.1

Услышав шум под окнами, Кира проснулась, набросив рубашку Грачева, лежавшую на полу возле постели, она подошла к окну. Они уже были в московской квартире, за несколько дней после того, как в прессу попала информация о пропавшей чеченской девушке и о том, что Грачев активизировал поиски по области как губернатор, возникли какие-то активисты… Они обвиняли Грачева в «непатриотизме», в том, что он «продался чеченцам» и не стал бы искать ту русскую девочку, если бы не пропавшая Аида. Это совсем не нравилось Кире, она понимала, что за ними кто-то стоит… Обычные люди не стали бы ходить с этими плакатами, выкрикивая гневные лозунги, там были экстремисты, к тому же Петров рассказывал Кире о том, что было с Мухиной и что за ней стояли непростые люди. Да и опыт работы журналисткой во многом пригодился Кире, она понимала, что все это спланированная акция против Грачева теми, кто возможно и стоял за похищениями девушек. Под окном было человек пятнадцать – парни и девушки от двадцати до тридцати лет и пара женщин лет сорока, вероятно их кураторы, это было похоже на мирный протест, но скорее всего они проверяли почву… приехав к дому в котором жил губернатор, чтобы осмотреться, а уже затем нанести удар… Не став ничего надевать, поднявшись с постели, Грачев подошел к Кире, обняв её сзади, прижав к себе так сильно и опустив голову на её плечо, взглянул в окно. - Не нравятся мне эти люди… чего они здесь ходят… - проговорила с тревогой Кира. – Надо вызвать полицию, пусть их встряхнут… этот мирный протест… - Сейчас я позвоню охране, их уберут… - поцеловав Киру в щеку, сказал негромко Грачев. – Они всегда что-то мутят эти активисты… Пойдем в душ… - Жень…, мне как-то не по себе…Ты носишь с собой оружие? Возьми с собой сегодня… - обернувшись к возлюбленному, Кира мучительно на него взглянула, так странно вдруг прижавшись к нему и обхватив его руками, положив ладони на его спину. - Хорошо, возьму… Что с тобой, милая? – ему самому стало отчего-то тревожно. – Я возьму с собой ПМ, не переживай… - Мой любимый, мой хороший, Женечка… - прошептала она, затем накрыв его губы поцелуем, она была как-то испуганна, ей казалось, что эти активисты просто так не успокоятся, что что-то непременно произойдет. – Давай потом в душ… я тебя хочу поцеловать… всего-всего… Она опустилась вместе с ним на постель, оказавшись сверху, заглянула в глаза Грачева, после – на мгновение положив голову на его грудь, слыша, как бьется его сердце. Несколько минут они просто лежали так, Грачев мягко гладил её по волосам, понимая, что-то её очень сильно встревожило, хотя он сам не доверял никаким предчувствиям, ему казалось, что все под контролем. - Кирочка, не бойся ничего не случится… - проговорил он через какое-то время. - А мне как-то страшно… - призналась она, подняв голову, коснувшись губами его плеча, она была столь напугана, даже не понимая толком, чем вызван этот страх, ведь и прежде бывали всякие проблемы и нападки разных активистов и депутатов и кого угодно, но все обходилось. Она так исступленно и нежно покрывала его грудь поцелуями, желая продлить эти мгновения как можно дольше. Ей хотелось закрыть дверь спальни и не выпускать в этот день Грачева никуда, она целовала его ладони, поднималась к лицу, накрывала его губы поцелуем, так глубоко, сгорая от желания и все равно не могла утолить в себе этот страх… С таким трепетом Грачев смотрел на неё – влюбленную, совсем юную, она была похожа на девочку, без косметики, такая нежная и чуткая. Мягко притянув её к себе , Грачев накрыл Киру собою, пребывая в совершенно непривычном для себя состоянии, словно бы ему передалась вся её тревога, весь страх… Он смотрел в её пылающее лицо, заглядывал в исполненные любви и преданности глаза, казалось ещё сильнее и ещё безумнее влюбляясь в неё. - Девочка моя, моя дорогая, нежная, красивая моя, Кирочка… солнышко… - зашептал так горячо он, касаясь пальцами её щеки, целуя все её лицо, не торопясь ею овладевать. – Я так тебя люблю… как я тебя люблю, что ты со мной делаешь… - судорожно прошептал Грачев, неотрывно глядя её глаза. – Я жить без тебя не могу, ангел мой... Он все целовал Киру, не в силах остановиться, перевозбужденный, Грачев только все больше утопал в внезапно нахлынувшей невообразимой нежности и только уже скорее инстинктивно он проник в неё – раскаленную до предела, продолжая скользить губами по её коже, даже как-то болезненно и мучительно глядя на неё. Словно ничего кроме этого мгновения у них больше не будет… Он поднимал её к себе, целуя все сильнее, почти не двигаясь в ней, ощущая ответные безумные поцелуи. Кира обхватывала его руками, приподнимаясь к нему, сжимая в себе, сама находясь в таком странном состоянии, не отрываясь от него ни на мгновение, такая обезумевшая, она гладила его по волосам, целуя так рассеянно и легко, затем вдруг доходя до такого неистовства, не дыша, впиваясь в его губы, проходясь пальцами по его спине, опускаясь ниже, так, что он входил в неё до упора… и все это продолжалось в такой странной горячке… Активистов разогнали и когда Грачевы спустились вниз – никого уже не было. Кира с Грачевым просто сели в автомобиль и отправились в администрацию, после того, что было утром – в спальне – продолжая друг друга обнимать, не в состоянии ни на мгновение отпустить… сплетаясь пальцами рук. Весь день они провели так, Кира не выходила их его кабинета, она сидела на диване, все больше с ним и работала, положив голову на плечо возлюбленного. Грачев возвращался к столу только когда нужно было кого-то принять… Но потом… вечером, когда они возвращались домой, заехав уже в арку соседнего двора, кортеж остановился, дорога в другую арку была перекрыта каким-то автомобилем, а внутрь двора – отрезав проезд и обратно, заехало две небольших газели, из которых повыбегали типы в черных масках, с монтировками, ножами, какими-то огромными топорами… Было темно, однако горящий свет в окнах освещал двор, да и пара фонарей тоже давали свет. - Смерть Грачеву! Подохни чеченская тварь! – кричали они, приближаясь к кортежу, обступая его со всех сторон, их было не менее двадцати человек. - Где твои чеченцы?! Смерть! Смерть Грачеву! Из первой машины вышло двое охранников, чтобы утихомирить активистов, достав оружие, но не собираясь убивать, скорее припугнуть, чтоб те разбежались, однако вместо того, чтоб разойтись, активисты набросились на них… Сидящие с соседнем автомобиле Кира с Грачевым с ужасом наблюдали за тем, как активисты убивают охрану, забивая и рубая как мясо. Кровавые брызги и ошметки летели в окна машины… Кира никогда такого не видела, она была в таком шоке… Да и Грачев, видавший виды, понял, что это больные фанатики… двадцать человек взяли их в кольцо и вот уже топор врезался в стекло водителя их авто. Достав из кобуры пистолет, понимая, что Киру нужно хотя бы попытаться вывести из окружения, Грачев взглянув на неё и крепко взяв за руку, открыл дверцу раньше, чем полезли убийцы, он тут же выстрелил в первого, попав прямо в лицо. Оставаться в автомобиле было нельзя, первый – убийцы уже превратили в считанные минуты в груду металлолома. - Когда я тебе скажу… беги… - посмотрев на возлюбленную, как-то совершенно отчаянно, сказал Грачев. Он прекрасно понимал, что в обойме осталось только семь патронов – достаточно чтобы очисть путь для Киры, но ему придется остаться… навсегда… - Я никуда не убегу… - сжав его руку, прошептала Кира, но он, кажется, и не услышал её, глядя на то, как их обступили в кольцо. Грачев не видел даже их лиц, но понимал, что это все крепкие, физически подготовленные дрессированные парни, превосходящие его в силе и ему не справиться с ними в одиночку. По всюду во дворе была кровь, он видел как распотрошили эти звери его охрану и теперь сужали круг, подходя к нему и Кире. Конечно, кто-то из жителей дома вполне мог вызывать полицию, но вряд ли она бы успела… - А эту шлюху мы ещё попользуем! Грохнем тебя, губернатор и твою телку выебем по-очереди! – выпалил кто-то из убийц. В него попала следующая пуля, повалив насмерть, Грачев обернулся арке молниеносно перемещая руку и нажимая на курок, уложив в какие-то доли секунд ещё троих – очистив Кире дорогу, она могла бы проскользнуть между машин и тогда уже забежать в свой двор – а там и в подъезд. - Кира, беги! – закричал Грачев, выпустив ещё две пули, в тех, кто бросился было на него, понимая, что в обойме остался всего один патрон. Словно оцепенев, Кира отпустила его руку, не думая даже бежать… в памяти всплыли последние секунды жизни Ткачева, его такой похожий крик… и смерть… «- Кира, беги! – схватив Фомина за штанину, Ткачев из последних сил повалил его на землю и сделанный участковым выстрел только прошел по касательной её руки, ближе к плечу». Увидев неподалеку пистолет в раздавленной руке охранника, она, вместо того, чтобы бросится в арку, рванулась к оружию. Грачев понимая, что она никуда не сбежит, пожелав остаться с ним и умереть, если иного выхода не будет, выпустил последнюю пулю в убийцу, который занес топор над Кирой, когда она бросилась к пистолету. Выбросив бесполезный пустой пистолет на асфальт, Грачев сбросил пальто, только успев это сделать, как на него набросилась почти вся эта толпа, хотя и осталось двенадцать человек, это было слишком много… Но некоторые из них не вмешивались, приблизившись к Кире… Перебросив через себя одного, делая так, чтобы этим нанести как можно больше урона другим – тем, что были сзади, Грачев с разворота ударил первого, что теперь стоял на пути к Кире. Её саму толкнул в сторону один из убийц, она упала на землю, как раз у изувеченного трупа охранника, схватив пистолет, но только его подняла и успела закрыться рукой, как по левому запястью её полоснул ножом другой – нажав на курок снизу, она попала куда-то в ногу тому, кто пытался её зарезать. - Кира! – выпалил Грачев, отбросив от неё другого, пытавшегося схватить её, стоящую на коленях, за воротник пальто, но и его самого убийцы оттащили в сторону. Один из них полоснул ножом по его груди, разрезав рубашку, перехватив руку того, Грачев вывернул её и воткнул лезвие в бок нападавшего. По спине его с размаху попав ближе к плечу один из активистов ударил монтировкой, Грачев развернувшись что было сил ударил того, в чих руках была монтировка, упав сам на одно колено. Его рубашка быстро пропитывалась кровью, один из убийц раскрыв перочинный ножик занес руку для удара сзади, однако через мгновение рухнул на землю. Кира поднялась с колен, начиная стрелять в тех, кто окружал Грачева, удерживая пистолет в правой руке. Во двор, тараня газель активистов, въехал автобус со спецназом…