Мальчик и Волк

- Где ты был? Взъерошенный Волк стягивает маску, присаживается к костру и широко зевает, игнорируя вопрос и пристальный взгляд Лиса, берет кусок мяса и жадно вгрызается в него. По подбородку течет сок, он вытирает его рукой, слизывает с пальцев. - Сын. Седой смотрит осуждающе, и он виновато опускает глаза, берет кусок ткани, вытирается лицо. - Прости, я голоден. Гиена хохочет. - Волк – зверь. Настоящий. Да-да-да. - Это не похвала, щенок. - Где ты был? Лис придвигается ближе, смотрит внимательно, глаза не смеются. Волк прожевывает мясо, которое уже не кажется таким вкусным, облизывает губы. Ему не хочется врать другу, но он не может сказать правду. - Я гулял. - Не зашел за мной… В голосе Лиса обида, он поджимает губы, крутит в руках яблоко. Волк накрывает его руку своей, чуть сжимает. - Так было нужно. - Ты отдаляешься. - Тебе кажется, рыжий. Гиена снова прыскает и зажимает рот руками, но плечи трясутся от смеха. - Брысь отсюда! Лис кидает в него яблоко, и тот ловит его, подскакивает, дергает Седого за рукав. - Дерется, дерется, наказать! - Тише уже, щенки, дайте поесть! Вожак раздражен. Отбрасывает кость в сторону и тяжело поднимается, направляясь в сторону дома. Мальчишки сидят притихшие, виновато смотрят. Гиена сдается первым, ерзает, скулит. - Идем! Идем-идем-идем! Лис со смешком поднимается, отряхивает штаны. - Идем, мелочь. Может и наш принц соизволит последовать с нами. - Ах ты… Волк срывается с места, бросается на друга с рыком и смехом. Гиена прыгает вокруг, хлопая в ладоши и заливаясь лающим смехом, бросается между рыжим и черным парнями и уносится в лес, а те со смехом бегут за ними. Обиды забыты. Вроде бы. Из-за облаков выглядывает луна, заливая лес каким-то волшебным светом. Волк откидывается на спину, подкладывает под голову руки и думает, что Мальчику понравилось бы жить в лесу. Он бы заботился о нем и защищал, научил бы его всем правилам. Он был бы хорошим зверем. Волк тихо вздыхает, и Лис чуть склоняет голову, обхватывает свои колени. - Ты меняешься, Волк. - Может, просто взрослею? Лис усмехается, и Гиена, тихо скуля, жмется к нему, шепчет. - Нет. Нет, не надо. - Я тоже не хочу, малыш. Они какое-то время сидят в тишине, слушая звон деревьев. Волк закрывает глаза и снова слышит голоса, такие робкие и далекие. Духи леса шепчут. Он раздраженно рычит, встряхивает головой. Его друзья встревоженно переглядываются. Они ничего не слышат. Слышать – дар. Опасный дар. - Его заберут? Гиена шепчет так тихо, что Лис не сразу понимает слова, обнимает его и крепко прижимает к себе, чувствуя, как дрожит мальчишка. - Не отдадим. - Не отдадим, - Гиена повторяет его слова, как мантру. Слышащих забирает Совет, чтобы сменить Хранителей. Слышащие уходят, и их больше не видят. Лис не хочет потерять Волка. Волк должен стать новым Вожаком, не Хранителем. «Иди! Спеши!» Волк подрывается, вскакивает, сжимает маску так, что пальцы белеют. - Что? Мгновение – и Лис стоит рядом, напряженный. Словно струна, серьезный, ни тени улыбки. - Зовут. - Нет. - Я слышу. Гиена скулит, чуть не плачет, встает на цыпочки и закрывает уши Волку. - Не слышишь, нет, тихо, тш-ш, не надо, не уходи! Волк улыбается. - Не бойся, я быстро. Вы и не заметите. - Мы с тобой. - Нет. Зовут меня, я и пойду. Лис недоволен, но молчит, сжимая кулаки и губы. В голосе Волка что-то такое, что заставляет слушаться, хотя он говорит мягко и тихо. Он прислушивается еще мгновение, и срывается с места. Гиена всхлипывает. Лис стискивает его плечо, надевает маску и шепчет: - Идем. - Он сказал не ходить. - Он сказал не ходить с ним. Мы просто будем рядом. Приглядим за ним. Гиена мнется, это неправильно, нечестно, нехорошо обманывать, но Лис бросается за Волком, а потому он спешит за ними, ему тревожно, нельзя оставлять их, будет беда, обязательно будет. - Не отдадим… Лес печально вздыхает. Волк вылетает на окраину и расплывается в улыбке, видя, как от дерева отделяется маленькая хрупкая фигурка, радуется, что маска скрывает лицо. - Зачем ты пришел? Мальчик краснеет, мнется. Он знает, что не должен был приходить, но что-то звало его сюда. Он стискивает руки, делает шаг вперед, замирает несмело. - Я должен был. Я… Мальчик не выдерживает, бросается вперед, крепко обнимая парня, горячо шепчет: - Лес позвал. Я должен был тебя увидеть. Волк шумно выдыхает, обнимает Мальчика, на мгновение приподнимая его. Лес. Всегда лес. - Ты не должен приходить. - Прости. Мне было нужно. Сердце бьется так быстро, Волк захлебывается радостью, такой глупой, такой прекрасной. Он не может разжать руки, гладит мягкие волосы, вдыхает запах хлеба, молока и Мальчика. Им обоим это было нужно. Наконец, он отпускает мальчика, делает шаг назад. - Уходи. - Уйду. Мальчик мнется, неуверенно стягивает шарф и накидывает на Волка. - Тебе. Сердце заходится, так больно, так хорошо. Безумие. Лес восторженно звенит. - Спасибо. - Спасибо тебе, Волк. Мальчику кажется, что он сейчас умрет от волнения. Он делает шаг вперед, не отрывая взгляда от горящих янтарных глаз, дрожащими руками касается маски и чуть приподнимает ее, недостаточно, чтобы увидеть лицо, но этого хватает, чтобы встать на цыпочки и легонько коснуться горячих губ, всего на мгновение. Мальчик тут же отходит, боится, что сделал ошибку, паника, такая паника и счастье. Он не знает, что делать, а потому отворачивается и быстро идет прочь. Волк пьян. Он облизывает губы, чувствуя огромное желание большего, прижать мальчика к себе, не отпускать, пробовать его губы, ласкать, кусать, забрать его себе, полностью, оставляя отметки на теле. Он горит. Он пропал. Видя, как мальчик идет прочь, он срывается, хватает его за руку, разворачивает его к себе и впивается в губы, царапая маской, рыча, прижимая к себе дрожащее тело. Губы мальчика податливо расходятся, и он проталкивает ему в рот язык, жадно пробует, упиваясь жаром, влажностью и вкусом, пока не начинает задыхаться. Надо остановиться, иначе потом он не сможет. Мальчик отшатывается от него, хватает ртом воздух. - Уходи. Скоро полная луна. Голос хриплый, ломкий, чужой. У мальчика мурашки по коже. Но это не страшно. Это… что-то особенное. - Я приду. - Придешь. Мальчик бежит домой, торопится, пряча пунцовое лицо, а Волк запрокидывает голову и счастливо воет. Лис смеется. Вот оно что. Влюбился. А говорил – повзрослел. Влюбился, как щенок. Смешно. И немного завидно, что друг раньше нашел себе пару. Когда успел-то. - Что, что? Гиена прыгает рядом, не понимая. Слишком маленький, глупый. - Что это? Скажи! - Тише, щенок, - Лис беззлобно отвешивает ему подзатыльник. – Никому не говори. Секрет. - Гиена умеет хранить секреты. Да-да! Волк выходит к ним на поляну, мрачнеет, счастливая идиотская улыбка сменяется оскалом. - Я сказал ждать. - Мы ждали. Она милая? - Кто? - Твоя сучка. Голова кругом. Словно пощечина. Волк рычит и бросается вперед, нанося удар за ударом. - Не смей так говорить! Лис заходится было в смехе, но ловит удар в висок и воет от боли. - Ах ты!.. - Мое! Гиена воет в отчаянии, понимая, что это далеко не шутка, не понимая, что делать, зажмуривается и бросается между двух воющих парней, кричит: - Секрет! Все умеют хранить секреты! Волк опускается на землю, утыкается в колени. - Прости. Но не говори так. Не сучка. Мое. Лис присаживается рядом, сжимает плечо друга, кивает. - Твое. Я понял. - Прости, Лис. Рыжий крепко обнимает друга, надеясь, что эта вспышка не станет началом раздора. Страшно. Гиена наваливается сверху, и они все смеются, заваливаясь под его весом, катаются клубком, шутливо рыча и кусаясь. Щенок не знает, что спас их всех. Не отдали.