Быть копией

- Мы уходим.       Дана резко схватила свою технику, скрутила небрежно провода, заталкивая в сумки. Её трясло с ног до головы, и девушка выругалась, уронив на пол планшет. - Что произошло? – Альтаир наклонился, поднимая технику. - Дочь Джеймса, Майя… Сначала её взял в заложники Рукс, спрятав в главном здании Гентек. Я должна была догадаться… - Дана приняла планшет и оба замерли, удерживая прибор в руках. – Это была ловушка. Галловей опередила Джеймса и забрала девочку. Теперь ребенок у этой твари… Нам нужно уходить, бежать, пока не поздно!       Девушка снова заметалась, набивая сумки всем, что могло быть ценным. Альтаир перевел взгляд на по-прежнему лежащее на столе Яблоко Эдема, прежде чем поднять артефакт. В последний раз его туда положил Мерсер, долго вертев в руках и задумчиво разглядывая, пытаясь залезть нитями мутировавшей плоти в прожилки живого золотого цвета. - Ты сама не своя. От чего убегать? - От этой гребаной твари, Альтаир! – едва не закричала Дана, и мужчина заметил, что ее колотит теперь еще сильнее. – Психопата, зверя, называющего себя Алексом! Это не мой брат, черт возьми, это какая-то нечеловеческая мразь, ворующая детей, заражающая весь город и убивающая всех, до кого дотянется. Я надеюсь, что Джеймс сейчас уже взял след и прикончит гадину. Но дожидаться тут не стану. Пока армия вся сосредоточена на этой схватке, мы валим из города.       Сириец замер, не веря своим ушам. Прошло всего три часа с того момента, как Алекс ушел, а все снова переворачивалось с ног на голову. Заражения, убийства, похищение ребенка?.. - Этого не может быть, - негромко произнес Ла-Ахад, смотря на девушку.       Дана остановилась, внимательно глянув на мужчину. Нервно сжав в руке лямку сумки, девушка опустила взгляд и осторожно положила руку на плечо ассасина. Когда она заговорила, Альтаир едва удержался, чтобы не приподнять изумленно брови – Дана совершенно не так поняла его фразу. - Слушай, я знаю, что он… это… Сделало с тобой. Мой брат бы никогда не стал принуждать другого мужчину к такому. Не говоря уже об остальном. Я понимаю, тебе жутко, - Дана искренне переживала, и это было видно. – На твоем месте мне бы хотелось удавиться, если бы эта тварь ко мне прикасалась. Но нам нужно помочь Джеймсу и выбраться из этой мясорубки живыми.       Альтаир только кивнул, не находя слов. Сестра Алекса всерьез думала, что напугала его новостями. Сириец, напротив, был лишь озадачен и сбит с толку. Из того, что он видел и слышал, создавалось впечатление, что вирус и тот Мерсер, который приходил к ним с Даной, были разными существами.       Забрав у девушки тяжелые сумки, Ла-Ахад убрал в карман белой кофты Яблоко и последовал за сестрой Алекса на лестничную площадку. Дана явно нервничала и торопилась, несколько раз с противным звяканьем вдавливая кнопку вызова лифта. Альтаир молчал, и напряжение, казалось, впиталось в воздух. Даже мелодичный звон прибывшей кабины не мог изменить настрой молодых людей.       Только когда двери лифта закрылись, Альтаир накинул капюшон, негромко спрашивая: - Ты уверена, что Джеймс сможет его убить? И что нас потом не найдут? - Я… нет, - девушка поправила прическу и устало вздохнула. – Я ни в чем не уверена. Но лучше попытаться, чем продолжать ждать, когда выродку надоест играться, прикидываясь Алексом.       Ничего не ответив, Ла-Ахад просто проследовал за девушкой дальше, когда они оказались на первом этаже. В здании такая тишина, будто все жильцы кроме них с Даной вымерли. Краем глаза Альтаир заметил пятно крови рядом со стойкой консьержа. Кто убил людей здесь? Алекс?       На улице чисто. Они перебежками двигались по улицам, прижимаясь к домам. Дана держалась стойко, даже не особо запыхавшись после первых пяти минут их продвижения в сторону красной зоны. То, что шли они именно туда, Альтаир понял по все большему количеству развороченных танков, заграждений, а также ошметкам биомассы на зданиях и дорогах. - Дальше уходить опасно, - поймал девушку за руку сириец. – Ты сама говорила, что красная зона это верная смерть. - Знаю! – огрызнулась Дана, вырывая руку. – Но у нас нет выбора. Нам нужно только пересечь часть зоны возле Пенн-стейшн, чтобы добраться до аэропорта. Там ждет вертолет, я обо всем позаботилась, нас вытащат отсюда.       Со вздохом Альтаир последовал дальше за спутницей. Вдалеке раздавались выстрелы, кажется, шли боевые действия. Мерзко-сладковатый запах наполнял воздух, скручивая желудок в узел от тошнотворного омерзения. Биомасса вируса теперь разросталась уже повсюду, жила, перетекала, пускала новые корни на глазах. Особо крупные образования пронизывали полуразрушенные дома и рыхлили асфальт. - Берген-стрит, - на бегу прочитала Дана и резко дернула ассасина в сторону за рукав. – Мы почти..!       Оба затормозили, вылетев на открытое пространство, где в конце улицы у заграждений покачивалась целая толпа зараженных. Альтаир еле успел перехватить девушку и зажать ей рот. Однако было поздно, инфицированные уже почуяли их и приближались с опасной скоростью. - Дана, беги, - напряженно произнес Ла-Ахад, отпуская спутницу. - Черт возьми, нет, ты с ними не справишься! – в панике вскрикнула девушка, смотря на сирийца и приближающуюся стену мутировавших зараженных. – Нам нельзя разделяться, Альтаир! - Просто беги, я выберусь из города, обещаю.       Девушка глянула затравленно, но кивнула и побежала в сторону. Альтаир подпустил первых зараженных ближе, чтобы те издали свои странные, ликующие булькающие звуки, привлекая внимание остальных. Только в этот момент ассасин рванул в противоположную сторону, резко вскакивая на валяющееся рядом развороченное авто такси. Привычный прыжок, и мужчина уже уцепился за козырек ближайшего магазинчика. Подтянувшись, Альтаир влез на него, прекрасно слыша за спиной стремительное преследование.       Ассасин в последний момент успел прыгнуть, буквально отдернув ногу от мутировавших когтей зараженной бестии. Пальцы уже в полете уцепились за бурую перекладину пожарной лестницы, позволяя взобраться на безопасную высоту над голодными тварями. Альтаир оглянулся, встречаясь с безумными глазами рычащего инфицированного напротив. Почти не опухший, даже сохранивший костюм и потрепанный синий галстук. Только вот кожа вся набухла багровыми нарывами, а руки, продрав одежду, вытянулись в когти. Существо прыгнуло следом, и Альтаир одним резким ударом ноги в морду скинул инфицированного вниз. Сам ассасин теперь помчался по поскрипывающей железной лестнице вверх, намереваясь добраться до крыши здания.       Оказавшись наверху, Альтаир приблизился к краю. Теперь ему было видно город, небоскребы с одной стороны, некоторые, правда, уничтоженные гигантскими образованиями вируса, и зеленеющие равнины с росчерками трасс с другой.       Дана должна была добраться до аэропорта. Ла-Ахад выпрямился, отошел на два шага и пересек крышу, высматривая и выбирая подходящий путь, чтобы достигнуть черты города. Мысли крутились вокруг неудобности расположения домов – никакой возможности передвигаться только по крышам. Внизу же беснуются голодные существа, одно другого хуже.       Альтаир опустил руку в карман, доставая Яблоко Эдема. Золотое сияние приветственно разгорелось в его прожилках, и сириец на секунду прикрыл глаза.       С этим он пройдет среди зараженных и заставит оцепивших город военных пропустить его на свободу.

***

      Дана обнимает испуганную темнокожую девочку, прижимая ближе к себе, словно пытаясь закрыть своим телом. Как трогательно. Даже зубы сводит. - Где он, Дана? – мягко спрашивает вирус, скрестив руки на груди. - Там, куда тебе не добраться. На пути из города, - девушка упрямо поджимает губы. – Хотя бы кого-то ты не схватишь, чудовище. - Ты ошибаешься, называя меня так, - Алекс хмурится, понизив тон до угрожающе-раздраженного. Ему больно от того, что говорит сестра. - Нет, ошибки быть не может! – девушка присела на корточки, крепче обнимая чернокожую Майю, которая прижалась к ней, с ужасом поглядывая на вирус. – Ты монстр, убийца, который уничтожил почти все население этого города, похитил ребенка для шантажа и теперь, наигравшись в свой маленький спектакль, схвативший и меня! Как я была глупа, поверив, что ты мой брат, что помогала тебе!.. - В этом только твоя вина, и ничья больше, - смягчается вирус, невольно признавая правоту девушки. – Ты это знаешь. - Я знаю только то, что когда-то у меня был брат, которого звали Алекс, - на лице Даны отражается боль, давно терзавшая молодую журналистку. – Мальчик, игравший со мной в догонялки, учивший кататься на скейте, смотревший со мной ужастики до поздней ночи… - девушка вскинула голову, в её глазах задрожали блеском лунного света отчаянные слезы. – Я знаю теперь, что этот Алекс мертв. - Я стою выше понятий «мертв» и «жив», Дана. Я превзошел их, - вирус отвернулся от сестры, не в силах выносить боль на её лице. – Джеймс Хеллер ничем от меня не отличается. Он просто еще этого не понял.       Дверь банковского хранилища закрылась за ним, запирая в самом безопасном убежище Дану и Майю. Тут их ничто не тронет, не навредит даже мощь вируса или ядерной бомбы. Алекс знает, что больше сюда не вернется, и сердце давит тупой болью. Сестра предала его, но… Он все еще ощущал себя Мерсером, слишком свыкся с этой ролью, заигрался. Хотя прекрасно понимал всю правоту Даны – Алекс мертв. Уже больше года. И тот человек был тем чокнутым ублюдком, который сотворил все это с городом. Он, а не… Теперешний Алекс.       Его Развитые уже ждали на крыше здания, послужившего ключевым узлом сети Улья, что разросся на весь Манхеттен. Мерсер легко запрыгнул наверх, встречаясь лицом к лицу с главным актером последнего акта. Джеймс резко вышел вперед, угрожающе вскинув руку в обвиняющем жесте. - Где Майя?! – вопил темнокожий в бешенстве. - В безопасности, - отмахнулся Алекс, также делая шаг навстречу. Широко расставив ноги, вирус сложил руки на груди, поглядывая уничижающее на противника. – Пока что.       Хеллер едва сдерживался, чтобы не кинуться на создателя в ту же секунду. Казалось, вот-вот глаза вылезут из орбит. Мерсер бы пошутил на эту тему, но понимал, что только нарушит наигранный драматизм ситуации. Нет уж, не для того он так старался, продумывая эту многоходовку, чтобы теперь все завалить. - Ты мне все расскажешь, сволочь, - продолжил угрожать негр. – Или сам, или я раскрою тебе черепушку, поглотив все твои чертовы воспоминания! - Какие ужасы, - хмыкнул Алекс, перебрав в воздухе пальцами. – Ты ничего не понимаешь, да? – вирус прошелся из стороны в сторону, патетично размахивая руками и вещая о «гениальном» плане установления всемирного контроля над людьми. О Боже, какие бредни. Если раньше эта идея казалась единственно верной, то теперь есть лишь желание избавить мир от угрозы вируса раз и навсегда. Освободиться от прошлого... Исчезнуть. - Хватит с меня твоей гребаной, идиотской, психопатичной философии! – «с радостью, Джеймс». – Верни мне мою дочь! - Нет… Нет, не так быстро, - вирус качнул головой, искренне сочувствуя Хеллеру. Тот просто не понимал, что иначе вся их игра не будет стоить свеч. – Видишь ли, у юной Майи твой весьма восприимчивый тип ДНК. И когда она будет готова, то сможет стать Матерью для нового мира, - Алекса так занесло с этой патетичной речью, что он уже и сам увлекся, неся пафосную чушь. – Единственное, что стоит сейчас между мной и истинным Эдемом на Земле… это ты.       Больше гнева в голосе, да так, чтобы сам начал верить в ненависть к бедняге Хеллеру. Мерсер вскинул руку, вытягивая её тугими жгутами вируса. Раздался крик, и Сабрина задергалась, проткнутая конечностью Алекса. Жаль соратницу, но… Никто не должен выжить после этой битвы. Ни один носитель вируса.       Разумные вопили, поглощаемые Создателем. Их крики отдавались в голове, отражались эхом, как звон колокола, и Алекс понял, как обычно, – они останутся с ним навсегда. Чужие жизни, чужие воспоминания.       От избытка концентрации вируса тело уже не держало человеческую форму. Джинсы изменились в костистые красно-чернильные наросты биомассы, руки до локтей покрылись ей же. Алекс не видел, но догадывался, что даже глаза его сейчас утратили свой холодный голубой цвет, зажигаясь все тем же безумно-алым. В нем осталась совсем мало от Алекса Мерсера.       Все то человеческое, что ему дорого, сейчас убегало из зараженного города, наверняка прихватив с собой Частицу Эдема. И только в этом был весь смысл речей, всех жертв и бойни. Алекс ухмыльнулся. - Ну что, разберемся с нашими мелкими разногласиями, Джеймс?       Развел руками вирус, демонстрируя длинные когти и увесистое лезвие на месте правой руки. Пафосный взмах – еще один способ выбесить Хеллера и заставить кинуться в атаку. Алекс едва не языком цокнул от того, насколько медлительны оказываются атаки этого увальня. Собственные же движения заставляли сливаться перед чужим взором в одну пылающую алым смазанную линию, уворачивающуюся от свистящих в воздухе кувалд-кулаков. - Хочешь, чтобы я был помедленней? – интересуется Алекс, вновь ускользая от врага. - Я могу замедлиться, если хочешь. - Пошел. Ты. Нахер.       Это рычание заставило Мерсера досадливо поморщиться. Никакой разумности или такта. Признаться, постоянная ругань сильно утомляла вирус – он просто не понимал, как можно так мерзко выражаться через слово.       Задумавшись на лингвистические темы, Алекс пропустил момент, когда Хеллер все же его достал, трансформировав руку в такое же, как у него самого, лезвие. - Да ты плагиатор, - изумленно заметил Мерсер, как ни в чем не бывало затянув рану и серией взмахов располосовав негру шкуру. – Впрочем, это даже впечатляет. Я был тебе хорошим учителем. - Ничему ты меня не учил, сука!       Алекс хмыкнул, рывком превращая руку в зубчатый хлыст. Теперь уже настала очередь Джеймса носиться от него по всей крыше, избегая встречи со смертоносными лезвиями. Впрочем, скорости ему не хватало, и Алекс все же ухватил его за ногу, рывком подтягивая ближе.       Некстати воспоминания режут голову, выталкивая перед взором иную картину. Эти черные жгуты его биомассы могли не только впиваться в плоть, раздирая мясо. Они могли быть другими, осторожными, обвивающими в подобии ласки чужое тело… Алекс сглотнул, в этот же момент получая мощный удар обломками бетона по голове.       Чертов Хеллер. - Что, больно, сволочь? – мстительно спросил негр, поигрывая своими усиленными вирусом кулачищами. - Ты начинаешь мне надоедать, - процедил Мерсер, поднимаясь на ноги.       Хлыст Мерсера взвился в воздух, обвиваясь вокруг хвостовой балки военного вертолета, что надоедливо кружил над их головами. В один рывок машина с грохотом падает на землю, высекая искры пропеллером. Хеллер чудом ухитрился перекатиться, вовремя уворачиваясь от «метательного снаряда». - Неплохо, неплохо. Но я мог бы лучше.       Заметил Алекс, тут же делая рывок вперед и сшибая врага с ног. Хеллер попытался ухватить вируса за лезвие, но был лишь сшиблен мощным ударом на землю. Мерсер хмыкнул и с разбега пнул противника, заставляя пролететь еще пару метров и впечататься спиной в обломки бетона. - Ну же, Джеймс. Ради малышки Амайи.       Упоминание о дочери заметно взбесило Хеллера, если, конечно, его можно было разозлить сильнее, чем прежде. Негр закричал и бросился вновь в атаку, размахивая созданным на месте руки лезвием. Алекс мысленно отметил, что мог бы сейчас изменить свой хлыст в щит, отражая удары клинка и тесня Хеллера… Но нет. Мерсер просто прогулочным шагом направился навстречу вопящему, как раненый бизон, мужику.       Ленивый замах хлыста оказался перехвачен, и Алекс поддался рывку, едва ли не в танцевальном па подаваясь ближе к противнику. Свист лезвия, и Джеймс отсек хлыст у самого предплечья. Конечность упала на бетон, тут же съеживаясь кляксой биомассы и исчезая.       Алекс усмехался, скаля зубы. Он не чувствовал боли, и руки забугрились новыми образованиями вируса, вытянулись в когти. Отступив на пару шагов, Мерсер поманил врага, посмеиваясь.       Они сцепились, как два медведя: Хеллер напирал кулаками, а Алекс впился в них когтями, с трудом сдерживаясь, чтобы не отодрать надоедливому негру руки.       Мерзкий чавкающий звук заставил Мерсера поморщиться. Впервые за время схватки появилось что-то похожее на боль, дрожью проходясь по всему телу. В следующую секунду вирус оказался на коленях, запоздало понимая, что это ему… оторвали руки по самые локти.       Кровь потоком хлынула на серый бетон и джинсы, пропитывая бурым. Алекс покачнулся, ловя губами воздух и смотря потрясенно на Хеллера.       Вот так… просто? Все уже закончилось? Мерсер растянул губы в ухмылке, слабо дернув культями вместо рук, и запрокинул голову, с вызовом смотря в искаженное гневом лицо бывшего военного. - Добро пожаловать на верхушку пищевой цепи, Джеймс. - Сдохни!       Острые когти Хеллера вспороли тело вируса, удар за ударом, наотмашь, раздирая на куски. Чернильные жгуты поползли от рук негра, впитывая и поглощая куски плоти, стремительно утрачивающей человеческие очертания.       Джеймс схватился за голову и закричал, что было сил – голова взрывалась, наполняясь голосом убитого врага, мелькали перед глазами сотни воспоминаний: от совсем детских до самых последних. Он кричал и видел жмущуюся к нему девочку с густыми каштановыми волосами. Голос Алекса говорил: «Не бойся, Дана, это же всего лишь ужастик. Никакой крови нет, просто… малиновый сироп!».       А потом была залитая солнечным светом лужайка перед зданием с высокими белыми колоннами. Бледная рука указывает в его сторону, и перед ним снова улыбающаяся девушка, сидящая рядом на зеленой траве. « Я теперь учусь во-о-он там! Даже стипендию назначили, представляешь? Обещаю с первой же купить тебе фотоаппарат».       Зрение снова затуманилось, и Хеллер упал на колени, сжимая до боли виски. Ему вдруг стало тепло, а губы щекотно коснулись густых черных ресниц бережно удерживаемого в руках молодого мужчины с загорелой до бронзы кожей. «Знаю ведь, что ты все равно сбежишь из этого гниющего города. Прости, что не могу отправиться следом. Я бы… хотел этого. Очень».       Дверь хранилища захлопнулась за спиной, повернулись массивные засовы. Там Дана Мерсер и малышка Амайя. И он к ним уже никогда не вернется.       Боже, как больно.       Джеймс с трудом выныривает из этого омута чужого поглощенного сознания, и все его тело, которое давно ломит от невыносимой мощи вируса, вдруг само становится им, выпуская стремительно во все стороны чернильно-алые жгуты. Как вены, они за считанные секунды пронизывают весь город, расползаются по улицам, протыкая насквозь всех инфицированных, будто бусины мясистого ожерелья.       Вирус уничтожал всех своих созданий, поглощал их и стирал со света до последней твари. Меньше чем за минуту все было кончено, только стоял на коленях Хеллер, тяжело дыша и смотря в затянутое серыми тучами небо. На Нью-Йорк опустилась тишина, нарушаемая лишь шумом ветра и шелестом осыпающихся прахом жгутов отмирающего вируса.       Он должен был забрать Дану и дочь из хранилища. Наверняка они там спаслись, иначе и быть не может.       Тяжело поднявшись, Джеймс, чуть пошатываясь, побрел в сторону здания банка.

***

- Так, значит, ты из Сирии? Далеко же занесло от родных мест, - заметил пожилой мужчина, одной рукой придерживая руль грузовика, вторую закинув на раму опущенного бокового стекла. – У меня жена когда-то в Дамаск ездила, говорит, жарень страшная, даже осенью. Но от мечети этой в восторге была, как там её, Омея… - Мечеть Омейядов, - отозвался Альтаир, рассеянно разглядывая в окно проплывающий мимо пейзаж. – Да, она очень красивая.       Водитель принялся рассказывать о впечатлениях своей супруги от Сирии и Израиля. Ла-Ахад слушал в пол уха, все также смотря на мелькающие за окном зеленые поля и редкие деревья с уже чуть желтеющей листвой. Белый капюшон скрывал задумчивое лицо мужчины от любопытствующего взгляда водителя.       Рука стискивала сумку, частично набитую случайно прихваченными вещами Даны, и с лежащим в ней Яблоком Эдема. Альтаир думал, что после того, как покинет зараженный город, почувствует себя свободным. На деле же было ощущение, словно он стал вором.       Яблоко помогло заставить охрану блок-поста пропустить его. Не оставило свидетелей, вынудив военных застрелить самих себя. И все было чисто, Альтаир понимал, что его уже никто не поймает и не выследит.       Но что делать одному в совершенно незнакомом мире? Свобода – очередная иллюзия. Сириец прикрыл глаза, устало подпирая голову рукой. Если бы рядом был Алекс, то не пришлось бы терзаться сомнениями, мыслями и непониманием. Был бы какой-то ориентир, понятный и ясный путь, хоть и диктуемый этим странным, сверхсильным существом. И ассасин бы... не ощущал такой глухой пустоты в груди. - Так куда едем, парень? – спросил водитель, прихлопнув ладонью по рулю нетерпеливо. Кажется, он задал этот вопрос уже не в первый раз. - Я не… - Альтаир досадливо закусил губу, понимая, что ни одного города толком не знает. – Куда угодно, мне все равно по пути. - Тогда до Ричмонда.       Решил за него мужчина, и Ла-Ахад скупо улыбнулся, дернув уголком губ. Пусть будет Ричмонд. А там еще какой-нибудь город с неизвестным названием. Рано или поздно он всё равно найдет свое место в новом мире, сможет начать жизнь с чистого листа. Перестанет быть лишь копией, тенью человека, умершего так давно, что кости должны были рассыпаться в прах.       Всё начнется сначала. Без постоянной угрозы, военных, вируса… Альтаир вздохнул свободней, поднял взгляд на уныло-серое небо, которое теперь медленно светлело.       Солнечный свет, пройдя между рассеивающихся туч, осветил почти пустую трассы и сверкнул на боку уезжающего прочь от Нью-Йорка грузовика.