Сердце льва.

До окончания трехмесячного срока осталось всего три дня, и Жади безумно боялась, что что-нибудь произойдет, что-нибудь помешает ей быть с Лукасом. - Дядя, - как-то вечером она сидела в доме Али, по привычке забросив ноги на диван и обняв колени. – Позвоните Лукасу. Вы же знаете, что я не могу этого сделать: Саид отключает телефон, когда уходит из дома. - Не нравится мне все это, - заключил дядя Али, сжимая в руках кальянную трубку. – Все слишком гладко. Это не к добру. - Слишком гладко? – схватилась за голову Жади. – Дядя, я столько лет прожила с нелюбимым мужчиной! Неужели я не заслужила счастья? - Разве я сказал, что отказываюсь от своего слова? – нахмурился Али. – Ты выйдешь за Лукаса, как только он примет ислам. Жади, - взял он за руку племянницу, - послушай меня. Уже ничего не исправить: Саид не имеет права принять тебя обратно, даже если захочет. Ты хочешь быть счастлива? Но откуда ты знаешь, что станешь счастлива с Лукасом? - Дядя… - Жади покачала головой, улыбаясь сквозь слезы, - я всю жизнь мечтала об этом… - Ты мечтала, это верно, - согласился дядя Али. – Но никто не гарантирует тебе счастья в браке с этим мужчиной. Что вас связывает? Он для тебя – первая влюбленность, неутоленная жажда поиграть в любовь. Тебе не разрешили быть с ним, и ты решила, что он – твоя судьба. Ты для него – запрещенная экзотика. Не перебивай, - взмахнул Али рукой, заметив, что Жади пытается что-то сказать. – Я прекрасно вижу ситуацию со стороны, Жади, я прожил очень много лет и видел многое. Запретный плод сладок, но за минутной сладостью может прятаться вечная горечь. Ты выйдешь за него замуж, но потеряешь Хадижу. - Саид позволил мне видеть дочь! – взвилась Жади. – Он позволил мне видеться с ней у вас! - Но ты уедешь в Рио, будешь очень редко прилетать сюда, - пожал плечами дядя Али. – Это все равно что потерять дочь. А теперь представь, что Саид снова женится: твою дочь будет воспитывать чужая женщина. Жади замотала головой, но Али продолжил: - Это так, он имеет право жениться еще раз. Хадижа не принадлежит нашей семье, Жади, у тебя нет на нее никаких прав. Ты вышла замуж по законам ислама, Хадижа родилась в Марокко. И та, кого выберет Саид, станет воспитывать твою дочь. - Саид не женится, - убежденно сказала Жади. – Он пообещал Хадиже сначала выдать ее замуж. - Может и так, - легко согласился мужчина. – А может и нет. Мы не знаем, что творится в душе оскорбленного мужчины, Жади. Я миллион раз повторял тебе: можешь сесть верхом на льва, но не рань сердце мужчины. Жади молча качала головой: мысли ее сейчас были далеки от страданий Саида. - Мэл встречается с охранником, - с отвращением произнесла Маиза. Стоял жаркий полдень, яркие лучи солнца били в окно гостиной дома Феррасов. Маиза зашла в гости проведать дочку. Неделю назад Мэл сообщила ей, что любит Шанди, своего телохранителя. Маиза была в шоке, но ничего не могла с этим поделать. - Маиза… Шанди хороший человек, - увещевала ее Далва. – Я много наблюдала за ним. - С него станется притвориться хорошим, Далва, - подняла брови Маиза. – Откуда нам знать, что он не альфонс? Телохранитель – не пара внучке Леонидаса Ферраса. - Если она любит его, а он любит ее, то почему бы им не попробовать быть вместе, Маиза? – умоляюще произнесла чернокожая служанка. - Я уверена, что он всего лишь охотник за легкими деньгами, - отрезала Маиза. – Впрочем, Мэл сама в этом убедится. Пусть встречаются, только не попадаются мне на глаза и не выставляют своих отношений напоказ. Не хочу однажды в утренней газете увидеть заголовок: «Внучка миллионера Ферраса влюбилась в своего телохранителя». Далва покачала головой: - Маиза, ты слишком несправедлива к этому парню… - Далва, это моя дочь, - Маиза подняла темные глаза на служанку. – Ты могла сколько угодно воспитывать Мэл, но ты остаешься в этом доме лишь прислугой, и твоего мнения никто не спрашивает, - Маиза понимала, что ее слова были жесткими, но кто-то должен был напомнить Далве о ее месте в доме. Женщина всплеснула руками и молча удалилась на кухню, обидевшись на Маизу. Та удовлетворенно посмотрела ей вслед и вытащила из сумочки мобильный телефон. - Да? – мужской голос ответил ей после пары гудков. - Саид, это Маиза, - улыбнулась женщина. - Рад тебя слышать, - голос Саида был усталым. – Как твои дела? - Мои – в порядке. Я позвонила тебе, чтобы сообщить, что Лукас сегодня с утра улетел в Марокко. - Уже? – в голосе Саида прорезалась сталь. - Да, уже. Он сказал Далве, что остановится в гостинице, а затем пойдет в ближайшую мечеть, чтобы принять ислам, - в голосе женщины послышалось отвращение. – Сколько дней осталось… - Два дня, - перебил ее Саид, поняв, о чем она спрашивает. – Через два дня она уйдет из моего дома. - Значит, два дня, - резюмировала Маиза, разглядывая свой безупречный маникюр. – Через два дня они станут мужем и женой. Саид промолчал, эти слова отозвались в его душе глухой болью. Ревность вскипела, как и всегда, при упоминании имени любовника Жади. - Что ж, мы проиграли, - сухо продолжила Маиза. – Они добились своего. - Еще пока никто и ничего не проиграл, - сжав зубы, ответил Саид. – Лукас еще не в Марокко, Жади еще не свободна. - Но станет свободной, - безжалостно продолжила Маиза. – Давай смотреть в глаза правде, Саид. Я не ожидала, что ты отпустишь Жади после всего того, что говорил о ней. - Я много думал, Маиза, - начал объяснять мужчина. – В браке со мной она никогда не полюбила бы меня, это я уже понял. Ее всегда манила бы возможность сбежать, уйти к Лукасу. В браке со мной она не замечала меня, принимая как должное, все, что я делал для нее. Все подарки, заботу, любовь, прощение. А теперь она уйдет к Лукасу. Кто знает, как сложится их жизнь? Может быть, она наконец-то оценит все, что я давал ей. - А может и не оценит, - поджала губы Маиза. - А что с тобой? – перевел разговор Саид. – Чем ты будешь заниматься сейчас? - Я живу отдельно, мне это нравится, - Маиза с улыбкой вспомнила свою квартиру. – Я спонсирую выставки молодых художников, открыла галерею. Каждый вечер знакомлюсь с новыми интересными людьми. Моя жизнь наполнена событиями, - женщина поправила драгоценные кольца на пальцах, прижав трубку к уху плечом. – А вот твоя жизнь Саид – что теперь будет с тобой? Женишься снова? - Не сейчас, - покачал головой Саид. – Сейчас не время. После разговора с Маизой мужчина задумался. Что, если Маиза права? Если Жади выйдет замуж за Лукаса и станет счастливо жить с ним до конца своих дней?.. Саид закрыл глаза, качая головой. Он не хотел даже думать об этом. Скрипнула входная дверь, это вернулась Жади из дома дяди Али. Саид мрачно посмотрел на женщину, которая, не замечая его, стянула с головы белый платок, поправляя волосы. Саид залюбовался ее движениями, но тут она заметила его и замерла. - Саид, Хадижа уже пришла из школы? - Еще нет, - покачал головой мужчина. – Служанка только ушла за ней. Жади кивнула и прошла в спальню. Саид, как завороженный, прошел за ней. В спальне он застал ее сидящей у зеркала. Женщина смотрела в свое отражение, но, похоже, ничего не видела. Саид медленно подошел к ней, Жади вздрогнула, подняв на него взгляд: - Ты что-то хотел? - Жади… - Саид медленно опустился перед ней на колени. – Жади, я хочу, чтобы ты как следует подумала. Еще не поздно все исправить… - Жади замотала головой, прижав руку к шее, но Саид с жаром продолжил: - Скажи, разве он готов положить к твоим ногам весь мир? Разве он готов на то, что сделал для тебя я?.. - Саид… - женщина с жалостью посмотрела на него. - Не отвергай мою любовь, Жади… - глаза мужчины насквозь прожигали ее, сверкая в темноте спальни. – Кто еще так сильно может любить, как я? – Саид дотронулся до ее руки, унизанной кольцами. – Я все сделаю для тебя, Жади. Мы можем быть так счастливы вдвоем… - прошептал он, прикасаясь губами к ее пальцам. - Саид… - Жади аккуратно высвободила руку. – Ты еще можешь быть счастлив с кем-то другим. С кем-то, кто полюбит тебя так же искренне и сильно. Но не со мной, пойми, - женщина сглотнула, Саид с болью посмотрел в ее ярко подведенные глаза. – Я не люблю тебя и никогда не смогу сделать счастливым, - на миг Жади стало жаль Саида, но она встряхнулась. - Прости меня. Жади встала и вышла из комнаты, а Саид остался стоять на коленях у зеркала. «Почему Аллах так наказывает меня?» - думал Саид. По щеке его скользнула слеза, он яростно вытер ее. «Почему я так люблю эту женщину, почему не могу вырвать ее из своего сердца?» Он поднялся, оглядев свое выражение в зеркале. На него смотрел уже немолодой мужчина в светлых брюках и рубашке с закатанными рукавами. Волосы его были в полнейшем беспорядке, воспаленные глаза заметили дрожь в губах. «Я больше не хочу унижаться» - Саид сжал руки в кулаки. Гордость и обида горели в нем страшным огнем. «Я забуду эту женщину, я постараюсь жить дальше. У меня есть моя Хадижа…» Но Хадижа была живым напоминанием о любимой женщине. Она обещала вырасти девушкой редкой красоты, так похожей на свою мать, на Жади, на ту, к ногам которой он мог положить свое кровоточащее от глубоких ран сердце. Он будет смотреть на свою дочь каждый день, и каждый день на него будут смотреть ее глаза. Саид молча прошел в свой кабинет, не желая больше думать ни о чем на свете.