Климов 1.1

Прервавшись на несколько мгновений, чтобы полностью раздеться, Кира, стащив с Петрова рубашку, желая сама избавить его от одежды, расходясь ещё больше, принялась покрывать его грудь порывистыми поцелуями, ощущая, как в нем все сильнее нарастает возбуждение, продолжая поглаживать его поверх молнии брюк. - Хочешь, я сделаю тебе…? – спросила Кира, опустившись на колени, взглянув на Петрова, наконец, высвободив его, заставив сесть, сама снимая с него брюки и белье. Пройдясь языком по уздечке сверху вниз и снова поднявшись, она обхватила его губами, чуть сжав и, заведя одну ладонь между его ног, принялась ласково поглаживать кончиками пальцем, заставляя Петрова утратить чувство реальности. - Да…, сделай…, ты… делаешь… необыкновенно… - вцепившись руками в простыню, глядя на то, что делает с ним Кира, едва сдерживаясь, чтобы не застонать проговорил хрипло Петров. Услышав, как зазвонил телефон, Грачев, снял с Киры блузку, и достал из кармана мобильный. Увидев высветившееся имя человека из службы охраны, он нехотя оторвался от возлюбленной, отойдя в сторону, не желая вмешивать её в поиски Климова. - Грачев… - коротко произнес он, в ответ услышав от том, что двое санитаров в психиатрической лечебницы, в которой содержался Климов, найдены мертвыми. Понимая, что человек выпустивший Вадима подчищает за собой следы, Грачев раздраженно сбросил звонок, ничего не сказав охране, чувствуя себя настолько ничтожным, не в состоянии даже отыскать психа, едва не изнасиловавшего его жену. Положив телефон на тумбочку, он окинул взглядом Киру, стоявшую на коленях перед Петровым, желание его только увеличивалось, но вместе с тем, ему было как-то стыдно продолжать, после того, как его люди позволили убийце избавиться, возможно, от последней и единственной зацепки в поисках Климова. Не став раздеваться, Грачев вышел из спальни в ванную и, включив воду в раковине, несколько раз ополоснул лицо холодной водой, затравленно посмотрев в зеркало. - Я сейчас, Гриш… - услышав, как Грачев ушел в ванную, Кира с беспокойством обернулась к закрывшейся двери, после взглянув на Петрова. – Подожди, милый…, я вернусь, и мы продолжим втроем… - прижавшись губами к низу его живота, она на мгновение замерла, ощущая, как он прошелся ладонью по её волосам. – Я тебя очень люблю…- прошептала с нежной улыбкой она, подняв голову, столкнувшись с его взглядом. - И я люблю тебя, девочка…, моя Кирочка… - пропустив её волосы сквозь пальцы, шепнул Петров, глядя на её губы тронутые улыбкой, понимая, что она уже немного отошла от пережитого из-за Климова ужаса, теперь не опасаясь ей навредить, да и после посещения квартиры и встречи с Татой, она немного изменилась, словно бы отпустив то, что её так долго держало. Поднявшись на ноги, Кира зашла в ванную, не накинув даже халата, так и прижавшись обнаженной к Грачеву, обняв его сзади, положив ладони на грудь возлюбленного, замечая, насколько он стремительно потускнел после звонка… - Жень, что-то случилось? – коснувшись губами его руки, ближе к плечу, спросила тихо она. - Нет, детка, так… небольшие проблемы на работе… - развернувшись к ней лицом, выдохнул Грачев. - Тогда… может, мы вернемся в спальню? И я раздену тебя и буду долго целовать… Ты не против? – понимая, что он просто не хочет говорить ей о том, что происходит в Москве, Кира не стала вдаваться в расспросы, желая отвлечь его от проблем и выспросить все позже. – Ты меня так распалил…, хочу, чтобы ты трахал меня сзади… долго-долго… хочу ощущать в себе твой горячий, твердый член… Заглянув в её глаза, Грачев не сдержал ухмылки, ощущая, как Кира прижимается к нему всем телом… Когда их взгляды сошлись, всего на несколько мгновений, они одновременно впились друг другу в губы, подчинившись порыву. Подхватив Киру на руки и прижав её спиною к стене, задыхаясь от желания, продолжая сорвано целовать, врываясь языком в её рот, Грачев расстегнул свои брюки, позабыв обо всем, в охватившем его животном вожделении, наспех сбрасывая остатки одежды, упираясь в бедро возлюбленной своим… - Пойдем в спальню, детка… - не выпуская из рук Киру, хрипло прошептал Грачев, голодно на неё глядя, не сдержавшись, проникнув, насадив её на себя, тут же ощутив, как она в нетерпении сжала его мышцами. – Ты божественна, милая… Котенок…, котенок… - взгляд его затуманился, но все же у него хватило сил и выдержки, донести её до спальни. Положив Киру на постель, нехотя оставив её на мгновение, дождавшись, пока она примет удобную им троим позу, Грачев опустился на колени на кровати, позади неё, дурманно пройдясь ладонью по её пояснице… скользнув блудливым взглядом по её телу, затем только проникнув. Опустив голову к Петрову, заставив его лечь, она продолжила начатое, но уже более напористо, обхватывая его твердый… губами, углубляя проникновение, ощущая, как Грачев начинает неспешно двигаться, раскаляя её изнутри… Отклонившись на подушку, Петров отбросил с лица Киры её платиновые волосы, глядя на то, как она скользит по его… языком, как проходится по всему стволу пальцами, чуть сжимая и поглаживая немного ниже… Все это действо ещё сильнее возбуждало его, вводя в эйфорическое состояние. - Женечка, сильнее, мне так хорошо… - на мгновение оторвавшись от Петрова, Кира обернулась к Грачеву, столкнувшись с его похотливым взглядом, ощутив, как он проник в неё до упора так резко, что она вскрикнула. – Трахай меня сильнее, любимый…. - Моя богиня… - хрипло простонал Грачев, положив руки на её бедра, ускоряя темп, ощущая, как хаотично и сильно Кира сжимает его в себе, вся истекая от желания, желая, чтобы он проникал в неё как можно резче и чувствительнее. Застонав, Кира, получив желаемое, вернулась к Петрову, принимаясь покрывать поцелуями низ его живота, скользя рукой по стволу, затем только чутко обведя его кончиком языка сверху и, обхватив, продолжила, отвечая на ритм Грачева, ощущая приближение оргазма с каждым его рывком… - Меняемся… - через некоторое время, едва контролируя себя, проговорил Грачев, доходя до животного ритма, чувствуя, как его все больше заволакивает экстаз, вырывая из груди Киры безумные стоны, переходящие в крик. - Давай… - взглянув на Киру, согласился Петров, и когда она подняла голову, впился губами в её губы, заставляя её оторваться от его…, требовательно целуя, чувствуя, как она окликается приникая грудью к его груди, затем с легкостью меняя позу, опускаясь на него сверху и быстро оборачиваясь спиной. Поднявшись с постели, Грачев остановился напротив Киры, и она с готовностью жадно принялась скользить его стволу губами, чуть приподнявшись на Петрове, ощущая, как он с силой, взяв ускоренный темп, принялся проникать в неё так, что вскоре её саму захватил оргазм. Обхватив рукам торс Грачева, Кира уткнулась лицом в низ его живота, громко застонав, сжимая пульсирующий… Петрова внутри, бешено сокращающимися мышцами. - О боже…, боже мой… - застонала она, инстинктивно двигаясь на нем, насаживаясь сильнее и резче. – Люблю вас… мои мальчики, мои сладкие мальчики… черт… - Кирочка… - выдохнув, Петров, дойдя почти одновременно с нею до разрядки, рассеянно скользнул рукой по её волосам, прижимаясь грудью к её спине, изливаясь в неё, чувствуя, как она вздрагивает в нахлынувшем на неё оргазме. Немного поддержав её за плечи, Грачев, ощущая, как она рассеянно скользит пальчиками по его стволу, сам едва не дошел до финиша, глядя на её опьяненное от оргазма лицо. Даже не думая прерываться, не отпуская его, продолжая сжимать мышцами, Кира принялась за Грачева, доводя его до разрядки, впрочем, зная, что во втором забеге ему нужно для этого много времени… - Милый, как ты сейчас хочешь? – взглянув на него, спросила Кира. - Ты знаешь… - горящими глазами глядя на неё, проговорил он, затем переведя взгляд на Петрова, прибавил: - Палыч… - Что? – опомнился Петров, наслаждаясь мгновением, чувствуя безумный прилив возбуждения. Когда дверь в номер открылась, а Петров в запале как-то позабыл её запереть, только оставив табличку «Не беспокоить», Тата увидела Киру стоящую на коленях, а позади неё Грачева с таким неистовством проникавшего в неё, готовый вот-вот дойти до апофеоза, он размашисто, полностью врывался в неё. Заставляя кричать в порыве сладострастия. Ко всему Кира уже по второму забегу, уперевшись одной рукой в постель, проходилась языком по стволу Петрова, спускаясь вниз – обхватывая и его… губами… - Сильнее, сильнее! – в запале выпалила она, обернувшись к Грачеву, чувствуя, как он ускоряется до безумной скорости. – Трахай меня сильнее, милый, ещё! Я сейчас… ещё…. Ещё…. Да… да… кончай со мной сейчас, да… о черт… - Немедленно прекратите! – закричала Тата, увидев Киру в таком положении, не желая понимать, насколько бестактно себя ведет, мешая в такой момент. – Кира! Сквозь экстатическую дымку, не останавливаясь, Кира только покосилась на Тату, услышав её голос, впрочем не став ей ничего говорить, не в состоянии остановиться, захлебываясь от наслаждения в накрывшем оргазме, не оставляя и Петрова. - Пошла вон… - только и выговорила она совершенно отчужденным голосом, словно бы перед нею была не бабушка, а совершенно чужой, посторонний человек, впрочем, в сущности, где-то так и было. - Нет, я не уйду! – подойдя к постели, Тата метнула злой взгляд на Петрова, так что ему стало не по себе. – Быстро убрал свой старый член изо рта моей внучки, доходяга! От её слов Петрову стало как-то стыдно, хотя он и понимал, что из себя представляет Тата, но все же поднявшись с постели, не сразу сообразив, вышел в ванную, а Кира, выпрямившись, ощущая, как Грачев положил руки на её плечи, зло взглянула на бабушку. - И ты тоже! – продолжала Тата, на этот раз, переведя взгляд на Грачева. – Хватит трахать мою внучку! Больше ничего не умеешь, зятек?! Извращенец! Задурил мозги Кире своим сексом, она больше ничего и не делает, только на двух стариков работает подстилкой, вы два старых больных урода! - Жень, надо вызвать охрану… - обернувшись, поцеловав возлюбленного, шепнула ему Кира. - Ты меня вообще слышишь, бестолочь?! – закричала Тата, хотев, было, схватить Киру за руку, но Грачев сам перехватил её за запястье, поднявшись во весь рост с постели. Тата даже на мгновение как-то осеклась, увидев его обнаженного, замечая то, что так любила в нем Кира и сама не отказавшись бы от такого любовника. - Ты не услышала? Выметайся отсюда, пока жива… - проговорил Грачев, сжав руку так сильно, что Тата поморщилась от боли. – Кира больше не имеет к тебе отношения, запомни, тварь, если я ещё раз увижу тебя рядом со своей женой, разговор будет совсем другим, обещаю… - Кира, ты будешь молчать?! – с ужасом глядя на Грачева, выпалила Тата. - Нет, не буду… - быстро повязав на пояс возлюбленного простыню, чтобы Тата не смотрела на него, произнесла хладнокровно Кира. – Жень, я успокою Гришу… - Конечно, детка… - кивнул он. - И это все?! – вслед ей бросила ошарашено Тата. - Да… - пожала плечами Кира, открыв дверь в ванную, заметив, как Петров, поспешно надев халат, присел на край ванной. – Гриш… - Да, я сейчас… я… - начал было он, но тут же замолчал услышав голос Таты. - Неблагодарная, подлая дрянь, да лучше бы я оставила тебя в приюте, какого черта я вообще с тобой возилась все эти годы! Ты бы подохла там, никому до тебя не было дела, а я взяла тебя к себе, сжалилась, а ты… просто дрянь! Лучше бы ты там сдохла! – вырвав запястье из руки Грачева, прокричала Тата, затем покинув номер. Грачев и сам не успел даже остановить её, ударить, пребывая в ступоре от её слов, как и Кира с Петровым…