Зверь внутри

POV Джона. Открыв глаза, я тут же подскочил, озираясь. Я был в своей комнате, за окном было светло, а часы на тумбочке показывали, что я очень вовремя, иначе еще час, и я начал бы бессовестно опаздывать. Закрыв лицо руками, я попытался вспомнить, что было ночью, и как я оказался тут. В голове снова всплыла черная трясина под ногами, жуткие щупальца, и страх вновь прокрался по холодеющему позвоночнику. Была резкая боль в шее и слова, мне что-то говорили, но я никак не мог вспомнить, что именно, и, тем более, не мог вспомнить, как добрался до дома. Я коснулся шеи: амулет пропал. Печально, но амулет – это не моя жизнь, не страшно. Все-таки я заставил себя встать, одеться и спуститься вниз. Шерлока не было видно. Оно и к лучшему, хотя я все равно с тяжелым сердцем и не менее тяжелой головой ушел на работу. Двадцать минут в кэбе - и я на месте; настроение было паршивым, но ничего не поделаешь. Впрочем, день прошел хоть и медленно, но без хлопот. Пациентов было мало, и у меня было время еще раз попытаться вспомнить, что же случилось ночью, но я упорно не мог преодолеть страх, возникавший при воспоминании о встрече с Парковым Убийцей. Я был на все сто процентов уверен, что столкнулся именно с ним. Вечером я вернулся домой на Бейкер Стрит. Подняв голову, я заприметил на крыше возле нашего богомола синего жука. Ах, да, богомола же нужно было починить. Видимо, Шерлок сам вызвал мастера. Поднимаясь по ступеням в гостиную, я пришел к выводу, что нужно все рассказать Шерлоку: возможно, гений сможет понять то, что ускользает от меня. Детектив сидел в кресле, скрестив руки, словно поджидал меня; на лице смесь недовольства и чего-то еще. Я принюхался: один из бонусов оборотня – возможность ощущать эмоции, как цвет или запах. Точно, от Шерлока пахло недовольством – это явно из-за того, что ему лично пришлось обращаться к мистеру Гастингсу – и беспокойством. Беспокойство – это что-то новенькое. Крайне не свойственная этому социопату эмоция. — Шерлок, мне нужно с тобой поговорить. — Да, Джон, — внимательные глаза впились в меня изучающим взглядом. Не вопрос, а утверждение, словно он все знал заранее и только ждал, когда же я наконец приду и скажу об этом. Сев напротив него, я собрался с мыслями. — Прости меня за вчерашнее, сам не знаю, что на меня нашло. Шерлок молча кивнул. Глубоко вдохнув, я пересказал все произошедшие со мной события. Вернее, ту их часть, что я сам помнил. — Значит, ты не помнишь, как оказался дома? Шерлок не стал высказывать, что он сам видел, так что, скорее всего, он и не видел, когда я вернулся. Это нормально, я привык. — Интересно, — задумавшись, он сложил ладони домиком. — Значит, ты уверен, что встретил именно Паркового Убийцу, но он тебя не убил, а, судя по всему, отобрал твой медальон и попросту вернул домой. Похоже, что у него, и правда, претензии только к преступникам, которых не могут поймать. Не люблю героев-одиночек. Что куда интереснее, откуда он знает, где ты живешь? Но, по крайней мере, теперь понятно, как ему удалось завалить Потрошителя. Среди отчетов было, что одна из жертв — Потрошитель. А ты сам знаешь, Потрошители почти как оборотни, хотя, скорее, переходная форма. В волков они превращаться не умеют. И сила у них не меньше, чем у оборотней. Жаль, что ты был слишком напуган, чтобы запомнить его запах. — Я не был напуган, Шерлок. Детектив скептически фыркнул. — Хорошо, был, но это не помешало мне запомнить его запах. Он пах женщиной и страхом. Не его страхом, а страх исходил от него, как запах кофе исходит от кружки со свежесваренным кофе. — Значит, женщиной и страхом. На женщин он не нападает, видимо, запах подружки. Страх... Интересно, как можно заставлять других испытывать страх? — Может, ведьмачество? Нужно спросить у миссис Хадсон, но уверен, что ведьма могла бы сделать что-то подобное, а поскольку мы имеем дело с мужчиной, то ответ очевиден. — Не уверен, что очевиден, но это действительно любопытно. Существо, пахнущее страхом… никогда таких не встречал. — Я бы предпочел и не встречать, — проворчал я себе под нос. Теперь, когда Шерлок это сказал, я задумался: откуда этот тип мог знать, где я живу? — Проклятье, совершенно не могу вспомнить, что тогда со мной происходило, — я сердито нахмурился. — Вообще-то есть один способ, но тебе он не понравится. Я покосился на Шерлока, было очевидно, что он предлагал прочесть мои воспоминания самому. Я ненавижу, когда кто-то копается в моих мыслях и, тем более, в моих воспоминаниях — там скелетов достаточно для небольшого кладбища, — и меня совершенно не прельщала мысль, что он узнает о них. — Не беспокойся, дальше этого я не буду смотреть, – Шерлок усмехнулся. На что спорим, что он только что читал мои мысли? Но в данных обстоятельствах это выглядело единственным вариантом. — Хорошо, Шерлок, но только вчерашние воспоминания, не увлекайся. Я чувствовал себя неловко, одно дело, ловить этого эгоиста за чтением моих мыслей и совсем другое — добровольно позволить ему копаться в моей голове. Придвинувшись ко мне, Шерлок внимательно посмотрел мне в глаза. — Джон, смотри мне в глаза и не отвлекайся, иначе все испортишь. — А смотреть тебе в глаза обязательно? — Да, иначе будешь отвлекаться, — серьезно произнес Шерлок. Я вздохнул: надо, значит, надо. В данном случае я заинтересован, чтобы все прошло как нужно. Сейчас радужка его глаз медленно заполнялась красным светом, словно разгоравшийся огонь, все звуки исчезли, даже треск огня в камине. Никогда не обращал внимания на этот звук. — Теперь закрой глаза, а то ты начинаешь разглядывать меня, а не вспоминать прошлое, — голос Шерлока был тихим, но ехидным. Вот зараза! Но я послушно зажмурился, и перед глазами снова замелькали события вчерашнего дня. Вот я ушел и дошел до площади, заметил парочку, продававшую безделушки, вспомнил их запах — Рыжехвостые. Вот возникло непреодолимое желание купить амулет. Вот я его надеваю, успокаиваюсь и иду домой, спокойно и быстро, все равно пешком, несмотря на предстоящий путь. Поэтому возвращаюсь, когда уже стемнело. Поднимаюсь на зов Шерлока, раздраженно думая, что тот и не заметил, как я уходил. Вот я осеняюсь мыслью о келпи и делюсь своими соображениями, злюсь на скептицизм Шерлока. Это так странно, смотреть на свои же эмоции со стороны. И само присутствие Шерлока в моей голове совершенно неощутимо, только немного странное ощущение, словно в черепной коробке неожиданно стало тесно. Вот я наблюдаю через окно за парочкой под нашими окнами, девушка с тростью и парень с лошадиными глазами. Вместо того, чтобы успокоиться, только еще больше злюсь. Понимаю, что злюсь, и все равно не могу прекратить злиться. Эмоции похожи на лавину, но сейчас они меня не беспокоят и кажутся даже странными. Мы ругаемся, я хочу ударить Шерлока, и не просто ударить, а причинить настоящую, сильную боль, фактически разорвать на части. Его холодное спокойствие остужает, но не утихомиривает гнев, и я просто убегаю. Отстраненно думаю, что сила вампира такова, что вопрос, кто кого порвал бы, однозначного ответа не имеет. В парке я стою под большим деревом и пытаюсь унять свой гнев, непонятный, чуждый мне. Ноги начинают проваливаться, вот я цепляюсь за дерево, пытаясь вылезти, и замечаю фигуру, сейчас ее можно лучше рассмотреть, словно отдельную картинку. Фигура человека в черном и с тростью. И снова эти ужасные щупальца, хватающие меня и отдирающие от спасительного дерева. Ужас накатывает, словно волна, заявляя свои права. «Тихо, Джон, все хорошо, это уже прошлое…» — голос Шерлока даже в моей голове совершенно невероятный, такой… стоп, Джон, не забывай ты тут сейчас не один. Я почти чувствую легкую усмешку младшего Холмса. В моих воспоминаниях я падаю навзничь, чувствую страх, исходивший от фигуры рядом. Запах страха, женщины и крови. Да, теперь я могу отсечь и его. Мне не дают повернуть голову, но я вижу платформы с заклепками и расширяющуюся книзу трость с острыми гранями. Резкая боль в шее, мимо проплывает, поднимаясь вверх, щупальце, сжимая мой амулет в виде головы волка. Теперь ясно, как он пропал, но зачем? И тут прозвучал голос: Шерлоку пришлось снова мысленно «встряхнуть» меня. Глаза в тот момент прошлого почти закрылись, то, что я принял за потерю сознания, было, скорее, преддверием глубокого, неестественного сна и, если приложить усилия, то еще можно что-то разглядеть, прежде чем окончательно уснуть. Этот голос, он был, как эхо, но тот его вариант, когда у вас мороз по коже, ледяной и совершенно чужой, не человеческий. — В ЭТОМ ВСЯ ПРОБЛЕМА… Послышался стук удара о землю, что-то упало, но что я не могу увидеть или почуять. — Я - ВРАТА, Я -КЛЮЧ… -слова произносились затухая и окончание фразы я не смог расслышать, даже сейчас. Перед моими глазами возникла странная мерцающая пелена, которая казалась уже началом сна, сквозь нее я мог даже разглядеть предметы в своей комнате. Щупальца с силой толкнули меня вверх, и я… упал на свою кровать. Все-таки я не выдержал и дернулся. Открыв глаза, я часто заморгал, возвращаясь в настоящее. Шерлок поморщился. — Больше так не делай, слишком резко. Я уже и сам понял, что был неправ: такое ощущение, словно из черепа что-то выдернули. Неприятно и болезненно. Шерлок тряхнул головой — он почуял новый поворот расследования и снова полностью готов действовать. Невероятно. — Похоже, что наш убийца тоже заинтересован в деле с оборотнями и не считает их нападения случайными. Более того, ты сам вчера чуть не стал одним из этих оборотней, и мы теперь знаем, в чем дело. Хотя пока и не знаем, кто за этим стоит. Впрочем, поймаем этих Рыжехвостых, и пусть Лестрейд сам их допрашивает, должна же быть и от него польза. — Есть еще один вопрос. Откуда он знает, как выглядит моя комната? Если это телепорт, то мы имеем дело с сильным магом, что большая редкость и большая проблема. — Если это действительно сильный маг, то ему не обязательно это знать, но ты прав, это проблема. И это значит, что он спокойно может перемещаться в пространстве без помощи машин. И поймать его — та еще сложность, только тогда вопрос, зачем ему убийства этих неудачников, промышляющих грабежом в парке? — Шерлок, как думаешь, за всем этим стоит Мориарти? — За чем именно? — фыркнул Шерлок. — За этими нападениями оборотней? Для таких выводов слишком мало фактов. А строить теорию без них нельзя, иначе ты будешь подгонять факты под теорию, а не наоборот. Нам уже приходилось сталкиваться с Джимом Мориарти, и, честно говоря, я предпочел бы больше никогда не встречаться с ним. Этот преступник-консультант — крайне опасная личность, сеть его влияния опутывала Лондон, как паутина настоящего паука. И не факт, что только Лондон. Мы оба посмотрели друг на друга. Вопросов стало еще больше, чем было, хотя что-то и прояснилось. По крайней мере, стало ясно, что Парковый Убийца — не обычный маньяк или герой-одиночка. Получили неожиданный сдвиг в деле с нападениями оборотней и обзавелись ворохом новых вопросов. Все именно так, как любит Шерлок, — многоуровневая задача с кучей неизвестных.