Тяжесть в твоих руках

      Холодный душ помог немного снять боль. Я стояла под ледяными струями почти пятнадцать минут, пока не почувствовала, что замерзаю. Закутавшись в мягкий халат, я вернулась в спальню. Комната встретила меня тишиной, одиночеством и открытым настежь окном — Джаред, видимо, где-то в гостиной или на кухне. Видимо, решил поесть чего-нибудь - холодильник полон всего, днём я постаралась приготовить всё, что он любит. Всё-таки два праздника подряд: Рождество и завтра его день рождения.       Я поспешила закрыть окно, по и так замершим ногам очень дуло, и попыталась расположиться на кровати. Нужно было лечь так, чтобы не задевать повреждённую кожу, а на животе я долго лежать не могу, поэтому приходится изворачиваться и каким-то образом находить удобное положение. И только когда я кое-как устроилась на боку, подложив под живот одну из подушек, до меня дошло, что одеяло лежит свёрнутое на другой половине кровати. И как теперь его достать? Я же потом не смогу вернуться в ту позу. — Джаред! — зову его, ведь поделать больше нечего. Лето появляется быстро, с сэндвичем в руке. — Что такое? — спрашивает он с полунабитым ртом. — Ты можешь укрыть меня? — Конечно. Только дай мне минуту, — засунув в рот оставшуюся часть бутерброда, Джаред расправляет одеяло и накрывает меня почти с головой. — Спасибо, — стягиваю его до плеч, а он ложится рядом со мной, осторожно приобнимая за талию. — Кстати, я не слишком сильно тебя сегодня? — уточнил Лето. — Это просто с непривычки так... — пожала плечами я. — Ведь ты не приезжал почти два месяца. — График тура составлен очень плотно, поэтому так вышло. В январе ещё будут съёмки для нового фильма, а потом снова гастроли до марта. Хорошо, что недалеко, проедемся только по Штатам. — А потом? — Хочу взять отпуск на год. Просто пожить в своё удовольствие, не петь, не сниматься, а просто отдохнуть и набраться вдохновения... Так что через несколько месяцев буду появляться у тебя чаще. Привыкай, Фейт. — Непременно, — я улыбнулась. — Жду с нетерпением.       Перспектива видеть его чаще меня радовала. Мне так спокойнее. Наверное, я пока не привыкла жить одной, и до сих пор вздрагиваю от каждого шороха по ночам. Не могу избавиться от ощущения, что в квартире есть ещё кто-то кроме меня. Да и будет не так одиноко...       Чувствую ли я себя униженной, обиженной или оскорблённой после того, что он делал со мной? Ни капли. Я согласилась на это добровольно. Тем более, со мной происходили вещи и похуже... И ничего, даже тогда я находила в себе силы, чтобы это преодолеть. Любые раны, даже самые, на первый взгляд, тяжёлые заживают, нужно лишь время...

***

      Утром я специально встала рано. Нужно было осуществить ещё одно дело — испечь торт. Вместо того чтобы покупать подарок на его же собственные деньги, я сделаю то, во что действительно могу вложить душу и сердце.       Хотя с выпечкой у меня дела обстоят совсем непросто, учиться готовить я начала после того, как оказалась здесь. А до того момента я умела лишь разогревать готовые продукты или заваривать лапшу быстрого приготовления. Сейчас я уже умею готовить многое: варю супы, делаю всякие рагу, могу сделать что-то с мясом, однако десерты мне пока не даются. То коржи слишком сухие, то, наоборот, непропечённые до конца, суфле не поднимается... Вроде бы всё по рецепту, а как надо не выходит. Наверное, для этого нужно иметь какое-то чутьё, нечто, заставляющее вовремя вытащить блюдо из духовки или положить нужное количество муки.       Джаред это моё небольшое увлечение поощряет. И честно высказывает своё мнение по поводу приготовленного. Весело было только поначалу: посмеиваясь, он отодвигал тарелку с очередной неудачной попыткой и заказывал пиццу или суши, а потом за испорченную еду я стала получать на десяток ударов плёткой больше... Так и научилась сносно готовить.       Но сегодня я попытаюсь сделать всё в лучшем виде. Тихо, чтобы не разбудить Лето, крепко спящего рядом, я поднимаюсь с кровати и, подхватив одежду, выхожу из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. За окнами ещё совсем темно, и немудрено - на часах едва шесть пробило.       Я долго выбирала между тортом "Красный бархат", который очень любит Джаред, и обычной шарлоткой из яблок, в итоге остановилась на втором. Наверное, я просто побоялась той возни, ведь там и крем особый, и коржи... Но всё же шанс испортить пирог гораздо меньше, чем торт. Замешивая тесто, я старалась с ювелирной точностью отмерить количество каждого ингредиента, практически каждую секунду сверяясь с рецептом. И яблоки нарезала идеальными дольками и симметрично разложила в форме. Я так боялась что-то испортить. И дело даже не в наказании, а просто хотелось сделать человеку приятное...       Затем всё отправилось в печь, и я села караулить духовку. Таймер стоял, но я никак не могла расслабиться. Двадцать с лишним минут прошли как час, но всё же у меня получилось вытащить его вовремя. На моё счастье, пропёкся! И сейчас я чувствовала себя почти что Джейми Оливером или даже Гордоном Рамзи! Осталось лишь немного остудить, вставить свечи и вручить имениннику.       Конечно, сорок три свечи здесь не поместились бы, и пришлось вставить лишь одну в самый центр. Поставив блюдо на поднос, я отправилась в спальню. По-хорошему надо было переодеться, всё-таки пижама, а сверху фартук... И волосы, собранные в небрежный пучок на затылке, выглядят, мягко говоря, не очень. Но я была настолько полна энтузиазма, что мне уже было всё равно.       Когда я вошла в спальню, Джаред уже не спал, а с кем-то говорил по телефону. Увидев меня, он сразу дал знак, что я должна молчать. — Да, милая, — видимо, его девушка... и почему именно сейчас? — Спасибо за поздравление. Я приеду через пару дней. Не скучай, малышка. Да, я тоже тебя люблю. Пока, — он, наконец-то, отключился.       Честно говоря, мне всё равно, с кем у него отношения, но именно в этот момент стало немного неприятно. Я привыкла видеть измены, но всё же смотреть, как человек лжёт, глядя прямо в глаза... Но что поделать? — С днём рождения, Джаред, — подхожу ближе, ставя поднос к нему на колени. — Неужели сама испекла? — усмехается он, задувая свечу. — Желание загадал? — Конечно. Сейчас посмотрим, не пересолила ли в этот раз, — Джаред берётся за лопатку и отрезает небольшой кусок. Отправив его в рот, медленно, с видом важного дегустатора вдумчиво жуёт, а потом вдруг улыбается так искренне и даже немного по-детски. — Мм, вкусно, правда!       Я тоже пробую немного пирога. Он не соврал, получилось действительно неплохо. — Знаешь, напоминает мамины пироги! Это просто невероятно! Спасибо, Фейт.       От этих слов в моей душе заметно потеплело. В очередной раз я убедилась, что у Джареда начисто отсутствует звёздная болезнь.       А вот как готовила моя мама, я едва помню. Она с утра до ночи пропадала на работе, а меня оставляла на готовых макаронах с сыром или каких-то бутербродах. Даже после замужества она не научилась готовить... Однако на Рождество, День независимости или мой День Рождения мама всегда делала что-то наподобие пиццы на дрожжевом тесте. Туда шло всё, что было в холодильнике, последние продукты: сыр, овощи, ветчина, сосиски, отварное мясо или курица, кетчуп, майонез. И для маленькой меня это казалось чуть ли не раем. Наверное, это единственное, что у неё получалось хорошо.       Когда мне было десять, моя мать умерла, и праздники кончились.