Климов 1.1

Проснувшись утром, немного отдохнув и успокоившись после визита Таты, Кира, открыв глаза, увидела, как Петров в халате кропотливо сервирует стол, что-то заказав на завтрак. Не став ему мешать, она повернулась набок, лицом к Грачеву, заметив, что он не спит, а так лежит, глядя на неё, вероятно проснувшись от громыханий Петрова. - Доброе утро… - с улыбкой прошептала она, нежно пройдясь указательным пальцем от его переносицы к подбородку, на мгновение остановившись на его губах. - Как ты себя чувствуешь, милая? – спросил обеспокоенно Грачев, чутко поцеловав кончик её пальца и придвинувшись к ней ещё ближе, коснулся её губ.. - Теперь совсем хорошо… - ответила она, нежно на него глядя, мягко касаясь его губ, медленно углубляя поцелуй, пройдясь ладонью по его волосам, чувствуя, как он увлекает её к себе поближе, положив руку на её талию. Разложив у тарелок салфетки, Петров посмотрел на Киру, замечая, что ей и в самом деле лучше и, воодушевившись, стал что-то накладывать на тарелки. - А сейчас? – целуя её, только на мгновение оторвавшись, уточнил Грачев и Кира только смущенно, совсем по-детски, улыбнулась. – Хочешь, позавтракаем? - Хочу... и ещё… - заглянув под простынь, заметив, и зная без того, что он возбужден, Кира прошлась рукой по его пояснице, ведя к низу его живота, ощущая, как он упирается в неё своим…, - Люблю утренний секс… - А я люблю тебя, детка… - ласково опрокинув её на спину, Грачев накрыл Киру собою, впиваясь в её губы настойчивым поцелуем, чувствуя, как она чуть выгибается к нему навстречу, раздвигая ноги. – Какая ты хорошая… Моя сладкая киска…. Сбросив с неё простыню, блуждая руками по её обнаженному телу, срываясь поцелуями к её груди, Грачев не давая её двинуться, проник в неё столь резко, что Кира, вскрикнув, уронила голову на подушку и согнув ноги в коленях, чуть подалась вперед. Сев за стол, Петров открыл одно из блюд выложив себе на тарелку какие-то сомнительные кусочки и налив в бокал красного вина, перевел взгляд на Грачевых, не мешая, а даже ощущая какое-то облегчение от того, что Кире стало лучше и она больше не думала о бабушке, хотя и ночь провела беспокойную, сперва долго не засыпая, вернее проваливаясь в полусон и тут же просыпаясь, только к утру уснув. Ни он, ни Грачев не сомкнули глаз до того, как смогли убедиться, что Кира заснула… опасаясь, как бы ей не стало ещё хуже, ведь могло дать о себе знать и сердце или мог усугубиться нервный срыв, теперь когда столько всего на неё навалилось и она едва отошла от нападения Климова. - Я заказал лягушачьи бедра… - проговорил он, тут же заметив на себе два ошарашенных взгляда. – Ну…, это очень вкусно… - Нет, такого я не буду… - пробормотал Грачев, переглянувшись с Кирой, даже остановившись, продолжая накрывать её собою. - Я тоже не буду… - отозвалась Кира, с сомнением относясь к подобным изыскам. - Как хотите… А мне нравится, это, между прочим, деликатес… - ковыряя лягушачье филе вилкой, ответил безмятежно Петров, не понимая, отчего Грачевы не любят подобные блюда. – Тогда для вас есть устрицы… А на ужин я заказал утку по-пекински…. Ты же любишь, Жень… Но это как-то слишком просто…, утка… - Ты дашь нам потрахаться или нет?! – прервав его рассуждение, выпалил Грачев. – Или присоединяйся или не мешай! - Сноб… - проговорил Петров, сосредоточившись на завтраке, однако стоило ему только это произнести, как и Кира, и Грачев залились смехом. - Гриш, может ты все-таки присоединишься? – предложила Кира, давясь со смеху. – По-моему тебе нужен хороший секс… - Да он просто задирается, - ухмыльнулся Грачев, не намереваясь больше прерываться, рассеянно и пылко целуя грудь Киры, набирая темп, ощущая, как она, потеряв нить разговора, и сама отдается его ритму, сжимая в себе мышцами, делая каждый его рывок безумно чувствительным. – Сменим позу, котенок? - Давай… - пьяно шепнула Кира, поглаживая его по волосам и Грачев, уперевшись коленями в постель, поднял её к себе, не оставляя, а только насаживая все сильнее, углубляя проникновение. – Хочу грубо… люблю, когда ты… - Как скажешь…, принцесса, - подложив подушку по её поясницу, заставив Киру отклониться назад, возбужденно глядя на то, как она изогнулась, как очертилась её грудь, Грачев, не удержавшись, провел по ней ладонью. - Я позже присоединюсь, - заметил Петров, подтянув к себе поближе все блюдо со своим деликатесом, чтобы не мешать Грачевым и без того пребывая в прекрасном расположении, стараясь не думать о вчерашнем происшествии. - Хорошо… - дурманно отозвалась Кира, затем посмотрев на Грачева, и когда их взгляды сошлись, без единого движения, испытывая дикий прилив возбуждения, они набросились друг на друга, впившись губами, сплетаясь телами. Кира, поднявшись к Грачеву, сама принялась двигаться, поднимаясь и опускаясь на нем, заведя ладонь к его затылку, прижав возлюбленного лицом к своей груди, ощущая, как он в неистовстве обхватывает её губами, чуть сдавливая, и сам отвечая её ритму, входя до основания. Однако и этого ему было мало, остановив Киру, он резко развернул её к себе спиной, заставив повернуться и полностью лечь на живот, затем, накрывая её собою, Грачев вошел в неё сзади, тут же взяв ускоренный ритм, мощными рывками без остановки проникая в неё, слыша, как она застонала, вцепившись одной рукой в подушку, испытывая немыслимые сладострастные приливы. - О боже, боже мой, ещё… Женечка, Женя… сильнее… трахай меня сильнее, - простонала она, переходя в крик, содрогаясь от каждого его проникновения, хаотично сжимая мышцами, приближаясь к оргазму. – Какой у тебя… боже… боже мой…. Какой у тебя твердый… какой он горячий…. - Люблю тебя трахать, детка! – выпалил Грачев с таким рычанием, что Палыч от неожиданности едва не выронил вилку. – Черт…. Милая, я сейчас… - И я… ещё немного… да…. Да…. – уткнувшись лицом в подушку, она задрожала всем телом, в накрывшем её оргазме, чувствуя, как и Грачев со стоном изливается в неё, с остервенением продолжая двигаться. - Принцесса…, детка…, моя детка… - прорычал хрипло он, в окутавшем его экстазе. - Только не выходи… Хочу, чтобы ты был во мне…. Боже, как хорошо… - двигаясь с ним в едином ритме, простонала сдавленно Кира, утопая в блаженстве, чувствуя, как он несколько замедляет темп. – Женька, ты мой бог… Он только рассеянно впился в её шею губами, с упоением начиная целовать и наконец замерев. Некоторое время спустя, они ещё лежали в объятьях друг друга, целуясь не в состоянии насытиться, но все же прервались, чтобы позавтракать. Петров открыл другое блюдо, с устрицами, которые заказал вместе с лягушачьими бедрам. - Поедите? – спросил он, разлив вино по бокалам. - Только об этом и думаешь… Не стоит? – ухмыльнулся Грачев, зная, что Петров наверняка возбудился от такого зрелища. - Ну…, стоит… - несколько смущенно пробормотал Петров, переведя взгляд на Киру. – Но это после завтрака… - Жаль, ты не присоединился… - томно улыбнулась Кира и, потянувшись, набросив халатик, посмотрела на блюдо с устрицами. – А ты уверен, что они нормальные? - Это же устрицы… - пожав плечами, проговорил Петров, не понимая, что с ними должно быть не так. - Ладно… - встав с постели, Грачев, обвязав пояс белым полотенцем, поднял одну из устриц, попробовав, хотя и не отказался бы от обычного круасана или овсяной каши на завтрак, но Петрова всегда тянуло на изыски. - Ну, как? – спросила Кира, поднявшись к нему и тут же обняв за руку. – Съедобно? - Вроде бы… - кивнул он и Кира, сев за столик, сама начала пробовать. Она не знала ни того, какими должны быть на вкус устрицы, ни как узнать свежие они или нет, да и Грачев не особенно заморачивался по этому поводу, однако минут через двадцать и ей и ему стало как-то нехорошо. К горлу подступила тошнота и они вместе ринулись в ванную, оставив Петрова в недоумении. - Плохие? – подняв блюдо с устрицами, Петров было понюхал их, но как-то и сам не почувствовал ничего такого, что могло бы поговорить о их испорченности. – Странно, может это хлеб… Поднявшись из-за стола, Петров заглянул в ванную, но тут же столкнулся со злым взглядом Грачева, тот, болезненно побледнев, отерев губы, поддерживал Киру перед раковиной, её продолжало тошнить. - Ну, Палыч… - проговорил поморщившись Грачев. - Ой… - виновато пробормотал Петров. – Тогда я за… за этим… от отравления, я быстро… я только… я скоро..., да… - Быстрее! – выпалила Кира, с трудом переводя дыхание, гневно обернувшись к Петрову. - Да, да, Кирочка…, не волнуйся… - попятившись за порог ванной, проговорил торопливо Петров. Быстро схватив свои брюки и рубашку, он, наспех одевшись, выбежал из номера, чтобы купить каких-нибудь лекарств и между делом высказать все о ресторанной кухне администратору гостиницы. - Ты как? – спросил Грачев, мягко обхватив Киру за талию, чувствуя безумное притяжение, даже сейчас ему так хотелось ею овладеть, что он с трудом сдерживался. - Не очень… - выпрямившись, она окинула его взглядом, прижавшись всем телом и сама желая его не меньше. – Но… хочу… - И я… хочу, детка… - выдохнув, прошептал он, не отпуская её от себя.