Климов 1.1

Проснувшись утром от того, что кто-то грыз ему руку, Климов дернулся, увидев, как его пальцы кусает Изольда, сдирая с них кожу. - Капуста! Капуста! Уйди! – завопил он, шарахнувшись от неё в сторону, обхватив руками голову лося, которая лежала рядом с ним, взвыв: – А-а-а! - Зажился ты у меня, одуванчик… - облизав окровавленные губы, Изольда подняла с пола нож, взмахнув им в воздухе. – Бобики-то оно вкусно, но я-то разнообразие люблю… Долго ж ты у меня жрал, чебурашка… Начиная понимать, что Изольда не совсем та, за кого себя выдавала, Вадим устрашающе выставил вперед лосиную голову, но увидев, что на Изольду это не подействовало, он пополз назад, оскалившись. - Я генерал! – рявкнул он, сощурившись. – Ав… ав-ав-ав… Гр… р-р… - Утенок… что за бесполезность… Супчик сегодня сварю и котлетки… Ресторанное меню! – приближаясь к нему, проговорила деловито Изольда. Встав на ноги, Климов выронил лосиную голову и бросившись на Изольду, перецепившись, упал, схватив её за ноги, въевшись в её икру, тут же прокусив, завизжав, Изольда упала, а Климов, рыча, стал молотить её кулаком в лицо, пока она не потеряла сознание. - Я не капуста! Сука, сука! Не капуста, ты… ты… - подняв окровавленное лицо, он подтянул к себе лосиную голову и взглянул в стеклянные черные глаза чучела. – Мы будем счастливы! Возьму у него в рот! А он у меня… лося… моего… нашего… Мы! Остановив автомобиль неподалеку галереи, возле бутика, Петров вышел, подав руку Ане, она захотела зайти в ювелирный магазин и с каждым её таким желанием он понимал, что Кира права… Аня была в новом черном пальто, с распущенными волосами, она была невысокая, со спины очень похожая на Киру, а галерея и бутик были неподалеку здания МВД, куда Климов и шел, по старому себе решив, что Грачев там… - Кира! – увидев Аню, выпалил Вадим, он бежал к ним с большим пакетом, в котором была лосиная голова, достав из кармана куртки нож. – А, так и знал! Знал, знал, знал! Петров! Сука, сука! Ебешь её, мою жену! Трахаешь Киру! Варенье! Похотливый… козел… козел… похотливое больное животное, я все знаю! Увидев его, Петров на несколько мгновений просто замер, никак не ожидая появление безумного Климова, тот выглядел так жутко – с окровавленными зубами, глазами на выкате, озверевший, в больном оскале, с ножом в руке… Аня развернулась ошарашено уставившись на Климова, отойдя к машине, но даже увидев её лицо, он так и не понял, что это не Кира, а другая девушка… Бросив в неё кулек с лосиной головой, он хотел было и сам напасть, подняв в руке нож, однако Петров его перехватил, развернув к себе лицом, понимая, что его немедленно нужно или убить или обезвредить и закрыть. - Трахаешь мою жену! А у Грачева возьму в рот… и стану таким же… и я всех вас буду иметь… Ну и как она тебе? А! А-а-а-в! – завопил Климов, даже и позабыв о своем ноже, вцепившись зубами в рукав пальто Петрова. - Сука тебе не жить! – выпалил Петров, ударив его свободной рукой наотмашь, чтобы сбить его с себя, однако Вадим довольно таки сильно вцепился, так что оторвал кусок от пальто и дернул рукав у плеча, тот разошелся по шву. Климов упал на асфальт, не успев подняться, Петров ударил его ногой в живот, затем сам подняв, схватив за грудки, толкнул на машину. - Старый козел, что тоже стоит на неё, да?! Я знал…. Ты с Грачевым за одно…. Я убью её… похотл… - не договорив, Вадим получил кулаком в челюсть. - Заткнись, ублюдок! – как-то совершенно впав в исступление, Петров оттолкнул его на дорогу, мимо проезжавшая машина едва успела объехать Климова. Петров, не остановившись на том, схватил Вадима за волосы и, подняв, оттолкнул на капот своего авто, несколько раз ударив головой о металлическую лаковую поверхность, так что тот сполз без сознания, оставив кровавый отпечаток. - Кто это, Гриша? – поражаясь и жестокости Петрова, и тому человеку, который на них напал, спросила перепугано Аня. - Это.. бывший муж Киры… - стараясь справится с накатившим гневом, выдохнув, Петров рассеянно взглянул на Аню. – Иди… пешком до галереи дойдешь, а мне этого… Ну, иди, чего ты встала… - А что он говорил про тебя и Киру? – все же спросила Аня и так начиная об этом задумываться после того столкновения в квартире. - Иди… - как-то жутко побелев, дрожащим голосом проговорил Петров, опустив взгляд, но тут услышав телефонный звонок, ответил, однако через мгновение совсем изумившись спросил: - Какой самострел?