Зависимость

===> Воспользуйся предпоследним шансом побыть Эриданом. Что-то грядёт. Машину пришлось оставить на стоянке под навесом чуть в отдалении от жилья. Мне уже даже не хотелось спорить насчёт того, кто именно её припаркует — я просто до смерти устал и был рад тому, что в принципе остался жив. Мы с псом подождали, пока Соллукс выгрузит багаж, а потом всей компанией отправились за Терези, что уверенно шагала впереди, показывая дорогу. Дом оказался небольшим, но довольно уютным на вид, с бревенчатыми стенами и широкой верандой, с которой открывался потрясающий вид на заснеженные вершины и густой лес, раскинувшийся вокруг. Деревья почти подступали к крыльцу, создавая ощущение, будто находишься на лоне природы. Было красиво, словно в сказке… но с пометкой Гримм. Ну не могло тут быть так хорошо, как казалось на первый взгляд! Сами собой на ум приходили сюжеты хорроров, где фигурировала хижина в лесу. Например, было что-то напрягающее в том, что это место располагалось вдали от цивилизации. А может быть, конечно, за меня говорила тревога, оставшаяся после неприятной поездки. Терези, быстро расправившись с ключами, открыла дверь и жестом пригласила нас войти. Я переступил порог и меня окутало волной тепла. Из-за контраста температур очки тут же запотели. Пока я останавливался, чтобы их протереть, пёс рванул вперёд и начал носиться по комнате, обнюхивая каждый угол. Соллукс же, войдя последним, закрыл за собой дверь. Я огляделся. Гостиная была обставлена простой, но добротной мебелью. Небольшой деревянный стол занимал центральную часть комнаты. Вокруг него стояли массивные стулья с мягкими подушками. Имелся тут и диванчик с парочкой кресел, что явно шли в комплекте. Под ногами мягко пружинил толстый ковёр с геометрическим узором. Стены были традиционно «украшены» охотничьими трофеями: рогатые головы оленей смотрели на нас стеклянными глазами, нагоняя жути. Разбавляло атмосферу здесь наличие настоящего камина, от которого исходило тепло. Пусть в нём сейчас не горел огонь, но остыть он явно не успел. Складывалось впечатление, что домик совсем недавно покинули люди. — Здесь зона отдыха. Она называется ПроСпит, — пояснила Терези, встретившись со мной взглядом и будто прочитав мысли. — Утром сюда приходил кто-то из персонала и прибрался за предыдущими гостями. Кстати, дальше по дороге есть смотровая площадка и ресторанчик, а если подняться выше — пункт проката лыжного снаряжения. Здесь на самом деле не так плохо! Соллукс на её тираду лишь цыкнул, не удосужившись как-то прокомментировать, и прошёл в комнату разбирать вещи. Он и раньше не отличался позитивом, но теперь был мрачнее тучи. Да настолько, что глаза чуть ли не метали молнии. И это беспокоило. Ведь молчание давило сильнее, чем привычная язвительность, от которой знаешь, чего ожидать. Я решил не трогать его в такой момент, ведь себе дороже приставать к человеку, который находится в шаге от взрыва. Потому тоже занялся багажом, устроившись на диване. Терези же продолжила трещать, расхваливая апартаменты, как заправский риэлтор, которому нужно поскорее сбагрить бракованное жильё, и будто совершенно не замечая, что нам побоку. — Тут есть кухня, отдельный санузел и душ. Все удобства в самом доме с отличными условиями, — она гаденько ощерилась. — Кстати, здесь три односпальные кровати. Если вам уж так сильно захочется, то можете на ночь свои вместе сдвинуть. А я постараюсь прикинуться не только частично слепой, но и глухой. Только сильно не шумите. Я беруши забыла. — Ха-ха, очень смешно. Прям до смерти, — кисло заметил я, покосившись на Соллукса, который в процессе перетряхивания сумок похоже не услышал подколки со стороны кузины. — Ты с комментариями будь поосторожней. Нас двое. Ты — одна. Мало ли что может произойти вдали от цивилизации. Никакой компромат потом не поможет. Это не угроза, а предупреждение. Терези в голос расхохоталась. — Во-первых, я не одна. Со мной, между прочим, Фредерик, — она указала на золотистого ретривера, что сосредоточенно чесал за ухом задней лапой. И вновь показала зубы, достав из рюкзака телескопическую трость, которую тут же с щелчком раздвинула. — Во-вторых, обидеть меня очень трудно. Я, знаешь ли, сама кого хочешь обижу. Это угроза, а не предупреждение. Я прикинул в уме насколько стоит бояться перечисленных Терези пунктов. Её палка показалась более весомым аргументом в отличие от сверхдружелюбного пса, что воспользовался моментом и устроился у моих ног на ковре. Терези же, потеряв ко мне интерес, стала в своём фирменном стиле обследовать помещение. Я и забыл, что у неё плохое зрение. Она прошлась по гостиной, касаясь рукой всего подряд и постукивая тростью, будто проверяя из чего сделан тот или иной предмет. Возможно так ей было проще запомнить расположение вещей в комнате, чтобы о них не спотыкаться. Или же она делала это по привычке, которая осталась после периода полной слепоты. А может Терези просто играла, что у неё отлично получалось. Сделав круг по комнате, она остановилась у камина, наклонилась и шумно принюхалась, а потом потыкала тростью в потухшие угли и поленницу рядом. Результат её явно не устроил. — Дров маловато, — произнесла она, поджав губы и нахмурив тонкие брови. А потом вдруг расцвела. — Соллукс, будь так любезен, сходи наруби ещё. Топор найдешь в сарае за домом. — Почему это я должен? — процедил сквозь зубы Соллукс, вскинув голову и пригвоздив кузину тяжёлым немигающим взглядом, от которого она почему-то сразу не испепелилась на месте. — Потому что ты с этим легко справишься. В отличие от меня и твоего «друга», — пропела Терези, сделав особый акцент на последнем слове, будто визуально облачив его в кавычки. — Эй! Что за манипуляции и попытки обосрать на ровном месте?! — возмутился я, скрестив руки на груди и гордо вскинув подбородок. — Требую к себе хоть каплю уважения! Соллукс хмыкнул, дёрнув уголком рта. — Решила сразу с козырей пойти и подлизаться? Терези сделала невинный вид. — А если я добавлю «пожалуйста»? — Ты ведь не отвяжешься, пока своего не добьёшься? — Определённо да. — Чёрт с тобой! — в итоге рыкнул он. Соллукс встал и быстро прошагал через всю гостиную. Я ошеломленно посмотрел ему вслед, удивляясь тому, как кузина легко заставила того сделать что-то против воли. Терези тоже напряженно наблюдала за каждым его движением. В её глазах промелькнуло странное выражение — смесь беспокойства и чего-то ещё, что я не смог расшифровать. Как только за Соллуксом захлопнулась дверь, Терези вдруг резко повернулась ко мне. — Эридан… Вот мы и остались с тобой вдвоём… Наедине, — промурлыкала она, надев одну из своих самых коварных улыбочек, от которой по коже тут же пробежали мерзкие мурашки. — Если ты ко мне сейчас начнёшь приставать, я закричу. Очень громко. Настолько, что сюда сразу прикатит полиция, — предупредил её я, выставив вперёд руки. Терези наморщила нос. — Фу, какая гадость! Я даже и не думала о таком! Ты меня не интересуешь как мужчина. Мой вкус более изысканный, чем у Соллукса, — «успокоила» она. — У меня к тебе другое дело… — Какое бы у тебя ни было ко мне дело, даже слушать не буду — с таким-то к себе отношением! — возмутился я, выпрямляя спину. — С чего ты вообще решила, что я буду тебе помогать? Привычное ехидное выражение на лице Терези вдруг исчезло. Вместо него проступила серьёзность и безмерная усталость человека, которого давно все достали и разочаровали. — Нам нужно поговорить, Эридан, — вздохнув, произнесла она тихим голосом. В нём вдруг прозвучала та же сталь, что теперь сквозила в остром взгляде из-под очков. В её тоне ощущалась непреклонность. И произнесённое вслух явно было не просьбой, а скорее распоряжением, которое не подлежало обсуждению, будто вердикт судьи. Преображение из легкомысленной особы в суровую даму было настолько неожиданным, что на пару секунд я потерял дар речи, осознавая перемены, и лишь потом отреагировал вслух. — Нам нужно поговорить о том, что у вас с Соллуксом одно биполярное расстройство на двоих? — предположил я. Терези возвела глаза к потолку точно также, как это обычно делал её кузен, когда ему задавали тупые вопросы о работе с кодами. — Можешь меня хотя бы выслушать? У нас не очень много времени, чтобы обсудить проблему. Это напрямую касается Соллукса. Предчувствие неизбежного, висевшее в воздухе с самого нашего приезда, сгустилось ещё больше, превратившись в тяжёлый, давящий ком в груди. Я инстинктивно понял, что сейчас произойдет нечто важное, возможно, даже переломное. И от этого понимания у меня перехватило дыхание. Я молча кивнул, не в силах произнести ни слова. — Ты знаешь про Арадию? — осторожно спросила Терези, будто ступая на очень скользкую тему, которую раньше предпочитала не поднимать. Имя показалось смутно знакомым, будто я когда-то его слышал, но не придал значения. В сердце неприятно кольнула ревность, напоминая о том, что на самом деле Соллукс мне небезразличен, хотя и был той ещё занозой в заднице. Мне захотелось узнать подробности его личной истории, потому я помотал головой, ожидая продолжения. — Арадия была невестой Соллукса. Они долго встречались и думали о свадьбе, — огорошила меня Терези. Я открыл было рот, чтобы сказать что-то резкое по этому поводу, но голос меня подвёл. Горло сковало ледяным обручем, а к щекам прилил жар. Мне оставалось лишь слушать, сжимая кулаки и не понимая, какую эмоцию должен в принципе испытывать. — У них всегда были общие интересы. Они вместе увлекались экстремальным туризмом. Занимались вместе раскопками, дайвингом, диггерством, — перечисляла Терези, будто не замечая моей шокированной физиономии. — И вот однажды поехали зимой в горы, чтобы покататься на лыжах. Сошла лавина. Соллукс выжил, а Арадия — нет. От таких новостей привычный мир развалился. Я вспомнил, что уже слышал эту байку от Соллукса. Он рассказал её давно и между делом, будучи сильно пьяным. Мы оба набрались, и я даже не думал воспринимать всерьёз то, что он нёс. Но Соллукс сказал мне правду, которую теперь подтвердила Терези. Вдруг в голове что-то щёлкнуло, будто соединились кусочки паззла. Я кое-что понял. У меня появилась страшная догадка, почему Соллукс так странно себя вёл в последнее время и почему бездумно гнал по опасной трассе, не взирая на наши с Терези крики. Ответ казался достаточно простым. Но мне нужно было, чтобы кузина Соллукса сама объяснила причину его поведения и призналась в своей роли во всём этом цирке недомолвок. — Это ведь произошло прямо здесь? В ПроСпите? — поинтересовался я, делая над собой усилие, ведь вся ситуация казалась просто чудовищной, даже учитывая давность событий. — Ну, не совсем здесь… — задумчиво протянула Терези, вызывая искреннее желание придушить на месте. — Это было выше в горах. Точнее у вершины. Туда больше не пускают туристов. Я не выдержал и вскочил на ноги. Терези не отшатнулась, но сделала пару шагов так, чтобы между нами находился стол. Видимо, она подозревала, что вскоре может получить по лицу за все свои козни, а потому отступила от меня на безопасное расстояние. — Теперь понятно, почему Соллукс бесится сильнее, чем обычно! — рявкнул я, потрясая кулаком. — Ты же его в самое больное место ткнула! Вот он и спрашивал тебя — зачем? Зачем ты это сделала, Терези?! Отвечай! — Потому что хотела как лучше, — спокойным тоном отозвалась Терези, сохраняя каменное выражение лица. — Ему действительно стоит преодолеть травму, чтобы двигаться дальше. Но уже с тобой. Разве не этого ты сам хочешь? — И именно поэтому ты решила нанести ему другую травму! Великолепный вывод! — выкрикнул я, меряя шагами комнату. Терези тоже начала перемещаться так, чтобы быть от меня подальше. Пёс, завидев наши передвижения и оценив мои вопли, явно подумал, что мы играем во что-то интересное. Потому тоже подключился, бегая по кругу и громко лая, радостно помахивая хвостом и снижая драматичность ситуации раза в два. — Соллукс до сих пор винит себя в произошедшем с Арадией, хоть и не говорит об этом прямо, — произнесла Терези, сохраняя между нами дистанцию. — У него были суицидальные мысли. Потому-то и потребовалось моё вмешательство. Я выразительно фыркнул. — Во-первых, кем ты себя возомнила, чтобы вмешиваться в нашу личную жизнь без спроса? Во-вторых… Откуда ты вообще можешь знать?! Соллукс тебя просил о помощи? Судя по его реакции на поездку, явно нет! Терези криво улыбнулась одним уголком рта, став удивительно похожей на своего кузена. — А ты разве сам не замечал, что у него серьёзные проблемы с психикой? — спросила она, склонив голову набок. — В его постах в соцсетях столько негатива, что становится очевидным — он не в порядке. Я демонстративно схватился за сердце, сделав вид, что поражён до глубины души. — Не смей меня попрекать! Я всегда думал, что это особенность его характера. И по призванию он невыносимый мудак. Другого я, к твоему сведению, ещё и не видел. И вообще у вас обоих серьёзные проблемы с психикой! — И потому ты посчитал, что его деструктивное и саморазрушительное поведение — это норма? — хмыкнула Терези, возведя глаза к потолку. — Он и раньше обожал адреналин, но теперь это стало по-настоящему опасно. Я остановился. В голове щёлкнуло неожиданное понимание, от которого спину обдало холодом. — Подожди… То есть ты хочешь сказать, что прекрасно знала, что Соллукс предрасположен к лихачеству и суициду… И пустила его за руль моей машины? Ты совсем ёбнутая? А если бы он нас по дороге угробил?! Терези пожала плечами, будто ничего особенного не произошло. — Но не угробил же. Эридан, ты должен понять, что Соллуксу сейчас очень плохо. И ему нужна помощь, — она вдруг посмотрела на меня с неподдельной мольбой. — Поговори с ним об этом. Ему требуется обратиться к специалисту. Я почувствовал, как во мне нарастает гнев. Гнев на Терези, на Соллукса, на ситуацию. Почему она решила, что я смогу с этим справиться? Почему она свалила на меня такую ответственность? Я же не психолог! Я просто… его парень. — А почему ты сама с ним не поговоришь, раз такая умная и осознанная? — скрипнув зубами, резко спросил я. — Почему это должен делать я? — Потому что он тебя послушает, — ответила Терези. — Вы близки, и он тебе доверяет. Пожалуйста, Эридан, сделай это ради него. Я отвернулся, не желая видеть её укоряющий взгляд. Меня буквально загнали в угол, мастерски манипулируя на чувстве вины и привязанности. Но я понимал, что не могу оставить Соллукса в беде. Он был мне слишком дорог, даже с учётом того, насколько порой бесил. В глубине души я действительно его любил, хоть иногда Соллукс и вёл себя как настоящая тварь. И так просто отказаться от него оказалось невозможно. — Хорошо, — в итоге пробормотал я, с трудом выдавливая из себя слова. — Обещаю. Я поговорю с ним.

***

Мы с Терези пришли к некому подобию плана, когда входная дверь вдруг резко распахнулась, впуская в комнату облако морозного воздуха и Соллукса. Он застыл на пороге, заснеженный и хмурый, словно языческий бог зимы, недовольный скудными подношениями. В охапке Соллукс держал поленья, которые потом с оглушительным грохотом бросил у камина, заставив меня и Фредерика подпрыгнуть на месте. Пёс испуганно тявкнул, а я едва не выронил телефон, который успел вытащить из кармана, чтобы записать номер психотерапевта, что продиктовала Терези. От громкого звука она даже бровью не повела, сделав вид, что ничем предосудительным не занималась и никаких заговоров за спиной у кузена не строила. Соллукс не проронил ни слова. Даже не бросил едкого замечания, как это бывало раньше, когда его что-то сильно раздражало. Он лишь опустился на колени перед камином и принялся за работу с какой-то мрачной сосредоточенностью. Его движения казались излишне осторожными и точными, будто он не просто разжигал огонь, а проводил сложный ритуал, в котором участвовали скомканная газета, щепки и несколько поленьев покрупнее… Но вот, наконец, чиркнула спичка, и робкий огонёк лизнул бумагу. Пламя медленно и неохотно разгорелось, отбрасывая на суровое лицо Соллукса дёрганые, тревожные тени. Я посмотрел на него, и моё сердце сжалось от смеси жалости, гнева и какой-то совершенно неуместной нежности. Вот он — человек, который потерял здесь всё. Человек, которого кузина притащила обратно на место личной трагедии под предлогом «шоковой терапии». И я, его парень, сидел в стороне, не зная, как к нему подступиться, чувствуя себя соучастником жестокой игры. Тишина в комнате стала настолько плотной, что, казалось, её можно резать ножом, и только треск разгорающихся поленьев разбавлял её. — Ну вот, теперь у нас тепло и уютно! — закудахтала Терези с таким бодрым видом, будто мы приехали на пикничок. Она играла роль беззаботной туристки с омерзительным мастерством. — Я предлагаю перекусить. У меня есть сэндвичи и термос с горячим чаем. Она извлекла из своего рюкзака свёртки в фольге и небольшой походный термос. Я молча взял один сэндвич, хотя в горло кусок не лез. Соллукс, покончив с камином, так и остался сидеть на ковре спиной к нам, неотрывно смотря на огонь. Даже со стороны было видно, как он напряжён. — Соллукс, ты будешь есть? — спросила Терези. Он лишь мотнул головой, не оборачиваясь. Мы ели в гробовом молчании, прерываемом лишь смачным чавканьем Фредерика, который выпросил у меня кусочек ветчины. Я почти физически ощущал на себе укоризненный взгляд Терези. Она явно ждала обещанного разговора, но слова застревали в горле. Да и как можно было начать такой диалог? «Дорогой, твоя кузина рассказала мне, что ты тут чуть не погиб вместе с невестой. Не хочешь сходить к специалисту?» Звучало как полный бред. — Раз уж мы подкрепились, предлагаю не сидеть тут сиднями, — заявила Терези, убрав остатки еды обратно в рюкзак. — Помните, я говорила про смотровую площадку и ресторанчик? Отсюда не так далеко. Подышим свежим воздухом, посмотрим на горы, выпьем глинтвейна. Это куда лучше, чем киснуть в четырёх стенах! Не находите? Я посмотрел на Соллукса. Идея тащить его туда, где всё напоминало бы о прошлом, казалась мне верхом садизма. Но и оставаться в домике, в котором обитали призраки прошлого, было невыносимо. Возможно, смена обстановки и правда пошла бы на пользу. Хотя бы мне. К моему удивлению, Соллукс медленно поднялся на ноги. — Ладно, — глухо произнёс он, всё так же не глядя на нас. — Собирайтесь. Он направился к двери, очевидно, собираясь снова сесть за руль. А я вдруг осознал, что это мой шанс взять ситуацию под контроль и не позволить общему безумию продолжиться. — Хорошо, — твёрдо сказал я, поднимаясь с дивана. Мой голос прозвучал даже увереннее, чем ожидалось. — Но при одном условии. Терези с любопытством вскинула брови. Соллукс замер у порога, повернув ко мне голову. В его глазах, отражавших пламя камина, мелькнуло что-то похожее на удивление. — Я поведу. И это не обсуждается. Ключи на бочку, — поставил я точку, глядя прямо на Соллукса и стараясь не отводить взгляд. На секунду в комнате вновь воцарилась тишина. Я видел, как на лице Соллукса промелькнула целая гамма эмоций: от лёгкого недоумения до привычного раздражения. Он хотел что-то возразить. Уже открыл было рот, но потом его взгляд скользнул к Терези, которая наблюдала за нами с едва заметной, одобряющей ухмылкой, а затем снова вернулся ко мне. В нём читалась безмерная усталость и какая-то отрешённость. Он молча сунул руку в карман куртки, вытащил ключи от моей машины и, не говоря ни слова, бросил мне. Я поймал их на лету. Холодный металл обжёг мне ладонь. Это была маленькая, но очень важная победа. — Отлично, — кивнул я, стараясь скрыть нервную дрожь в руках. — Тогда собираемся. — Фредерик, ко мне! — скомандовала Терези, хлопнув себя по бедру. Пёс радостно подскочил, виляя хвостом, будто почувствовав перемену в атмосфере. Напряжение не исчезло, но оно изменило свою природу. Теперь у руля был я. И в прямом, и в переносном смысле. И пусть впереди меня ждал самый сложный разговор в моей жизни, сейчас я хотя бы был уверен, что мы доедем до места назначения живыми. ===> Оставайся Эриданом, чтобы дойти до финала этой истории.